Глава 20

Эльнара Домой вернуться всё же пришлось. Из-за мамы. И даже почти достоверно получилось отыграть перед ней недовольную мажорку, которой не дали повеселиться с друзьями. Ну а что? У меня свадьба скоро, жизнь будет кончена, надо успеть хорошенечко наверстать всё упущенное, прежде чем меня закроют в особняке Караджа. Или где там меня собирались поселить. В общем, по полной адаптировала под себя поведение Эльвиры в таких случаях. Очень удобное, кстати, оказывается, поведение! Почему я раньше так не делала?! Жаль, сама сестра на все мои сообщения отвечала молчанием, хотя я писала ей каждый день. Читала, но не отвечала. Ну, хоть читала – уже хорошо. Значит оставалась надежда, что рано или поздно она всё-таки меня простит. А пока я просила прощения у матери. Мысленно. За то, что спала с её мужем. Но он ведь и не нужен ей. Касьян забирал себе всё моё свободное время. Если я не была в университете, то обязательно с ним. За исключением, когда он задерживался на работе. Тогда меня отвозил домой его водитель, и я дожидалась его возвращения в своей комнате. Происходящее походило на сон. Но сон прекрасный. От которого совсем не хотелось просыпаться. И чем дольше это всё длилось, тем больше я во всём этом нуждалась. Одёргивала себя, напоминала о временности этих отношений, заставляла концентрироваться на другом, но по итогу сдавалась и возвращалась к тому, с чего начала. Наши тайные встречи стали острой необходимостью. Я их ждала, отсчитывая каждую минуту, проведенную отдельно от мужчины, и срывалась с места сразу же, как только стрелки на часах достигали нужной отметки. И мне было абсолютно всё равно, кто и что думал по этому поводу. В том числе и преподаватели, которых я прерывала на полуслове своими выходками. И только одна Ульяна понимающе улыбалась при взгляде на меня. Наверное, потому что и сама периодически поступала так же. Это было счастье. Чистое. Незамутнённое. Искромётное счастье. А то, что временно… Пусть. Совсем не хотелось думать о будущем. Я и без того всю жизнь о нём думала, ставя благоразумие выше желаний. Здесь и сейчас мне просто хотелось наслаждаться тем, что имела. А имела я много. Не только наши встречи. Но и много-много нежности, заботы, внимания и ласки. Даже иронично, что именно этот мужчина заставил чувствовать меня всё это. Тот, кого ещё недавно я до ужаса боялась и сторонилась по любому поводу. А теперь и дня без него прожить не могла, засыпая и просыпаясь рядом с ним. Я напоминала себе воздушный шарик, наполненный гелием, которого уносило ввысь к небесам. И приближающийся вечер у Черкасовых, к которым я обязана была идти под ручку с Дженгизом, больше не волновал. Пока Касьян рядом, я знала, всё будет хорошо. Даже то, что ему пришлось задержаться на работе, а мне – добираться до пункта назначения в машине навязанного жениха, не избавило от ощущения абсолютной защищённости. Возможно, ещё дело было в том, что вместе с нами в салоне находилась мама, и парень не только ничего не мог сделать лишнего, но и сказать. Разве что смотрел на мои обтянутые тонкой струящейся чёрной тканью грудь и бёдра чересчур пристально, пока я до побелевших костяшек сжимала в руках клатч, делая вид, что ничего не замечаю. Наверное, стоило выбрать что-то менее провокационное. Несмотря на то, что платье скрывало всё тело, от шеи до пят, при этом оно отлично подчёркивало все достоинства моей фигуры. Вот только, выбирая его, я думала о Касьяне, а не о сидящем рядом. А стоило исходить из обратного. Но что уж теперь. В любом случае, притронуться ко мне он не сможет, а его взгляды я уж как-нибудь переживу. Поскорее бы уже прошла передача прав. Едва терпеть уже удавалось. Я ведь потому и жила у Касьяна в квартире во время его отсутствия, чтобы уж точно лишний раз с Караджа никак не пересекаться. А уж эта идея с баней… Ещё не хватало, чтобы меня оценивали, как витрину магазина! Пусть сами себя рассматривают, раз у них традиция такая. А я пас. И, естественно, это стало первым, что мне припомнили, стоило только остаться наедине с его матерью и другими женщинами их семьи, когда Дженгиз решил, что общение с друзьями интереснее девчачьих бесед и бросил меня одну родне на растерзание. – Учёба – это, конечно, похвально, но ты в первую очередь будущая жена и должна думать о семье, а не о работе, – с виду мягко укорила меня старшая из этого серпентария. – Тем более, твой муж способен и сам обеспечить тебя всем необходимым, – подхватила другая. Кто бы знал, чего мне стоило смолчать и ответить нейтральной вежливой улыбкой на выдвинутую претензию. Но я смогла! Разве что крепче положенного сжала пальцы на ножке бокала с шампанским и клатче. Вот ещё бы они сами на этом остановились… – Учиться вовсе ни к чему, всё равно не пригодится, – вставила ещё одна из девушек. – Если твой муж будет доволен, то и у тебя самой будет всё, что ты захочешь. А что делать с тем, что мне хотелось самой добиваться всего, чего я хочу? Особенно, если