Глава 21

– Защищайтесь, адептка Райлис! – В меня стремительно полетела молния.

Я еле успела увернуться и выставить щит.

– Еще!

Да они издеваются!

Вскинула руки, выпуская огненный вихрь. Волосы откинуло назад ударной волной, да я и сама еле устояла на ногах. Но упасть мне никто бы не позволил. Уже привычно мою талию обвили сильные руки, и знакомый голос опалил дыханием, вызывая стаю мурашек на шее:

– Уже лучше! Ты делаешь успехи, радость моя!

Успехи. Можно подумать! Уже неделю магистр Стайракс, сговорившись с Бертом, лично тренирует меня. Как и грозился, он перевел меня на факультет боевиков и объявил себя моим наставником. Я тут же стала главной новостью в академии, при этом меня стали старательно избегать все, с кем я обычно общалась. Меня переселили в другую комнату, при этом даже не дали проститься и объясниться с Кирой. Моего мнения никто не спрашивал. Просто поставили перед фактом, и все. Самое удивительное, но мой фамильяр был полностью солидарен с демоном. На удивление, эти двое в вопросах моей безопасности или благополучия были единогласны.

Каждое мое утро начиналось с тренировки на полигоне, где я училась контролировать свою силу, а также осваивала неизвестные мне приемы самообороны. Если честно, получалось не очень. Вот и сейчас я стояла в кольце рук демона и смотрела на фантомы своих противников. Перевела взгляд на ректора, и сердце пропустило удар. Он был прав, когда говорил, что нам будет нелегко. С каждым днем наша связь становилась все ощутимее. Теперь я, глядя в его голубые глаза, испытывала не только страх, но и что-то волнующее. Я краснела, забывала слова, которые собиралась произнести, вообще вела себя глупо. И мне все это категорически не нравилось. Не нравилась собственная реакция на прикосновения ректора, не нравилась моя изоляция от других адептов, не нравилось, что каждый мой шаг контролировался не только магистром Стайраксом, но и моим фамильяром.

Стоит ли говорить о том, что в моем гардеробе оказались все те вещи, что так невзначай продемонстрировал мне ректор в тот памятный разговор в его кабинете? Но это еще было не все! Теперь у меня для одежды была выделена целая комната! Форма для тренировки, платья, костюмы, туфли, сапожки, ботинки, ночные сорочки. Да я даже половину не рассмотрела! Упорно облачалась лишь в форму и теплую куртку, а еще была благодарна снежному за мягкие кожаные ботинки на толстой подошве.

– Поосторожней, – проворковал демон на ухо, – не хотелось бы, чтоб ты ушибла свою…

Кровь прильнула к щекам, но на страже моей добродетели стоял хомяк.

«Уберите ваши руки, шо вы мне душу рвете!» – золотистым облачком возник фамильяр возле левого плеча магистра Стайракса. Появление Берта подействовало отрезвляюще. Я дернулась в руках демона.

«Милли, застегни куртку! А то у тебя сердце на двор!» – не унимался метаморф.

Достаточно было одного лишь взгляда на себя, как я поняла, что шнуровка на вороте формы разошлась, создавая подобие декольте, а бессовестный демон нагло улыбался, глядя на это безобразие. Возмущенно застегнула куртку, еще и воротник подняла и капюшон накинула.

– Ты ведь сама предпочитаешь носить эту форму, – развел руками ректор, – а брюки так соблазнительно обтягивают твои бедра.

Я обиженно уставилась на него. Сам-то он умудрялся выглядеть изысканно даже в тренировочном черном костюме. Белые волосы рассыпались по плечам и создавали яркий контраст, придавая облику ректора еще больше шарма. Я завистливо вздохнула. Похоже, холодный, пронизывающий ветер не причинял демону никаких неудобств. Довольно тонкая ткань тренировочного костюма обтягивала тело ректора, подчеркивая каждый мускул.

Гоблинский потрох!

Стыдливо отвела глаза и спрятала руки в карманы куртки. Мне, в отличие от некоторых, было зверски холодно, едва только тренировка закончилась. Горячка боя прошла, уступая место зимней стуже.

