Глава 46

Лев

Не дождавшись моего приглашения, она все-таки присаживается за столик. Держит долгую паузу, рассчитывая, что я завалю ее вопросами, и она снисходительно даст мне те ответы, которые подготовила.

А ведь наверняка подготовила, если не только поехала от офиса следом за мной, но и терпеливо выждала, когда я останусь один.

Бросаю скучающий взгляд на часы, потом — за окно. Заметив это, тут же является расторопный официант.

— Все будет готово максимум минут через пять, — рапортует он.

— Спасибо, — благодарю его, — пожалуй, я подожду свой заказ в баре.

Парень оборачивается к женщине, чтобы принять заказ у нее, но она нетерпеливо отмахивается, враз утратив любезность. А когда видит, что я действительно намереваюсь уйти, понимает, что переборщила с театральными паузами.

— Подождите! — неприятно резонирует ее голос, и мне кажется, она едва удерживается от того, чтобы не схватить меня за руку. — Это действительно важно! Вы понятия не имеете, кто работает в вашей компании!

— Я не веду отдел кадров.

В другой ситуации я бы вообще не стал вести разговоры на такую тематику. Меня мало волнует, как ведут себя сотрудники после работы. И мое отношение не изменится, даже если я узнаю, что главный бухгалтер по ночам танцует стриптиз.

Но что-то подсказывает, что эта женщина может приоткрыть тайну со странными увольнениями Аллы — и только поэтому я все еще здесь.

Стервятникам нельзя показывать слабость и интерес, и максимум, что она видит во мне — это скуку.

— Я понимаю, — заходит она с другой стороны, смягчая обороты и тон, — вы руководитель высокого уровня. Но как раз для людей такого статуса очень важно, кто их окружает. Вы ведь и сами не заметили, как она к вам подобралась, не так ли?

Она снова выдерживает паузу, возможно, надеясь на подробный рассказ о том, как Алла вдруг стала моей личной помощницей. Заметив по-прежнему отсутствие интереса, медленно выдыхает, теряя терпение.

— Она очень ловкая, обманчиво честная и так же обманчиво открытая, — продолжает, вернув себе душевное равновесие, — и мужчины не сразу понимают, что происходит. А когда понимают…

Она достает заготовленный платочек и прикладывает его к уголку глаз. Слышится всхлип, но когда она убирает платок, на меня смотрят совершенно сухие глаза.

— Я понимаю, как выгляжу со стороны, и что вы можете подумать обо мне, но… — тяжелый вздох. — Поверьте, у меня уже есть горький опыт, и я просто хочу предостеречь вас. Она не просто так подбирается к вам. У нее на вас уже составлены грандиозные планы! Вы сами и не заметите, как окажетесь в ее сетях, женитесь, а потом…

Ее вполне устраивает монолог, поэтому я могу приберечь комментарии и просто наблюдать за действом со стороны. Человек готовился, как минимум в курсе дел Аллы, но весьма поверхностно. Девушка, которая мечтает, чтобы мужчина женился на ней, не направляет его к другим на свидание, да еще одного.

— Ей не нужна работа, — продолжает между тем незнакомка. — Работа — это только способ знакомства с мужчинами. Так как вы не занимаетесь кадрами, вы ведь даже понятия не имеете, как часто ее увольняли. Да она и года нигде не задерживалась! Это для нее недостижимая планка! В других компаниях ее гораздо раньше раскусывали, а вы…

Но в чем ей не откажешь, так это в умении общаться с мужчинами. Она не жалеет лести, понимает, где оступилась и мгновенно исправляет ошибку.

— Вы, видимо, очень добрый мужчина, к тому же, из-за обилия работы не обращаете внимания на то, что сейчас кажется мелочью, — снова щедрая ложка лести, и опять переход к сути. — Поверьте, поверьте, я пытаюсь вас уберечь от ошибки, потому что знаю, видела, какие страдания она доставляет мужчинам.

Не удивлюсь, если за Аллой действительно тянется шлейф из разбитых сердец, но в данном случае слово «мужчины» намеренно во множественном числе. Она даже акцентирует на этом внимание.

— Страдания она доставляет мужчинам, — говорю я впервые за весь монолог, — но почему-то страдаете вы.

И безошибочно дергаю за нужную ниточку, потому что меня тут же с готовностью просвещают.

— Да! — взрывается праведным гневом женщина. — Да, страдаю, потому что видела, как страдал мой сын, когда эта вертихвостка не только крутила с мужиками на стороне, но и бросила моего сына за несколько дней до намеченной свадьбы! Она сказала, что ей важнее карьера! Понимаете, не мой сын, который хотел жениться на ней, даже закрыв глаза на ее амуры, а карьера! Вот на что она его променяла!

Она еще минут десять щедро делится своими фактами относительно Аллы, из которых следует, как мне повезло, что она еще не побывала в моей постели.

Ее слова звучат фоном, ударяются о реальность, которую наблюдаю я ежедневно, и не мешают думать совсем о другом.

Променять любимого человека на карьеру помощника руководителя, пусть даже в нашей компании… Сомневаюсь, что это блестящие перспективы для настолько амбициозного человека.

— С учетом того, как вы ее описали, — говорю я, когда очередной монолог прерывается, — полагаю, то, что она бросила вашего сына — радостное событие.

— Мой мальчик от такого позора вынужден был уехать жить за границу! — сокрушается женщина. — И теперь из-за этой пигалицы я вижу его очень редко. Вы понимаете, какое это горе для матери?

Мне трудно представить степень позора, который вынудил бы мужчину к бегству. Трудно представить мужчину, который бы не смог пережить такой пинок от судьбы. Но довольно легко представить, как хочется сбежать от такой матери с гипер-опекой. Если он собирался жениться, явно не мальчик. По крайней мере, по паспорту. О поступках пусть судят те, для кого это имеет значение.

— Не понимаю, каким боком в этой истории я, — киваю официанту, который подает знаки, что мой заказ уже готов и ожидает меня.

— Ну как же, — женщина удивленно распахивает глаза. — Я ведь вам все рассказала! Если не верите — наведите справки, вы увидите, что ее действительно везде увольняли! Так, как она себя ведет, это не удивительно! Вы просто не понимаете, какое это горе… горе, что мой мальчик так далеко и все еще так страдает… это горе для матери…

— И вы полагаете, что этому горю как-то могу помочь я?

— Конечно! — женщина тут же светлеет лицом. — Конечно, вы можете! Причем, это сделать несложно! Просто увольте ее, да и все!

— Я уже говорил, что кадрами не занимаюсь.

Поднимаюсь, чтобы уйти, не обращая внимания на округлившиеся глаза незнакомки. И здесь она не выдерживает, и все же хватает меня за пиджак.

— Подождите, — говорит она, убирая платочек в сумочку, который больше не нужен, чтобы давить на эмоции и неожиданно давит на совершенно другую педаль. — Сегодня вы общались с представителем «Строй-лайт», если не ошибаюсь. В случае удачной сделки, на кону очень хороший куш. Вы ведь хотите получить этот заказ? Так вот, руководитель данной компании — мой муж, и он сделает все, о чем я его попрошу. И я замолвлю за вас словечко. Взамен прошу вас всего лишь о маленьком одолжении. Увольте Каренину — и заказ будет ваш.