Глава 29

Я просыпаюсь оттого, что меня целуют. Даже не просыпаюсь толком — томно и сонно откликаюсь на ласку и тут же тону в невозможной, невыносимой нежности. Сильные руки скользят по моей коже мягко, едва касаясь, но тело сразу отзывается дрожью.

Теперь уже я окончательно проснулась.

Поцелуй разрывается, и я чувствую горячий влажный рот и обжигающее дыхание на груди, на животе, на бедрах. Не выдерживаю сладкой пытки томительной негой и с тихим рычанием тяну Ренмара на себя, оплетая его ногами, вдавливая в себя… До самого финала, до пика, до последнего хриплого стона.

— Доброе утро! — Он смотрит на меня, откровенно любуясь. Еще бы не доброе!

— Я принесу тебе сок.

Ренмар встает и, не одеваясь, выходит из комнаты. А я провожаю его взглядом. Я тоже любуюсь.

Восхитительное утро! Впрочем, с ним любое время суток восхитительно в любой день недели.

Казалось, сейчас, после того как все выяснилось, вся моя жизнь сплошь состояла только из одной радости и счастья. И Ренмара. Что, по сути, одно и то же.

После лекций, которые теперь вовсе не раздражали, напротив, вызывали интерес, я занималась погодной магией.

Было так непривычно и так приятно чувствовать, как зарождается в пальцах легкое покалывание, как проходит дрожь по всему телу и я становлюсь единым целым с ветром, дождем, солнцем, что я могу вызвать ураган и остановить ураган, могу заставить дождь идти именно там и так, как мне надо.

Нельзя сказать, что все получалось легко и сразу. Чаще всего мои занятия заканчивались тем, что мы с Ренмаром возвращались с полигона или насквозь вымокшие, или взлохмаченные ветром, или исхлёстанные ветками деревьев.

Но с каждым днем я управлялась со своими возможностями все лучше и лучше, и он не мог этого не признать.

А наши ночи… ночи были полны страсти и нежности.

И каждое утро я просыпалась счастливой. Потому что рядом был мой мужчина. И не так уж и важно, спал ли он еще, прижав меня к себе, или давно поднялся и уже соблазнял меня запахами кофе и выпечки, — это все равно было чудесное утро.

И так изо дня в день…

— Меня вызывают в Совет, говорят — срочно.

Я сразу напряглась и перестала кромсать ножом омлет.

Что касается булочек на завтрак, я давно попросила своего жениха избавить меня от этого блюда, сославшись на необходимость блюсти фигуру. Я не говорила, что основная причина в том, что я чувствую себя глупо, когда пытаюсь её резать, но, кажется, он догадался.

— Вряд ли это связано с Саймоном… Думаю, та история похоронена окончательно и бесповоротно.

Мне тоже так казалось. Ренмар рассказал мне, как ему удалось расставить все по местам в лазарете. Я хохотала и радовалась как ребенок и несколько раз с тех пор просила заново пересказать мне эту историю. Выспрашивая и выпытывая детали, чтобы видеть её в красках. Какое лицо было у Лисандры, как среагировал на это старый лорд, как глупый, глупый Саймон, свято уверенный в своей правоте, выдавал все новые и новые подробности охоты за «демоницей», роя тем самым яму для себя самого.

— С Советом никогда нельзя угадать, — совершенно спокойно сказал Ренмар, — они могут устроить истерику из-за того, что табели неправильно заполнены.

О, как прекрасно он умел сохранять невозмутимость, мой магистр! Я испытала это на себе. Ведь и предположить не могла, что за маской холода и учтивости скрывалось сильное и страстное чувство. Но теперь я научилась. И где-то в глубине спокойных ледяных глаз могла рассмотреть тревогу.

— Я пойду на занятия. Сегодня четыре пары, правда, в основном всякая ерунда вроде ветрологии и сновидений, но так мне будет проще тебя дождаться.

Ренмар нахмурился.

— Мне это не нравится. Лучше сказаться больной и остаться здесь. Я велю Алексу за тобой присмотреть.

