Глава 22. Лина.

Теперь я хоть знала, что точно не смогла бы отделаться от волчьего внимания. А, значит, не так уж я виновата перед друзьями, как они пытались преподнести. И Омсил явно была с этим согласна теперь.

- Нужно подумать, - нахмурилась она. – Не может быть, чтобы не было выхода. Я попробую разузнать что-нибудь про отказ от пары. Но это если ты сама не передумаешь. Парность, знаешь ли, священна. Вдруг и сама против не будешь, когда встретитесь.

- Угу, - неоднозначно выдала я, не желая уходить в дебри вероятностей.

Дальше шли без приключений. Омсил отлично видела, что происходит далеко впереди, и таким образом мы благополучно обходили всё сомнительное.

Пару раз нам попадались и другие студенты, но мы во избежание ненужных стычек даже не приближались к ним.

- Это было ошибкой, - пробормотала вдруг Оркчанка. – Огро-о-о-мной ошибкой.

- Что? – спросила я, безуспешно вглядываясь во мрак лабиринта.

- Скоро увидишь, - посмотрела она сначала мне за спину, а потом снова вперед. – Нужно было идти туда же, куда и все. А не петлять в тихих омутах. Сокурсники у нас, конечно, еще те выродки кривоглазых гоблинов, но с ними хоть побороться можно.

- А-а-а с к-кем нельзя? – понимая уже, что дело плохо, вцепилась я в руку подруги. – Кто там?

- Северные Ежи, - обреченно сообщила Омсил. – Помнишь о таких?

- С замораживающими иглами? – почудилось мне, что я уже леденею, превращаясь со страху в изваяние. – Может, иллюз-з-зия? – застучали у меня зубы. – Они бы не стали бросать нас на растерзание Ледяным Ежам!

- Конечно стали бы, - возразила Оркчанка. – Мы ж только и делаем, что изучаем у Слэйтона, как обращаться со льдом. Для большинства растворить летящие в них иглы - раз плюнуть.

Для многих, да. Только не для нас с Омсил.

Мы с ней во всей Академии едва ли не единственные неудачницы, которые лед в воду обратят, разве что посидев на нем мягким местом!

А через секунду я их увидела. Ощетинившихся, крупных ежей со смертоносными острыми льдинками вместо иголок. Они медленно и злобно семенили к нам своими тушками размером с большого кота, и становилось ясно, что в любой момент могут стрельнуть своими опасными колючками.

И мы с Омсил, взявшись за руки, попятились назад, пока не уперлись спинами в стену маленькой квадратной площадки. Выходов отсюда было всего три. Первые два – слева и справа от нас. То есть как раз там, откуда на нас надвигались Северные Ежи.

А прямо напротив нас - третий и единственно свободный. Хотя кто знает, что нас поджидало там.

Однако бежать к нему было слишком рискованно. Ведь в таком случае нам бы пришлось пройти мимо шествия набычившихся ежиков из правого и левого коридоров.

- Только его здесь не хватало, - проворчала вдруг Омсил, тщетно искавшая в стенах, состоявших из веток и камней, предмет покрупнее. Что-то, за чем можно было бы укрыться или хотя бы отбивать ледяные стрелы. – А он тут откуда взялся?

- Кто? – посмотрела я вперед. – Там адепт?

И тут, наконец, заметила силуэт, выступивший из мрака:

- Не шевелитесь, - мгновенно узнала я голос Алтимурсса. – Попробую отвлечь их внимание на себя.

Один из зловещих зверьков, действительно, обернулся на неожиданный звук. Но остальные, уже выбравшиеся из своих коридоров и выстроившиеся в излюбленную атакующую шеренгу Ежей, продолжали видеть своими жертвами именно нас с Омсил.

И когда вожаки этой устрашающей стайки двинулись в атаку, нас охватила натуральная паника. Их было слишком много даже для опытных адептов. Очевидно, подруга была права, говоря, что мы в попытках избежать столкновения с остальными ребятами, забрели куда-то не туда. Возможно, даже в подобие логова, откуда магистры намеревались постепенно выпускать Ежей, чтобы они разбрелись по лабиринту.

