Глава 3

5 марта 1887 года, поместье Барнард-Касл в графстве Дарем

Через несколько дней супруги Стрэтмор организовали в поместье бал. Точнее, прием организовала вдовствующая графиня, а Кэтрин пока только училась у нее. Тем не менее, в замке-шато собрались все сливки даремского общества.

– Я чувствую, что этот вечер завершится плачевно, – вздохнула Катя, вцепившись в руку подруги, затянутую в длинную перчатку.

– Не переживай, дорогая, у тебя все получится, – подбодрила ее Анна. – Всего лишь один танец.

– Угу, пять минут позора – весь вечер свободный, – пробурчала леди Кэтрин Стрэтмор.

– Милая, ты сгущаешь краски. Тебе уже доводилось посещать балы и танцевать вальс. Томас – прекрасный партнер, тебе не о чем переживать. К тому же, никто не обратит внимания на танец. Завистницы будут рассматривать твой наряд и драгоценности. – Аня понимала нервозность подруги и искренне ей сочувствовала. Это для нее танцы были в радость, тем более, с таким партнером, как Аргайл. Катерина же только недавно разучила танцевальные па и держалась скованно.

Геля вслушивалась в диалог подруг, но пока она не слишком понимала, что происходит. Она попала, что называется, из огня да в полымя. Ангелина впервые присутствовала на балу, все было в новинку, непривычно. Словно она оказалась на съемках исторического фильма.

– Девочки, улыбаемся, – едва слышно произнесла Аня. – Здесь собрались все змеи Дарема. А вот те напомаженные тетки, которые окружили леди Элизабет, первыми разнесут сплетни, что мы не умеем себя держать в приличном обществе.

– Вот за это я ничуть не переживаю. Мать Томаса что-нибудь придумает. Может, сошлюсь на головную боль и откажусь от танцев, лучше вы с Аргайлом пляшите. Или вон Геля, – ответила Катя и широко улыбнулась дамам, которые устроились на мягких диванах в окружении кадок с пальмами и хищно взирали на подруг.

– А что сразу Геля? Я, может, еще в шоке от происшедшего. Думаешь, твой рыжеволосый учитель показал мне пару движений, и я стану звездой местного танцпола? – возмутилась блондинка и обмахнулась веером. – Не успела я оказаться в вашем девятнадцатом веке, как должна прыгать перед всеми.

Катя строго посмотрела на подругу:

– Не выдумывай! У тебя прекрасно все получилось, и учитель тебя хвалил. А танец – это верный способ найти ухажера. Вон взять того же маркиза.

– А зачем мне ухажер? – поинтересовалась Геля, хотя от внимания маркиза она бы не отказалась.

– И чем ты собираешься здесь заниматься две недели? – улыбнулась Аня. – И потом, это так романтично – соблазнить местного лорда.

– А ты тоже соблазняла своего Аргайла? – Геля уже заметила среди гостей маркиза Вейна и вздохнула: в смокинге высокий светловолосый мужчина был похож на принца из прекрасной сказки.

– Она его не соблазняла, а укрощала, – захихикала Катя и тут же зашептала: – Все, девочки, замолкаем. Только что в зал вошла первая деревенская сплетница – леди Диана Дерик с супругом.

Геля увидела, как в зал буквально вплыла высокая фигуристая девица в ярком зеленом платье с желтыми рюшами на груди и рукавах. Ее шею охватывало массивное колье с изумрудами, а голову венчала диадема. А сопровождал даму пожилой мужчина, вероятно, супруг. И еще Ангелина заметила, что граф и герцог направляются к подругам.

– Нам нужно поздороваться с ней. Эта Диана очень противная, но ее муж заседает с Аргайлом в парламенте и пользуется определенным влиянием. Поэтому придется сделать вид, что мы им очень рады, – пояснила Аня. – Тем более, Стрэтмор на следующий год будет представлять интересы графства Дарем в парламенте. Политика, связи – везде все одинаково.