— Не надо Алексу! — быстро сказала я.

С тех пор как магистр Дарквиль объявил о нашей помолвке, Алекс явно избегает моего общества, отводит глаза, когда мы видимся, и есть подозрение, что перспектива провести вместе целый день его обрадуют приблизительно так же, как и меня. А меня она точно не радует.

— К тому же, — добавила я, заметив, что Ренмар колеблется, — третьей парой у нас все-таки колдовские зелья, а мне это нравится. Сегодня будем изучать лекарства от насморка.

— Насморк лечится одним щелчком пальцев, — буркнул недовольно Ренмар, но я понимала, что он уже сдался.

— Это если ты целитель. А если ты адепт погодной магии, то есть, как всем известно, бездарь и шарлатан, то единственный вариант — зелья…

— Леди Виктория, ответьте, пожалуйста, что означает приснившаяся белая кошка, сидящая на дереве, — голос профессора сновидений вывел меня из задумчивости.

Так… белая. Белый — это всегда к чему-то хорошему… А кошки — к плохому, а тут ещё и дерево!

Я попыталась вспомнить, не было ли чего похожего написано в учебнике, но вспомнила совсем другое.

Как раз вчера вечером я открыла учебник. Ренмар вошел в кабинет (теперь мне разрешалось здесь готовиться к занятиям), заглянул в книгу и бросил короткий смешок. Я как раз дошла до того места, где было написано, что поедание клубники во сне — явный знак того, что наяву предстоят любовные утехи.

Он хохотнул:

— Уверен: минувшей ночью тебе снилось много клубники!

— Конечно, — промурлыкала я, — во сне съела столько, что как бы не появиться диатезу.

И сразу же сон с клубникой начал сбываться. В общем, с уроками не задалось…

— Белая кошка, сидящая на дереве, снится к неприятностям на службе. Но к неприятностям преодолимым, — попыталась угадать я.

Но дружный хохот в аудитории тут же дал понять, что угадать не удалось.

— Садитесь, леди Виктория, и, пожалуйста, уделите больше внимания урокам!

Я со вздохом уселась на место.

Вторая пара шла к концу, и я уже начинала думать, что, возможно, лучше было бы остаться дома в апартаментах. А через несколько минут уверилась, что не возможно, а точно.

Дверь в аудиторию распахнулась, и в неё без стука вошла Лисандра. За спиной женщины стояли двое крепких парней в мантиях.

Я похолодела. Ни на секунду я не подумала, что она может явиться сюда случайно, как раз в тот день, когда магистра срочно вызвали. Лисандра окинула взглядом аудиторию, без труда нашла меня и сказала, сверля взглядом:

— Следуйте за мной, леди Виктория, у меня есть к вам кое-какие вопросы.

***

Первым моим желанием было вцепиться в парту и не выходить, даже если меня будут выдирать оттуда силой. По крайне мере, до тех пор, пока Ренмар не появится в студенческом городке. Но я тут же отбросила эту малодушную идею.

Для всех присутствующих Лисандра вовсе не какой-нибудь там враг, а очень даже наоборот — покровитель и попечитель. Вон преподавательница разве что не растеклась радужной лужицей от восторга и улыбается так радостно, словно это не её занятие только что бесцеремонно прервали.

Нет, похоже, прятаться и звать на помощь бесполезно, если только я не хочу составить компанию сумасшедшему Саймону и поселиться в соседней палате с такими же мягкими стенами. А раз так, незачем показывать этой дамочке свой страх.

Да и к тому же что она может мне сделать? О том, что я из другого мира, Лисандра не знает, Саймон не успел никому рассказать. Значит, дело в чём-то другом. Может, она и впрямь просто хочет спросить у меня о чём- то, связанном с учёбой?

Эта мысль, пусть и не слишком логичная, меня успокоила. Чуть-чуть.

Я встала из-за парты, расправила плечи, гордо вскинула подбородок и, как королева на эшафот, прошла к двери. Леди Лисандра улыбалась хищно и мстительно. Здоровяки за ее спиной смотрели на меня совсем иначе — хмуро и плотоядно. Взгляд голодных аллигаторов, которым посулили добычу.

