Глава 4. Дружба по заветам драконов

Новость, что кое-кого мы недосчитались, Илайс встретил флегматично, дескать, сейчас вернем и отправил охрану прочесывать пещеру. Мы ждали их возвращения возле повозок и наслаждались летним солнцем, целующим до красоты носы и щеки.

— Не переживайте, Виталия, — зачем-то уговаривал меня Ярран, не обращая внимания на ироничные взгляды помощника владыки. — Вашего друга непременно отыщут.

— Или он сам придет во дворец, — со вздохом пробормотала я под нос.

Через некоторое время стражи под локотки привели щуплого, высокого как каланча парня в аляповатом костюме. Абсолютно незнакомого. Пленник диковато крутил головой, пучил испуганные глаза и не понимал, почему хмурые стражи насильно выдворили его из пещеры. И куда-то молча ведут… Странно, как бедолага не поседел.

В удивленном молчании всей компанией мы следили за их приближением.

— Как будто непохож, — протянул Илайс, склонив голову к плечу, словно в горизонтальной плоскости узнать в другом человеке нашего художника было проще.

— Конечно! Это же не он, — со смешком прокомментировала я.

Наконец, стражи встали, но продолжали крепко держать парня. Видимо, чтобы не сбежал.

— Почему именно этого? — с искренним любопытством спросил Илайс у подчиненных.

— Рисовал, — объяснил один из здоровяков.

— Уходить не хотел и упирался, — донес второй.

— Рейнин, отпустите во имя теплого ветра! — почуяв в Илайсе главного, взмолилась испуганная жертва недоразумения. — Я не знал, что каменных владык запретили рисовать! Клянусь, больше не буду и одарю каждого владыку амулетом!

Тот со вздохом кивнул стражам, чтобы перестали удерживать парня, вытащил из поясной сумки золотую монету и сунул ему в руку.

— Купи, хороший человек, самых дорогих амулетов, — посоветовал он.

Хороший человек припустил к прилавкам с такой прытью, словно стражи за ним гнались в драконьей ипостаси.

— Кто-то помнит, как выглядит художник? — невозмутимо обратился к моим землякам Илайс.

Мужчины начали переглядываться. Судя по всему, без аляповатых шмоток и агрессивного начеса Янгеля никто опознать не брался. Не запомнили даже разноцветные глаза! Один из магов вовсе предположил, что художника с нами не было, и он остался отсыпаться после праздника в мужском пансионе. Никого не смущало, что Ян просил бумагу с карандашом у коллектива — тяжелое утро и второй завтрак губительно сказывались на мужской памяти.

Все в задумчивости посмотрели на меня.

— Надежда на вас, госпожа Игориева, — по-родолесски произнес Илайс, привычно исковеркав мою фамилию. — Вам память не изменяет сегодняшним днем?

— А если изменит, то оставим моего помощника побираться, — не без иронии заключила я, впрочем, никого не пристыдив.

Яррана попросили сопроводить остальных гостей во дворец и передать владыке, что мы скоро вернемся. Госпожа бестиолог будет доставлена в целости и сохранности. Ни одной шпильки не потеряет.

На входе в пещеру Илайс заставил всех притормозить и предпринял попытку внести в поиски план:

— Вайрити, во что был одет наш друг?

— Илайс, вы действительно не запомнили Янгеля? — не понимая, издевается он или говорит серьезно, спросила я.

— Не привык присматриваться к мужчинам, — улыбнулся он.

— Да просто все люди на одно лицо, — поддакнул ему плечистый дракон, но наткнулся на мой суровый взгляд и коротко кивнул: — Простите, вайрити. Зато вы ловко говорите на рамейне.

Чуть на этом самом рамейне не предложила здоровякам встать шеренгой и посмотреться в зеркало. Одинаково выбритые виски, покрытые татуировками руки и мощное телосложение. Различить их можно было только по цвету волос, завязанных одинаковыми, между прочим, бубликами на затылках. Как будто друг за другом повторяли.

— Он одет в светлую рубашку, — ответила я. — Через плечо — матерчатая сумка. На ногах сандалии. Волосы в хвост собраны.

Все дружно мы оглядели толпу людей. Большая часть мужчин идеально подходила под описание.

— У Яна разные глаза: один карий, другой голубой, — подсказала я.

— Как у бельведера, — подсказал драконы друг другу, сравнив Яна с нечистью.

Видимо, собирались скручивать мужиков и проверять на разноцветность глаз.

— Наш художник не говорит на рамейне и тонок в кости, — поспешно добавила я, чтобы не сворачивали бубликами каждого первого.

