Глава 14

Лис

Спускаюсь на первый этаж, чтобы сделать заказ в ресторане. Неплохо готовят, к тому же, я и так последний год питаюсь где придётся. Совершенно нет желания готовить самому себе и поглощать пищу в одиночестве тоже.

Остался сегодня в отеле под предлогом разобраться в принципах работы своего нового имущества, на самом же деле, просто желал быть поближе к Лане. Я по-прежнему её не привлекаю, о чём сказала не задумываясь, прямо.

Не противен, но и не симпатичен… Вот так. Как есть.

Ещё и этот разговор про цену, которую я готов заплатить. Чёрт же меня дёрнул бросаться отелем в качестве оплаты и оповестить об этом Лану, которая всё восприняла в штыки, опустив меня в собственных глазах до уровня последнего мудака.

«Неприятно лишь, что у вас есть конкретная стоимость для привлекающей вас женщины.»

Её слова набатом стучат в висках, а я и правда готов был отдать всё, что у меня есть за надежду на крохотную взаимность и проблеск симпатии. Хотя, паршивка ведь откровенно лжёт, утверждая, что предельно равнодушна и холодна. Наши страстные пикировки тому подтверждение, а полный отказ от прикосновений просто кричит о её страхе быть пойманной на ответной реакции.

Сторонится, соблюдая дистанцию между нами и не позволяя мне приблизиться, узнать, почувствовать манящее тело и насладиться им сполна.

В моих силах закинуть девушку на плечо и отнести в свою кровать, но мать твою, я хочу, чтобы Лана ответила мне хоть толикой взаимности, а глаза наполнились искрами желаниями. Со всей горячностью и рвением делаю шаги ей навстречу, а она лишь отступает назад, снова и снова указывая на мой возраст и отсутствие симпатии.

Не сразу понял, что Лану напрягает вопрос моего брака, о чём уже, как минимум дважды упоминала и сегодня получила исчерпывающий ответ. Вероятно, информация о моей личной жизни пришла со стороны отца, который по моей же просьбе не особо распространялся о проблемах в нашей с Ольгой семье. Даже мама узнала накануне заключительного слушания, когда вопросы с имуществом были решены и опека над дочерью осталась у бывшей жены.

Из своих знает только Артур, как человек проверенный и работающий со мной ни один год. Но и ему я выдал немного информации, лишь огласив причину и итог. Он искренне переживает, что уже почти год я одинок, когда моя бывшая строит новую семью. Затягивает в гости или ресторан под предлогом общения с ним и Региной, но в итоге, с нами всегда оказывается очередная симпатичная знакомая, которая приглашена для меня.

Пару раз я продолжал знакомства, которые практически сразу заканчивались, когда девушка уже наутро начинала беседы о браке и семье, к которой я не готов. Отношения на пару ночей меня вполне устраивали до момента появления Ланы и её отчаянных попыток оттолкнуть меня.

Не понимает глупая: чем больше она сопротивляется, тем сильнее я хочу её заполучить в свои объятия и почувствовать манящий вкус строптивой женщины; приручить дикого зверька, который в конце концов всё равно окажется в когтистых лапах нежного зверя.

Замечаю приоткрытую дверь кабинета и свет, пробивающийся тонкой полосой. Неужели ещё работает, отказавшись ехать домой? И точно. Лана спит, опершись лбом на собственные ладони и согнувшись в кресле. Осматриваясь, понимаю, что в её кабинете нет дивана, только несколько кресел и большой шкаф с полками. Я даже у себя в офисе поставил широкую софу на случай форс-мажоров.

Иду в холл, чтобы застать только одного администратора. Парня, на бейдже которого крупными буквами написано «Дима».

‒ Доброй ночи, Лис Маркович, ‒ сразу приветствует, как только замечает перед собой.

‒ Доброй. Ты видел, как Лана Сергеевна спит?

‒ Да. В последнее время часто засыпает в такой позе. Я бы перенёс в комнату отдыха, но там Вероника, а диван один. ‒ Замечает мой непонимающий взгляд. ‒ Второй администратор. Ночью спим по четыре часа по очереди. В отеле тишина, всё спокойно.

‒ А почему у неё в кабинете дивана нет?

‒ Не знаю. Марк Захарович много раз предлагал заказать, Лана Сергеевна отказывалась. Зря, я считаю, ‒ пожимает плечами.

‒ Да, зря. ‒ Завтра же закажу и поставлю в её кабинет. ‒ Пойдём со мной.

Парень уверенно шагает след в след, пока не совсем понимая, что задумал хозяин. Но как только мы входим в кабинет, я знаками показываю, чтобы Дима молчал и, аккуратно отодвинув кресло, подхватываю Лану на руки, забирая с собой. На мой взгляд, это самый верный шаг, чтобы управляющий смог выспаться и завтра, отдохнувший и полный сил, продолжил работу.