А мы угодили прямиком к ним!

Однако василиск, внезапно появившийся на этой стремной сцене, решительно шагнул вперед, встав молчаливым защитником по другую сторону от искрящихся угрозой созданий. Сейчас глаза Алтимурсса были далеки от тех холодных стекляшек, которыми он смотрел на меня прежде. Они на удивление сверкали отвагой, которую я уже не рассчитывала в них встретить. А его упрямо сжатые кулаки гарантировали упорную борьбу за наше спасение.

И началось.

Легко оттолкнувшись от земли, парень в один прыжок перелетел через ринувшихся на нас зверей, приземлившись между нами и воинственной стайкой.

Мы с Омсил неожиданно оказались укрытыми магическим щитом Алтимурсса, в то время, как сам он был открыт убийственным стрелам.

Быстрыми движениями василиску пришлось уклоняться от острых замораживающих игл. Словно танцуя с опасностью, он отбивался от настигавших его льдин. Молниеносно отражал их лезвием магического короткого меча. Каждый прием Алтимурсса был точным и четким, отдаваясь звоном разбивавшихся вдребезги осколков льда. И я будто слышала песнь волшебного перезвона, ломавшего еще и замерзшую оболочку, которая словно сковывала мое разочарованное им сердце.

Сегодня Алтимурсс предстал передо мной другим. Таким, каким я и видела его, несмотря на постоянное отступление перед лицом моих обидчиков. Ведь отчего-то в душе я продолжала рисовать его героем, даже когда мне самой приходилось выручать принца. Получая взамен стужу его равнодушия.

Эти волшебные ежи внезапно раскрыли Алтимурсса с другой стороны. Он же не уходит. Не отступает. А они опаснее во много раз, чем взбалмошные адепты. Или мнение окружающих для принца важнее, чем всё остальное? Репутация - ценнее жизни?

А Северные создания тем временем становились всё агрессивнее. Они явно восприняли нас как вторгшихся в их нору. Было такое чувство, что они стараются убрать Алтимурсса с дороги, чтобы наброситься на нас с Оркчанкой.

Но он с легкостью отражал их безостановочные атаки.

- Как прибить этих тварей?! – первое, что мы услышали от василиска с тех пор, как он кинулся спасать нас.

- А превратить их в камень своим зрением - чем не вариант? – подсказала Омсил через прятавший нас прозрачный магический щит.

- Начну и уже не смогу остановиться, - огорошил нас василиск.

- Э-э, ну тогда лучше не надо? – спросила Оркчанка, беспомощно оглянувшись на меня.

- А их собственными иглами не выйдет? – вспомнила я, что читала и про Северную живность среди прочего. Когда, не находя себе другого приложения, проводила почти всё свободное время в Библиотеке в последние дни. – Они же у них вместо оружия. Против других ежовых стад в том числе. Они с ними, когда за территорию воюют, временно замораживают противников. И оттаяв через несколько часов, те уже не претендуют на ареал победителей.

- Понял, - бросил Алтимурсс, мгновенно перегруппировавшись и использовав мою подсказку.

Теперь нам было видно, как напрягается каждая его мышца, словно каждый нерв на пределе.

Мгновение за мгновением утекало, щит ослабевал, а принц, поддевая иглы своей магией, перенаправлял их в застывавших льдом зверей.

Его заклинания плясали в воздухе, создавая мерцающие искорки. И иглы, выпущенные ежами, разбивались о прозрачную магию его мастерства.

Мы же с Омсил смотрели на это захватывающее переплетение волшебства и отваги, замерев от трепетного уважения.

Наконец, последний смертоносный еж замер, обратившись в ледяную фигуру. И как раз вовремя, щит, издав последний переливчатый блеск, незаметно испарился, оставив за собой лишь туманные вспышки.