— Одного худого подмалевщика мы уже приводили, — заметили стражи.

— Лучше бы наш друг сейчас решил порисовать, — потерев гладковыбритый подбородок, задумчиво протянул Илайс. — Вайрити, вам придется опознавать своего помощника с разноцветными глазами.

Ни в одном из десятерых худых и высоких мужчин, со спины похожих на Янгеля, опознать его не удалось. У охраны возникло подозрение, что художник упал в подземное озеро, и сердце екнуло. У Илайса весьма выразительно сузились зрачки, дернулся глаз, а на скулах выступили едва различимые полоски белых чешуек. Учитывая, что драконы, если они не молоденькие девчонки-служанки, лишний раз не демонстрировали признаки второй ипостаси, мне совсем подурнело.

— В затопленный зал, — внезапно став серьезным и резким, приказал он и на ходу бросил: — Госпожа бестиолог, художник хорошо плавает?

— Понятия не имею, мы знакомы второй день, — бросаясь следом, ответила я.

— Вы способны оживлять людей? — последовал следующий вопрос, заданный оглушительно серьезным тоном.

— Господин Илайс, я бестиолог! Некромантия в Родолессе запрещена и карается…

— Другими словами: нет, — перебил он, видимо, прикидывая, что делать, если художник действительно нырнул в ледяную воду за сокровищами и пошел ко дну.

Мы ворвались в полумрак подземного тоннеля и, заставляя встречных сворачивать с дороги, мрачным взводом направились в сокровищницу.

Почти неразличимую развилку от коридора я заметила чудом. В первый раз вообще прошла мимо. Бросив мужчинам, что через минуту их догоню, я свернула в тоннель. Он был коротким и заканчивался тесным закутком. Стены едва-едва светились. Из пола высовывалась оскаленная драконья голова с агрессивно торчащим гребнем. Янгель Подлунный, живой и здоровый, с самым сосредоточенным видом ковырялся в пасти каменного монстра.

— Господин Подлунный, вы в своем уме?! — рявкнула я.

От неожиданности он подскочил и резко развернулся. В полумраке его глаза казались почти черными.

— Я не специально! — простонал он.

— Тебя отряд стражей разыскивает! — забранилась я, внезапно ощутив внутри облегчение, что горе-экскурсант не упал в озеро и не ушел на дно сокровищницы.

— Как они узнали? — испугался Ян.

— Ни за что не поверишь, но подсчетом, — с иронией отозвалась я.

— Но я же был один! — воскликнул художник. — Как они смогли посчитать клыки?!

Возникла странная пауза.

— Так… — Я нахмурилась и уперла руки в бока. — Уверена, что мы говорим о разных вещах. Начинай первым.

— Все драконов натирают… — Ян махнул рукой в сторону вылезающей из-под пола статуи. Откровенно сказать, выглядело каменное чудовище жутковато.

— Кратко! — перебила я.

— Если коротко, то я пришел попросить у дракона вдохновения на шедевр, но… — Он виновато протянул в мою сторону зажатый в кулаке острый узкий камень. — Отломал клык.

У меня даже слов не находилось. Приличных.

— У нас дипломатический скандал назревал! — проговорила я, сделав шаг к вандалу, и он испуганно попятился, совсем как мои студенты, когда вытворят что-то возмутительно. — А ты клыки у дракона выдирал?

— Клянусь, случайно вышло! — простонал Ян. — Я же художник, Виталия! Мы на мольберте клянемся, что не будем уничтожать прекрасное!

— Поздравляю, ты согрешил.

— Да упал я! — в отчаянье взвыл поклявшийся на мольберте гений. — В темноте споткнулся и схватился за клык, но он поломался! Может, у этого владыки при жизни были отвратительные зубы?

— Мы думали, что ты в подземном озере утоп! Мне предложили тебя с того света поднять! — рявкнула я. — Просто спрячь клык под статую и пойдем!

— Так можно было? — откровенно изумился Ян.

— А ты что делал? — уточнила я.

— Пытался его пристроить в то место, где рос при жизни. — Он указал на щербатую пасть чудовища. — Думал, если подержу, то клык сам прирастет. Драконы же магические…

Чувствуя, что готова залепить ему рот заклятьем, я развернулась и молча вышла из алькова. Янгель нагнал меня в коридоре и посеменил рядом, пытаясь подстроиться под мелкий женский шаг.

— Я искренне сожалею, что случился такой переполох, — проговорил он.

— Ты и должен, — согласилась я.

— Все-таки ты беспощадная, — буркнул Ян.

— Справедливая.