‒ Свет выключи и дверь закрой, ‒ шепчу администратору, и он выполняет мои приказы. Возвращаемся к лифту. ‒ Закажи завтрак в мой номер на двоих к восьми утра, ‒ последнее распоряжение, прежде чем двери закрываются, поднимая нас с Ланой наверх.

Она мирно спит, обхватив меня за шею и уткнувшись носиком в грудь. Доверчиво прижимается, словно укладывается поудобнее. Зайдя в номер, не включаю свет, кладу хрупкое тело на кровать, снимая туфельки, которые сегодня уже были в моих руках. Ворочается пару минут, но застывает в удобной для неё позе, положив ладошки под щёку.

Такая притягательная, что, не сдержавшись, провожу пальцами по губам и скуле, впитывая каждое прикосновение к этой девушке, убеждающей, что ей неприятны мои касания. Склоняюсь над девичьей шеей, чтобы с жадностью поглотить сладкий, вишнёвый запах, бьющий разрядом по всем рецепторам одновременно и заставляющий дуреть.

Борюсь сам с собой несколько секунд, но всё же прикасаюсь к пухлым губам, лишь слегка вбирая её пряность, чтобы ощутить на мгновение, чего лишаю себя, идя у неё на поводу. Дыхание перехватывает, когда понимаю, что Лана отвечает мне, прижимаясь теснее и заключая в объятия. Углубляет поцелуй и едва слышно стонет, прикусывая мои губы, но отстраняется, чтобы шумно выдохнуть и обвить меня руками.

Не знаю: это всего лишь реакция во сне, позволившая мне надеяться на взаимность, или же Лана тоскливо кутается в мои объятия, желая тепла. И сейчас мне всё равно, потому что я рядом с ней. И пусть это всего лишь одна ночь, случившаяся по причине моей инициативы и занятого дивана в комнате отдыха, но я наслаждаюсь её присутствием в моей постели.

Провожу ладонью по плавным изгибам, останавливаясь на правом бедре, где под тканью юбки скрывается яркая татуировка, намертво отпечатавшаяся в моей памяти и теперь так притягивающая прикоснуться. Перебрав в воспоминаниях картинки годичной давности, удивлялся, как не заметил этот яркий рисунок, наконец вспомнив, что тогда Лана предстала передо мной другой стороной, скрыв от моего взгляда интригующие ягоды.

Вишенка. Терпкая, сочная, немного сладкая, с едва ощутимой кислинкой. Именно такая Лана.

Вероятно, утром я получу знатный нагоняй от разъярённой фурии, которая будет в бешенстве метаться по номеру и доказывать, насколько я ей безразличен. Но это будет завтра, а сегодня я впервые за долгое время засыпаю с улыбкой на губах, вслушиваясь в спокойное дыхание рядом.

Меня будит стук в дверь и, открыв глаза, с задержкой вспоминаю, что сам потребовал принести завтрак к восьми и администратор выполнил указания безукоризненно. У дверей номера Соня с подносом в руках. Сразу узнаю девушку, на которой лежит ответственность за огромного пса и, вероятно, за его хозяина.

Ещё пару дней назад возникли подозрения, что горничные, кроме основной деятельности, иногда занимаются «дополнительной». Видел Соню, которая покидала номер гостя рано утром и заспанный вид сказал всё без лишних объяснений. Мне, в принципе, всё равно, что и как здесь происходит.

И всё же неприятно кольнуло, когда осознал, что в этом долбаном отеле желания исполняются у всех, кроме меня. А должно быть с точностью да наоборот.

Ставлю поднос, обращая внимания на Лану, которая открыла глаза и молча наблюдает за моими действиями. Ночью она проснулась, села на кровати и внимательно осмотрелась, видимо, не сразу поняв, где именно находится. И я уже был готов ловить девичье тело, предотвратив побег, но к моему удивлению Лана, увидев меня, не понеслась прочь из номера, сверкая пятками, а прижалась и мирно погрузилась в сон.

Вот и сейчас ожидаю подвоха: побега, криков и претензий в свой адрес.

‒ Если собираетесь бежать со всех ног, туфли с другой стороны, ‒ спокойно предугадываю все последующие действия, чтобы не нарваться на ещё большие неприятности.

‒ Не собираюсь. Вчера очень устала, и я сейчас не могу заставить себя подняться. Сил на пререкания с вами не осталось. Увы. Простите, если разочаровала, ‒ усмехается, всё же бросая в меня очередную шпильку.

‒ Я бы тоже устал, перемещаясь по отелю на этом. ‒ Поднимаю её туфельку на высокой шпильке, визуально прикидывая длину. Сантиметров восемь, не меньше. ‒ Обувь должна быть удобной.

