Глава 23

К вечеру мы доходим к городу без названия, потому что таблички вновь на входе нет.

– Где мы переночуем?

– Пока ещё не знаю, но точно не возле входа. Пройдем дальше и выберем что-то с несколькими путями отхода.

Киваю, а сама изучаю это место. Дома, да и все здания здесь расположены на приличном расстоянии друг от друга, я вижу сохранившиеся фонарные столбы, по которым определяю длину этой улицы.

Мы идем так несколько минут, и я даже немного расслабляюсь, не слыша никаких подозрительных звуков.

Вскоре Зейн рукой указывает на ближайший к нам поворот, означающий, что нам туда. Не думаю о том, как парень тут ориентируется, видимо, уже бывал в этом городе, как и в местах до этого.

Однако, мы не успеваем дойти до поворота, потому что оттуда выходят парень с девушкой.

Мы замираем, как и они, а я вижу, как рука Зейна сзади медленно тянется к ножу за спиной.

– Мы… мы не враги, – слышу голос парня, который годится мне в ровесники. Я вижу в руках у девушки пистолет и то, как она его сжимает, поэтому делаю осторожный шаг в сторону, прикрывая частично Тоби. В руках парня наоборот ничего нет, он их даже поднимает, смотря на Зейна.

Я вижу страх в их глазах, наподобие того, какой был у меня.

– Нам не нужны проблемы, – продолжает говорить парень.

Зейн держит позади себя нож, готовый его метнуть в любой момент, а парень в этот момент что-то говорит девушке, и та убирает руку с пистолета и тоже поднимает их, показывая, что теперь они безоружны.

– Проваливайте, – говорит Зейн.

Одно слово ликтора – и незнакомцы скрываются с наших глаз.

– Идем.

Через двадцать минут ходьбы мы заходим в многоэтажное здание, что в моем мозгу не вяжется со словами Маршалла. Парень старался избегать таких мест в отличие от ликтора. Не спорю, а молча следую за ним.

Мы поднимаемся на седьмой этаж, который Зейн обходит вдоль и поперек, изучая его на признаки присутствия кого-либо.

– Заночуем здесь. Завтра попробуем найти какую-нибудь машину, потому что дальше путь будет пролегать через маленькие города. Так мы сможем сократить время.

– Думаешь, мы найдем машину, которая ещё в состоянии завестись?

– Нет. Но уже, начиная отсюда, и во всех последующих местах мы будем встречать всё больше людей, так как дальше начинаются владения общин, находящихся поблизости. Ещё можем встретить военных квадрантов, которых периодически отвозят самоубийц. Мы украдем или просто заберем у кого-нибудь из них машину.

Я выдала медленный кивок, переглядываясь с братом. К такому мы не были готовы. Наверное, я бы предпочла более долгий путь, но безопасный.

– Прятаться в лесу постоянно не получится. Не позволят запасы еды, воды, оружия и кафоликона.

Будто мысли прочитал.

Я начала подготавливать спальное место для брата, а когда закончила, то подошла к Зейну, сидящем в стороне и смотрящем на таблетку кафоликона, которую он зачем-то держит в пальцах и крутит.

– Дежурить будем по очереди?

– Да, – ответил парень, не понимая на меня взгляд. – Можете спать первыми, я разбужу тебя через четыре часа.

Он не берет в расчет Тоби.

– Ты не убил тех людей, – зачем-то сказала это вслух, и тогда ликтор взглянул на меня, убирая таблетку обратно, откуда достал.

– Я говорил тебе, что есть ликторы, творящие, что им вздумается. Однако, я не отношусь к их числу и не убиваю всех подряд. Те были обычные люди, не представляющие угрозу.

– В нашу встречу ты собирался убить меня, – произнесла я и заметила, как парень стиснул зубы, – собирался метнуть нож и сделал бы это, если бы не Тоби. Я представляла угрозу?

Не знаю, по какой причине спрашиваю это.

– Ты стреляла в меня, так что да.

Ладно, это резонно. Хоть я и промазала несколько раз подряд.

– То есть при встрече с тобой, если люди хотят выжить, то им лучше убирать оружие подальше, как сделала та парочка.

– Да.

Я вернулась к брату, и вместе с ним мы залезли в спальный мешок. Зейн вошел в комнату, сев на стул возле дальней стены.