Мы вышли в затопленный зал к дракону, охраняющему потерянные богатства. Художник изумленно охнул, впечатлившись красотой, которую пропустил, пока сначала крушил древнюю святыню, а потом безуспешно пытался ее отреставрировать. На мостках толпился народ, кидали монетки и благоговейно таращились на каменное изваяние. Илайса с командой стражей не было.

— Не поняла, — искренне озадачилась я и огляделась вокруг, но светловолосого помощника владыки со стражами не находила. — Янгель, давай выйдем в главный зал. Они наверняка нас разыскивают.

В светлом зале весьма приметной компании крепеньких парней под руководством красивого почти до неприличия дракона тоже не обнаружилось.

— Нас что, бросили? — обалдел Янгель и вцепился в висящую через плечо торбу. — Что будем делать?

— Знаешь, чему учат студентов-бестиологов перед тем, как выпустить в болота? — преподавательским тоном спросила я. — Если заблудился, оставайся на месте и жди, когда тебя найдут. Так что стоим.

— Мы же не на болоте, — пробормотал Ян.

— Правило действует всегда и для всех! — отрезала я.

Некоторое время он действительно смирно стоял, видимо, преисполненный вины. Потом начал переминаться с ноги на ногу и рассматривать свод пещеры. Сверху спускались сероватые наросты, похожие на длинные сосульки.

— Могу я хотя бы потереть вон того дракона? — наконец не выдержал художник. — Вокруг него толпится много мужчин.

— Он дарит мужское здоровье, — соврала я.

— Нет, с этим у меня полный порядок, — пробормотал Ян и указал на следующего: — А того?

— Ты уже одного потер и чуть не спровоцировал международный скандал!

— Да я случайно! — очередной раз взвыл тот.

Время шло. Спасательная команда задерживалась. Уверена, они не блуждали, а со всей драконьей энергией искали нас. Только в каком-то другом месте. Ноги ныли. Ян успел перетереть всех драконов в зоне видимости, рассчитывал стать богатым, удачливым и найти большую любовь. Я проверила часы, оказалось, что прошло больше двух часов. Ждать дальше смысла не было.

— Возвращаемся, — скомандовала я.

— Обратно к дракону? — ужаснулся Ян.

— Во дворец, — бросила я и зашагала к выходу.

— Но как мы его найдем? — волновался он, нагнав меня в два широких шага.

— По компасу, — со смешком ответила я. — Голову поднимем, рукой на дворец покажем и в том направлении двинемся.

Некоторое время мы бродили по площади в поисках извозчика, но ничего похожего на привычные кебы или хотя бы повозки возле сада каменных драконов просто не было.

— Виталия, ты говорила, что сможешь спросить дорогу, если мы заблудимся, — не удержался Янгель, по всей видимости, решив, будто пресловутый компас у меня сбит напрочь. Мысленная стрелка постоянно вращается, как в точке магической аномалии, и водит нас кругами.

— Помню, — резковато ответила ему, начиная раздражаться от жаркого полуденного солнца и совершенно идиотской ситуации.

— Самое время, — рассудил он. — Очевидно, что мы заблудились.

— Янгель, мы даже от пещеры не отошли! — сорвалась я и махнула в сторону пещерного зева. — Мы ищем извозчика!

— Ясно… — пробормотал он и, пожевав губами, буркнул: — А чего сразу не сказала?

Про наемную повозку я просила у торговца и немедленно пожалела. С обещанным Эсхардом гостеприимством он начал объяснять, что делать. Говорил быстро и на местном диалекте. Половина слов ускользала, но основную мысль я поняла: здесь свободной повозки не найти, только на набережной. Идти к возницам было ближе, чем преодолевать путину бодро взбирающихся на гору улиц, при этом ориентируясь по дворцу и по солнцу.

Торговец замолк. На загорелом лице светилась дружелюбная и чуток жалостливая улыбка.

— Ничего не поняла, вайрити? — через паузу спросил он.

— А карту можете нарисовать? — попросила я…

Мы энергично шагали в сторону академии магии, сверяясь с нарисованной угольным карандашиком схемой, а мимо проезжали повозки. Все занятые. Едален тоже попадалось предостаточно.

Когда в воздухе разлился аромат жаренного на огне мяса, Янгель громко сглотнул слюну и принялся рассуждать, что идем мы в хорошем темпе, до темноты точно домаршируем. Мы же на полпути! Можно и пообедать. Есть действительно хотелось, но еще больше пить.

— Неплохая идея, — резко сворачивая к едальне, согласилась я.

— Серьезно? — изумился Ян. — Думал, что откажешься.