– Замерзла? – тут же стал серьезным магистр.

Не стала ему отвечать. Что толку, если благодаря нашей связи он все чувствует. Бережно обнял меня за плечи, и, спустя один заполошный удар сердца, я уже стояла в своих новых апартаментах.

– Переодевайся, – сказал на прощание демон, – жду тебя на обед.

Я горестно смотрела на оседающие на мой ковер снежинки. Да, теперь мы вместе обедали, да и завтракали и ужинали тоже. Заявление магистра Ларма в харчевне, откуда меня вытащил ректор, о том, что кормят в нашей столовой паршиво, не осталось для него незамеченным. И чтобы «истинная снежного демона не болталась по сомнительным забегаловкам, а нормально питалась», меня теперь кормили исключительно в моей гостиной в обществе ректора. И да, меня снова никто не спрашивал, согласна ли я на такое. И плевать он хотел на то, что истинной я стала совершенно случайно и на самом деле ею не являюсь, что в его обществе не в состоянии проглотить даже малюсенький кусочек. Решение было принято, и я должна подчиниться. И снова Берт встал на сторону демона. Предатель! Я даже начала подозревать, что на самом деле не такие уж они и непримиримые враги, как о себе рассказывают. Уж больно слаженно действуют эти двое, едва я только начинаю сопротивляться.

Скинула куртку, разулась и пошла в душ. Стоя под тугими струями воды, раздумывала, как сильно изменилась моя жизнь. Берт больше не шокировал меня своими превращениями в человека. Он предпочитал личину хомяка, да и вел себя как и прежде, но всякий раз, когда я на него смотрела, перед глазами возникал образ молодого парня с золотыми волосами. Почему-то в голове не укладывалось, что мой фамильяр – человек. Ну, почти человек. Ведь я все это время относилась к нему как к милому пушистику. Ладно, не очень милому, даже наоборот, хомяк и мужчина – это несколько разные вещи.

А еще… я все чаще вспоминала тот поцелуй в лекарне, когда мой резерв был на нуле. Ведь кто-то поделился своей силой со мной, вернул мне магию. Раньше я думала, что это Оливер отдал мне часть своей магии, а теперь я не была ни в чем уверена. Ведь если разобраться, Оливер некромант, его магия скорее разрушительная, вряд ли она подходит для того, чтобы вернуть ослабленную ведьму к жизни, хотя, с другой стороны, некромантия на то и некромантия, чтобы возвращать мертвых в мир живых. Другое дело Берт. Гримуар сказал, что он поделился со мной силой огня. Когда он это сделал? Если в момент ритуала призвания фамильяров, то мог ли он же спасти меня от выгорания? Как все запутанно и сложно!

Теперь я не позволяла себе раздеться в обществе Берта, даже спать ложилась в мягкой пижаме, а не в том непотребстве, что появилось в моем гардеробе благодаря стараниям ректора. Поэтому сейчас, выходя из душа, я укуталась в длинный махровый халат, замотав волосы в полотенце.

– Милли, надень то бирюзовое платье, шо так идет к твоим глазам, – подал голос Берт, роясь в гардеробной.

– С чего вдруг? – фыркнула я, – Потом все равно на занятия идти, опять переодеваться? Мне и в форме хорошо!

– Платье!

– Да почему я не могу обедать в форме? – возмутилась я.

Берт пошуршал еще немного в недрах гардероба, затем явил миру свой мохнатый зад. Потоптался, смешно чихнул, затем обернулся и грозно изрек:

– Да потому, что в ней ты выглядишь как обычная шлеперка с Прикардона! Да с тебя же можно рисовать картину «Городской босяк» и зарабатывать на этом немыслимых золотых.

Я только покачала головой. Какой из меня босяк? Молча продемонстрировала ему полюбившиеся ботинки.

– Не расчесывай мне нервы! Переобуй свои ноги и нарядись в достойное платье! Такой цветок надо красиво оформить даже в рабочее время! Пусть демон скособочится от любви!