Мужчины уже подошли к супругам, а Катя обратилась к Геле:

– Дорогая, ты не против, если мы ненадолго оставим тебя одну?

– Конечно, девочки, идите, – улыбнулась Геля. – Я найду, чем себя занять.

– Вот и славно, – с облегчением выдохнула Катя и последовала за мужем.

– Пожелай нам удачи, – произнесла Аня, и они с Аргайлом удалились, чтобы поприветствовать чету Дерик.

Маркиз Вейн со скучающим видом рассматривал собравшихся в бальном зале. Его друзья – Аргайл и Стрэтмор – позволили окольцевать себя и сейчас то и дело знакомили жен с представителями высшего общества Дарема. Как же он не любил поддерживать светские беседы и, тем более, танцевать с дамами. Ну, уж нет, он не сделает такой ошибки, как друзья, и не женится. Может, и хорошо, что его брак с Дженни так и не случился. Вон в углу стоит его ровесник – барон Тауэрс – держит в руках сумочку и веер супруги, пока та сплетничает с подругами. Пропал хороший человек, а из него мог бы выйти толк. Вейн посмотрел на разряженных дам, обвешанных жемчугами и бриллиантами. Неожиданно его взгляд остановился на хрупкой фигурке одинокой леди в розовом платье с пышной юбкой. Девушка стояла в стороне, мило улыбалась гостям и так же, как и Вейн, с интересом рассматривала окружающих.

– Эта приятельница графини чудо как хороша, – проговорил виконт Энфилд, потягивая игристое вино.

Родственник графа здесь явно не скучал. Было видно, что молодой повеса высматривает очередную жертву. Вейн понял, о ком говорит Энфилд и слегка удивился. Гостья из будущего, которая прибыла из современного Барни в нелепой одежде, мужских брюках и странной шляпе, теперь выглядела как настоящая леди. Немного кукольно в этом платье, но очень мило. Она вновь чем-то напомнила его Дженни: светлые волосы, тонкие черты лица, милая улыбка и такой невинный взгляд. Но нет, он не позволит себе увлечься этой русской. Достаточно будет того, что ее подруги прибрали к руками Томаса и Найджела.

– Бал, конечно, скучнейший, как и все балы в провинции, – продолжил Джеральд Энфилд, – но флирт с девушками – это именно то, что позволит сделать вечер привлекательным.

– Если бы не мать, то я с удовольствием бы сбежал, – ответил маркиз, заметив, как его дорогая маман, леди Агнесс Вейн, оживленно общается со своей старинной подругой – вдовствующей графиней Элизабет Стрэтмор. Дамы то и дело поглядывали на Томаса с супругой, а затем переводили взгяд на маркиза. Они явно строили на его счет какие-то планы.

– Если мы не можем сбежать, то должны развлечься. – Джеральд подмигнул Вейну и направился в сторону Ангелины.

И сэру Генри это совсем не понравилось. Ему не было никакого дела до планов Энфилда, но девушку стало жаль. Она казалась юной и совсем неопытной в отношениях с мужчинами. Вот и сейчас она доброжелательно улыбалась подошедшему к ней виконту – без ненужного кокетства и жеманности.