– Почитаешь, Эйви?

– Конечно.

Я достала книгу и продолжила нашу традицию с братом, отчетливо ощущая взгляд ликтора, пробирающийся под самую кожу. В воздухе словно витает электрический заряд, заставляющий сердце биться чаще.

Из-за этого я несколько раз сбилась, теряя смысл прочитанного, поэтому пришлось перечитывать, но даже мои оговорки не помешали Тоби вскоре уснуть.

Отложила книгу и посмотрела прямо на Зейна, зная, что он точно смотрит. Не ошиблась.

– Ты читаешь ему.

– Да. Это наша традиция с детства. Тебе мама не читала раньше?

– Не знаю. Она умерла, когда мне ещё не было трех, поэтому я не помню.

Прикусила языка, жалея о том, что задала тот вопрос и напомнила ему об этом.

– Во сколько тебя забрали к ликторам?

– В семь, когда погиб отец.

Так рано… Семь лет – ещё совсем ребенок.

Давящее чувство в груди заставило меня замолчать. Его с самого детства учили убивать, растили, как солдата, и он был лишен родительской ласки.

– Спи.

Будто поняв, о чем я думаю, сказал Зейн и вышел, оставляя нас с Тоби в комнате вдвоем.

Было бы так просто – уснуть, но организм отказался засыпать.

Почему я вообще задаю ему все эти вопросы? Почему… хочу узнать его историю?

Прикрываю глаза и поворачиваюсь на другую сторону, лежу так некоторое время, пытаясь заставить себя уснуть. Но позже возвращается Зейн. Я не слышу его шагов, но кожей чувствую, что он вновь в комнате, и от этого ощущаю себя ещё страннее.

Всё-таки засыпаю, но только через час.

***

Мы уже поменялись с Зейном местами, и парень лег прямо на пол, подложив свой рюкзак под голову, используя его в качестве подушки.

Я снова делаю это. Смотрю на него. Хотя обещала себе не делать так больше.

Мысленно велю оторвать взгляд и начинаю перечислять про себя цвета, чтобы отвлечься.

Черный, бирюзовый… зеленый, желтый и голубой…

Наверное, моя старая добрая техника работает, потому что я всё больше мыслями погружаюсь в себя, забывая о ликторе.

Позже достаю капсулу кафоликона и запиваю её водой, понимая, что запасы заканчиваются, а я так не раздобыла ни одной.

Встаю со стула и подхожу к окну, осматривая в темноте территорию. На улице – ветер, это видно по колышущимися ветвями деревьев. Смотрю на звездное небо, видя что сейчас почти нет облаков. Каждая звезда кажется самой яркой из когда-либо виденных, как будто они собрались на небесном балу, чтобы отпраздновать эту безоблачную ночь. Небо такое огромное, а я так ничтожна под его бесконечной ширью.

Когда вновь перевожу взгляд на крыши домов, то кажется, будто вижу свечение на одной из улиц. Приглядываюсь и понимаю, что оказалась права.

Там свет. Точно не от фонарика, потому что он слишком яркий. Первая мысль – это та парочка, но она тут же рассеивается, когда я вижу, как из-за угла поворачивает автомобиль с выключенными фарами, останавливаясь неподалеку от нашего здания.

По инерции делаю шаг назад, отступая в темноту, будто те люди могут меня увидеть на седьмом этаже.

Из машины выходят четверо мужчин с винтовками и что-то говорят.

Я возвращаюсь обратно, испытывая страх, уже привыкнув к нему, и подношу руку к ликтору, чтобы разбудить его, но даже не успеваю это сделать, потому что Зейн достает откуда-то нож и подносит его к моей шеи, поэтому замираю, а он открывает глаза.

– Там люди на машине, – произношу совсем тихо и сглатываю, смотря в его голубые глаза, которые отчетливо видны даже в темноте.

Парень убирает нож и встает, идя следом за мной, когда я рукой указываю на окно и машину внизу.

Ему требуется меньше минуты, чтобы оценить ситуацию.

– Буди брата и собирайтесь. Только ни звука.

Я киваю, хоть он этого и не видит, продолжая смотреть вниз.

Возвращаюсь к Тоби, и очень тихо мы собираем вещи за пару минут, ожидая, что делать дальше.