В обеденном зале людного заведения с потолочных балок свисали плошки с охлаждающими амулетами, и царила приятная прохлада. Рыбу с песней нам, к счастью, не предлагали. На просьбу принести горячее подали ароматное мясо на крупной крупе, на поверку оказавшейся сваренным до мягкости высушенным тестом. Порция поражала размерами.

— Жаль, Данри с нами не поехала, — утолив голод, мечтательно протянул разморенный вкусной едой и долгой прогулкой Ян. — Хочу написать ее портрет. У меня выходят чудесные портреты!

— А будешь рисовать нечисть, — напомнила я.

Художник облокотился о стол и с подозрением сощурился в мою сторону.

— Мне кажется, или тебе не очень понравились рисунки в альбоме? Скажи мне правду, что ты думаешь о моих иллюстрациях?

— Ну раз правду… — протянула я. — Ты в курсе, сколько ног у пасечника обыкновенного?

— Четыре! — высокомерно заявил Янгель. — Я изучал нечисть в бестиарии и знаю о ее внешнем виде все.

— Если верить твоим рисункам, то восемь.

— Он похож на паука! — выпалил он.

— Он похож на собаку, но ты нарисовал лишние лапы. Везде! На каждой гравюре есть лишние конечности. Пасечник — не единственная жертва твоего вдохновения.

Ян поменялся в лице, выпрямился на стуле и спрятал руки под крышку стола. Некоторое время он рассматривал меня глазами смертельно обиженного гения.

— Знаешь что, Виталия? — наконец вымолвил он. — Я художник!

— И?

— И так вижу! — с пафосом воскликнул он, привлекая к нам любопытные взгляды других посетителей. Не то чтобы они не замечали, что за соседним столом обедают два иноземца.

— Ты оформлял методические пособия, — сухо напомнила я. — Всем без разницы, как видишь ты, важна достоверность. Ничего личного, Янгель… Как тебя все-таки в миру зовут?

Он помолчал, отхлебнул морс и буркнул:

— Январин.

— А? — не поняла я.

— Январин Лунецкий меня зовут! — резковато представился он.

Ровно в этот момент, едва не слетев с петель, дверь заведения с грохотом раскрылась. Внутрь ввалился десяток плечистых мрачных стражей в боевой амуниции. В смысле, с оружием, в кожаных доспехах и даже в шлемах. Понятия не имею, как они не получили теплового удара под южным солнцем.

Посетители ошеломленно замолчали. Мы тоже, мягко говоря, опешили. Мощные парни окружили тесным кольцом наш стол. Ян окончательно сошел с лица, скукожился на стуле и выдавил:

— Они пришли за мной… Скажи им, что я все верну.

— В каком смысле? — не поняла я, чувствуя, как от напряжения магия начинает покалывать кончики пальцев.

Трясущейся рукой художник молча вытащил из сумки обломок острого узкого камня и пристроил на стол между тарелок.

— Ты унес клык владыки?! — воскликнула я. — Тебе сувенир, что ли, захотелось?

— Да я не собирался, — болезненно поморщился Ян. — Не знал, куда спрятать.

— И спрятал у себя в сумке, — с издевательской интонацией протянул знакомый голос.

Илайс, незаметно и неслышно возникший из-за спин сотоварищей, уселся на стул. Он поднял глиняный стакан с кисловатым морсом, осушил парой глотков и со стуком поставил обратно. Зрачки стали узкими, а глаза злющими.

— Значит, вы здесь сидите и едите? — проговорил он.

Ян чуток съехал на стуле, словно хотел спрятаться под крышкой стола.

— А что вы нам прикажете делать, гостеприимный вы наш? — нисколько не впечатлившись грозным видом, спросила я. — Помереть от голода?

— Четыре часа поисков, — принялся перечислять Илайс, загибая пальцы. — Два отряда драконов подняты в небо. Прочесали полгорода. Госпожа бестиолог, демон вам под бантики, вы засланный шпион? Как вы умудрились так ловко спрятаться?

Я откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди.

— Опыт.

— А правило «стой, где потерялась» вам незнакомо? — рыкнул Илайс с басовитым совсем нечеловеческим раскатом, и на шее весьма выразительно появились серебристые чешуйки.

— Мы стояли, — вкрадчиво ответила я. — Больше двух часов ждали в пещере.

У Илайса сделался на редкость идиотский вид, привлекательному мужчине совершенно неподходящий. Он моргнул, вернув себе нормальные глаза. Почесал шею, заставив драконий покров втянуться в кожу, и осторожно спросил:

— Хотите сказать, что стояли в саду драконов и ждали, когда мы к вам подойдем?