я могла это сделать. Без других. И учиться мне на самом деле тоже нравилось, узнавать что-то новое. Муж – это, конечно, хорошо, но не стоит быть к нему простым приложением. Разве нет? По крайней мере, мне для себя такой участи не хотелось. Возможно, я действительно неправильно расставляла приоритеты, но, кому надо, те давно уяснили, что примерная я лишь с виду. Конечно, ничего такого вслух я не сказала. Неожиданно подошедшая Ульяна справилась с этим лучше меня. – Странно, а мне всегда казалось, что мужчины любят как раз умных и самодостаточных женщин, за которых можно не только подержаться. Кто из присутствующих впал в больший шок от услышанного – сложно сказать. Вроде ничего особенного с виду и не сказала, но, судя по реакции женщин, каждая примерила услышанное на себя, и им это очень не понравилось. Очень. Особенно, если учесть, в какой ехидной интонации было произнесено это всё. Что я там думала про то, как они с Мстиславом уживаются? Отлично уживаются! Язва и Псих – идеальный тандем! – Впрочем, прошу прощения, что вмешалась. Это вовсе не моё дело. Я вообще подошла поздороваться с Эльнарой. Привет, подруга, – развернулась девушка ко мне. – Привет, – отозвалась я негромко, стараясь не особо сильно при этом улыбаться. Шок прошёл и ему на смену пришло веселье. Оно же отражалось в синих глазах сокурсницы, что тоже не способствовало моей сдержанности. Божечки, я обожаю эту девчонку! Сама бы я никогда не решилась озвучить ничего подобного, но была рада и благодарна, что она это сделала за меня. – Пройдёмся? – предложила Ульяна, и я согласно кивнула. – Да, конечно. Прошу прощения, – произнесла чопорное для остальных и первая отошла от них. Ульяна присоединилась ко мне через один шаг. – Терпеть не могу таких снобов, – проворчала по поводу подслушанного разговора, как только мы отошли на достаточное расстояние. – Чёртовы любители поучать. Будто ты сама не можешь решить, как тебе жить и строить отношения со своим мужем. Я всё-таки рассмеялась. Так искренне она возмущалась. – Просто я их оскорбила. Уже не в первый раз, – призналась всё так же весело. Ульяна аж с шага сбилась, глядя на меня в искреннем удивлении, чем снова повеселила. – Ты? Да ладно? – не поверила. – Чем? – Изначально дала понять, что не хочу замуж за их сына, – принялась вспоминать все свои прегрешения одно за другим. – Сбежала с помолвки с Дженгизом. Недавно отказалась следовать их традиции и выставлять себя на всеобщее обозрение в бане. И сегодня вот, когда не согласилась с их мнением. Так себе из меня невестка и сноха, в общем, – хмыкнула. – А где твой муж? – поинтересовалась. На мои пояснения девушка надменно фыркнула, а на вопрос уныло вздохнула. – С партнёрами отца рабочие моменты какие-то обсуждает. Мне тоже надо бы, но увидела тебя в окружении этих мегер и решила подойти, поздороваться. То есть, поддержать и помочь при случае… – Спасибо, – поблагодарила я её от всей души. – Обращайся, – ухмыльнулась Ульяна, осматриваясь. – Слушай, а здесь всегда так скучно? – Ну-у… Тебе честно или соврать? – тоже ухмыльнулась. – Не надо, я поняла. Всё поняла, – пробормотала девушка ворчливо. – Иногда бывают развлечения в виде каких-нибудь выступлений и аукционов, но что будет сегодня, не знаю. Как-то не интересовалась. Я вообще мало посещаю такие сборища. Если б не являлась невестой Дженгиза, то даже не подумала сюда заявляться. – Вот и я не хотела, – вздохнула Ульяна и покосилась на Мстислава в окружении десятка мужчин. – Пойти с тобой? – предложила. – А давай! Там обсуждения как раз по нашей специальности, тебе тоже полезно будет послушать и показать себя перед всеми! Вот совсем не это я имела в виду, когда решила просто поддержать её! Но Ульяна явно из тех, кто видит цель и не видит препятствий, а потому, ухватив меня за локоть, в тот же миг потянула следом за собой. Опомниться не успела, как оказалась стоящей в окружении незнакомцев, а она уже спешно представляла меня им всем. – Знакомьтесь, Эльнара Каминская. Моя сокурсница. Именно с ней я делю звание лучшего студента на нашем факультете. Но сильно губу не раскатывайте, её уже к рукам прибрал сам Михаил Арсеньевич Павлов. – Ну, если сам Михаил Арсеньевич… – протянул, не договорив, один из присутствующих, рассматривая меня с интересом. – А мы с юной леди уже знакомы и без того, – добавил другой. – Я присутствовал на вашей помолвке. Я же только и смогла, что виновато улыбнуться. Там такая вереница из гостей была, что я едва запомнила всех. Я и сейчас не запоминала. Вся моя суть сосредоточилась на ощущении пристального взгляда. И мне даже оборачиваться не нужно было, чтобы знать, кому он принадлежал. Касьян. Пришёл. Сердце тут же сделало кульбит и резко ухнуло вниз, оставшись там пульсировать. А я всё же оглянулась. Совсем немного. Чтобы никто ничего не понял. И тут же застыла, не в силах отвернуться. Чтоб меня! Я говорила, что Касьян красив? Неправда! Он великолепен! В сшитом на заказ чёрном