Откровенно говоря, как ни противна была мне Лисандра, я бы предпочла встретиться с нею наедине. Эти двое заставляли меня леденеть от страха.

— Куда мы идем? — спросила я, когда мы вышли из здания подготовишек.

— В большой ритуальный зал, — сказала она и одарила меня взглядом, полным насквозь фальшивой ласки. — Тебе нечего бояться. Ты ведь не думаешь, что я могу причинить вред учащемуся?

На самом деле я именно так и думала. Более того — была уверена, что уж мне-то она причинит вред с удовольствием. А ее ручные мордовороты и вовсе наталкивали на самые жуткие мысли.

Но что-то подсказывало мне, что честный ответ приблизит меня к той самой комнате с мягкими стенами. Так что я лишь заметила осторожно:

— Ритуальный зал — странное место для… — Я задумалась. — Да вообще для чего-то бы то ни было.

Но леди Лисандра тут же развеяла мои сомнения.

— Тебе не о чем волноваться. Начало семестра, — сказала она, — ни одной свободной аудитории, а я бы хотела поговорить с тобой вдали от посторонних глаз.

Вот именно это меня и пугало!

В ритуальном зале было темно и жутковато, но леди Лисандра едва шевельнула пальцами, и откуда-то сверху полился не слишком яркий свет.

Впрочем, при этом свете менее жуткой обстановка не стала. А сама попечительница сделалась похожей на злую ведьму из страшной сказки. Что же касается ее спутников — стало еще хуже. Они не прошли вместе с нами, а остались на входе, заслонив широкими спинами дверь. Почему- то это напугало меня куда сильнее, чем если бы они стояли здесь, рядом. А так — они словно сторожили дверь, чтобы Лисандра могла сделать со мной… чтобы она могла что угодно сделать со мной!

Мои пальцы нервно подрагивали. Не нужно было сюда с нею идти — пришло запоздалое понимание. Это ловушка. Впрочем… могла ли я не пойти? Вздумай я сопротивляться, эти двое справились бы со мной легко и запросто.

— Я долго думала о том, что говорил бедняга Саймон, — заговорила Лисандра снова. — Он, конечно, сумасшедший, тут даже говорить не о чем. И все же не настолько сумасшедший, как пытался его представить наш дорогой Ренмар. Мне показалось, в версии паренька что-то есть… Я кое-что проверила, почитала, и, надо сказать, результат меня удивил.

Конечно же, ты не демоница, такое могло прийти только в очень больную голову.

Я облегченно выдохнула. Не демоница, уже прекрасно! Только обрадовалась я рано.

— Но ты и не человек! Какой-то странный вид элементаля, до сих пор не изученный.

Я похолодела. Вот оно — худшее, что могло случиться.

— И я не вижу ни одной причины, чтобы тебя не изучить, — с улыбкой добавила Лисандра.

Не видит! А вот я как минимум одну причину знала хорошо.

— Магистр Дарквиль, — сказала я, — вряд ли будет в восторге оттого, что его невесту кто-то изучает…

— Ах это, — теперь улыбка Лисандры сочилась ядом, — боюсь, наш бедный Дарквиль пал жертвой пагубной страсти и заключил помолвку, которая никак не может быть действительной. Впрочем, бедняга, охмуренный потусторонними чарами, вполне мог наделать глупостей, поэтому мы и вызвали его в Совет. Он пробудет там до вечера, а когда вернется, все будет уже кончено.

— Будет кончено? — Я похолодела. Что задумала эта змея?

— Мне кое-что понадобится, — сказала она, не отвечая на мой вопрос. — Оставлю тебя здесь. Мои друзья позаботятся о том, чтобы ты меня дождалась. На всякий случай предупреждаю: у них нет приказа вести себя с тобой деликатно. Так что не зли их!

Мордовороты расступились, дав Лисандре выйти, и снова сомкнули плечи, закрыв собою дверь. Они смотрели на меня голодными крокодильими взглядами, а я пятилась к противоположной стене.

