8 глава: Уроки фехтования

Марсель

Спортзал открыли спустя десять дней после начала ремонтных работ. И за этот короткий промежуток времени профессиональная бригада разнорабочих успела сделать многое. Они перекрасили стены, заменили напольное покрытие, отметив пунктирной линией зону боевых действий, выкинули испорченные манекены и порванные боксёрские груши, и на всю стену за тренажерами повесили зеркала: от обновлённого пола до нетронутого потолка.

Теперь каждый желающий мог наслаждаться собственным видом, пока тягал штангу или жонглировал гирями. И, естественно, в число первых, положительно оценивших нововведения с гордо задранным подбородком ворвалась его напарница.

Она с упоением разглядывала отражение, пока юлой вертелась вокруг своей оси и на мгновение замирала в нелепых позах. То расставит ноги носками кроссовок наружу на ширине плеч и в полуприседе вскинет над головой напряжённые руки, то втянет живот, отчего анатомическое строение его мышц лишь сильнее подчёркивалось, и упрёт руки в бока, максимально раздув грудную клетку. В общем, наглядно демонстрировала немногочисленным зрителям непринуждённость натуры, не испытывающей ни капли смущения от бесплатного цирка, что устроила.

— Вот же первородная тьма, только этого мне не хватало, — процедил сквозь зубы Марсель, стыдливо прикрыв глаза ладонью.

— Зависть — плохое чувство, задохлик.

— Было бы чему завидовать.

— У меня идеальное тело!

— А ещё нет проблем со скромностью, знаю, проходили.

— Посмотри на этих крошки, — Валери задрала рукав на футболке и с нежностью поцеловала вздувшийся бицепс.

— О тьма, — простонал он, испытывая дикое желание провалиться сквозь землю. — Ты кажется что-то перепутала, но женщины и мышцы — это асексуальное сочетание.

— Ага, а чувак с тощими ручонками типа дофига сексуальное сочетание.

— Фаба-а, привет! — с неадекватной экспрессией обрадовалась она другому вампиру, по факту мало чем от него отличающемуся. Скорее даже более: миловидному, худому и мелкому. С длинными волосами, обесцвеченной чёлкой и отдельными прядями на макушке, тоже не побрезговавшим пирсингом — серьга украшала его левое ухо. И ладно, если бы он славился идеальным характером, из-за которого фенек закрыла глаза на неприятную для неё внешность. Но нет же. Тот обладал ещё более гадким нравом и совершенно не стеснялся в выражениях, когда общался с коллегами. — Я посмотрела вчера то видео, что ты советовал. Мне понравилось!

С раздражением покосившись на остановившегося возле них Фабиана, Марсель сложил руки на груди и отвернулся. Он отыскал взглядом сестру, увлечённую беседой с криминалистами из подгруппы ястребов. А затем наткнулся глазами на неподалёку лежащего на скамейки под штангой Рикарда, не сводящего с него пристального взгляда.

Старший из двойни последнее время чудил похлеще младшей. Вечно ошивался где-то неподалёку на совместных мероприятиях и следил за ними. Ещё и Донну подбил на странный разговор, в ходе которого она несла феноменальную чушь о симпатиях к оборотням.

— Я ещё пару неплохих подкастов нашёл, где много внимания уделяется именно спряжению глаголов, — похвастался Фабиан и открыто ей улыбнулся, будто они давно и крепко дружили. — С тебя вкусный ужин.

— Да не вопрос, брюнеток или блондинок предпочитать?

— Рыжих, — чистосердечно признался он, и разговор резко оборвался после маленького, но двусмысленного откровения. С каждой секундой тишина становилась всё более напряжённой, откровенно неуютной, пока не треснула от свистящего всхлипа и не рассыпалась под звон их совместного хохота. — Виноват, не удержался.

— Извращенец.

— Может быть, но ещё не зоофил, — ехидная острота, сорвавшаяся с его языка, уже выходила за грань безобидных шуток и опасно приблизилась к оскорблению. Видимо почувствовав это, Фабиан поспешил сменить тему: — Я хочу человеческой еды. Давно ничего не ел ради удовольствия.

— Хорошо, поняла, — с пустоголовой улыбкой ответила фенек, начав разминаться. То ли не поняла сути шутки из-за незнакомого слова, то ли решила закрыть на неё глаза, — оба варианта Марселя одинаково цепляли и злили. — Не знала, что вампиры могут есть обычный еду.