Ангелина устала от окружающей толпы, от иностранной речи, от навязчивых поклонников, которые то и дело подходили к ней. Вот и сейчас молодой виконт, родственник графа, развлекал ее ничего не значащей беседой, то и дело рассыпаясь в комплиментах. Геля ему мило улыбалась, стараясь изредка отвечать и смеяться над репликами, как это делали светские дамы. Виконт был интересным молодым мужчиной – высоким, поджарым, с густой копной каштановых волос. Но он не вызывал в ее душе нужного трепета и волнения. Его взгляд скользил по хрупкой Гелиной фигуре, выдавая явный мужской интерес. Казалось бы, кого еще ей искать для легкого флирта? Весна, красивый поклонник, влюбленность. Можно закрутить небольшой роман. Так отчего же она то и дело сталкивалась взглядом с маркизом – высокомерным и надменным, одиноко возвышающимся среди прочих гостей? Геля видела, что он следит за ней, но в отличие от виконта, маркиз не сделал попытки подойти и развлечь ее разговором. Джеральд был рядом, но Ангелина думала о глазах маркиза, мечтала о его губах. Она слышала голос Энфилда, а ей казалось, что это Вейн расточает ей комплименты. Геля даже согласилась на один танец с виконтом, чтобы позлить несносного ледяного лорда. Ведь он явно испытывает к ней интерес, но отчего-то не делает ни единого шага навстречу. К сожалению, кроме сбившегося дыхания и пылких признаний Энфилда, танец ничего не принес. Да еще и эта дурацкая подвязка стала сползать с ноги. Аня предупреждала Гелю, чтобы она не выдумывала и не примеряла нижнее белье, которое привезла местная модистка. Но Ангелине так захотелось почувствовать себя леди из прошлого. И вот теперь китовый ус, который был вшит в корсет, нещадно натирал ребра, и дышать было невозможно. Да еще спустившаяся вниз подвязка готова была соскользнуть вместе с чулком. Извинившись перед виконтом, Ангелина вышла из бального зала в поисках дамской комнаты. Но поплутав в коридоре и не найдя нужное заведение, она решила подняться по лестнице на третий этаж, где располагалась ее спальня. Геля была уверена, что ее бегства никто не заметит. Тем более, объект ее мыслей держался на расстоянии. А настойчивые ухаживания виконта пора прекращать.

Уже подходя к своей комнате, Ангелина почувствовала, как чулок сползает с ноги. Все-таки подвязка упала и где-то потерялась. Хорошо, хоть платье длинное и никто из местных аристократов не видит ее позора. Прошмыгнув мимо лакея, Геля зашла в спальню, закрыла дверь и присела на кровать. Она откинулась на подушки, представляя прекрасное лицо голубоглазого маркиза. Как бы ей хотелось оказаться в сказке – в сказке для взрослых девочек, где она в этом чудесном поместье, на этой большой кровати, в красивом шелковом платье, а рядом принц из ее грез, который шептал бы страстные признания и покрывал бы поцелуями ее лицо.

Маркиз Вейн видел, как девушка сбежала из зала. Явно ей, как и ему, все это представление было в тягость. Хотя, она такая юная – самый возраст для балов и приемов. Когда она кружилась с виконтом в вихре вальса, то Вейн представлял себя на месте Энфилда. Он решил последовать за ней и пригласить на следующий танец.

В коридоре маркиз столкнулся с Джеральдом, но Ангелины нигде не было. Зато Энфилд прижимал к губам какую-то вещицу. Присмотревшись, маркиз понял, что это дамская подвязка. Он выгнул бровь, а виконт довольно улыбнулся:

– Она дала мне знак. А это значит, ночь обещает быть приятной во всех отношениях.

Как маркиз и предполагал, Джеральд вновь нашел какую-то доступную девицу. В этом он весь – флиртует с одной, ночи проводит с другой. Он даже порадовался, что Ангелина ушла и не заметила этой пикантной ситуации. С другой стороны, Вейн вовремя опомнился и осознал, что чуть не совершил ошибку. Пригласив девушку на танец, он дал бы лишний повод для сплетен. Да и матушка заинтересовалась юной незнакомкой, начнет еще сватать, а этого Генри Вейн допустить не мог.

Усталость была столь велика, что Ангелина провалилась в сон, даже не успев раздеться. Ее грезы были восхитительными. Кто-то целовал ее щеки, она почувствовала, как чужое дыхание щекотало шею. Умелые пальцы стянули с плеч платье, а затем развязали шнуровку на корсете и стянули вниз вместе с нижней рубашкой. Твердые губы прикоснулись к ее устам – настойчиво и в то же время выжидая, позволит ли дама большее. Ощутив пряный мужской аромат, смешанный с алкоголем, Ангелина вспомнила насмешливую улыбку маркиза и поняла – он пришел. Но видимо, принял для храбрости. Ну и пусть, главное, что она ему тоже нравится, он хочет ее. Не отдавая себе отчета во фривольном поступке, Геля ответила на поцелуй. Мужчина принял это за сигнал к действию. Он сжал руками нежные холмики, но как-то уж слишком навязчиво. Геле хотелось, чтобы мужчина был ласковым, трепетным. Она же почувствовала, как тяжелое мужское тело навалилось на нее, и ночной гость грубо раздвинул ее ноги коленом.