Зейн достает нож, тот самый, а мне и Тоби велит взять по пистолету, не прибегая к винтовке.

– Это одни из самоубийц. Вероятно, они так и не примкнули ни к одной из общин, потому что машина точно не принадлежит им.

– Как ты это понял?

– Потому что это машина одного из ликторов, – я не знала, что у них есть собственный транспорт, – и только самоубийца решился бы взять его, то есть человек либо отчаявшийся, либо не знающий. То есть эти люди, вероятно, в поисках запасов, в том числе и кафоликона. И они сделают ради него всё. Я постараюсь сделать всё тихо, но если не получится, тогда вам придется использовать оружие. Наша цель – автомобиль.

Спускаясь на первый этаж, я понимаю, что сейчас нам либо очень сильно повезло, либо наоборот.

Уже внизу Зейн выглядывает и велит нам двигаться строго за ним.

Я беру Тоби за руку, как и делаю это всегда, и мы выходим, перебегая к противоположному зданию и оставаясь пока что незамеченными.

– Обойдем их.

Зейн уверенно идет впереди, словно его вообще не волнует четыре здоровенных мужика.

Когда мы проходим мимо разбитой витрины магазина, то он велит нам с Тоби ждать его здесь.

– Семь минут. Если через семь минут я не вернусь, то значит мне потребуется помощь и ваши навыки в стрельбе.

Хреновые навыки, должна заметить.

Он уходит, и я засекаю время, чувствуя опять те поганые чувства. Отчаяние. И страх. Непрерывный поток мыслей терзает мою душу, как волны, накатывающиеся на берег, оставляя только ракушки воспоминаний. Каждое мгновение тянется как вечность, и тишина вокруг становится удушающей. Я пытаюсь найти в себе силы, чтобы не поддаваться панике. Правда, выходит так себе. Вдыхаю, пытаясь усмирить бурю, которая разрывает меня изнутри.

Минуты кажутся часами, и ожидание только подливает масла в наше состояние с братом. Я не слышу ни криков, ни каких-либо голосов, ничего, что…

– Ну, ничего себе! – я дергаюсь от голоса незнакомца и запоздало поднимаю пистолет, разворачиваясь и смотря на мужчину, застегивающего ширинку и выходящего откуда-то из глубины этого магазина. Должно быть, здесь два входа. – Не ожидал увидеть здесь хоть одну живую душонку, – улыбается он и вообще не обращает внимания на пистолет, направленный на него. Мужчина тоже с оружием, винтовкой, направленной на меня. Видимо, он не совсем сумасшедший. – Тише, кошечка, опусти пистолет, пока не поранилась и малому скажи.

– Нет, – цежу сквозь зубы, пытаясь понять, сколько времени уже прошло.

– Откуда вы тут взялись? Впрочем, это неважно. Давайте опускайте ваши игрушечные пистолеты и едем с нами, – он подходит всё ближе, и я понимаю, что ему где-то около сорока, – мы найдем для вас двоих применение и даже оставим в живых.

– Еще шаг, и я выстрелю!

– Да, пожалуйста, – он почти смеется, и тело покрывается нехорошими мурашками, – только имей в виду, что тогда я нажму на курок и пристрелю малого. – В подтверждении своих слов мужчина переводит дуло винтовки на брата. – Так что не глупите. У вас есть же кафоликон? Советую его отдать по-хорошему.

Незнакомец останавливается в пяти шагах от нас, а я чувствую, как холодная капля пота стекает по моему виску.

Напряжение в воздухе нарастает, как натянутая струна, готовая лопнуть в любой момент. Я ощущаю, как замирает время, и мир вокруг нас исчезает.

– Кошечка, ты хоть кого-то убивала? – не отвечаю. – Нет, я так понимаю, а я вот убивал. И поверь, такую кошечку, как ты мне не хочется убивать, но я сделаю это, если ты нахер не опустишь пистолет и малого не заставишь поступить также!

Мои руки, сжимающие оружие, дрожат. Его рация начинают шипеть, отчего мужчина хмурится и слегка склоняет голову, чтобы уже произнести в рацию, висящую у него на груди:

– Эй, парни, что у вас там? У меня тут приятный сюрприз.