— По настроению. С питательной точки зрения, она для нас типа бесполезна. Пустая. Насытиться мы можем исключительно кровью. И это капец как обидно. Я люблю человеческую еду. Особенно сладости.

— О-о, это я заметила.

В зал вошли капитан и старший детектив, лишив сладкую парочку возможности и дальше трепаться о бесполезных глупостях. Их коллеги из особого отдела, заметив старших по званию, принялись никуда не торопясь стягиваться в центр зала. И когда все ястребы и кобры сгруппировались перед руководством, стоящим с мешком, из которого торчали подозрительные деревяшки, капитан объявил:

— Сегодня будем отрабатывать основы фехтования.

— Подходим, не стесняемся, разбираем орудия битья, — добавил детектив Грос.

— Основы кого? — переспросила Валери, в числе первых цапнув тренировочный меч из материала похожего на бамбук. Как обычно, ничего не поняла, но учуяв, что где-то намечается побоище, несётся впереди всех. — Мы будем палками драться?

— Фехтование — это боевое искусство, суть которого заключается в умелом владении холодного оружия, — пояснила ей Донна, разглядывая эти смешные деревянные поделки, словно пыталась найти среди них лучшую. — На Флемоа любят все виды фехтования: на двуручных мечах, саблях, охотничьих ножах. А конкретно на рапирах — является национальным видом спорта, которому обучаются все без исключения. По крайней мере, основам. Они включены в программы наших учебных заведений.

— Но мы тренируемся обычно на шпагах из марагеновой стали, — раздосадованно напомнил Марсель. — Гибкость клинка обеспечивает дополнительную сложность в освоении мастерства фехтования.

— Поняла, — кивнула Валери и со свистом взмахнула мечом. Держала его полным хватом и на расстоянии нескольких сантиметров от гарды, не оставляя сомнений, что и правда ничего не слышала о фехтовании. — Это как на Ираше рукопашный бой.

— Да, ты правильно подметила. Схожая система, — подтвердил Рикард, непонятно зачем пытаясь найти центр тяжести у игрушечного меча. А поймав вопросительный взгляд Донны, пояснил: — У нас с первого класса в начальной школе появляется такой урок, как «основы рукопашного боя», наряду с «физической культурой».

— Учитывая, сколько в вас энергии, удивительно, что учителя ограничивались всего двумя спортивными дисциплинами.

— Физкультура у нас была каждый день на протяжении десяти лет учёбы, рукопашка — два раза в неделю. С первого же класса средней школы, а потом ещё и училища, колледжа или академии, мы брали как минимум два дополнительных факультатива. Можно было, конечно, вступить в секцию плаванья или лёгкой атлетики, но особенно поощрялись и шли отдельной строкой в дипломе различные боевые искусства.

— Я закончила на отлично девять факультативов, — горделиво поведала Валери.

— Девять из десяти, — с ироничной ухмылкой добавил он. — Десятый её не заинтересовал, потому как назывался «путь гармонизации духа» и помимо физических практик включал большую работу над духовным началом. Это боевое искусство проповедует философию общей защиты: как своей, так и противника. То есть, технически правильным считался бросок, который наименьшим образом травмировал соперника.

— Бред, — буркнула она и ещё раз махнула мечом, как подобранной в лесу палкой.

Марсель кашлянул в кулак, пытаясь скрыть навязчивую улыбку. Его воображение живо нарисовало картину, где с десяток оборотней сидело в позе лотоса и медитировало, а эта бешеная лисица стояла по центру зала, грозно махала палкой и призывала всех немедленно начать драться.

— А как уже всем известно, философия Вел строиться на противоположных понятиях.

— Зато Рикарду Путь пришёлся по вкусу, — тонко поддел его детектив Грос, стягивая горловину значительно опустевшего мешка. — Но любовь оказалась безответной и он с трудом набрал минимальный балл для успешного завершения курса.

— Да вы просто не видели кого мне постоянно ставили в пару!..

— В его группе было двадцать два девушки и четыре парня, — беспощадно сдала брата Валери с мстительным огоньком в глазах.

— Кто бы сомневался, — сухо прокомментировала Донна.

Они растянулись в шеренгу перед капитаном и старшим детективом. И начали с освоения элементарных движений: ходьбы полувыпадами с попеременными взмахами рук и акцентированием на заднем толчке ногой. Развлеченья ради, Марсель разнообразил выпады поворотами корпуса при положении рук перед грудью и отработкой рывков, отводимого локтя. Но всё равно очень быстро заскучал.