смокинге с белой рубашкой и вручную повязанной бабочкой на воротнике. С зачёсанными назад волосами и притаившейся хищной насмешке в уголке искривлённых губ, что становилась отчётливей, пока его жгуче-чёрный взор медленно скользил по мне с головы до ног и обратно. Готова поклясться, он мысленно уже как минимум стащил с меня сегодняшний наряд. И обязательно распустил собранные в сложную и пышную косу волосы, в которых блестели шпильки с бриллиантовыми головками. Да что уж там, я и сама уже вовсю представляла нечто подобное. Ручки так и зудели подойти и развязать эту чёртову бабочку на шее. Расстегнуть пуговки и провести по горячей коже пальцами, а затем оставить на ней долгий поцелуй. Не подошла, конечно. Зато прямиком к нам направился он сам. – Добрый вечер, – поздоровался со всеми. Но прежде, чем кто-либо из присутствующих успел втянуть его в разговор, добавил исключительно для меня: – Идём, украду тебя у всех ненадолго, – аккуратно подхватил меня под локоть и потянул за собой. Да я и не особо сопротивлялась. Во-первых, это привлекло бы ненужное внимание ближайших к нам гостей, а мы и так наверняка его привлекли нарушением всех правил этикета со стороны Касьяна. А во-вторых, просто не хотелось. Так что, закусив губу, я послушно семенила за ним следом на своих шпильках. Как оказалось, на выход из зала. Даже почти решила, что мы уезжаем, но мужчина в последний момент свернул в боковой коридор, приведший нас на небольшую тёмную террасу. Я вообще не знала о её существовании до этого момента. Только о той, что прилагалась к банкетному залу. А эта, видимо, являлась пристроем к другому, сегодня закрытому. По крайней мере, здесь не горели фонари и отсутствовали люди. Как только мы переступили её порог, Касьян отобрал у меня бокал, поставив его на перила, и тут же прижал меня спиной к ближайшей стене, а на мои губы обрушился его жадный поцелуй. И это что-то невероятное. То, как он действовал на меня каждый раз. Все нервы оголялись до такой степени, что дышать с трудом удавалось от яркости всех ощущений. Только и могла, что со стоном сдаваться его настойчивости. Пальцы смяли тонкую ткань, приподнимая, и от понимания, к чему всё идёт, внутри сладко заныло. – У тебя ведь закончились месячные? – шепнул вдруг Касьян, продолжая задирать подол платья. – Да. Странный вопрос и мой ответ растворились в новом поцелуе. На этот раз тягуче-медленном, но с примесью всё той же жажды, с которой он набросился на меня поначалу. Боже ты мой! Я никогда не думала, что какие-то поцелуи могут так влиять на рассудок. Что тот будет плыть, как при высокой температуре. Когда тебе совершенно не важно ничего, кроме неё. И сейчас именно Касьян являлся моей температурой. С каждым пройденным мгновением повышая свой градус во мне. Подол быстро оказался задран, мужские пальцы легли на пока ещё скрытую кружевом плоть, слегка надавив на вход в лоно, и меня как подбросило. – Касьян… Что-то с тихим стуком упало к нашим ногам, но мы оба не обратили на это внимания. Как вообще можно о чём-то думать, когда его пальцы отодвигают мешающую ткань и ласково ведут по влажной плоти вверх-вниз? У меня не получалось. – Обожаю, когда ты так произносишь моё имя, – хрипло отозвался он. А я обожала его. И боготворила его руки. Но до тех пор, пока не поняла, что совсем не его тёплые пальцы, а нечто иное медленно, но верно вторгается в меня. Вмиг пришла в себя. – Что ты делаешь? – попыталась перехватить его за запястье. Конечно, ничего не вышло. Хотя на мгновение Касьян всё же остановился. На мужском лице появилась нахальная усмешка. Он склонился ниже надо мной. – То, из-за чего сегодня ты будешь течь, моя красивая девочка. Очень много течь. Для меня. Вместе со словами глубже протолкнул непонятный предмет. И я даже не нашла в себе полноценного стремления помешать ему. – Ты мне доверяешь, Белоснежка? – уточнил он неожиданно серьёзно. И я также серьёзно кивнула. Только ему и доверяла, если так подумать. Больше никому. Даже себе. – Да, – добавила вслух. И разжала руку. Наградой мне стала умопомрачительная улыбка и новое ласковое поглаживание плоти. Затаив дыхание, я ждала, что будет дальше. Что он задумал? Тем более, что ничего больше объяснять Касьян не спешил, как и делать. А по его лицу ничего не понять. – А теперь иди. А то вдруг кто-нибудь хватится, – неожиданно заявил. Что? Как это уходить? Я настолько растерялась, что так никуда с места и не сдвинулась, глядя на него. Зато это позволило мужчине аккуратно поправить всю задранную им на мне одежду. Но и только. – Или не будем дожидаться окончания регистрации нового права собственности, пусть все сегодня всё и сами поймут? – добавил он. Вот тут я опомнилась. Отрицательно качнула головой. Хотя пребывать в растерянности не перестала. То и дело оборачивалась на него, уходя. Что это только что было? Так и не перестала об этом думать, вернувшись в зал ко всем. И вовремя. Потому что мне навстречу попался Дженгиз, который