Уронила обувь на пол и возмущенно воскликнула:

– Берт! Что ты несешь?

– Свет и радость этому миру, – остался невозмутимым этот паразит.

– Иногда мне кажется, что ты не очень заинтересован снять привязку между мной и магистром Стайраксом, – с сомнением произнесла я, но достала-таки бирюзовое платье, о котором так настойчиво твердил фамильяр.

– А у меня есть выбор? – почему-то грустно произнес он, – Если мы не снимем привязку, меня уничтожат, в смысле вернут в мир духов… Но если мы снимем привязку, твой демон уничтожит меня уже в этом мире… И если ты таки думаешь, что мне не хватает дырки внутри себя, то ты заблуждаешься – Ингельберт не тот метаморф, шо будет радоваться дополнительной вентиляции!

Похоже, он прав… но…

– А как же я? – тихо спросила у него. – Ты не подумал? Понимаю, тебя устраивает, что нас сейчас защищает ректор Стайракс. Лучшей защиты и не придумаешь! А я? Во власти снежного демона? Навсегда? Вот так?

Я развела руки в стороны, демонстрируя мои комнаты. Да я даже слабо знаю дорогу в них. Чаще всего попадаю к себе благодаря порталу магистра Стайракса. Он запер меня и оградил от всего мира. Я одеваюсь по приказу, занимаюсь магией под неусыпным надзором главы академии, ем в его присутствии, даже сплю под присмотром хомяка-предателя.

– Что именно тебя не устраивает? – не понял моего недовольства Берт.

– Ведь так очень скоро не будет меня! Я растворюсь в этом пребывании и перестану быть собой! – последние слова сорвались на крик, а по щекам покатились слезы.

– И мне очень не хотелось бы этого, – услышала я голос магистра Стайракса.

Горечь, прозвучавшая в его словах, больно хлестнула, заставляя сердце сжаться. Медленно, будто раздумывая о чем-то, демон приблизился. Оглядел меня с головы до ног. Задержал пытливый взгляд на уровне декольте, видимо, не нашел там ничего интересного, потому как махровый халат надежно скрывал все изгибы фигуры, поэтому посмотрел мне в глаза.

– Почему? – непослушными губами спросила я.

– Ты перестанешь быть собой, – пожал он плечами, – а мне так нравится твой огонь.

Это он сейчас о моем новом даре, правда?

– Ты хочешь свободы? – продолжил говорить ректор завораживающим голосом.

Мягкие, даже вкрадчивые нотки сбивали с толку, мешали думать и адекватно воспринимать происходящее. Все, что я сейчас видела, это только глаза Эйтинора Стайракса, которые казались голубыми бриллиантами.

– Да, – послушно ответила я и облизнула внезапно пересохшие губы.

Взгляд демона тут же потемнел.

– Милли! – хрипло простонал он, наклоняясь ко мне.

Сердце замерло, как и время вокруг. Губы демона нежно коснулись моих, пробуждая сотни искр, бегущих по коже. Я судорожно вздохнула и уперлась руками в широкую грудь.

– Нет! – взмолилась я. – Пожалуйста! Не надо!

Ректор замер, но не отстранился.

– Почему? – прошептал он, опаляя свежестью дыхания.

– Я не могу… Это неправильно! Вы ректор академии, я адептка, а мы…

Он все же отстранился и нахмурился.

– Что мы? – в глазах будто застыл лед.

– Магическая привязка на нас действует, – совсем растерялась я.

– И?

Он заложил руки за спину и повернулся лицом к окну. Потеряв зрительный контакт с демоном, ощутила небольшое облегчение. Посмотрела на фамильяра, который предпочел молчать во время этого странного диалога.

– И нам же надо ее снять, – растерянно произнесла я.

– Уверена, что надо?

Меня снова удостоили взгляда, а я окончательно смутилась.

– Уверена, – вовсе не уверенно ответила я.

– Оставь девочку в покое! – проговорил неожиданно Берт.

Он встал рядом со мной в образе человека, того самого мужчины в годах. Посмотрел на меня, мягко улыбнулся и снова мрачно посмотрел на ректора.