— Удар по клинку противника называется: «батман», — капитан слегка взмахнул своим мечом и скромно стукнул по кончику деревянного меча Гроса. Обманчивая слабость замаха наглядно продемонстрировала истинную силу его руки, принудив чужой меч сильно отклониться от исходной линии атаки. — Запомните два правила. Нельзя следовать за амплитудой удара и сильно, размашисто махать руками, — оба варианта открывают ваше тело и предоставляют удобную возможность для противника удачно контратаковать.

Не меньше получаса капитан разжёвывал терминологию фехтования оборотням, показывал защиту отбивом и отводом, объяснял разницу, когда и какую лучше использовать. В конечном итоге вампиры не выдержали, и Марсель от лица остальных узнал, нельзя ли им поупражняться в ассо — тренировочной схватке?

Бак дал на то согласие, а гнусный Грос мгновенно навязал в качестве противников этих жалких бездарей. Ему будто жизнь была не мила, пока он никому из младших не испортит настроение. Впрочем, к чести зверинца, среди них нашёлся один умелец, относительно неплохо обращающийся с мечом.

Схватка между Оскаром и Алленом развернулась зрелищная. Оба чутко соблюдали дистанцию, не давая навязывать принудительное сближение, комбинировали мощные удары с финтами, не забывали про ноги и ловко отзеркаливали контратаки.

Остальные маялись не пойми чем, но точно не фехтованием. Донна притворялась неумехой, чтобы соответствовать своему напарнику. Их ассо выглядел убогим, но не настолько, как у Фабиана с Офирой. К стыду и позору этого презренного вампира, он работал исключительно по высоким линиям. Атаковал медленно и совершенно не следил за движениями меча противника. Двоечник, не иначе.

Встав напротив Марселя, Валери крепко схватила обеими руками короткую рукоять выставленного вперёд меча и возбуждённо выкрикнула:

— Давай, нападай!

Ему даже как-то неловко стало, смотря на её стойку, в которой ноги стояли на ширине плеч. Фехтовать с ней, всё равно что младенца избивать. Но с другой стороны — она себя никогда не сдерживала в похожих обстоятельствах. А чем он лучше? Напротив, Марсель трепетно лелеял каждую свою обиду и вынашивал планы, как эффектнее ей отомстить. И кажется ему, наконец, подвернулся идеальный вариант. Что может быть хуже унижения в честном поединке для того, кто в драках видел смысл жизни?

Заложив за спину свободную руку, Марсель поднял клинок игрушечного меча, коротко им салютовав — дань уважения обучавшей его школе, и направил тупой конец в сторону напарницы. Он не видел смысла хитрить, поэтому из исходного положения выполнил прямой батман, сильно откинувший её меч в сторону, шагнул вперёд и нанёс укол под ребро. Тут же отступил на пару шагов назад, ударом вверх отразил последующую яростную атаку и снова ткнул кончиком меча, но уже в плечо.

Как любой новичок, Валери слишком жёстко держала рукоять своего оружия, из-за чего её руки вело сильнее, чем того хотелось. Не успевала уклоняться и не понимала, как защититься мечом. Пару раз попробовала выставить перед собой клинок, но из-за его слишком близкого положения к телу, оставалась такой же открытой, как если бы просто опустила руки вниз.

Марсель даже в пол силы не старался и не использовал финты, чтобы наносить по ней один удар за другим. Наверное, заскучал бы, если бы не видел, как с каждым уколом Валери злилась все сильнее. Её взмахи становились агрессивнее, но в фехтовании главное не сила, а умения, поэтому ему ничего не стоило из нижнего положения отбить очередной её свирепый выпад, выполнить короткий полукруговой перевод и ощутимо ткнуть в ключицу.

В конце концов она не выдержала и схватила ладонью за кончик его меча. Дёрнула за тот, вынуждая Марселя приблизится к ней вплотную, и прорычала ему в лицо:

— Дерись нормально! А не вот это вот! Бесит!

— Так это и есть «нормально», — он тоже разозлился, сам не понимая почему. — Фехтование — это не тупое махание палкой, с однообразными ударами справа на лево, да сверху вниз! Это искусство грациозного владения холодным оружием — умение красиво, но смертельно разить противника за одно стремительное движение!