‒ Я привыкла. ‒ Садится на кровати, собирая волосы в пучок. Я распустил их ночью, вынув несколько заколок и аккуратно положив на тумбочку.

‒ Завтрак принесли. На двоих. Но почему-то уверен, что компанию вы мне не составите.

‒ Вас ждёт очередное разочарование. Второе за это утро. Составлю. Безумно хочу кофе и круассан. И, если в ресторане поняли, для кого завтрак, вот здесь, ‒ берёт большой рогалик и вдыхает аромат, ‒ должен быть с апельсиновой начинкой. Точно! ‒ Улыбается, разламывая тесто. ‒ Света поняла.

‒ Ну хоть в чём-то вам можно угодить.

‒ Как я оказалась в вашем номере?

‒ Я принёс, ‒ пожимаю плечами. ‒ Спустился ночью вниз, заглянул в кабинет, а там спящий управляющий в неестественной позе, скрюченный на стуле. Комната отдыха была занята, ‒ упоминание о данном месте, видимо, пробуждает в нас обоих воспоминания о вчерашнем инциденте, заставляя Лану покрыться румянцем и отвернуться. ‒ Меня Дмитрий предупредил. Оставлять вас так было бы бесчеловечным с моей стороны, ‒ смеюсь, а Лана закатывает глаза, показывая, что не верит ни единому моему слову, ‒ поэтому принёс вас сюда.

‒ Спасибо. Но попрошу вас больше так не делать. В следующий раз просто разбудите меня. Не желаю, чтобы персонал надумал себе… то, чего нет.

‒ А что такого? Все люди взрослые.

‒ Я таким не занимаюсь. ‒ Недовольно поджимает губы, и прямо сейчас я имею шанс нарваться на грубость.

‒ А кто занимается? Зоя? Соня? Кто ещё?

‒ Больше никто. Зоя ‒ понятно, а Соня… ‒ замолкает, отводя взгляд, ‒ у неё маленькая дочка и вечно не хватает денег, а с Алановым они давно состоят… в таких отношениях. Я делаю вид, что не вижу, потому что свою работу она выполняет идеально. Это её личное дело. Все люди взрослые, как вы выразились. Но о себе грязных слухов не желаю, потому вы…

‒ Не в вашем вкусе и старый, да?

‒ Нет. Вы хозяин, и мне не хотелось бы, чтобы и обо мне говорили с таким же пренебрежением, как вы сейчас сказали о Соне. Даже будучи простой горничной с финансовыми проблемами, я ничего подобного себе не позволяла. Считаю это неправильным лично для себя, желая нормальных взаимоотношений с мужчиной не по причине, не важно какой, а исключительно на основе взаимной симпатии.

‒ А у нас с вами взаимной симпатии нет. Так?

‒ Взаимной нет. Есть односторонняя. И, насколько я вчера заметила, выражена она лишь в физическом влечении.

‒ Да бросьте, я почти ничего не рассмотрел, ‒ нагло улыбаюсь, прямо сейчас воспроизвожу в памяти сексуальное тело в душе.

‒ Очень на это надеюсь. ‒ Хмыкает и поднимается, чтобы дойти до кровати и влезть в туфли.

Вскакиваю и оказываюсь позади Ланы.

‒ Но это, ‒ провожу пальцами по правому бедру, в том самом месте, где набита татуировка, ‒ я всё же запомню, как приятное воспоминание.

Разворачивается, и я сталкиваюсь с полыхающим гневными искорками взглядом. Ожидаю пощёчины или очередной ядовитой колкости, но…

Лана притягивает меня и целует ‒ напористо, жадно, погружая свой язык глубоко и заигрывая с моим. Зависаю на секунду, но тут же отвечаю ей, обхватив затылок и зафиксировав перед собой. Вспыхиваю возбуждением, готовый зайти дальше, но резкая боль отрезвляет в момент, когда девушка с силой прикусывает мой язык.

‒ Тогда оставлю вам ещё одно ‒ неприятное, ‒ шипит. ‒ Последнее всегда запоминается лучше.

Вот же… хитрая стерва.

Сексуальная, умная, безумно притягательная и желанная. С каждым новым огненным копьём, с силой брошенным в меня, словно гипнотизирует. Ещё немного и Лана нарвётся на грубость с моей стороны, когда я, зычно рявкнув, возьму то, что так желаю, не спрашивая у неё разрешения и не принимая во внимание её желания.

И лучше бы ей понять всё самой, потому как дальше будет только хуже. Для неё. А сейчас я почти равнодушно наблюдаю, как упругая задница покидает мой номер, сильно хлопнув дверью.

Я обязательно придумаю причину, по которой Вишенка окажется в моей постели. Сама. И вот тогда ей придётся исполнить все мои желания и в её же интересах, чтобы я остался доволен.