– Не так быстро, – прошептала Ангелина, стараясь продлить удовольствие. Она хотела, чтобы ее долго ласкали языком и губами, у нее ведь очень чувствительная грудь. А вместо этого маркиз с силой сжимал пальцами соски, больно пощипывая их и внося некий дискомфорт в романтический флер ночной встречи.

– Я хочу тебя, – прохрипел мужчина.

А Геля вдруг поняла, что это не маркиз. Она открыла глаза и увидела перед собой виконта, осоловевшего то ли от страсти, то ли от количества выпитого. Что есть мочи Геля завизжала, пытаясь столкнуть с себя насильника. Он же не отступал, закрыл ей рот ладонью, продолжая шарить другой рукой под юбкой.

Не думала Геля, что и в девятнадцатом веке среди господ существует неприкрытое насилие. Тем более в приличном доме, где вокруг сплошь герцоги да графы. Геля воспользовалась тем, что виконт слегка отклонился, и со всей силы заехала ему коленом по причинному месту. Теперь уже, словно мартовский кот, кричал сэр Джеральд. Ангелина почувствовала, что победа за ней. Еще бы дотянуться до сумки, где лежит газовый баллончик. Тогда виконт долго не захочет насильничать. Неожиданно мужчина поднялся в воздух, а затем отлетел к дальней стене. А Геля увидела возле постели разъяренного маркиза. Она одернула юбку, но на секунду замерла, забыв о безобразной сцене. Спаситель стоял в одних брюках, широкие смуглые плечи с ярко выраженной мускулатурой тут же привлекли ее внимание. Неожиданно сэр Генри потянулся к девушке, чуть коснувшись прохладными пальцами груди. И тут же прикрыл нагое девичье тело платьем. При этом выражение лица маркиза не изменилось, словно перед ним была не обнаженная девушка, а каменная статуя. Геля расстроилась. Значит, она ему не понравилась. Может, маркиз предпочитает дам с более пышными формами? Ангелина не успела поразмыслить на эту тему, потому что в комнату уже ворвались Катя и Аня, позади стояли их мужья. Боже, это какой-то проходной двор, а не английское поместье. Анна тут же подбежала к Ангелине и обняла.

А Катя, оценив обстановку, обратилась к мужу:

– Томас, прошу, чтобы твоего родственника завтра здесь не было!

Граф послушно кивнул.

– Гельчонок, надеюсь, этот подлец ничего с тобой не сделал? – прошептала Аня, прижимая подругу к себе.

– Нет, все в порядке. Я оказала сопротивление, да и маркиз вовремя успел.

Геля с благодарностью взглянула на мужчину, но тот все с тем же равнодушным выражением лица подошел к Джеральду, взял его за шкирку и потащил за собой из комнаты. Аргайл и Томас помогли Вейну вынести тело виконта, оставляя девушек одних.

– Ты уверена, что негодяй тебя не тронул? – переспросила Катя. – А как он здесь оказался? И что здесь делал маркиз в таком виде?

Ангелина рассказала подругам о случившемся, но при упоминании о Вейне голос предательски задрожал.

– Или я чего-то не понимаю, или он тебе нравится, – подытожила Катя рассказ о насильнике и спасителе.

– Кто? Виконт? – округлила глаза Аня.

– Какой виконт? Маркиз, конечно, – произнесла Катя, и подруги уставились на Ангелину в ожидании признаний.

– Не то чтобы нравится, но… – вздохнула та, не отрицая очевидного.

– Но ты влюбилась, – кивнула Аня, а Геля вдруг разрыдалась.

