Глава 13

Проснулась я рано, ещё до рассвета. В моём распоряжении оставалось всё меньше времени, и счёт пошёл уже на часы. Удастся сегодня встретиться с королём и убедить его принять мои доводы – стану свободной. Нет – придётся придумать что-то ещё. Я в любом случае не собиралась сдаваться. Мы с Ваной обговорили резервный вариант, как избавиться от герцога. Если не удастся скинуть с себя рабское ярмо – придётся бежать, создать себе новую личность и начинать жизнь тут заново. И в этом Верховная жрица обещала помочь. Вдруг король откажется принимать меня? К сожалению, просто «уйти в монастырь», то есть стать жрицей, я не могла. Обитель богини-матери точно так же подчинялась законам королевства, как и любое другое светское учреждение, и спрятаться от долгов барона в её стенах было нельзя. Только после официального признания меня свободной. На самом деле был у меня ещё один не то чтобы план, но идея. «Поговорить» с кем-то из местных богов и убедить вернуть меня обратно. Или хотя бы пусть объяснят – зачем я тут? А то, может, я в родном теле умерла и не помню этого? После того как меня проводили в комнату, где предстояло переночевать, я честно пыталась помолиться или воззвать к богине. Ничего не вышло. То ли меня не «услышали», то ли у богини нашлись дела поважнее. В любом случае, предстояло рассчитывать только на себя. Идея Ваны сделать меня символом борьбы за права местных женщин восторга не вызвала. С другой стороны, если жить в этом мире, то почему бы не попытаться сделать что-то хорошее? Если, конечно, прекрасная половина здешнего человечества согласится с тем, что равноправие полов – для них хорошо. Судя по воспоминаниям той же самой Ниниэлы, её более чем устраивало, что она должна отдать мужу магию, и посвятить всю себя воспитанию детей и управлению домашним хозяйством. Посмотрим. Для начала нужно отстоять собственную независимость, а уже потом думать о борьбе за права других. Если стану рабыней, то у меня самой прав не будет. Мы с Ваной вызвали на разговор Горана и хорошенько расспросили его. Парень изложил план – он действительно неплохо продумал его. Сам Горан был не просто стряпчим, а младшим чиновником на королевской службе и имел доступ в королевский дворец. Младший принц курировал вопросы безопасности, и Горан вполне мог прийти к нему на приём, это не вызвало бы вопросов. Парень вроде бы искренне собирался сделать всё для моего освобождения и даже верил в то, что это получится. Меня он собирался провести как свою помощницу и только младшему принцу раскрыть моё настоящее имя. Пока Горан говорил, я сосредоточенно слушала его мысли. И вот вроде бы ничего лишнего или смущающего там не было… Но червячок сомнения и недоверия всё равно не давал мне покоя. Поэтому я с радостью приняла план Ваны – Верховная жрица предложила нарядить меня в белые одежды жрицы богини-матери и передать со мной послание для королевы. Попробуем подобраться к королю с двух сторон. Главное, во время путешествия во дворец не столкнуться с герцогом. По приказу Ваны нам вернули наши вещи, а мне выдали белое облачение жрицы. Белое платье, белые мягкие полусапожки и белый же плащ с капюшоном – вся одежда красивая и зачарованная от попадания пыли и грязи, дай боги здоровья тому, кто придумал такое заклинание! Запоздало я сообразила, что, убегая, даже не захватила приличного наряда для аудиенции у короля, буде она состоится. Если бы не Вана, меня просто могли не пустить к нему по причине неподобающего внешнего вида. Кстати, переодеваясь, я убедилась, что метка с моего плеча исчезла! Богиня убрала её! Первый шаг к тому, чтобы сбросить с себя ярлык рабыни, сделан. Очередь за следующими. Как же хорошо, что всё хорошо складывается. Или это не к добру и можно начинать опасаться неприятностей? … – Посланница Верховной жрицы к её величеству королеве Лиандии! Я вошла в распахнутые двери и присела в реверансе, склонив голову. На королеву, пока она не заговорит и не разрешит подняться, смотреть было нельзя. Кстати, коронованная особа могла хоть до вечера продержать подданного в таком положении, если была чем-то недовольна. К счастью, к жрицам богини-матери её величество относилась хорошо. – Что же понадобилось Верховной от меня так срочно? – задумчиво произнесла королева. – Расскажи мне, дитя. Я выпрямилась и подняла взгляд. Против воли приоткрыла рот: выглядела красавица, сидящая передо мной в роскошном кресле, не старше двадцати лет! Это притом, что у неё двое взрослых сыновей! Если в этом мире существует такая косметика или омолаживающие процедуры, перспектива застрять тут уже не кажется такой печальной. – Верховная жрица изложила суть своей просьбы в послании, ваше величество, – произнесла я, продолжая разглядывать королеву. Её окружала роскошь, которая проявлялась во всём, начиная от отделки вроде как утреннего платья россыпью мелких бриллиантов и заканчивая дорогущим интерьером и мебелью малой гостиной, где меня принимали. Здесь были и фрейлины, которые усиленно делали вид, что заняты вышиванием. Я обратила внимание на ближайшую ко мне девушку: иглу она держала откровенно неловко, а её руки с короткими ногтями никак не походили на ухоженные кисти придворной дамы. И меня эта фрейлина оглядела так цепко и подозрительно, что не оставалось сомнений: её основные обязанности отнюдь не передача сплетен и не вышивание. Выходит, здесь