меня действительно потерял и искал. – Где ты была? – хмуро посмотрел на меня. Вместо ответа просто указала себе за спину. – Касьян Брониславович попросил подтвердить какую-то сделку, – оправдалась первым пришедшим на ум. – В такое время? – прищурился с подозрением Караджа. Блин! – Днём ещё просил, но я за сборами не заметила присланное сообщение и пропущенные звонки. Вот он и… Может всё же не будем обсуждать моего трудоголика-отчима, а потанцуем? – предложила, чтобы хоть как-то отвлечь его от опасной темы. Сработало. Дженгиз улыбнулся и чинно подал мне ладонь. А как только я приняла жест, повёл за собой вглубь толпы. Я же, только когда его ладонь легла на мою талию, поняла, на что именно подписалась. Но поздно. Дженгиз привлёк вплотную к себе, не оставляя и сантиметра зазора между нами. Ничего не оставалось, как терпеть эту нашу временную близость. Но себе на будущее поставила зарубку больше никогда не соглашаться ни на что подобное. Слишком чужеродными ощущались его касания. Даже через слой одежды. Опустив голову, я позволила вести себя в танце, положив свободную ладонь ему на плечо, стараясь не замечать, как крепко он сжимает мою вторую руку в своей. Будто боясь, что я сейчас передумаю и сбегу от него. Очень хотелось на самом деле. Но я не могла. А потому приходилось отыгрывать свою роль до конца. Прям как в дешёвой пьесе какой-то… – Почему ты передумала? Я сразу поняла, о чём Дженгиз спрашивал, но всё равно уставилась на него максимально вопросительно. Пусть конкретизирует свой вопрос. – Ты изменила своё отношение к нашему браку, – пояснил он. – Почему? Что изменилось? Только не говори, что из-за сестры. Я же видел, что это не сработало. К тому же, вы быстренько выслали мелкую куда-подальше, – впился в меня пристальным взглядом, отслеживая мою малейшую реакцию на сказанное. Если и увидел что, так только мою мрачность от упоминания сестры. – Ничего не изменилось, – ответила, как есть. – Просто мы договорились с Касьяном Брониславовичем. Он бережёт мою сестру от таких подонков, как твои дружки, потому что вряд ли бы они от неё отстали, после твоей выходки с яхтой, а я проявляю послушание и больше не сопротивляюсь нашим отношениям. Даже не соврала ведь. А то, что под нашими отношениями я подразумевала нас с Касьяном, так это… Каждый понимает чужие слова, как ему удобно. Вот и Дженгиз понял. Как удобно ему. Расслабился. – А умный мужик этот твой отчим, – ухмыльнулся. – Не то слово, – проворчала уже точно правдиво. Иногда казалось, даже слишком. А ещё чертовски продуманный. И вообще удивительный. Удивлял иной раз так, что оставалось только диву даваться, откуда вообще в этой умной голове брались все эти идеи. Взять хотя бы сегодняшнюю выходку. К чему это всё было? Чтобы он в меня не засунул, это почти не ощущалось. Никакого дискомфорта не приносило. – Будь уверена, его усилия не пройдут напрасно, – склонился ко мне ближе Дженгиз. Та его ладонь, что покоилась на моей пояснице, поднялась выше, задевая каждый из позвонков, и остался на моём затылке, придвинув меня ещё ближе к нему. Но моему жениху и того показалось мало, поэтому он добавил мне на ухо, понизив голос: – У нас будет очень-очень долгий и крепкий брак, принцесса. Не знаю, как сдержалась и никак не отреагировала внешне, но мысленно меня аж передёрнуло. Ещё на наречии «очень-очень». А уж когда он назвал меня «принцессой»… Так и захотелось добавить, что не его я принцесса. И вообще, меня даже в книжках про этих самых принцесс никогда не прельщали избалованные принцы. Которые всю историю непонятно где пропадали, а в конце выскакивали, как чёрт из табакерки, со своими поцелуями, на которые никто им разрешения не выдавал. Разве что «Красавица и чудовище» являлась исключением. Там хоть видно развитие отношений. А у остальных сплошь нелепость какая-то. Прям как наш с Дженгизом танец. Который всё никак не заканчивался. Нельзя, что ли, играть не такую длинную мелодию? Впрочем, я об этом как вспомнила, так и позабыла. Сразу, как только наткнулась взглядом на застывшего неподалёку Касьяна в обществе его матери. Сунув одну руку в карман, другой он сжимал… мой клатч. О котором я только сейчас вспомнила. Так вот что упало на террасе… Екатерина Николаевна что-то выговаривала ему, но тот едва ли слушал. Смотрел поверх её головы исключительно на нас с Дженгизом. А заметив, что я тоже смотрю на него, вдруг непонятно чему усмехнулся. Ещё через миг я, охнув, с силой вцепилась в плечо своего навязанного жениха. Вынужденно, конечно. Прошедшая по телу внезапная вибрация резко подкосила ноги. Совсем слабая и длительностью в одно лишь мгновение, но… Что. Это. Только что. Было? Вот и Дженгиз не понял, уставившись на меня с хмурым видом. – Что такое? – переспросил. Да если бы я сама знала! Тем более, всё прошло, как не было. – Ничего, – покачала головой. – Просто споткнулась. Не люблю шпильки. И тут же опять чуть не охнула, когда внутри снова завибрировало. Сильнее. Посылая