Глава 98 (Мужик в доме)

— Чем же я заслужила это? — она поднимается и отходит, стоило мне аккуратно обнять ее за талию. — Руслан, я не понимаю. Если тебе не плевать на Нину, можно было помочь деньгами.

Задевает. Если бы это была какая-нибудь другая баба, так бы и сделал. Как она этого ещё не поняла? Сколько мне придётся ей это в голову вколачивать? Долго.

— Считай, что рождением ребёнка ты обеспечила себе комфорт на всю жизнь.

Встаю, уже конкретно заебанный бесполезной болтовней. Она явно собирается возразить, но не даю ей этого сделать, выхожу из комнаты, давая ей время прийти в себя и освоиться.

Нужно все ещё раз обмозговать.

Уже спустя пол часа, после того, как вышел из душа, она поймала меня в прихожей. Увидела меня голого и обомлела, щеки сразу покраснели, и она опустила стыдливо взгляд.

А мне нравится так сталкиваться. Хочу захватить малышку и зажать, но она, быстро сообразив, отбегает.

Вот это мне не нравится, но кричать на неё не буду, слишком уж заебался, да и ребёнок же спит.

Захожу обратно в спальню, слышу, как она следует за мной. Надеваю боксеры и подхожу к разобранной кровати, где по середине, обложенная подушками, спала дочь.

— Ты можешь спать в другом месте? — шокирует меня своим вопросом.

Встаёт напротив, упирается руками в грудь. Касания обжигают, и я не могу сдержаться и, схватив за задницу, просовываю ладони через джинсы, к себе притягиваю.

Мягкая. Моя. Мну, балдея от ощущений. Чуть не мурлычу от блаженства. Член уже давно очухался, и не помогла мне дрочка в душе.

Но что и следовало ожидать — шарахнулась от меня. Зарычала, тем самым разбудив ребёнка.

Дикарка.

— Не понимаю, к чему весь этот цирк, Руслан, — говорит громче, уже не боясь разбудить. — Ты хочешь проучить меня?

Берет на руки ребёнка и собирается уйти, но я хватаю ее несдержанно за локоть. Взбесила в момент. Завела.

Вот так и усталость куда-то исчезла резко. И силы продолжать ругаться появились. А потом мириться на плоской поверхности.

— Такое чувство, что я разговариваю со стеной, — приближаю свое лицо к ней, цепляюсь взглядом в родные глаза. — Мира, ты и моя дочь живете со мной! Ты занимаешься домом, ребёнком и раздвигаешь ноги по моей просьбе. И не нужно так на меня глядеть.

Начинает трясти, и я отпускаю ее, чтобы не дай бог каких глупостей не наделать, слишком остро я реагирую на ее закидоны. Не хватало вновь разнести все вокруг и перепугать обеих.

— А если я не хочу. Я не рабыня! Ты не можешь запереть нас здесь. Не можешь.

Блять, она серьезно? То есть она именно так воспринимает наши отношения? Хуево рабство?! Неужели со мной ей так тяжело находиться.

Не верю, пиздит. Чувствует ко мне что-то, но не признаётся, за нос меня снова начинает водить. Только поздно включать сопротивление, слишком поздно.

Сука, какая же настырная! За что мне это проклятье досталось? Где так согрешил?

Ложусь спать и хрен на неё, пускай дуется и разводит сопли жертвы на кулак, а мне не до этого. Завтра тяжелый день, а она мозги ебать вздумала.

Отворачиваюсь, слышу, как она шуршит вещами. Убежит — ей же хуже будет. Но все же решаю понаблюдать. Меняет подгузник. И меня немного отпускает.

— Нет, не рабыня, — сообщаю, тяжело вздохнув. — Но выбора у тебя нет. Мы либо живем мирно, либо собачимся каждый день. Другого не дано. Смирись.

Как приговор. Вот и поговорили. Блять.

На душе так погано, словно я что-то не так делаю. Но что? Просто не понимаю. Что мне стоит сделать, чтобы предотвратить эту хрень? Чтобы моей по собственной воле стала.

Я не знаю. В тупике. И выхода не вижу. Как бороться с ней? Хочу этого? Нет.

Прислушиваюсь к звукам, понимаю, что пошла в ванну. А заснуть вот не могу. Не спокойно.

Чувствую, что не комфортно ей со мной. Следую за ней, решая подглядеть, что делают, но дверь закрыта. И пускать меня явно не собиралась.

От горечи выпиваю ещё бокал виски. Беру подушку, покрывало и ложусь на чертов диван. В одиночестве, когда у меня есть личная баба! В своём собственном доме как чужой, блять, стал.

А в голове пульсирует, что нужно делать уступки, быть обходительней, подождать, когда оттает, и не давить.

Но вот не в характере моем уступать. В моем понимании женщина должна стоять за своим мужиком, а не рядом или впереди.

Это против истинной природы. Она должна быть послушной. Точка. Но, видимо, с Мирославой это вообще не прокатит.

Никакого воспитания у девки. И им придётся заниматься мне! Вдалбливать в голову простые правила наших отношений. Это пиздец.

Да начнутся адовые дни.