— Мне не нравится — фех-то-ва-ние, — выплюнула фенек новое для неё слово, точно оскорбление, и отошла на несколько шагов назад, став в стойку. Но на этот раз неловко имитирующую именно его стойку. Теперь тоже держала меч одной рукой и, как ему показалось, ослабила хватку.

Они встали в меру, как при адекватном ассо. И к его искреннему изумлению, фенек начала с интуитивного аппеля. Конечно, ей не удалось спровоцировать Марселя на рефлекторное, но неправильное сейчас движение, однако сам приём он оценил.

Впрочем, надолго её выдержки не хватило. Она снова принялась махать мечом, как палкой, благодаря чему стала лишь успешнее ловить болезненные уколы в разные части тела. После того, что он пережил на тренировках по рукопашному бою, всякая жалость в нём окончательно сдохла. И раз ему пришлось сквозь кровь и пот осваивать азы, то пусть и фенек помучается.

Отскочив от него на несколько метров, она повернулась в сторону Оскара и Аллена и, склонив голову, какое-то время наблюдала за их схваткой. Рассчитывала перенять пару приёмов просто наблюдая со стороны? Наивная. Фехтование требовало года усердных тренировок. В первую очередь надо научиться чувствовать оружие, как продолжение собственного тела, а потом уже осваивать различные уловки.

Когда Валери развернулась обратно, Марсель с расслабленной улыбкой подманил её двумя пальцами, давая понять, чтобы нападала первой. И она приняла вызов. Начала с простенького батмана, а затем, вопреки здравому смыслу, рванула прямо на острие его меча, но в последний миг увернулась, с чудовищной скоростью уйдя из-под траектории удара.

Эта сумасшедшая девчонка ещё сильнее сократила между ними расстояние, заставив схлестнуться клинками у основания, почти у самой гарды. Крутанула запястьем, проворачивая сложнейший из приёмов в фехтовании, и едва не выбила у него из рук оружие. Он успел сменить хват и снова увеличить между ними дистанцию, однако нервный мандраж продолжал пульсировать в его теле.

Стоило признать, что Валери не просто талантлива в боевых искусствах, она на самом деле являлась чёртовым гением. Освоить азы и сравняться с ним в мастерстве — для неё вопрос нескольких недель.

— Это невозможно, — оторопело произнёс Марсель на флемоанском, вперив в курносый профиль неверящий взгляд. Напарница в который раз отвернулась от него и сконцентрировала всё своё внимание на их соседях.

— А знаешь, — задумчиво протянула она, посмотрела ему в глаза и растянула пухлые губы в красивой улыбке, от которой словно засияла изнутри. — Я, наверное, ошиблась. Фехтование — это весело.

— Да, это весело, — он зачарованно вторил ей и потянулся к уху, чтобы нащупать серёжку. Ощущение металла под пальцами вернули возможность здраво мыслить, и поэтому Марсель добавил с насмешкой, сочащейся сарказмом: — И мы с тобой обязательно повеселимся от всей души, да, фенек?

— Кто бы сомневаться, — фыркнула Валери, ни сколько не задетая его примечанием.

— Если ты меня хорошо попросишь, то, так и быть, я буду с тобой помягче.

— Нет, не надо, — отрицательно мотнула она головой и с клыкастой улыбкой поиграла бровями. — Я лучше потом верну долг на рукопашке.

— Вот же тьма, — не удержавшись, он таки рассмеялся. — Я тебе говорил, что ты отлично подбираешь аргументы?

— Нет, — растерянно отозвалась теперь уже Валери, смотря на него непривычно мягким, робко исследующим взглядом.

И не одна она вела себя странно. Оглядевшись по сторонам, Марсель отметил, что многие прекратили фехтовать и теперь с ошарашенным видом косились в их сторону. Даже на лице сестры проступило озадаченное, неуверенное выражение, как если бы она не до конца смирилась с какой-то безумной мыслью.

Рикард

В отведённую неделю они не уложились. Уже и вторая подходила к завершению, а ничего существенного так и не удалось нарыть. Не то, чтобы он оправдывался, но их жертва очевидно всё свободное время проводил за компьютером. В истории браузера хранились миллионы записей. И за почти две недели ежедневного каторжного труда от которого затекали ноги, ломило шею и лопались капилляры на глазах, ему удалось продвинуться всего на один месяц жизни ныне покойного задрота.

Увидев незнакомое название сайта, Рик автоматически кликнул по ссылке, а пару секунд спустя забормотал, читая подзаголовок с главной страницы, написанный крупными буквами: Тебе плохо? Нужна помощь?