Видимо, запоздалая реакция на насилие все же дала о себе знать.

– Не реви! – приказала Катерина и поднесла подруге стакан с водой. – Пей. Сейчас валерьянки капну. Знаю, у тебя точно есть косметичка с лекарствами.

– Гелечка, но это же хорошо, что ты наконец-то влюбилась. У нас с Найджелом тоже все быстро произошло, правда, мы сначала…

Катя сердито посмотрела на подругу:

– Не о тебе сейчас речь. О маркизе. Я давно уже хотела пристроить Гену в хорошие руки. Мы как раз с матерью Томаса подыскивали ему подходящую партию. Наша Ангелина будет для маркиза идеальным вариантом.

– Но я ему даже не нравлюсь. – В голосе Гели прозвучали страдальческие нотки.

Аня удивилась:

– Как это не нравишься? А кто не сводил с тебя глаз на балу?

– А кто первым прибежал в твою комнату, когда услышал крик? Даже халат не накинул, – вторила ей Катя.

Геля растерянно смотрела на подруг и смущенно спросила:

– Вы думаете, я смогу ему понравиться?

– Гель, ты чего? У тебя все шансы на победу. Вон Анька ему глазки строила, и хоть бы что. Только Аргайл ревновал, как безумный. – Катя задумалаь: – Но с женитьбой, боюсь, придется сложно. Такого, как Генри, сначала надо охмурить, обмануть и соблазнить. Нет, сперва соблазнить, а затем обмануть!

– Но как ей охмурить эту ледяную статую? – спросила Аня.

– Спокойствие, только спокойствие! Сейчас выдам всем валерьяночки и обсудим. – Катя уже достала из Гелиной сумки флакончик, накапала лекарство в изящные фужеры, разбавив водой из графина. – Этого маркиза голыми руками не возьмешь. Надо разработать план. Я еще с матерью Томаса посоветуюсь, соберем побольше информации, почему он от женщин шарахается.

– Да вроде не шарахается. Найдж говорил, что два раза в месяц маркиз исправно посещал заведение мадам Фруже, когда жил в Лондоне, – пробормотала Аня и тут же ойкнула, сообразив, что сморозила лишнее.

Геля тут же догадалась, о чем идет речь.

Она с ужасом прошептала:

– Он что – бабник?!

– Не совсем. Точнее, совсем не бабник, – успокоила ее рыжеволосая герцогиня. – Сама подумай. Жен у них не было. Тут либо постоянная любовница, либо посещение сама знаешь кого. Мне, конечно, эта тема неприятна, но это правда жизни. Главное, чтобы женам не изменяли. А когда холостые и без обязательств, ничего не поделаешь. Мужик – он и в Англии девятнадцатого века мужик. Радует, что известное заведение они посещают редко. И оно далеко.

– Не посещают, а посещали. И я не поняла, Ань, ты к чему сейчас эту тему подняла? – грозно спросила подругу Катя Стрэтмор. – Смотри, как Гельку напугала. А маркиз хороший мужик. В технике разбирается, с этими герцами-вольтами докумекал. Аргайл ему еще книг из нашего времени принес, Генри подчитал, и теперь у нас розетки и в спальне, и в кабинете. Вся аппаратура исправно работает – компьютер, микроволновка и, что меня особенно радует, фен с эпилятором…

– Катя, мы сейчас не про фен, а про маркиза, – вздохнула Анна, заметив, что Катерина явно отвлеклась.

– Так и я про него. Рукастый мужик, в хозяйстве сгодится, тем более свое поместье имеет. В общем, «хорошие сапоги – надо брать», – уверенно проговорила Катя, вспоминая любимый фильм и попутно вбивая последний гвоздь в судьбу маркиза. И тут же повернулась к герцогине: – А ты к чему про бордели начала?

– А к тому, что нужно выяснить, какой тип женщин он предпочитает, что там в юности у него было, кого любил, по кому страдал. Будем нашего Генри со всех сторон изучать! – Отсалютовав, Аня залпом выпила валерьянку.