– Ищи себе другую игрушку, снежный! Чтоб ты имел жалкий вид!

Я сама опешила от заступничества фамильяра, ректор же, кажется, на миг лишился дара речи.

– Ты забываешься, метаморф! – все же взял себя в руки он. – Ты ей даже не фамильяр! Просто недоразумение. Сам ведь мечтаешь сбежать из этого мира! – И уже мне: – Я жду тебя, возьми верхнюю одежду. Прогуляемся.

Резкий разворот, и в комнате взметнулась целая стая снежинок.

– Пижон! – фыркнул Берт, вновь становясь грызуном.

Меня все еще слегка потряхивало от пережитого волнения.

– Спасибо, – поблагодарила его.

– Да не за что! – отмахнулся хомяк. – Демоны думают только о себе. Сейчас на снежного действует магия истинной пары и обычный мужской интерес на смазливую мордашку. Но он сломает тебя и даже не вспомнит потом. А что останется тебе? Разбитое сердце и разорванная на клочки душа вместе в вырванными годами из еле оставшихся дней?

Когда магистр Стайракс говорил о том, что нам будет сложно, я даже подумать не могла, что будет настолько тяжело. Глупо отрицать, нас тянет друг к другу. Никогда не могла подумать, что вообще смогу взглянуть вот так на демона, что сердце будет замирать в груди всякий раз, когда окунаюсь в омут льдисто-голубых глаз. Осложнялось все еще тем, что кроме влечения, навеянного связующим заклинанием, я испытывала страх перед ректором. Еще я ясно осознавала, какая бездна лежит между нами – бездонная и совершенно непреодолимая. Да и не нужно мне ее преодолевать. Берт совершенно прав. Нельзя увлекаться собственным ректором. Мы совершенно из разных миров.

– Одевайся быстрей, – как-то устало произнес фамильяр, становясь полупрозрачным духом, – а то у этого белобрысого хватит наглости потащить тебя на обед прямо вот так.

Я опомнилась и поспешила в гардеробную. «Прогуляемся», – сказал он. Чтобы это могло значить? Все же остановила свой выбор на бирюзовом платье. Что-то подсказывало, что хомяк знает больше, чем я. Не зря он так настойчиво советовал мне именно его.

Быстро высушила волосы магией, заплела их в косу и уложила в затейливый пучок на затылке. Вот с платьем пришлось повозиться. Красивое, но совершенно непрактичное с точки зрения его застегивания. Крохотные пуговички располагались сзади и спускались от ворота платья до самой поясницы. Но парочка несложных заклинаний помогли решить эту проблему.

Завершили мой образ теплые белые сапожки и белоснежная шубка из пушистого невесомого меха. Когда я вышла из гардеробной, Берт, оглядев меня, одобрительно присвистнул.

В гостиной ректора не оказалось. Мне даже показалось, что он передумал и ушел. Но, выйдя на порог здания, увидела магистра Стайракса, беседующего с магистром Лармом. При моем появлении демон повернул голову и быстро нашел глазами меня, будто почувствовал что-то. Тео проследил за его взглядом и тоже увидел меня, замершую на крыльце. В глазах боевика промелькнула целая гамма чувств. Удивление сменила радость, затем пришло недоумение, а потом промелькнуло что-то подозрительно похожее на разочарование.

– Мелисса? – только и смог вымолвить он потрясенно.

– Добрый день, магистр Ларм, – вежливо поздоровалась я.

Ректор быстро приблизился ко мне, на ходу бросив боевику:

– Надеюсь, вы меня услышали, магистр Ларм, и мы больше не станем обсуждать этот вопрос!

Что уж там они обсуждали до моего появления, я не знаю, но Тео остался недоволен результатом разговора. Он отрешенно смотрел на то, как ректор обнимает меня за плечи, и маленький снежный смерч уносит нас за пределы академии. И что-то такое было во взгляде боевика, что я почувствовала горечь и обиду одновременно. На душе стало гадко. И вроде бы ничего страшного не произошло, но меня не покидало ощущение, что я чем-то обидела магистра Ларма.