— Кажется, я что-то нашёл…

— Что именно? — спросила Донна, переведя взгляд на часть экрана, отведённую под его рабочий стол. — Выглядит как обычный портал для оказания психологической помощи. Название они неудачное подобрали, но в целом ничего подозрительного не вижу.

Авторизовавшись на сайте через социальную сеть, он зашёл на форум, где анонимно оставляли свои вопросы другие пользователи. Айра Хоски не создавал обращений, и сам особой активности не проявлял в чужих ветках. В его профиле числилось всего пять комментариев, в которых он выражал поддержку неизвестным собеседникам с большим интервалом во времени.

На первый взгляд, сайт и правда выглядел типичным продуктом своей среды. Но что-то в нём настораживало Рика. Нечто пока неуловимое для цепкого глаза и ясного ума не вязалось с его славным образом и благородной функцией. Прежде всего было непонятно, как Айра Хоски занесло на «Фабос»? Что сделало регулярным посетителем? Не реже пары раз в неделю он заглядывал на сайт на протяжении полугода, судя по поисковой выборке в истории браузера. А месяц назад — как отрезало. Ни одного упоминания в истории браузера. Если бы они ограничились изучением всего четырёх недель его интернет жизни, то даже не узнали бы про существование загадочного «Фабоса».

И больше всего Рику не давало покоя, что конкретно молодой парень, тратящий много часов в сутки на компьютерные игры, сериалы и видео для взрослых мальчиков, к которым так неравнодушен их программист, высматривал на сайте психологической помощи?

Зачем он так часто заходил на «Фабос», если сам не делился там своими проблемами? Ему доставляло удовольствие читать о чужих мучениях? Или наоборот — видя, как кто-то страдает подобно ему, испытывал облегчение от осознания, что не один такой мученик, и на время усмирял собственную боль?

Рик почти смирился с ошибочностью первого впечатления и собрался закрыть вкладку, когда в выпадающем меню заметил ссылку, ведущую в чат. Навёл на неё курсор и едва не подпрыгнул в кресле.

— Не нажимай! — громоподобно рявкнул над головой капитан Бак. — Фабиан, какого чёрта не следишь за стажёрами?!

— Мать моя волчица, — испуганно пробормотал Рик, схватившись за сердце.

— Чё? — он вскинул голову и поглядел в их сторону. — Да вон они — сидят, работают. Чего не так?

— Рикард вышел на след, — терпеливо объяснил начальник тоном человека, находящимся на грани нервного срыва. — Если наш убийца обитает в этом чате, как думаешь, его не насторожит, что убитый им парень вдруг восстал из мёртвых в сети?

— Эх, Рикки-Рикки, чего же ты такой тупой? — проворчал Фабиан, после того, как кинул короткий взгляд на экран.

Закатив глаза, Рик в который раз поразился, как сеструха умудрилась подружиться с самым грубым придурком в их отделе, абсолютно не фильтрующим то, что говорит другим. По всем ему известным законам логики, они именно должны были стать непримиримыми врагами. Но почему-то она гораздо сильнее невзлюбила куда менее раздражающего Марселя.

— Надо перестраховаться и зайти с новой учётной записи, — объяснил капитан. — Я тоже думаю, что Хоски наведывался на сайт, чтобы пообщаться с кем-то в чате. Тем более его лучший друг в своих показаниях утверждал, что Хоски за последние полгода отдалился от него, сведя их общения на минимум из-за «какой-то секты, промывающей мозги». Время сходится.

— И давно вы за мной надзираете?

— С тех пор, как ты сказал: «кажется, я что-то нашёл».

— Но я вообще не слышал, как вы подошли… и даже запаха не учуял, — смутился Рик, не понимая, что случилось с его чуткими органами чувств. Не мог же настолько погрузиться в работу, чтобы отключиться от внешнего мира — это не в его характере.

— Аэроманты могут двигаться незаметно для других, если того пожелают. Направлять потоки воздуха, левитировать и образовывать непроницаемый коконы вокруг себя. Я не хотел тебя отвлекать, поскольку ты взял первый свой след.

Аэромант? Их грозный и суровый, как непокоримая гора, начальник — всего лишь маг, управляющий воздушными массами?