– И соблазнять! – вторила ей Катя.

– Соблазнять? Но как? Я, наверное, не сумею, – пробормотала испуганная Ангелина, тут же вспоминая, что уже сидела перед маркизом в неглиже, и он как-то не соблазнился ее прелестями.

– Ну, во-первых, нужно убрать твои мальчиковые наряды – джинсы, футболки, кеды, – придирчиво осмотрела подругу Катя. – Хотя, здесь их носить негде.

– Лучше уберем этот розовый цвет и деревенские рюши. – И Аня с осуждением посмотрела на Катерину, которая заказывала наряды. – Я же говорила, не покупай эти жуткие платья, Геля в них, как кукла Барби. Бантов только не хватает. Дождемся завтра мадам Вивьен, у нее на это дело глаз наметан. Будешь ты, Гельчик, первой красоткой в деревне Дарем, и никуда наш Генри от тебя не денется.

Ангелина быстро переоделась в ночную сорочку, удобно устроилась на кровати, внимательно прислушиваясь к речи подруг. А те уже разрабатывали детальный план по соблазнению маркиза.

Геля никогда не бегала за мужчинами, скорее от них. Вот и своего жениха, поймав на измене, тут же выгнала. А он еще месяцев шесть не давал ей прохода, даже писал кляузы ее начальнику про аморальный образ жизни детского врача Ангелины Любомировой. Но закаленный в боях с мамашами главный врач детской поликлиники Яков Абрамович не поддался на гнусные провокации.

Ангелина понимала, что с мужчинами ей не везет. Вот и на этот раз, несмотря на грандиозный замысел подруг, муж в лице маркиза ей не светит, а вот приключений на свою голову она найдет.

Проваливаясь в сон, вспоминая обнаженный торс и рельефные мышцы голубоглазого принца, Геля пробормотала:

– Но почему бы не попробовать? Мой отпуск – что хочу, то и делаю. Хочу – отдыхаю, а хочу – соблазняю!

Тройная доза валерьянки подействовала, девушка уже забыла о приставаниях виконта, полностью переключившись на образ маркиза Вейна. Она решила, что в отпуске можно пойти на эксперимент. Все-таки хотелось бы узнать, каков он в постели. Будет ли с ней ласковым, или страстным, или безудержным. Удастся ли ей растопить ледяную статую?

А в это время маркиз Вейн наполнял ванну холодной водой и сжимал кулаки, вспоминая бархатистую кожу прелестницы и красные следы от грубых мужских пальцев. Да он был готов убить виконта на месте, еле сдержался. А когда трогательная и беззащитная девушка сидела на кровати и смотрела на него глазами, полными слез, маркиз хотел броситься на колени и целовать ее узкие ладошки, тонкие пальчики, хрупкие плечи, а особенно – маленькую очаровательную грудь. При воспоминании о груди мужчина простонал: розовые соски, похожие на нераспустившиеся бутоны, так и просили, чтобы до них дотронулись и приласкали. Мужчина вспомнил, как невольно потянулся к мягкой округлой груди, касаясь пальцами нежной кожи и чувствуя, как поднимается его мужское естество. Он тут же взял себя в руки, сделал безразличное выражение лица и быстро прикрыл женские прелести платьем. Еще не хватало, чтобы защитник набросился на девушку с поцелуями и ласками. Вейн очень вовремя отошел от девушки. Еще секунда, и графиня с герцогиней застали бы его за непонятным занятием. Безусловно, леди из будущего была хороша, но не настолько, чтобы маркиз изменил своим принципам. Да и не мог он предать Дженни. В то время как она мучается в нежеланном браке с постылым мужем, как он может предаваться радостям бытия? Следует держаться подальше от русской гостьи. Ванна наполнилась, сэр Генри смело шагнул в воду и тут же выскочил. После ледяного шока мысли заработали в нужном направлении, похотливый друг больше не беспокоил, а желание обладать телом маленького ангела сменилось желанием завтра же покинуть Барнард-Касл.