по телу лучи извращённого удовольствия. Что за?.. Взгляд сам собой метнулся к Касьяну. Не знаю, что происходило, но, готова поклясться, по его вине. Вот только… Что он со мной сделал? Там, на террасе… Мужчина по-прежнему разговаривал с матерью. И на этот раз даже смотрел на неё, не на меня. Разве что уголки его губ дрогнули в подобии ещё одной усмешки, когда по моему телу прошлась новая волна вибрирующего удовольствия. Вздрогнув, я резко отстранилась от Дженгиза. – Принцесса? – удивился тот. – А? – растерянно уставилась на него, не зная, как лучше реагировать на происходящее. Будь мы с Касьяном у него дома, или в любом другом месте, но наедине, я бы может расслабилась и поддалась этой его ненормальной игре. Но здесь… Боже! А если кто-то поймёт, что со мной происходит? Например, тот же Дженгиз. Который не сводил с меня своего наполненного тьмой взора, пока мне… было хорошо. И с каждым мгновением становилось только лучше. Не из-за него. Бежать! Нужно срочно бежать! Я даже отступила на шаг в сторону выхода. И тут же вновь оказалась ухвачена за руку Дженгизом. – Эльнара, что происходит? Что? Да всё! Всё, что я не смогла бы описать ни единым печатным словом! В панике заозиралась в поисках спасения. Нужно как-то уйти из зала. Туда, где меня никто не увидит, и где я смогу избавиться от непонятной штуковины в своём теле, пока она меня не прикончила своей треклятой вибрацией. Взгляд наткнулся на Ульяну, на ней и остался. – Прости, Дженгиз, потом дотанцуем, ладно? Мне срочно нужно переговорить с Ульяной. И сбежала! Если мои спотыкающиеся от накрывающих волн возбуждения шаги можно назвать бегом. Ну, Касьян! «Ты мне доверяешь?» – передразнила я его в мыслях. Да если бы я знала, что так будет! Ни за что не поддалась бы его уговорам! Псих озабоченный! Да чтобы я, да ещё хоть раз когда-нибудь! Да никогда! – Эльнара, добрый вечер, – вдруг послышалось сбоку голосом самого Михаила Арсеньевича Павлова. И я мысленно взвыла! Вместе с очередной треклятой волной возбуждающей вибрации. Господи, да прекрати ты уже! Вот только Касьяна в толпе теперь вовсе не видно было, как и ему – меня, уверена. А значит… Всё плохо. Очень-очень плохо. С кем, с кем, а с будущим работодателем портить отношения вот вообще не тема. Но и разговаривать, когда в принципе едва соображается, не дело. И всё же я вынужденно притормозила, пытаясь попутно поймать взгляд Ульяны. Но та стояла ко мне спиной и спасения в её лице мне было пока не видать. А вот вибрация ощущалась всё отчётливей. Боже ты мой, приятно-то как!.. – С тобой всё хорошо, девочка? Со мной? – Просто замечательно, – выдохнула ядовито. Потому что может замечательно и правда было, но вот только совсем не к месту. – Вы простите, пожалуйста, Михаил Арсеньевич, но мне нужно срочно отойти. Можем мы потом пообщаться, чуть позже? – Конечно. И я, благодарно улыбнувшись ему, резко свернула к выходу из зала. А то ещё немного и все точно поймут, что со мной не так. Ну, Касьян! Я ему ещё припомню эту подставу! Течь я для него должна, значит… До выхода я так и не дошла. Развернулась обратно. В голову пришла идея, и я поспешила её осуществить. Будет знать в следующий раз, как меня так подставлять! Дженгиз ещё не успел никуда особо отойти, а потому найти его в толпе не составило труда. Как и отвлечь от общения с какой-то парочкой. А вот потом… – Куда мы идём? – послышалось от него, когда я, взяв его за руку, повела к выходу на террасу. – Здесь душно. У меня голова кружится. Хочу прогуляться, – пояснила с самой очаровательной улыбкой из всех. И так же очаровательно улыбнулась заметившему мой манёвр Касьяну, рядом с которым, помимо матери, ещё и другие члены семьи обнаружились, в том числе и моя мама. Как улыбнулась, так и отвернулась. И дальше потащила Дженгиза за собой на выход, ощущая, как лопатки жжёт от взгляда Касьяна. А я что? Я ничего. Делаю то, что он сказал. Теку. Для него. А то, что рядом с другим… Так он сам тоже этого хотел, когда врубил эту свою игрушку во время нашего с Дженгизом танца. Хотя поток вибрации заметно снизился. Затем и вовсе пропал, как только мы вышли из зала на террасу. – Надеюсь, я тебя не сильно отвлекла? – поинтересовалась уже на ней у своего сопровождающего. В этой части ресторана было достаточно светло за счёт гирлянд и фонарей. Цветочные клумбы сменялись кустами, а те деревьями, образуя прогулочные аллеи. Затеряться здесь было невозможно, как на том же нашем домашнем участке, но скрыться от посторонних глаз ненадолго – вполне. Так что, недолго думая, я направилась гулять по дорожкам. Да, я помнила, к чему привела в прошлый раз наша прогулка. Но также ещё я помнила и то, чем она закончилась. Приходом Касьяна. Собственно, сейчас я ставила на этот же исход. Что он не выдержит и отправится за нами. Пока же… Я взяла Дженгиза за руку. Караджа, кажется, совсем потерялся в попытках понять моё поведение. А я не собиралась ничего объяснять. Я ждала. Тем более что, несмотря на