Они почти всем отделом делали ставки на то, какой у капитана талант. Большинство поставило на брутальную пиромагию, припоминая вспыльчивый темперамент, и на несокрушимую геомагию, беря в расчёт общую основательность его натуры. Никому и в голову прийти не могло, что он — аэромант, в народе крепко ассоциирующийся с легкомысленным и безответственным плутом. Его либо жизнь сильно помотала, либо стереотипы не так уж надёжны, как о них принято думать.

— Считаете, это надёжный след? — спросил Рик, стараясь выглядеть невозмутимо, якобы его нисколько не удивила откровенность начальника — за редким исключением магически одарённые так легко раскрывали, в чём заключался их талант. Тем более, если этот талант мог удивить окружающих. Но реалистично прикидываться у него получалось исключительно озорным дурачком, любые другие эмоции скрыть никогда не удавалось.

— Пока рано делать выводы, — хмуро бросил он, одарив его красноречиво тяжёлым взглядом. И все сомнения, что капитан оставался не в курсе их спора, окончательно отпали. Наверняка даже знал на что и поскольку они делали ставки. Однако ему поразительно быстро удалось взять себя в руки. Он глубоко вздохнул, точно прогоняя лишние мысли из головы, и в обыденной манере заговорил: — Приблизительно пятнадцать лет назад мне довелось расследовать дело, где женщина притворялась социальным работником в закрытой группе в социальной сети «Комета». Она около года занималась растлением несовершеннолетних, пока не познакомилась с парнем, на котором отлаженная схема проявила недостатки. Он не оценил её предложение при личной встречи и попытался вызвать полицию. Преступница запаниковала и убила его ударом по голове — бронзовая статуэтка проломила череп в затылочной области. Избавилась от трупа, утопив тот в проливе, и попыталась стереть доказательства их общения: удалила переписку в социальной сети и сам компьютер отнесла к мастерам, чтобы те переустановили ей операционную систему.

— Ой, тупа-а-я, — простонал на фоне Фабиан.

— Дело открыли после заявления родителей о пропаже их шестнадцатилетнего сына. По статистике больше семидесяти процентов подростков этой возрастной группы сбегают из дома, поэтому у детективов со временем возникает профессиональная деформация…

— Да-да, фигова деформация во всём виновата, а не банальная лень.

— Фабиан, держите, пожалуйста, свои ценные комментарии при себе, — не выдержала Донна.

— … через три месяца на берег вынесло неопознанный труп магически одарённого подростка со следами насильственной смерти, — продолжал тем временем говорить капитан, игнорируя болтовню остальных, — и дело автоматически перешло моему отделу. Заказать экспертизу компьютера жертвы, признаюсь, я не сразу догадался, поэтому мы несколько месяцев протоптались на месте, опрашивая ближний круг убитого. На моей практике тогда ещё не было таких прецедентов…

— А вот и оправдания подъехали!

— … экспертиза не заняла много времени, поскольку наш программист, который сегодня получит выговор и десятипроцентный штраф, прав. Преступница не обладала нужной квалификацией, поэтому думала, что если удалить у себя переписку, то с компьютера жертвы та тоже исчезнет, ко всему прочему она ничего не слышала об интернет-протоколах.

— Что сразу штраф? — кисло пробурчал Фабиан. В миг слетела вся бравада с ехидной физиономии, стоило речи зайти за деньги. Хотя он сидел на двойном окладе и явно зарабатывал больше остальных детективов аналогичной категории. — Может всё-таки выговором ограничимся? Я даже согласен на писюльку с извинениями.

— Ты зарегистрировался на портале?

— Давно уже… делов на пару кликов.

— Хорошо, тогда для начала опубликуем в публичной ветке обращение, чтобы все посетители портала его увидели. Возможно, убийца не имеет никакого отношения к сайту, а использует его, как площадку, где подыскивает жертв. А завтра попробуем подключиться к чату.

— Предполагаете, он серийник? — уточнила Донна, что-то чиркая в блокноте а-ля настоящий детектив.

— Пока нет никаких оснований так полагать, но я допускаю вероятность. — Он задумчиво потянул себя за кончик аккуратно подстриженной бороды и отстранённо произнёс: — Нам нужен тот, кто в общении правдоподобно изобразит подростка.

И они как по команде одновременно посмотрели на Фабиана. Тот нервно повёл плечами, задрал подбородок и негодующе воскликнул:

— Чё? Хотите сказать, что я типа как малолетка разговариваю?