- Спасибо! Ты же мог погибнуть из-за нас! Это было - ого-го! - развела Оркчанка руками, демонстрируя широту подвига Алтимурсса. - Я и представить не могла, что кто-то способен так управляться с магией, - опередила она меня своими благодарностями, и я с неприятным удивлением отметила, что смотрит Омсил на принца с тем же восхищением, которое почему-то всё время раздражало меня в глазах других девчонок.

То есть я понимала, почему. Но не понимала, какой смысл.

Ну, как бы это правильнее сказать?

Нет же у нас с василиском никаких отношений, чтобы у меня вдруг появились причины сердиться на глазеющих на него студенток. А тем более на подругу, которая чуть не пострадала, помогая мне!

Разозлившись на саму себя, я перевела взгляд на Алтимурсса, и застыла. Потому что там меня уже встречали хорошо знакомые серебристые магниты его фантастических радужек.

- Не стоит благодарности, - неожиданно чинно произнес василиск, не отрывая от меня блестящего в темноте взора. – Я вернул пришлой долг жизни. Теперь мы в расчете, - сухо сообщил он, в противовес сказанному, продолжая обжигать меня взглядом.

- Ты не говорила, что спасла тунлисса, - удивилась Омсил.

- Так получилось. Нечаянно, - ответила я, всё еще неотрывно отвечая на долгий взгляд василиска.

- Ну, я побежала к финишу, - раздался рядом голос Оркчанки, которая была достаточно умна, чтобы сообразить, что мы с Алтимурссом еще ислучайно плотнее знакомы.И точно гораздо с ближе, чем считалось. - Может, даже успею еще хоть какие-то баллы получить. Время-то еще не вышло, - и оставив нас переглядываться, она умчалась в тишину ночи.

- Где твои защитники? – спросил парень обвинительным тоном, как только подруга исчезла в коридоре лабиринта.

- Вервольфы? Не знаю. Испытание-то одиночное, - напомнила я.

- Это не означает, что ты можешь оставаться без присмотра, - продолжили отчитывать не то меня, не то оборотней.

- Вот и поделишься с Сибуртом своим мнением, когда встретишь, - раздражаясь всё явственнее, ответила я. – Бежать к финишу не хочешь? А то вдруг все решат, что ты тут время потратил на доброе дело, - с иронией обрушилась я на принца, не заботясь, как это выглядит по отношению к тому, кто только что рисковал ради меня жизнью.

Сказал ведь, что долг возвращал? Значит, мы квиты. И никаких ему поблажек!

- Так что поспеши, тунлисс, - с наслаждением наблюдала я за всё больше темнеющим лицом Алтимурсса. - Могут ведь, еще ужаснее подумать. Например, что ты спас неудачницу. И тогда твоя золотая репутация безразличной статуи получит несмываемое пятно благородства.

- Что ты понимаешш-шь в благородстве? – тихо прошелестел он, подойдя ко мне почти вплотную.

– Ты же понятия не имеешшь, ради чего я здесь.

- Так объясни! – не сдержавшись, ударила я в его твердый, как камень, торс.

- Ты!.. – прорычал парень, схватив меня за запястья, но так и не убрав их со своей вздымающейся в прерывистых вдохах груди. – Ты… заговариваешь растения, которых почти не осталось на иссохших землях Василисков, - неожиданно поведал он явно совсем не то, что собирался. И продолжил говорить, прикрыв веки, будто под тяжестью собственных слов. - Ты Дарованная. Одна из тех, кого умерщвляют, едва прознают об их появлении. Та, что способна возродить жизнь на голой пустыне. И в тоже время ты девушка, которая может пересечь грань миров лишь поблизости от высочайшего тунлисса. Я и сам не сразу понял, кто ты. А когда сообразил… За мной ведь, наверняка, следят! – проскрежетал он, притянув меня к себе сильнее. – Знают, что рано или поздно меня притянет к избраннице самого Солнца. Дарованной, что лишь говорит с зеленью, а ответ их слышит только тунлисс. Мы с тобой сс-связаны этим и еще… Лина-а, - с хриплым придыханием вылетело моё имя из его уст. – Ты несешш-шь в себе величайшее благо и зловещую опасность. И даже представить не можешь, чем нашшша с тобой встреча угрожает моей империи. Мне нельзя показывать, что ты… что для меня, - медленно втянул он воздух, прервав свою длинную тираду, так и не договорив. - Но ты же всё никак не утихомиришься! – выцедил, наконец, Алтимурсс из себя вовсе не то, что я ожидала услышать. – Вечно влипаешь во всякую скверну. Как они не видят, что никакая ты не Лунная?! – воскликнул он в сердцах, подняв глаза к темному небосводу. – Избранниц волков охраняет сама Луна. Они из любой дряни вылезут сухими! – и как бы я ни старалась, последние фразы принца всё же царапнули, обличив моё отвратное невезение. – А ты всё время влезаешь в неприятности. Еще и болтаешш-шь о том, чего не понимаешь! Обвиняешь. Чего-то ждеш-шь от меня...