«Нет приказа вести себя деликатно»? Что это значит? Что они собираются сделать со мной?!

***

Один из мордоворотов начал медленно приближаться. Второй остался у двери. Ну что ж, его габаритов вполне хватало, чтобы закрыть собою ее всю.

Я в ужасе сделала шаг назад. Еще один. И еще. И уперлась спиной в холодную стену. Дальше отступать было некуда.

Мордоворот — теперь я хорошо его разглядела: массивный, с тяжёлой квадратной челюстью и сбитым набок носом — медленно, с явным предвкушением подходил ко мне. На его лице играла нехорошая усмешка.

Тысяча могил! Не могла же Лисандра приказать им меня изнасиловать! Или могла? Отомстить Ренуару за то, что он её бросил? Обесчестить его невесту? А ведь с неё вполне станется! Она могла решить, что это абсолютно симметричный ответ на её козни с использованием Саймона.

Мордоворот шел медленно, словно не сомневался: я никуда не денусь. И был абсолютно прав. Куда я могу деться из круглого каменного мешка?

Я метнулась в сторону. И почти сразу же оказалась, будто в тисках, зажата в огромных ручищах. Взвизгнула от неожиданности и боли, а в следующую секунду мой рот накрыла тяжелая пятерня. Теперь я не то чтобы кричать — дышать едва могла.

Мордоворот хищно усмехнулся мне в затылок. Легко оторвал от пола, перенес к двери и, словно куклу или манекен, передал в руки напарника. Новые тиски оказались крепче прежних. И больнее. Но я едва смогла пискнуть. Что они собираются делать?

В следующее мгновение я поняла что. Мордоворот со свёрнутым носом стал, посмеиваясь, развязывать шнуровку моего лифа и расстегивать пуговицы. Его напарник крепко держал меня, заломив руки за спину.

Я забилась изо всех сил. До последнего не могла поверить, что Лисандра отдаст им такой приказ. Ренмар уничтожит ее, когда вернется!

— Тихо, леди, успокойтесь. Не нужно так дергаться. Вы же не хотите потом идти по студенческому городку в рваной одежде. Это вызовет ненужные разговоры. А эти пуговицы и без того очень слабые…

Я застыла. Оно разговаривает! И не выплёвывает отрывисто нецензурные слова, как я от него почему-то ожидала, а говорит вполне цивилизованно, как интеллигентный человек.

Хотя постойте. Он сказал, я буду куда-то там возвращаться. Значит, планируется, что я выйду из этого зала?

— Что вы собираетесь со мной сделать? — в отчаянии спросила я. Хотя ответ был очевиден.

Но громиле снова удалось меня удивить:

— Подготовить к исследовательским ритуалам, только и всего. Их проведет леди Лисандра лично. Вам не о чем беспокоиться. Она опытный и умелый маг.

Он говорил так спокойно и уверенно. Начинавшая зарождаться надежда окрепла.

— Леди Лисандра ни за что не испортит такой ценный материал, –

добавил вежливый громила. — Просто позвольте мне вас раздеть.

Материал! Вот как они ко мне относятся. Разве материалу позволяют разгуливать по студенческом городку? Все это чушь! И зря я развесила уши!

Стоп! У меня же есть магия!

Как раз вчера мы с Ренмаром отрабатывали силу ветра. Сейчас сдую эти два шкафа к Мерлиновым могилам! Освобожу дверь и выскочу. И плевать, что весь городок увидит меня в расшнурованном платье.

Скорее! Чем дальше, тем хуже, этот гад уже не раздевает меня, а просто гладит по бёдрам, мнёт задницу, недвусмысленно прижимая к себе.

Мерзость!

Я напряглась. Сильнее. Еще сильнее! Но привычного уже покалывания в пальцах и дрожи по телу не почувствовала. Почему?! Не может быть! Я попыталась еще раз — с тем же результатом.

— Не колдовать ли ты пытаешься, дрянь? — Напускная вежливость тут же слетела с моего обидчика, как желтая листва в ветреный день.