— Именно это я и говорю! — вызверилась я. — Мне на рамейне повторить?

Дракон кашлянул и скорчил сконфуженную мину.

— Да нет, я вас понял… — пробормотал он и с озабоченным видом оглядел стол: — Может, вам еще что-нибудь заказать? Рыбу с песней? Ягодного вина?

— Спасибо, вчера напробовались.

— А что со мной-то будет? — голос у Яна сорвался на фальцет. — Меня бросят в темницу за вандализм?

— Друг мой, — устало посмотрел на него Илайс, мигом вернув привычную ироничность, — если в Хайдесе начнут бросать в темницу каждого, кто отламывает клыки у каменных драконов, улицы опустеют. Хорошо, что статуи сами восстанавливаются, иначе у нас будет сад беззубых владык.

***

Солнце давно село, погасла зарница, из-за гор поднималась густая ночная мгла. Вагончик медленно скользил по воздушной дороге к портальной башне дворца, поскрипывали толстые канаты. В крепких раздумьях Илайс вытащил из поясной сумки маленькую фляжку, поднес к губам и взглядом наткнулся на нас с Яном, сидящих напротив.

— Госпожа Егорьева, разделим бренди? — Он протянул фляжку. — Не стесняйтесь. День у всех выдался нервный.

В отличие от помощника владыки, у меня день прошел терпимо, но Илайса я понимала. Потерял гостей из другого королевства, устроил переполох в городе, а потом оплатил еду и выпивку всем посетителям едальни, доведенным до обморока толпой мрачных вооруженных стражей.

— Воздержусь, — отказалась я, припомнив, как из этой же фляжки пила крепкий алкоголь с Эсхардом.

— А я не откажусь, — оживился художник и поерзал на сиденье. — Давайте разделим?

— Пожалуй, нам всем стоит воздержаться, — не моргнув глазом, отказался делиться Илайс и закрутил пробку на горлышке.

Мы подъезжали к площадке перед портальной башней. За оконцем проплыли выступающие из горы высокие стены.

— Госпожа Егорьева, — вдруг обратился он, — сегодня мы вместе пережили многое. Я вас уже считаю своим другом…

— Что вы хотите, Илайс? — прямо спросила я.

— Сохраните у себя фляжку, — быстро проговорил он.

— Давайте я заберу, — охотно предложил Ян.

— Тебе я не доверяю, — произнес на рамейне дракон.

— Что он сказал? — на ухо мне пробормотал художник, хотя недоверчивый Илайс, понятное дело, его прекрасно услышал и издевательски скривил губы.

Я молча забрала флягу.

— Благодарю, мой драгоценный друг, — с очаровательной улыбкой протянул он.

Фляжка перекочевала в руки художника и исчезла в его торбе.

— Не понял, — честно признался Илайс. — Вайрити бестиолог, мы же драгоценные друзья!

— Мой помощник везет в сумке отломанную часть святыни, ему уже нечего терять, — хмыкнула я на рамейне.

— Переведи, — тихо попросил Ян, ровным счетом ничего не понимая.

— Мы говорим, что ты вернешь мне флягу в целости и сохранности, — соврал Илайс и значительно добавил: — Со всем содержимым.

Вагончик пару раз мягко подпрыгнул, словно готовился к приземлению, качнулся и окончательно остановился. Дворцовый слуга в серых одеждах открыл дверь, и мы по очереди выбрались под холодные порывы ветра. Эсхард встречал нас лично.

Озаренный магическими огнями, он стоял в центре площадки, как каменный дракон в человеческой ипостаси. Мина у него точно была каменной, а взгляд — острым, словно владыка прикидывал, кого первого порезать на рагу: охрану или их предводителя. Возможно, и счастливо возвращенных гостей из Родолесса, умудрившихся в первый же день потеряться и устроить приличную встряску дворцу.

— Владыка… — Илайс опустил голову в знак приветствия, и спутанные длинные волосы упали на лицо.

— Добрый вечер, — поздоровалась я на родном языке.

— Я счастлив, что вы благополучно добрались до дворца, господа, — мягким голосом проговорил на рамейне Эсхард, окидывая меня изучающим взглядом от растрепанной макушки до пыльных ног в открытых сандалиях. — Приношу искренние извинения за своих стражей.

— Это нам жаль, что мы доставили столько хлопот, кейрим, — самым официальным тоном отозвалась я. — Если вы не против, то мы пойдем.

— Конечно, госпожа Егорьева, — кивнул Эсхард. — У вас был долгий день.