десятки украдких косых взглядов на меня, Дженгиз так и не стал ничего у меня спрашивать. Зато в какой-то момент сжал мою руку в своей крепче и остановился у дерева, вынудив остановиться рядом и меня. Ещё секунда или две, очередной полный невысказанных вопросов взгляд с его стороны, и я оказалась мягко прижата спиной к шершавому стволу, оставшись между своим навязанным женихом и деревом. – Почти, как дежавю, – шумно выдохнул он. – Учти, если и в этот раз всё испортишь, третьего шанса не будет, – пробормотала, невольно напрягшись. Знала, на что иду, и верила, что Касьян последует, но… всё равно немного боялась Дженгиза. Особенно, когда он вот такой, не особо сдержанный. Вот и вздрогнула, внутренне вся сжавшись, когда парень склонился ближе ко мне, а моей щеки коснулись его пальцы. Зато нашла в себе сил не отвернуться и выдержать последующие неимоверно долгие две секунды, пока он пристально смотрел мне в глаза, после чего… – У тебя очевидно проблемы с математикой. Тут минимум как четвёртый уже наступил, если память мне не изменяет, – раздалось сбоку от нас. И я шумно выдохнула, в последний момент сдержав улыбку. Пришёл! Как я и рассчитывала. Закусив губу, я с предвкушением ждала, что же будет дальше, неотрывно глядя в глаза вмиг напрягшегося Дженгиз. Он так и не перестал смотреть на меня, когда медленно выпрямился, увеличивая дистанцию между нами, хотя с места так никуда и не отошёл. Должно быть, ждал, как я отреагирую. Или же вступлюсь за него, с учётом, что это именно я его сюда по факту притащила. Но я молчала. – Но, очевидно, она изменяет тебе, – добавил Касьян, как и Дженгиз, глядя тоже исключительно на меня. Ещё и руки на груди сложил, глядя так тяжело и мрачно, словно я ему тут и правда только что изменила, а он меня на этом поймал. Я даже на мгновение и впрямь себя виноватой почувствовала. Пока не вспомнила причину, по которой оказалась здесь именно с Караджа. – Так вы же сами просили дать ему шанс. Вот. Даю, – съехидничала, не удержавшись. И стойко проигнорировала взгляд Дженгиза. Чего не сказать о той тьме, что поселилась в других глазах, устремлённых на меня. Она будто со всей дури в меня врезалась вместе с сухим и хлёстким от её обладателя: – Раз уж ты такая послушная и щедрая, дашь ему, вполне вероятно, не только шанс, немного позже. Не при всех. А сейчас… – умолк, тяжело перевёл внимание на Караджа. – Тебя мать ищет. Сходи к ней, – добавил для него. Почти уверена, что солгал. Вот и Дженгиз прищурился, не спеша что-либо отвечать или предпринимать. Снова покосился на меня. А я что? Я же послушная и щедрая. По-прежнему молчу, безропотно соглашаясь со словами отчима, уставившись себе под ноги а-ля скромница. Ещё бы столько же терпения нашлось у третьего из нас. Но не нашлось. – Ты глухой? Караджа поджал губы. И явно вознамерился возразить, но, как раскрыл рот, так и передумал почему-то. Через секунду и вовсе выдавил из себя подобие доброжелательной улыбки. – Раз мама ищет, не стоит заставлять её долго искать. Идём, – сжал мою ладонь в своей крепче. А до меня только теперь дошло, что мы, как держались за руки, так и держимся до сих пор. Впрочем, на этот раз ненадолго. – Эльнара останется, – едва я пошевелилась, отрезал Касьян. – У меня к ней есть разговор. Мужские пальцы, касающиеся моих, на миг сжались ещё сильнее. И не сразу, но всё-таки отпустили. А я вдруг только сейчас поняла, чем может обернуться моя выходка. Слишком уж грозно выглядел Касьян. Хотела его проучить, а теперь, похоже, учить будут меня. Потому что стоило только Дженгизу и впрямь покинуть сад, как расстояние между мной и им оказалось уничтожено в считанные мгновения. Вздёрнув мой подбородок сгибом пальцев, он заставил смотреть на него снизу-вверх. – Когда я сказал, что сегодня ты будешь течь для меня, в моих словах нигде не подразумевалось, что при этом будет непосредственно участвовать кто-то третий. Так с чего ты вдруг решила иначе, Белоснежка? Вместе со словами ко мне вернулось ощущение вибрирующего удовольствия. Вот же!.. На этот раз оно было в разы мощнее, чем в прошлые. Ноги буквально подкосились, из-за чего мне пришлось схватиться за мужские плечи, чтоб устоять в вертикальном положении. – Касьян, – только и смогла выдохнуть, все остальные слова поглотил несдержанный стон. Но ему и того мало. – Что, нравится меня дразнить, да? – сжал мой подбородок, вынудив запрокинуть голову ещё выше. Вибрация стала практически мучительной. – О, боже, – снова не сдержала стона. Извращённое удовольствие растекалось по венам, заражая собой каждую частичку моего больного организма. А я и впрямь больная, раз позволяла Касьяну делать со мной всё это, даже не пытаясь остановить. В месте, где нас любой мог увидеть. Да тот же Дженгиз, надумай он вернуться. Я же, даже осознавая всё это, крепче цеплялась за лацканы мужского пиджака, пока меня скручивало от очередной волны возбуждения из-за треклятой вибрации. – Или, может, тебе нравится дразнить