- Ничего я от тебя не жду! – прошипела я похлеще всякого василиска. – Считаешь, я только и мечтаю, что объявится принц с серебристым хвостом и облагодетельствует меня? Очень нужно!

В ответ - еще один его рывок за мои руки, и между нами остались ничтожные миллиметры.

- Только что тебе было очень даже нужж-жно! – просипел Алтимурсс мне в губы. – Волкам, к которым ты с такой радостью переметнулась, вообще было плевать, что с тобой будет. Где были твои мохнатые друзья, Лина, когда ты чуть не погибла?!

- Там же, где был ты, когда я нуждалась в тебе! – ляпнула, не подумав.

- Ты перечишшь сссамой себе, - довольно усмехнулся он, прижав меня к себе вплотную.

- Ты тоже, - почему-то шепотом ответила я, растерявшись от собственных слов и его непредсказуемого поведения. – То тебе нет дела до меня, то тебя злит, что я с вервольфами общаюсь. Злит ведь? Хоть ты сам виноват в том, что мне пришлось согласиться на покровительство Сибурта, - понизив голос до едва уловимого, выговаривала я Алтимурссу, стараясь не замечать, что он теперь не отрывает взгляда от моих тихо шевелящихся губ. – Как я могу навредить целой империи? Чем? Магией, которую не ощущаю?

- Зато ее слишком хорошо чувствую я, - приблизив ко мне лицо, вдохнул парень воздух у самых моих губ. Он так и стоял, неподвижно. Будто пил моё дыхание, пока я продолжала спрашивать, едва ворочая пересохшим от волнения языком. – Всс-сего один поцелуй, - с присущей ему хрипотцой пробормотал вдруг Алтимурсс. – И ты была бы моей, - еще один вдох, и кожу вокруг рта обожгло его раздувающимися от напряжения ноздрями, губами, оставляющими горячие мурашки на моих щеках и подбородке, по которому они поползли слегка касаясь. – Тшш-с, - вздрогнула я, ощутив, как мочки уха коснулся влажный язык. И было это так шокирующе интимно, так разнузданно, как если бы мы начали заниматься куда более пошлым утолением наших сокровенных желаний. Тех самых, которые я усердно тушила, боясь признаться в них даже себе.

А сейчас я обомлела, задрожав от переполнивших меня чувств. Внутри будто вулкан бурлил, грозясь сорвать крышу. Ощущения усиливались еще и тем, что Алтимурсс почти не трогал меня. То есть держал, но не двигался. Не гладил, не зажимал. А просто держал каменной хваткой, чтобы я даже не думала вырываться. И это заставляло сконцентрировать всё восприятие на происходящем у уха развратном безобразии.

Пришлось вцепиться в плечи Алтимурсса, чтобы не упасть под натиском его едва сдерживаемой страсти, которую он внезапно показал.

- Мой сс-сладкий запрет, - словно угадав мои мысли, елейно прошептал он мне в ухо, а я оцепенело почувствовала, что языков у василиска как будто бы два. Или он раздвоен как у змеи?!