— По-моему, вам даже прилагать усилий не придётся, вы и так отлично справляетесь, настоящий профессионал по части перевоплощений, — подметила Донна с вежливой улыбкой, но за пару месяцев совместной работы Рик научился различать тщательно завуалированную иронию в её словах. И сейчас она почти в открытую насмехалась над их программистом.

— Так и поступим, — поставил точку капитан. — Значит, сейчас формируем публичное обращение. У вас есть предложения, из-за какой проблемы подросток мог заглянуть на этот сайт?

— Мама запрещает встречаться с парнем, у которого, на её взгляд, плохая репутация? — Рик припомнил свой последний разговор с отцом. — Навязывает устаревшие нормы поведения, где поцелуи допустимы после третьего свидания, или выносит мозг из-за частой смены дружков, чуть что угрожая организацией свадьбы?

— По-моему, ты слишком преувеличиваешь ценность подростковой влюблённости. Думаю, это слишком поверхностно, чтобы обращаться за психологической помощью. И свадьбой мало кому угрожают, — мягко раскритиковала Донна его предложение и тут же добавила контрастно ледяным тоном, приоткрывающим завесу на её настоящие мысли: — Осознание стигматизации по половому признаку. Всем девушкам рано или поздно приходит понимание, что наш мир удобен в первую очередь для мужчин. Они всё продумали и устроили для собственного комфорта, даже то, что касается женщин: от профессий до средств интимной гигиены. Большую часть времени мы остаёмся невидимыми, наши потребности и физиологические особенности игнорируются. И вспоминают про нас мужчины исключительно когда речь заходит о контроле над телом, сексуальностью и репродуктивных функций. Другими словами, женщина подвергается осуждению, если: недостаточно привлекательна, ведёт активную половую жизнь, имеет детей от разных партнёров или не желает их заводить. За аналогичное поведение среднестатистический мужчина никак не критикуется. Конечно, это лишь крохотная часть от всех дискриминационных норм, что приняты в нашем современном и прогрессивном обществе, однако осознание их может привести к серьёзному кризису личности.

— Сразу видно, у кого и что болит, — с саркастичной улыбкой прокомментировал старший детектив, поднимаясь из-за своего стола, который находился ближе всех к конференц-залу. Подошёл к руководителю, встав справа от него, и обратился к притихшему программисту: — Фабиан, есть идеи?

— Ну, не знаю… может восприятие собственного тела?..

— Подробнее раскрой тему.

— Ну, типа тяжело смириться с тем, что у тебя лишний вес. Или наоборот — все слишком худое. И ты никак типа не можешь повлиять на вид своего тела, сколько бы усилий не прикладывал. Короче, приходится всё это дерьмо прятать за мешковатыми тряпками. Постоянно переживать, что кто-то догадается о твоих дурацких загонах, а это капец какой стресс!

— Идеально, так и пиши, — подытожил он с довольным видом и небрежно мотнул головой в их сторону. — Гораздо лучше вариантов этих двоих.

— Да, — согласился капитан.

— Это вроде называется обесцениванием чужих проблем? — шепнул Рик напарнице, сложившей руки на груди и разглядывающей окружающих с толикой превосходства.

— Женщинам не привыкать, — равнодушно отозвалась она.

— Ну да, точно, — он кивнул, ощущая неуместное желание пошутить. Но всё же сдержался. У них и без того сложные отношения. Не к чему лишние обиды.

Капитан Бак и старший детектив проконтролировали текст сообщения, оставленного Фабианом на сайте, после чего разошлись по своим делам, оставив им короткую и понятную инструкцию: подробнейшим образом изучить всё, что связанно с порталом и следить за активностью на форуме. Конечно, помимо этого подразумевалось, что они должны были продолжить изучать жизнь Айра Хоски по следам, оставленным им в интернете.

Ещё несколько часов пролетело за рутиной, не принёсшей никаких плодов. Поисковые запросы продолжали повторяться, а любимые сайты с завидной регулярностью мелькать в общей ленте.

— Рик, — откуда-то издалека позвал его голос Дарси. Он обернулся и увидел её у двери прозекторской. Темно-бордовые губы сложились в обольстительной улыбке и ещё тише добавили: — У меня сюрприз для тебя.

Она продефилировала до выхода из отдела, призывно покачивая пышными и сочными бёдрами, не оставляла никаких сомнений в отношение заготовленного сюрприза.

— Я ненадолго отойду, — бросил Рик, подрываясь из кресла.

— Хорошо, — спокойно отозвалась Донна, не поднимая головы.