На том конце тишина.

– Парни? – повторяет он и… ничего.

Я же вижу, как из-за угла, откуда недавно вышел он сам, появляется Зейн с ножом в руках. Он бесшумно движется в сторону незнакомца, когда тот ругается и пытается сделать с рацией, думая, что она сломалась.

Если Зейн убьет его, тогда мужчина может по инерции нажать на спусковой крючок и застрелить брата, поэтому я поднимаю руки в знак того, что сдаюсь.

– Опущу оружие, и брат тоже сделает также, если вы тоже его опустите, – говорю ему, неуверенная в том, что он согласится.

– Клади его тогда на пол.

– Хорошо.

– Да, что с ней сегодня нахрен такое?!

Зейн всё ближе, но зачем-то убирает нож обратно. Мужчина, явно думающий, что мы с Тоби не представляем более никакой опасности, опускает винтовку и подзывает нас к себе рукой, в которой держит рацию. Это его ошибка, стоящая жизни.

Ликтор в три шага преодолевает разделяющее их пространство и… сворачивает ему шею, прилагая усилие. Вот так просто… я вижу, как за короткие мгновенья жизнь покидает тело незнакомца. Он мертвым грузом падает на пол, а Зейн забирает его оружие и подходит к нам.

– Оказывается, они разделились. Но я узнал об этом слишком поздно. Вы как?

– Всё нормально, – отвечаю на автомате и понимаю, что никогда не смогу привыкнуть к тому, что люди так легко умирают в наше время.

– А что с остальными? Ты… их тоже убил? – задает вопрос Тоби, выходя из-за моей спины.

– Да. У нас есть ключи от машины и половина бака, что должно хватить до места, где мы с вами разойдемся. Идем.

Зейн быстро обыскивает его на наличие ещё чего-нибудь полезного, но из полезного у него оказалась только винтовка и рация. Последнее парень забирает, протягивая мне и говоря, что пока не разойдемся, она будет со мной. Так будем поддерживать связь, если нам кто-то встретится и придется разойтись.

Мы уходим, следуя за ликтором, и по пути я задаю вопрос:

– Это действительно были самоубийцы?

– Да. И они были на грани либо смерти, либо обращения. Кафоликон у них я не нашел, но, возможно, они его спрятали где-то в машине. Оружие лишь то, что они держали в руках.

Теперь понятно, почему тот незнакомец сразу же спросил про препарат.

Когда доходим до машины, то Зейн подходит к багажнику и открывает его. Пусто. Парень начинает что-то ощупывать и следом слышится щелчок.

– Двойное дно, – говорит Тоби, на что Зейн кивает.

– Хорошо, что они не догадались об этом.

Мы с братом подходим и видим внизу… несколько видов оружия, но больше всего меня привлекает одно. Мачете. Мне становится плохо только от одного его вида, хоть оно и идеально чистое, практически натертое до блеска.

– Что это? – бубню я, задавая не совсем верный вопрос.

Зейн из всего, что там есть достает небольшой черный ящик, размером с два моих кулака и открывает его, показывая… капсулы кафоликона. Их там не меньше десяти.

– Запасы.

– Того ликтора, кому принадлежит это машина?

– Да, – отвечает он и забирает лишь одну капсулу, убирая к себе. После Зейн складывает всё, как было и не притрагивается ни к какому оружию. – Залазьте внутрь.

– Мы сядем назад.

– Эйви, могу я сесть с Зейном спереди? – задает вопрос Тоби и смотрит на меня.

Я киваю, поэтому назад сажусь в одиночестве, лишь наши рюкзаки кладу рядом.

Зейн заводит автомобиль, начиная медленно трогаться, а Тоби пристегивается ремнем безопасности, который здесь на удивление сохранился.

Вообще, весь салон автомобиля выглядит весьма ухожено. Конечно, мне до этого доводилось ездить на автомобилях лишь несколько раз в жизни, но все они были, что внутри, что снаружи – весьма в плачевном состоянии. А этот… даже кожа сиденья такая, словно её перешили несколько недель назад. Единственное, что выбивается – это большой круг на приборной панели, будто чем-то нарисованный. Кажется, Зейн тоже обратил на это внимание, потому что через зеркало заднего вида я заметила, как он недовольно поджал губы.