Намеревалась пройти мимо, но стоило нам поравняться, как он тихо произнес на родолесском:

— Загляну к тебе через полчаса.

Сердце екнуло. Я резко встала и подняла голову.

— Уверяю, Эсхард, с моей головы не упало ни одной шпильки.

В общем-то, я их сама растеряла, когда попыталась перед посадкой в воздушный вагончик привести в порядок шевелюру. Пучок держался на одной чудом сохранившейся шпильке и давно сполз на затылок.

Эсхард выразительно посмотрел на мои растрепанные волосы.

— Вижу. — Его глаза смеялись.

— Я могу отказаться?

— Безусловно, — согласился он с почти неуловимой улыбкой. — Но ты должна понимать, что я все равно загляну.

Выяснять, для чего Эсхард придет ко мне на ночь глядя, при стражах и художнике, настороженно обнимающем сумку с контрабандой, было неуместно. Оставалось неопределенно кивнуть и направиться в зал прибытия гостей. Ян невнятно попрощался с владыкой и рванул следом.

Едва мы вышли с обдуваемой всеми холодными ветрами площадки, ко мне бросились Лавиния и Иридия. Наперебой они говорили, как сильно нервничали и не отходили от воздушной дороги, едва во дворец пришла весть, что я исчезла. А владыка Эсхард пребывал в ярости, как дикий дракон. Хорошо, не плевался огнем. С ним такое случалось крайне редко.

— Что они говорят? — не удержался Ян.

Горничные посмотрели на худого парня в запыленной одежде с таким изумлением, словно он перестал быть прозрачным и проявился в воздухе, как призрак помершего дедушки.

— Пересказывают последние новости, — пояснила я. — Все дурно.

— Нас отправят в Родолесс без права перемещения обратно? — забеспокоился художник.

— Не настолько дурно, — поморщилась я. — Но если нас выставят, то у тебя уже есть сувенир.

— Фляжку мне надо вернуть, — ответил Ян.

— Я про каменный клык, — подколола его, и художник насупился.

В холле мы разошлись в разные стороны. Возле покоев я сказала девушкам, что успела пообедать в городе и желаю взять паузу от неудержимой заботы. Они попытались соблазнить меня расслабляющим массажем, но все равно остались за дверью.

Поясная сумка, звеня монетами, полетела на диван. На ходу вытащив из пучка последнюю шпильку, я вошла в ванную комнату и остолбенела. В бассейне внезапно плавал Ярран!

Над поверхностью воды торчала только голова с потемневшими мокрыми волосами, но не было сомнений, что он не подумал озаботиться плавательным костюмом. Бултыхался в натуральном виде, в чем матушка родила!

— Господин Элори, вы другого бассейна во дворце не нашли? — только и сумела спросить я, разведя руками. Вообще, мужчины редко меня удивляли, но драконы обладали удивительным талантом шокировать до глубины души.

— Я слышал, что тебя разыскивали в городе, — вымолвил он, с коварной улыбкой подбираясь к краю бассейна.

— Теперь все понятно, — протянула я. — Вы решили, что покои с бассейном освободились и сразу проверили, как водичка? Сундуки уже успели перенести?

Он громко и нарочито хохотнул.

— У тебя прекрасное чувство юмора.

— Да я серьезно, — заметила я.

Ярран оперся о бортик и над поверхностью воды появились голые мокрые плечи, облепленные длинными волосами. Глаза вновь стали желтые, а зрачок вытянулся.

— Я ждал, когда ты вернешься, — вымолвил он.

— Не постесняюсь спросить: вы все время купались, пока меня ждали? — У меня вырвался ошарашенный смешок. — А горничные в курсе, что у вас тут заплыв?

— Служанки дежурили в зале воздушной дороги. Не надо бояться, никто не знает, что я здесь.

— А зачем ты здесь? — наплевав на уважительное обращение, да и как можно уважительно говорить с голым мужиком, нырнувшим в мой бассейн, вопросила я.

— Мы же договорились в саду каменных драконов, — улыбнулся он. — Я сказал, что приду, ты ответила «да-да».

Смутно вспомнилось, как в тот момент, когда он что-то настойчиво говорил о слиянии душ, в которое верят исключительно наивные девицы, я недосчиталась гения от живописи.

— Ярран, прямо сказать, мне было проще согласиться, чем объяснить, что ты несешь ересь. Сейчас ты тоже ее несешь в крайне неудачный момент.

— Но данные в священном месте обещания нужно выполнять. — Блеснув улыбкой профессионального соблазнителя, он оттолкнулся от бортика, нырнул в воду и снова появился. — Давай поплаваем, Виталия. Вода смывает неудачный день. Уверен, ты никогда не плавала с водным драконом…

— Сейчас здесь появится кейрим, — перебила я.