Раздался треск материи. Я ахнула, почувствовав кожей прохладный воздух.

— Не хочешь по-хорошему, будет как будет, — он ухмыльнулся мне в лицо и медленно, словно напоказ, рванул юбку. Поддавшийся шов разошёлся полностью, открывая бедро.

Тот, что держал меня, похоже, распалился от происходящего. Он прижимал меня к себе сильнее и сильнее. Я чувствовала его возбуждение.

Теперь я уже хотела, чтобы Лисандра явилась скорее и утихомирила своих горилл. Раз уж насилие не входило в ее планы. Но она, кажется, не торопилась. Чертова стерва, даже тут не может справиться.

Руки одного громилы до боли сжимали мою грудь. Руки другого впились в ягодицы. Я оказалась зажата между ними — слышала тяжелое, сиплое дыхание на ухо и видела помутневшие от похоти глаза.

Они не посмеют! Или…

Дверь распахнулась. На пороге появилась Лисандра.

Она ничего такого не планировала. Это стало ясно сразу слишком велик был ужас, плеснувшийся в ее глазах.

— Убирайтесь! — коротко сказала она. И мордовороты, как нашкодившие щенки, скрылись за дверью.

— Пожалуйста, отпустите меня… — пробормотала я, не слишком надеясь, что просьбу услышат.

Лисандра приблизилась быстрым шагом и толкнула меня в плечи, прошипев что-то на своем змеином языке, и в следующее мгновение я уже стояла в центре большого ритуального круга. Я попыталась сделать шаг, но не смогла, круг держал меня крепко.

— Ну что ж, а теперь посмотрим, что ты собой представляешь, — хищно проговорила она, — мне безумно любопытно.

И я еще жаловалась, что ритуал по перемещению меня домой был болезненным? Нет, по-настоящему больно в центре круга мне стало только сейчас. Всё тело словно прошили насквозь огромные ледяные иглы, из лёгких мгновенно выбило весь воздух. Если бы не незримые узы, удерживающие меня в кругу, я бы выскочила из него как ошпаренная, а так — только вскрикнула. Слезы сами потекли по щекам.

— Хм… испытание поражающей магией выявило нетипичные реакции. Кожные покровы не повреждены… Обильное слезоотделение…

Лисандра говорила деловито и отстраненно. Словно и правда ею двигали не ревность, не жажда мести, а исключительно научный интерес. И от этого почему-то становилось еще страшнее.

— А теперь попробуем извлечь из подопытной немного магической энергии…

В следующее мгновение мне стало казаться, что меня отжимают, выкручивают, как свитер после ручной стирки. Я вспомнила, как, сама того не зная, залила мерзкую бабенку дождем. Надо бы повторить!

Я снова попыталась вызвать знакомое ощущение в пальцах. Теперь это было вдвойне сложнее: казалось, силы покинули меня. Лисандра каким- то образом заблокировала мою магию. Или… неужели ей и правда удалось вытащить из меня энергию? Я вспомнила, что говорил Ренмар об истощении. Эта чертова кукла запросто может меня убить.

И всё же, несмотря на скручивающую боль, я снова и снова пыталась добраться до своей магии. Ветер… Сдуть бы гадину потоком, швырнуть о каменную стену и не слишком заботиться, выживет она или нет. Я напряглась, представляя, как беспомощно летит тщедушное тельце… И ничего.

Только вот неожиданно боль прекратилась, и я услышала злобное шипение:

— Даже не пытайся! Здесь магией может пользоваться только тот, кто проводит ритуал. И это не ты.

Вот оно что. Вот почему у меня ничего не вышло, когда я пыталась разобраться с мордоворотами.

— Не советую меня злить, — продолжала Лисандра. — Ведь сейчас только от меня зависит, насколько потрепанной ты выйдешь из круга.

Внезапно тело снова пронзили ледяные шипы. Я вскрикнула.

— Ой… Совсем забыла. Мы же уже проверили поражающую магию. Иногда становлюсь совсем рассеянной. Особенно когда нервничаю.

