Эпилог

Спустя два года В гостиной отчего дома находилось шестеро: я, Касьян, мама, бывший парень Эльвиры и его родители. Не хватало только самой сестры. Мы её все ждали уже минут пятнадцать, не меньше. Всё это время мама, как могла, развлекала наших гостей, мы же с Касьяном молчали. Лично я бы вовсе предпочла провести это время, гуляя с ним и нашим сыном в парке, чем торчать в этом месте. Александру Царскому пару месяцев назад исполнился год, он научился ходить и теперь ни минуты не мог усидеть на месте, а парки были любимым местом для игр. Вообще он мне очень сильно напоминал Эльвиру в детстве. Такой же шебутной и любопытный, сующий свой курносый нос во всё, что можно и нельзя. А вот внешне являлся копией своего отца. Когда они находились рядом, это особенно бросалось в глаза. Разве что улыбку Сашка унаследовал всё же мою. Но Касьян уже пообещал мне, что наш следующий сын пойдёт внешностью в меня не только ею. Не то, чтоб мы планировали ещё одного в ближайшее время, но на слове я его всё же поймала. На будущее. Пусть потом только попробует ошибиться! Наконец, в коридоре хлопнула дверь, а ещё через миг в комнату настоящим ураганом ворвалась сестра. И тут же запнулась, заметив помимо нас с Касьяном и матерью, ещё троих присутствующих. Досадливо скривилась, явно догадавшись, что мы все собрались здесь далеко не просто так. – Нажаловался уже, – проворчала и потопала к нам с Касьяном на диван, усевшись по его левую руку. – Заранее осознаёшь, какими могут быть последствия твоих поступков, уже несомненный прогресс, – усмехнулся на это он. Эльвира надменно фыркнула, но спорить не стала. Вместо этого посмотрела на родителей своего бывшего парня. – И что вы хотите? Чтобы я извинилась перед вашим сыночкой, или что? Сыночка на такое обращение зло зыркнул на неё. – Это как минимум, – язвительно отозвалась Светлана Павловна – симпатичная блондинка с голубыми глазами в сером костюме и белой рубашке. – А как максимум? – уточнила Эльвира невозмутимо. Я про себя вздохнула. Годы шли, но кое-что оставалось неизменным – моя оторва-сестра так и не научилась держать язык за зубами. Как и не избавилась от привычки язвить, если ей что-то не нравилось. – Компенсация. Вы обязаны компенсировать этот вред. Что значит, натравить своего телохранителя на нашего Дмитрия? Вы для этого охрану себе нанимаете, чтоб колотить всех подряд? – добавил Краевский-старший – полноватый лысый мужчина с каре-зелёным взором в классическом костюме. – Ну расстались, да, он предпочел тебе другую. Но будь сильной, девочка. Это же не конец света, – вставила опять его жена. – Так ты его точно не вернешь, – фыркнула. «Девочка» на такое заявление сперва глупо хлопнула ресницами несколько раз, после чего громко захохотала. – Это вам ваш сын так сказал? – поинтересовалась, отсмеявшись. – И, так понимаю, забыл уточнить в процессе, как он пару раз приложил меня о стену головой, а после чуть не изнасиловал полубессознательную в подвале дома своего друга, да, Димочка? – уже холодно улыбнулась она ему. – У меня, кстати, и очевидцы имеются, и справочка. В травмпункте всё зафиксировали. Вот тут я резко выдохнула, глядя на сестру в бескрайнем волнении. Надеюсь, она преувеличила, как и всегда, а не то… Даже не знаю, что я сделаю с этим их Димочкой! Родители его, к слову, сперва тоже удивились, после, посмотрев на сына, который заметно стушевался, растерялись. Но ненадолго. – Это не оправдывает нападение бывшего десантника, которому вы заплатили за это, – нашёлся с тем, что сказать, отец Краевского. – Впрочем, вам ведь не впервой, – добавил с презрением. От такого неприкрытого намёка меня аж затрясло. Вспомнилось, как я стояла на полу яхты беспомощная в окружении троих подонков. И если бы не Касьян с поддержкой сотрудников охранного агнетства, ко коему относился и Демид, неизвестно чем бы всё закончилось. Хотя что это я? Как раз известно. И теперь мне кто-то говорил, что сломанный нос за попытку изнасилования – не оправдание? Да сейчас! И