— Какой кейрим? — не понял он.

У меня ощутимо задергался глаз.

— Угадаешь? — Щелкнув пальцами, я заставила полотенце сорваться с крючка и влететь в физиономию дракона. Он едва слышно рыкнул и сорвал тряпку. — Пора вытираться. Выйти из покоев уже не успеешь, вылезешь в окно.

Я направилась к мозаичному узкому оконцу и раскрыла створки, впустив холодный сквозняк во влажное тепло.

— Не вынуждай меня превращать бассейн в каток, — искренне попросила я.

За спиной раздался плеск. Когда я повернулась, Ярран уже вылез из воды и замотал узкие бедра полотенцем. По идеальному гладкому торсу, лишенному резких линий, стекала вода. Волосы свисали сосульками.

— Вперед, — скомандовала я и кивнула на окно. — Бочком втиснешься.

Он прошлепал голыми пятками к горке вещей, валявшейся на плиточном полу, и поднял штаны.

— Ты одеваться, что ли, надумал? — возмутилась я. — Залезай в полотенце, все равно в дракона оборачиваться.

— Видела, какая там высота? — внезапно отказался он покидать покои самым быстрым путем: по воздуху.

— И что? Ты же дракон!

— Я водный дракон, — цыкнул он. — Мы хорошо плаваем, но плохо летаем.

— Самое время для тренировки. Не трать время и вылезай в окошко! — скомандовала я. — Теплого ветра твоим крыльям, Ярран!

— Ни один мужчина из древнего рода Элори не падал так низко, чтобы вылезать из окна женщины, — с непередаваемым высокомерием проговорил он, точно при этом не натягивал брюки прямиком на мокрое тело. Те в отместку прилипли к ногам.

— Не надо падать, надо лететь, — заметила я. — Ну не мне учить дракона, так ведь?

Он растянул губы в чарующей улыбке, что в сочетании с желтыми драконьими глазами, не вернувшими человеческий вид, вызывало закономерное желание схватить бестию и закрыть в клетке.

— Милая Виталия, ты не можешь меня заставить.

— Давай не будем обманываться: могу и заставлю, — вкрадчиво предупредила я. — Но верю, что любое досадное недоразумение можно уладить без боевых заклятий.

Однако недоразумение разрешилось само собой, когда в покоях прозвучал знакомый низкий голос, позвавший меня по имени. Забыв про гордость древнего рода, Ярран рванул к окну, а я вышла в спальню и аккуратно прикрыла дверь в ванную.

Эсхард терпеливо дожидался меня на пороге. Спокойный, как скала. По виду и не скажешь, что он был способен злиться.

— Думал, ты опять исчезла, — с улыбкой произнес гость.

— Нет, я по-прежнему здесь, — отозвалась я.

Неожиданно в ванной комнате глухо хлопнули оконные створки. У меня снова дернулось веко. Владыка резко повернул голову и сощурился на прикрытую дверь.

— Послушай, Эсхард! — резко позвала я, пытаясь спасти ситуацию и собственную репутацию. — Покажи мне свой дворец! Завтра уже уезжать, а я толком ничего, кроме балкона, не видела.

— Почту за честь быть твоим личным экскурсоводом, — хитро блеснув глазами, согласился он и приглашающим жестом указал на дверь.

Эсхард оказался потрясающим рассказчиком, а его низкий голос, говорящий спокойно и негромко, завораживал. Он делился историей дворца: как тот врастал в драконью гору, отвоевывал пространство у каменной породы, светившейся в темноте, поднимался к небу.

На нашем экскурсионном маршруте мы не встретили никого. Коридоры и залы словно опустели. Видимо, если местные интерьеры показывал владыка, то подданные умело растворялись в пространстве.

Незаметно мы добрались до длинного, широкого коридора с высоким расписанным фресками потолком. Стены не давили, но меня не покидало ощущение, что мы находимся в толще горы. Подняв голову, я с интересом пригляделась к картинам, перетекающим одна в другую.

— История рода Нордвей, — пояснил Эсхард.

Начиналась история с драконьих битв, в которых огромные крылатые звери заливали огненными клубами небо. Краски постепенно светлели, темные времена оставались позади. Рисунки медленно опускались на стены, словно на потолочном своде им стало тесно. На глаза попался сюжет, где красный дракон хватал с балкона девушку.

— А ведь я сегодня слышала историю твоего славного предка, — заметила я. — Украл девицу — женись. Верно?