есть даже женщины-телохранители! То есть не такой уж он, этот мир, и патриархальный, как кажется на первый взгляд! Именно эта фрейлина-телохранитель, отложив пяльцы, и взяла у меня письмо, адресованное королеве. Придирчиво его осмотрела, чуть ли не обнюхала и только после этого отдала её величеству. По мере того как королева читала послание, её брови ползли вверх, а выражение удивления на лице превращалось в изумление. – Оставьте нас! – велела она, опустив письмо и внимательно меня разглядывая. Кстати, интересно – я не могла прочитать её мысли, как ни старалась. Пока фрейлины, бросая на меня косые любопытные взгляды, выходили, королева хранила молчание. И только когда мы остались втроём, включая телохранительницу, спросила: – Так, выходит, ты осталась невинной? И это подтвердила богиня? – Да, ваше величество. – А тот самый артефакт у тебя? Можно на него взглянуть? – Разумеется, ваше величество. Под пристальными взглядами я полезла в сумку и достала камушек. В моих руках он засиял чистым белым светом. Конечно же, телохранительница не дала сразу передать его королеве, вначале исследовав, как и письмо. Камень не поменял цвет. Я даже заволновалась – ну а вдруг это просто сверкающая безделушка? – В нём мощная магия, ваше величество, но она не несёт вреда, – заявила телохранительница, успокоив меня. Стоило королеве взять артефакт, как он засиял всеми оттенками сиреневого. – Интересно было бы дать подержать его остальным фрейлинам, – задумчиво произнесла её величество, вертя в руке артефакт. Улыбнулась и продолжила, вернув его мне: – Я вижу, ты оказалась в сложном положении, дитя. Судя по всему, правда на твоей стороне. К тому же с тобой божественная помощь, да и Вана, которую я безмерно уважаю, просит за тебя. Но у нас есть проблема… – Разве есть проблемы, которые не под силу решить вашему величеству? – Да, я использовала старую добрую грубую лесть. Было чёткое ощущение, что времени у меня не так много. – Ведь вы – главное сокровище его величества, и он всегда слушает ваши мудрые советы! На самом деле, по словам той же Ваны, король вершит дела единолично, оставив королеве лишь женские заботы. Но мне сейчас позарез нужно было, чтобы эта красавица, у которой явно имелись и мозги, встала на мою сторону! – Разумеется, его величество прислушивается ко мне, – вздохнула королева. – Но не когда речь идёт о герцоге. Проблема именно в том, что на тебя претендует Районар арт Рангор… Тут её величество резко умолкла и с неудовольствием поджала губы. Было отчего: двери с шумом распахнулись, вызвав молниеносное движение телохранительницы, которая мгновенно накрыла королеву полупрозрачным щитом и встала перед ней, вскинув руки. Впрочем, защитница быстро погасила огоньки, что загорелись у неё в руках, и отступила. По-видимому, того, кто стремительно вошёл в комнату, она знала. Я же восхищённо застыла, разглядывая самого красивого парня, которого только можно представить. Высокий темноволосый юноша, чьи черты лица были так совершенны, что хоть сейчас на рекламный плакат крупным планом, бросил на меня сверкающий взгляд из-под пушистых ресниц и склонился над рукой королевы, которую она протянула для поцелуя. – Матушка, простите, что ворвался, нарушив приличия, – произнёс он хорошо поставленным бархатным голосом. – Но дело, что меня привело, не терпит отлагательств. – Что случилось, Нейтар? – обеспокоенно спросила королева. Я запоздало сообразила, что нужно присесть в реверансе – это ж младший принц! К которому, кстати, отправился Горан с моим же делом! А вон, кстати, и он – маячит в дверях… – Дело касается этой девушки, Ниниэлы, – говорил тем временем принц королеве. – За неё просит человек, которому я сильно обязан. Обязан настолько, что поклялся удовлетворить любую его просьбу. – Ты дал клятву человеку? – удивилась королева. – Я уже выслушала Ниниэлу. Но ты ведь знаешь, в чём тут проблема? На неё заявил права Районар. Ты разве хочешь просить отца, чтобы он заставил его… – Будь она и правда интересна дяде, он бы поставил метку принадлежности, – заявил принц. – Метки, как видишь, нет. Так-так. Мне кажется или я слышу что-то, не предназначенное для посторонних ушей? А нет, не кажется. Разговор принца и королевы шёл мысленно – ведь со стороны выглядело так, будто они просто друг на друга смотрят! А губы их не шевелились! – Даже если девочка не нужна твоему дяде, он всё равно будет зол, если ему прикажут отдать её. Ведь это непростое дело, публичное – вспомни все эти статьи в газетах! – Это всего лишь бульварные сплетни, – сообщил принц. – А вот моя клятва, которую я дал человеку, важна. Горан любит эту девочку и готов ради неё на всё. Если мы сейчас быстро их поженим, дядя ничего не сумеет возразить! Зачем ему чужая жена, к тому же без магии? – У неё есть магия, она невинна! – Проведут брачную ночь сразу после обряда бракосочетания, – пожал плечами принц. – Для них это будет незабываемо – ведь всё случится в королевском дворце! Я даже сам отвлеку дядю… – Герцог здесь? – удивилась королева. – Да, говорит с отцом прямо сейчас. Меня словно кирпичом по голове огрели. События как-то слишком ускорились, а я стояла в ступоре и не знала, что предпринять. Прерывать общение монарших особ – немыслимое нарушение этикета. Но если ничего не сделать, моя судьба решится прямо сейчас, и это решение будет совсем не в мою пользу.