его? – выдохнул Касьян мне в губы. – А может, нам вовсе не стоит отменять вашу свадьбу? Смотри, как хорошо ты устроилась… тебе ведь хорошо сейчас, верно? Его пальцы сместились с моего подбородка вниз. Скользнули по моему горлу. Обхватили всей пятернёй. Сдавили. Но только я начала осознавать, что у меня больше нет свободного доступа к воздуху, как мысль стёрлась вместе с пронзительной сладкой болью от крепко стиснутого вместе с платьем соска. – Не слышу ответ, девочка! Господи. Боже. Ты. Мой. Что. Он. Творит. Со мной. – Да… – Хорошая девочка. Я едва слышу его. Совершенно не воспринимаю, что он говорит. Пульс грохочет в ушах куда громче. Громче моих собственных мыслей. Смотрю в чёрные глаза Касьяна и едва держусь, чтобы не начать молить. Что угодно готова сделать, лишь бы он прекратил истязать моё тело этой проклятой штуковиной. А ещё лучше продолжил. Так невыносимо приятно. – Касьян, пожалуйста, – выдохнула с очередным стоном. Вместо ответа мужская ладонь соскользнула с моей шеи и надавила на плечо. – На колени, Белоснежка, – сопроводил действия его хриплый голос. В ушах зашумело. Я будто вернулась обратно в его кабинет. Где вот так же послушно исполняла точно такое же веление. Только если в тот момент я пребывала в настоящем ужасе, то сейчас меня топило в возбуждении. Уже не только от вибрации, но и от ситуации. Желание и страх смешались в бурный коктейль. Меня опьяняло им. Касьяном. Тем, кто быстро расправился с застёжкой на брюках. С моих губ сорвался новый стон. Уцепилась за его брюки, как за спасение, фактически стаскивая их с него. Не специально, просто мне отчаянно нужно было ухватиться хоть за что-то, что помогло бы пусть и частично, но сохранить разум в адекватном состоянии. Меня всю потряхивало от накатывающих волн приближающегося оргазма. – Шире ротик, красивая моя девочка. Новое веление совпало с очередной волной предоргазменных судорог, заставившей со стоном выгнуться в спине. В тот же миг ощутила прикосновение горячей головки к губам. – Смотри на меня, – донёсся как из-под толщи воды его хриплый голос. Пальцы запутались в моих волосах, фиксируя наклон головы, заставляя и впрямь смотреть на него. Я и не собиралась отворачиваться. Глаз не сводила с его лица, отмечая каждое изменение в мимике, пока он медленно толкался в мой рот, пожирая меня своим жадным хищным взглядом. Чёрные глаза окончательно потемнели, даже зрачка более заметно не было. Красивые губы искривила ухмылка, полная довольства и голода. – Глубже, Белоснежка. Возьми глубже. И всё это под усиленную вибрацию застрявшей во мне штуковины. Кажется, я сошла с ума, иначе ничем не оправдать такое бесстыдство в подобном месте. Но и отказаться я не могла. Не потому что не смела. Я и сама этого не хотела. Не желала, чтобы он останавливался. Со стоном вбирала в себя его член, чувствуя, как зародившаяся внутри меня дрожь прорывалась наружу. Низ живота сводило. Между ног всё сладко ныло и пылало. А я-то наивно думала, что уже познала все грани удовольствия рядом с Касьяном. Ничего подобного. Под конец меня будто током пронзило, отчего я громко вскрикнула и с силой вцепилась в мужские бедра. Это было слишком ошеломительно. Резко. Неожиданно. На глазах слёзы выступили. И далеко не от того, что Касьян ускорил и углубил свои движения. Просто так хорошо… точно ещё никогда не было. – Глотай. Всё до капли, – прозвучало неумолимым приказом. И я проглотила. Вязкий привкус прокатился по горлу, а я прикрыла глаза, пытаясь как можно скорее вернуться в реальность. До сих пор било дрожью. С колен, и то поднялась не сама. Касьян помог. Он же прислонил меня обратно спиной к дереву для поддержки. – И больше не хулигань, красивая моя девочка. В следующий раз реально накажу. И из нас двоих лишь мне одному это действительно понравится, – провёл большим пальцем по моим губам, вытирая их. Удостоверившись, что я держусь на ногах, отпустил и принялся поправлять на себе одежду. Тогда же раздался звук входящего на его телефоне, спрятанного где-то в недрах пиджака. Кажется, гаджет звенел не впервый раз, пока мы тут вместе, и Касьян поморщился, прежде чем принял вызов, вместе с тем застёгивая ширинку. – Слушаю, – изрёк коротко. И заметно мрачно. А когда невидимый собеседник начал о чём-то старательно распинаться, отнял аппарат связи от уха, приложив его к своему плечу, и тихо сообщил для меня: – Иди к машине. Я тебя догоню. Мы уезжаем. Я только и смогла, что согласно кивнуть. Оставаться дальше на этом вечере уже и самой не хотелось. Да и изначально сюда приезжать не стоило. Так что я действительно заставила себя отлепиться от дерева и шагнуть в сторону дорожки. Но и тогда Касьян так сразу меня не отпустил. Перехватил за локоть, заставляя притормозить. – От игрушки не избавляйся. Я сам. Я опять кивнула. В голове всё ещё туман витал, а в теле – эйфория после оргазма. Касьян провёл пальцем по моей щеке и кивнул, отступая и отпуская меня, возвращаясь к телефонному