— Мы чтим древние традиции, — хмыкнул Эсхард и вдруг одарил меня прошивающим взглядом. — Если нашли сокровище, никогда от него не откажемся.

— Прозвучало угрожающе, — с иронией призналась я. — Особенно если учитывать, с чего мы с тобой начали.

Он тихо рассмеялся.

— Со времен моего деда драконы рода Нордвей стали гораздо цивилизованнее. Я способен принять отказ женщины и не воровать ее с балкона. — Его глаза смеялись. — Не надо испытывать неловкость, Виталия, ты не ранила мою гордость. И я не против, если мы станем хорошими друзьями.

За сегодняшний день мне уже пару раз предлагали дружбу. Один новый друг попросил его прикрыть перед владыкой, второй — сиганул голым в бассейн. Манера дружить у драконов, прямо сказать, настораживала.

— Конечно. — Я чуток нервно кашлянула. — Тем более что ты нашел невесту в Родолессе.

Сказала и немедленно пожалела. Что за дурной язык? Женитьба владыки — опасная тема. И с тех пор как он получил категоричный отказ и уехал из нашего родового поместья, меня принципиально не касалась. Хорошо, что мы оба взрослые люди и можем переступить через предрассудки. Впервые, конечно, такое встречаю…

— За этим я и приезжал в ваше королевство, — сдержанно согласился он и, уходя от темы, указал рукой на высокие двустворчатые двери в конце коридора. — Идем. Мы здесь не ради фресок.

Когда он с нарочитой невозмутимостью толкнул створки, я ахнула. За дверями пряталась библиотека! Длинный зал был разделен природными колоннами, превращенными в полки с книгами и костяными фигурками. Вдоль стен стояли книжные шкафы. Сводчатый потолок украшала роспись. В самом центре красовался тяжелый стол с подставками для фолиантов, а сверху лился теплый свет. И пусть в Хайдесе давно стемнело, складывалось обманчивое впечатление, что сквозь толщу горы пробивались солнечные лучи.

— Добро пожаловать в мою личную библиотеку, госпожа Егорьева, — официальным тоном проговорил Эсхард.

— Ты собираешь книги? — удивилась я, переступая через порог.

— Собирала моя мать, — признался он. — Хочешь экскурсию или сама посмотришь?

— Справлюсь без экскурсовода.

— Даже не сомневался, — отозвался владыка.

С возрастающим интересом я рассматривала шкафы, изучала названия на разных языках мира, обнаружила труды по местной бестиологии. Казалось, покойная госпожа Нордвей обожала читать манускрипты о двуликих бестиях.

Присев на край стола и сложив руки на груди, Эсхард терпеливо дожидался, когда я утолю любопытство. В итоге я потеряла счет времени и только краем глаза заметила, как он устало потер шею. Хорошо, что не зевнул. Вышло бы совсем неловко.

— Останавливаюсь, — улыбнулась я и поставила манускрипт обратно.

— Библиотека в твоем полном распоряжении, — махнул рукой Эсхард.

— Можно взять пару манускриптов с собой? — оживилась я.

— Да просто оставайся во дворце, — по-свойски предложил он. — Здесь много уникальных книг и полная тишина. Никто не будет мешать. Художник делает зарисовки, ты собираешь материал для профессорской работы. По-моему, прекрасное предложение.

Он и о профессорском значке был в курсе! Конечно, в курсе. Я удивилась бы, окажись по-другому.

— Эсхард, похоже, я должна уточнить: завтра утром меня ждут в академии на острове Вариби? — прямо спросила у него.

— На острове Вариби библиотека не очень, — невозмутимо заметил владыка.

— А бестиарий отличный.

— Но книг-то нет. Зачем жить в общежитии и ютиться в общем преподавательском зале, если можно остаться в удобных покоях и перемещаться порталом из дворца? — резонно рассудил он. — Или наука требует лишений?

— Знаешь… — Я указала в него пальцем и признала: — Это аргумент.

— Наслаждайтесь удобным рабочим местом, госпожа бестиолог, — усмехнулся он.

Один особенно интересный манускрипт я прихватила с собой. Прощаясь возле покоев, Эсхард щедро предложил:

— Обязательно дай знай, если что-то будет нужно. В любое время, — добавил он выразительно.

Первое, что я сделала, когда закрыла за собой дверь, ринулась проверить Яррана. Окно сиротливо хлопало от ветра, позвякивали витражи. Водный дракон, к счастью, в бассейне не засел. На поверхности воды плавали только клоки от его порток, видимо, занесенные сквозняком, как опавшие листья.