На короткое мгновение его пронзило острое чувство неправильности происходящего, будто он собирался совершить огромную ошибку, за которую ему предстояло полжизни расплачиваться. Резкое и ранее не испытываемое ощущение столь ошеломительно вдарило по мозгам, что Рик едва не рухнул обратно на мягкое сидение.

Напарница продолжала читать комментарии, не обращая на него никакого внимания. Не заметить заминку, она не могла, значит намеренно игнорировала. Но почему? Что-то ему сделала и теперь пыталась не спалиться? Неужели сказки про вампиров, очаровывающих своих жертв — вовсе не выдумка?

Скинув морок наваждения, Рик решительно покинул особый отдел и уже в коридоре накинулся на Дарси, поджидающую его за углом. Он впился в её ярко накрашенные губы, совсем как у Донны, требовательным и жадным поцелуем, прижал к стене и прошёлся зудящими от нетерпения ладонями по изгибам фигуры.

— Подожди, не ешь меня, жутко оголодавший волк… по крайней мере здесь, — Дарси его мягко оттолкнула, вернее он позволил себя оттолкнуть, и продемонстрировала ключ. — Его было нелегко достать, но, думаю, ты мне докажешь, что я не зря три дня обхаживала завхоза.

— Обхаживала? Почему это звучит так пошло, конфетка? — хмыкнул он, заглядывая в карие бесстыжие глаза.

— Так ты у нас из породы собственников?

— Нет, я из породы лесных и серых. Но ради тебя могу и в собственники поддаться.

— Старина завхоз — сущие мелочи, особенно на фоне одной кровожадной стервы, задавшейся целью выжить меня из отдела, — капризно пожаловалась она, потянув его за собой по коридору куда-то в сторону склада улик. — Вчера по её доносу мою машину эвакуировали на штраф площадку!

— Припарковалась в неположенном месте?

— Выскочила на пять минут в магазин. А потом два с половиной часа потратила на оплату штрафа и оформление бумажек. — Они остановились возле двери без каких-либо опознавательных знаков и Дарси воткнула в замок ключ. — Не понимаю, как она умудряется мне каждый день строить козни. Особенно за пределами офиса.

Разговаривать о напарнице ему сейчас хотелось в последнюю очередь. И не потому что снова возвращалось поганое чувство неправильности происходящего. А скорее из-за того, что Рик отлично понимал, что именно она желала от него услышать, когда поливала грязью Донну.

— Почему ты так уверена, что это была именно она? — он первым проскользнул в темное, безоконное помещение, пахнущее хлоркой, тальком и канализацией. — Ты слишком зациклилась на ней.

— Я, конечно, не святая, но врагов до недавнего времени в моём окружении практически не было. Так, пару обиженных бывших, несклонных к подобному пакостничеству. Кому ещё могла помешать моя машина?

— Мимо проезжающему патрулю?

— Мне кажется или ты ходишь по тонкому льду? — насмешливо уточнила Дарси, клацая по выключателю. Яркий свет люминесцентной лампы на миг ослепил его, он мог лишь слышать, как повторно втыкается в замочную скважину ключ, чтобы закрыть их изнутри. — Или я чего-то не знаю?

— Я чисто физически не способен на такие фокусы, — он шагнул на голос и сгрёб её в объятья, одну из ладоней переместив на грудь, неприятно удивившую его объемной поролоновой прослойкой в бюстгальтере. Зрение постепенно прояснилось, поэтому появилась возможность оглядеть тесное пространство комнаты со скромным убранством, состоящим из: туалета, кресла и большой раковины, сбоку которой приделали пеленальный столик. — Комната матери, серьёзно? Откуда она здесь?

— По законодательству положено… — она рвано вздохнула и выгнулась в спине, когда Рик прикусил чувствительную кожу у неё под ухом, согнувшись в три погибели — всё же в этом сладко пахнущем теле катастрофически не хватало росту. Её пальчики запорхали над его ширинкой, пока губы продолжали возбужденно нашёптывать: — Удивительно, как эта вампирская сука не увязалась за тобой.

— Откуда я родом — на суках женятся, — он заткнул рот, продолжающий вспоминать того, кого не следовало, грубым поцелуем. А затем подхватил застонавшую Дарси на руки и усадил на край раковины, чтобы скользнуть по обнажённым бёдрам под юбку и не нащупать там нижнего белья. — М-м-м, грязная девчонка.