Она маньячка. Настоящая сумасшедшая, Саймон по сравнению с ней — образец адекватности и душевного здоровья. Он всего-то и хотел получить от демоницы силу. Мои бесконечные мучения в его планы никак не входили. И если я пробуду тут до вечера, до возвращения Ренмара, я просто сойду с ума от боли и страданий.

— А теперь приготовься… У меня есть для тебя кое-что особенное. Путешествие в страну кошмаров. Немного видений. Всем же интересно, как ведут себя испуганные элементали!

— Нет, не всем. Только тем, у кого окончательно крыша поехала.

Лисандра притворно вздохнула.

— Злая и невоспитанная демоница… Ну ничего, у нас много времени. Ты изменишься.

Я хотела высказать ей все, что об этом думаю. Но не стала. Она права. Времени у нее полно. А мое, кажется, подходит к концу.

Дверь распахнулась. Я чуть не застонала. Неужели сейчас к Лисандре присоединятся и её мордовороты?

Взглянула туда — и не сразу поверила своим глазам.

На пороге стоял Ренмар. Мой магистр. А мордовороты валялись в коридоре, как поваленные брёвна на лесопилке. Но почему Ренмар здесь? Неужели уже вечер? За пытками время пролетело незаметно? Смешно!

— Что бы вы ни делали, прекратите сейчас же! — загремел его голос, разносясь по залу.

— Вы вмешиваетесь в научный эксперимент, мой дорогой магистр. Не советую вам этого делать, — с угрозой проговорила Лисандра.

Магистр даже не бросил взгляда в её сторону. Он уже стоял рядом со мной, мгновенно укутал плащом и поднял на руки. Я с облегчением приникла к его груди, вдохнула успокаивающий запах. Сердце Ренмара билось в сумасшедшем ритме, но, когда он заговорил, голос звучал ровно, как никогда:

— Боюсь, я вынужден вмешаться. Вы немного забылись, уважаемая леди попечитель. Проводить исследовательские ритуалы в этом зале можно только с моего письменного разрешения, а мне помнится, я его не давал. Кроме того, что я вижу: вы могли причинить вред нашей абитуриентке, а возможно, уже и причинили его.

— Ваша, как вы её называете, абитуриентка, на самом деле элементаль, который подлежит изучению.

— Элементаль… — согласился магистр Дарквиль, и я похолодела.

Раз он так легко это принимает, значит примет и то, что будет вынужден меня отдать этим сумасшедшим исследователям?

— Элементаль редкого типа! — продолжил он. — Её магический контур почти полностью совпадает с человеческим, так что извольте ознакомиться и подписать.

Одной рукой крепко прижимая меня к себе, другой он достал откуда-то свернутый в рулон свиток. Лисандра в несколько шагов оказалась рядом и вырвала бумагу у него из пальцев.

— Что за…

Чем больше она читала, тем сильнее менялась в лице.

— Надеюсь, вы понимаете, — холодно сказал ректор, — что эта информация не должна никуда выйти. Впрочем, вы теперь и сами в этом заинтересованы, Вы же не хотите, чтобы вас обвинили в нанесении ущерба той, что признана достоянием короны. Его величество будет очень недоволен.

— Но когда вы… — забормотала Лисандра.

Из уверенной в себе всесильной магички она вдруг превратилась чуть ли не в облезлую кошку.

— Я подумал, что визит в Совет, конечно, полезное дело, но может подождать. И вместо этого добился аудиенции у короля.

Лисандра разве что не позеленела от злости.

— Его величество очень заинтересовался перспективами изучения погодной магии. Если помните, он и сам в свое время окончил этот факультет, и репутация погодных магов его несколько огорчала. Он был счастлив узнать, что теперь все изменится.

Лисандру было не узнать, она тряслась от страха. Когда она заговорила, ее голос был полон смирения.

— Я бы хотела попросить вашу… — казалось, эти слова она выдавливала из себя через силу, — …вашу невесту не огорчать его величество рассказами о сегодняшнем происшествии.