вообще радовались бы лучше, что только носом одним отделался парень. Насколько знаю, протянувшая ко мне руки троица до сих пор пожинают плоды злости Касьяна. Но самое главное, теперь все трое уже никогда ни одной девушке навредить не смогут. Трудно навредить хоть кому-то, когда сидишь в инвалидном кресле и не в состоянии самостоятельно даже сходить в туалет, если только под себя. Дженгизу повезло больше. Его отец действительно согласился передать в обмен на жизнь сына свою долю в портовой зоне, а затем в кратчайшие сроки вывез парня из России, и о нём вот уже два года не было ничего слышно. А я теперь управляла нашим семейным делом, вместо того, чтобы работать по профессии, хотя учёбу я завершила. И получала аж два дополнительных образования, связанных с управлением и судостроением. Иногда жизнь преподносит странные сюрпризы. Но я не расстраивалась. Мне всегда нравилось учиться и изучать что-то новое, так что к смене профессии я отнеслась философски. А вот факт того, что мою сестрёнку чуть не подвергли насилию, привёл в неописуемый ужас, порождая непримиримую злость. Не у меня одной. – Если бы я ему заплатил реально за это, одним сломанным носом всё не закончилось бы, – мрачно прокомментировал Касьян, с хрустом сжимая кулак, глядя на бывшего парня сестры. – Приношу свои извинения. Моё упущение. Исправлюсь, – уже откровенно пообещал. Эльвира опять весело фыркнула. – Всё? Извинения получены? Можем расходиться? – подскочила обратно на ноги. – Я так-то забежала домой на самую минуточку, чтобы переодеться. Я к вам завтра загляну, ладно? – посмотрела на меня. – Эльвира, – строго окликнула её мать. – Да восемнадцать лет уже Эльвира, – проворчала та, но уселась обратно на диван. – Серьёзно, что тут обсуждать? – Как это? – вставил Касьян. – Не слышала разве, они компенсацию тебе обещали. Раз уж в случае обращения в суд, именно у тебя есть доказательства о факте применения насилия. – Ой, а можно мне тогда машину Димы? Демид как раз пообещал дать уроки вождения. Что сказать, губа у моей сестрёнки не дура. Фигню не попросит. А вот мой муж с её выбором не согласился. – Зачем тебе подержанная? – одарил удивлённым взором её персону. – Я бы на твоём месте лучше новую взял, а то кто его знает, скольких он там… кхм… ну ты поняла. Эльвира поняла. Скривилась. – Блин, ты прав, – призадумалась. – Я что-то о таком не подумала. Тогда хочу джип! Обожаю большие машины! По мере того, как Касьян и Эльвира обсуждали будущую машину, лица Краевских становились всё более кислыми. А к тому моменту, как обсуждения завершились, они и вовсе уходили, будто их на казнь отправили, а не из гостей провожали. Провожала, кстати, мама. А как только гостиная от них опустела, Эльвира с радостным писком бросилась на шею Касьяну. – Убедил! Ты самый лучший старший брат на свете, которого можно было себе пожелать! – заявила со звонким чмоком в его бритую щёку. «Лучший старший брат на свете» на это только вздохнул, явно не готовый к таким громким признаниям. Я же улыбнулась. Прекрасно знала, что в глубине души ему приятны слова Эльвиры. Хотя бы потому, что со своими родными он так и не примирился до конца и по-прежнему с неохотой посещал семейные сборища. Поэтому приходилось самой приглашать его мать к нам домой, чтобы та не ворчала сильно, да и наедине с ней Касьян более-менее всё же оттаивал. Да и сыну с бабушкой нравилось время проводить. Пусть хоть с одной общается, раз второй до него дела нет. – Так, ладно, мы если закончили, то мне надо идти, – снова поднялась сестра на ноги. – Меня, правда, Демид ждёт. Мы едем по магазинам, – пояснила чуток виновато для меня. – Надеюсь, после этого похода, он, наконец, откажется от этой работы. И с таким энтузиазмом она это произнесла, что мне на мгновение стало жаль этого бывшего десантника. Да и сомневалась я, что у сестры получится отвадить Демида такой мелочью. Тем более, судя по энтузиазму в карих глазах, ей нравилась эта война, чтобы она ни говорила. Вот и Касьян тоже это заметил. – Сегодня