разговору. Хотя я ещё долго отчётливо чувствовала лопатками пристальный взгляд его жгуче-чёрных глаз. Да уж… поиграли что надо. Мы оба. У машины обнаружилась ещё и мама. Она находилась ко мне спиной, разговаривая с кем-то по телефону. И разговор проходил в негативном формате, судя по повышенному тону. А подойдя ближе, я расслышала от неё гневное: – Убью, мразь, если окажется, что это она. Меня как приморозило к месту. И словами. И взглядом обернувшейся ко мне мамы. В голубом взоре сверкала ненависть. И направлена она была на меня. – Нашлюхалась? – прошипела гневно, вырубая вызов. В меня полетел клатч. Мой. Поймала больше по инерции и годами отработанной на корте привычке. Как он оказался у неё, не знаю, и не стала даже задумываться о таком. Разум больше занимали её слова. – В смысле нашлюхалась? – пролепетала, чувствуя, как горло сдавливает невидимая удавка. Она ведь не знает, да? Или знает?.. Она меня убить собралась? За то, что я с её мужем… – А что, ты чем-то путным занята была? Ладно, Касьян, он всегда таким был, по-жизни имеет всё, что хочется, а ты с каких пор такая же стала? Кажется, я только что седой стала, вот да. – Я-я… – даже не сразу нашлась, что ответить на такую претензию. К слову, правдивую претензию, если уж на то пошло. – Ты-ты! – скривилась мама. – Пока ты там шастаешь по кустам, у нас деньги из карманов утекают! Вот тут надо сказать я несколько потерялась в претензии. – Какие деньги? Куда утекают? – Вот и мне интересно. Найду, сучку, прикончу. Не дай бог залетит ещё! – Кто? – Шлюха новая Касьяна. Вот когда я шумно выдохнула, поняв, что, оказывается, не дышала до этого момента. Не обо мне речь. То есть обо мне, но маме о том явно неизвестно. Боже, спасибо тебе! – С чего ты взяла, что она именно залетит? – спросила уже куда спокойнее. – Другие же не залетали. Или, что вероятно, Касьян не позволял такому случиться. Как со мной. Когда притащил меня к гинекологу и в самой циничной форме потребовал избавить его от последствий случайной связи. Впервые я задумалась о том, скольких девушек он вот так туда приводил. И всем ли им так везло, как мне, оказаться по итогу не в положении. А если оказывались, то… что? Что Касьян делал? А если бы это я реально оказалась беременна?.. От собственных мыслей о возможных последствиях стало как-то жутко. Ещё более жуткой выглядела реакция мамы. – Придушу мразь, как вычислю, – прошипела она зло. И я невольно вздрогнула, отступив от неё на шаг назад. Показалось, я даже на себе ощутила её прикосновения, когда она скрючила пальцы, будто реально кого-то душила. Вот чёрт! В груди резко запекло, и воздуха стало не хватать. Я так ярко представила, что будет, если она узнает, что это я – та самая шлюха Касьяна… Голова закружилась. Боже! Как я до этого всего докатилась? И что мне теперь делать? На плечи вдруг легли две ладони, и я вздрогнула, сжавшись в испуге. – Чего стоим? – произнёс Касьян над моей головой. – Садитесь, поехали домой. И мы поехали. Под аккомпанемент урчащего двигателя и грохота моего сердцебиения. Мама больше ни слова не произнесла. Даже не смотрела в сторону Касьяна, сидя рядом с ним впереди. А вот он смотрел. На меня. В зеркало заднего вида. Я же пыталась не поддаваться разрастающейся внутри панике. Я ведь догадывалась, что мама примерно так и отреагирует, если узнает о нас с её мужем. Но на деле вышло ещё хуже. Меня почти трясло от ужаса, стоило только на мгновение представить, что будет в скором времени. Не заметила, как домой приехали. Всё такая же пришибленная вылезла из автомобиля и направилась в свою комнату, попутно раздумывая, что мне теперь делать. То есть, я знала. Но как о том сообщить Касьяну, не представляла. Стоя в душе, прокручивала про себя нужные слова одно за другим, но все они вылетели из головы в тот момент, как я ощутила на себе желанные прикосновения. – Ты ведь больше не хулиганила, как мы и договаривались? – донеслось тихим и чуть хриплым полушёпотом около моего виска. А следом к нему прижались и тёплые губы, пока широкие сильные ладони скользили по моей талии, привлекая меня ближе к мужчине. – Нет, – качнула головой. – И тогда… я знала, что ты придёшь. Ждала, – призналась. Не видела его лица, но даже в таком положении ощутила, что он улыбнулся. Всего один жест, и упирающаяся мне в поясницу твёрдость стала ощущаться сильнее. Путешествующие по талии ладони достигли низа живота, и та, что правая, сместилась ещё ниже, к развилке между ног. Меня как током прошибло от этого прикосновения. И ещё острее, когда мужские пальцы надавили на чувствительную плоть, проникая. – Тогда… – продолжил искушать меня Касьян. – Нет, Касьян, стой, подожди, – опомнилась я лишь в последний момент, дёрнувшись в его объятиях, не позволяя зайти ещё дальше. – Я должна тебе кое-что сказать. – М-м? – без особого интереса отозвался он. А сам лишь продолжил свои поползновения на мой счёт. Но ровно до последующих моих слов: – Я хочу закончить это всё между нами.