он снова просто Демид? – поддел он её. – А ещё недавно был скотиной бездушной, – поддержала я его. Эльвира заметно смутилась, но, как и всегда, быстро взяла себя в руки. – Одно другого не исключает, – заявила гордо и направилась на выход из гостиной. В дверях столкнулась с вернувшейся мамой. И вот эти двое точно опять что-то не поделили, потому как Эльвира даже не посмотрела на неё, протиснулась мимо и лишь топот её обутых в кеды ног сообщил всем о том, что она побежала наверх, в свою комнату. – Ну нам тоже пора, – поднялась и я с дивана. Касьян тоже не заставил себя ждать. – Конечно. Я просто буду здесь. Одна. Как и всегда, – по-своему попрощалась с нами мама. – А ты не сиди здесь одна, мама. Сходи куда-нибудь, развейся, познакомься с кем-нибудь. Или, вон, Екатерине Николаевне позвони, – упомянула маму Касьяна. – Она на днях тоже жаловалась на скуку. Отдохните вместе. А то так говорит, будто мы её здесь насильно держим. – Чтобы эта вечно радеющая за чужие судьбы женщина быстренько и мне кого-нибудь нашла? Нет уж! – фыркнула мама. – А почему нет, мама? Всё лучше, чем безвылазно сидеть дома в одиночестве. С очередной бутылкой вина… А после второй звонить своим дочерям и обвинять их во всех своих бедах. Ответом мне стало очередное фырканье. А продлить эту полемику не позволил Касьян, уведя меня на выход из дома. – Упасть – это случайность. Остаться лежать – это выбор. Она сделала свой выбор. И сделала его давно, – прокомментировал для меня, когда мы оказались на улице. – Да, я знаю, – отозвалась со вздохом. – И не понимаю её. У неё есть всё. Абсолютно всё. А она хоронит себя в этих стенах, как мученица какая-то. – Лишь бы не решила и другую свою дочь наградить такой же судьбой. Эта дочь к слову как раз выбежала из дома и вихрем пронеслась мимо нас, чудом избежав столкновения, крикнув на ходу: – Люблю вас! Я невольно фыркнула. – Эту егозу? Сам-то в это веришь? Касьян понимающе ухмыльнулся. А Эльвира, разогнавшись, во второй раз всё-таки не успела вовремя притормозить и на всём бегу врезалась в бок чёрного седана Демида. – Уй! – запрыгала вокруг себя, принявшись потирать ладошкой ушибленное бедро. Ожидающий её неподалёку Демид, качнув головой, тут же приблизился к ней, перехватывая за плечи. – Даже не думай, я не дам тебе осматривать себя там! – тут же выпалила Эльвира, оттягивая юбку вниз. Демид на это только глаза закатил. – Даже не думал лезть тебе под подол, – проворчал, отступая. Вот теперь я чуть не смеялась, глядя на то, как краснеет личико сестры, то ли от возмущения, то ли всё же от смущения. – Может всё-таки и впрямь кого другого надо было к ней приставить? – обратилась тихонечко к Касьяну. – Хотя бы для спокойствия окружающих, – хмыкнула. А то и пары дней не прошло, как они снова вместе, а один, вон, уже со сломанным носом. И судя по боевому настрою Эльвиры, это только начало. – А, по-моему, всем на пользу пошло, – не согласился со мной муж, утягивая меня в сторону ждущего нас в стороне автомобиля. А я подумала, подумала и решила, что да. Однозначно, на пользу. Вот только думала я уже не о сестре и её верном телохранителе, а о себе и Касьяне. О том, что если бы он не появился в нашей с сестрой жизни, то всё сложилось бы, скорее всего, далеко не так радужно, как сейчас. Вот и промолчала. Про это. Но не о другом. – Люблю тебя, хозяин моего сердца, – улыбнулась ему задорно. Мы как раз дошли до машины, и я притянула его к себе за полы пиджака, врезаясь спиной в пассажирскую дверцу. Касьян тут же выставил руки, ладонями упираясь в бок авто по обеим сторонам от моей головы. – Вряд ли настолько же, как я тебя, моя красивая девочка, – улыбнулся. И поцеловал. Мягко, нежно, невесомо. После чего крепко прижал к себе. И я, обняв его обеими руками за талию, наслаждалась каждый пройденным мгновением, что мы вот так стояли. И вот ради этого можно не только своими принципами пожертвовать, но и всем прочим рискнуть. Потому что я знала, пока Касьян рядом, нет ничего невозможного.