Глава 19

‒ Лис… ‒ выдыхаю почти со стоном, до конца не веря, что передо мной Кретов собственной персоной.

Вспоминаю, что он владеет именно автомобильными салонами со слов Жени и Марка Захаровича. Не придавала значения этой информации даже когда Миша устроился менеджером на работу, связанную с машинами. Даже подумать не могла, что босс моего брата Кретов, да и имени его он никогда не называл.

‒ Руслана, значит. ‒ Постукивает пальцами по столешнице, усмехаясь. ‒ А я всё думал откуда такое сокращение, почему-то был уверен, что от Светланы. Но нет… Вишневская. ‒ Взгляд Лиса медленно ползёт по моему телу, останавливаясь на правом бедре, где под тканью юбки красуется татуировка.

‒ Да, ‒ прокашливаюсь, ‒ с самого детства ко мне приклеилось прозвище Вишня. Друзья ласково называли Вишенка… ‒ Останавливаюсь, понимая, что я здесь не затем, чтобы ностальгировать и придаваться воспоминаниям.

Передо мной Лис, и я уже знаю, как правильно с ним разговаривать. Моё непреодолимое желание бросаться колкостями, словно острыми пиками, рвётся наружу, реагируя на присутствие мужчины, но сейчас я в статусе проигравшей по всем фронтам и обязана поумерить свой пыл и прогнуться пол Лиса.

Прямо сейчас в голове проносятся лентой всё нелицеприятные высказывания, брошенные в него за последнее время, способные аукнуться мне во всех красках в данной ситуации.

‒ А ленивый обжора, неспособный пожарить себе яичницу, ваш брат?

‒ Да. Миша. Я поэтому и приехала. ‒ Указывает на кресло жестом, предлагая мне сесть. ‒ Артур вчера показал видео, и я ни в коем случае не собираюсь опровергать вину Миши, понимая, насколько легкомысленно он поступил. Двадцать миллионов огромная для меня сумма. Невероятная. Я работаю в вашем отеле и получаю среднюю зарплату. Есть, конечно, накопления, совсем небольшие. В общем, ‒ делаю вдох, потому как, кажется, что почти не дышу, ‒ у нас есть квартира. Трёшка, почти в центре. Досталось нам после смерти родителей. Если удачно продать, я вполне смогу погасить долг за брата. Я связалась с риелтором, двух недель катастрофически мало, чтобы найти хорошего покупателя, а продавать первому встречному не хочется, ‒ именно сейчас к горлу подкатывает противный, вязкий ком, перекрывая дыхание, а глаза наполняются слезами в осознании, что именно я собираюсь сделать. Но выхода нет. Уже нет. И как бы я не горевала по потерянному жилью, мне придётся сделать задуманное. ‒ Я хотела вас попросить дать мне два месяца, не больше. Я не отказываюсь. Всё верну. Могу дать расписку, подписать договор. Что угодно. Тем более, я работаю в «Дэсэо», вы каждый день меня видите, и, если Миша всё же способен на глупые поступки, чтобы уйти от ответственности, я такой ошибки не совершу. Даже могу работать бесплатно эти два месяца, чтобы у вас не возникло сомнений. ‒ Меня начинает трясти, потому что Лис смотрит стеклянным взглядом, безжизненным и, как мне кажется, нечеловеческим. Застыл подобно гранитному изваянию, уставившись в одну точку. ‒ Вы даже можете добавить проценты на эту сумму, пока я не достану деньги и…

‒ В отеле всё спокойно?

‒ Ч-что? ‒ Встряхиваю головой, не сразу понимая вопрос. О чём он? Об отеле? Словно и не было моей пламенной речи с просьбами и обещаниями. Он не слышал?

‒ Я спрашиваю: в отеле всё спокойно? ‒ Подаётся вперёд, складывая руки на столе и впиваясь в меня взглядом.

‒ Д-да… Сегодня второй этаж займёт шведская делегация, остальные по брони. Практически все постоянные клиенты.

‒ Отлично. Ну хоть где-то всё хорошо.

‒ Вы… Вы, наверное, не слышали, что я говорила. Я могу повторить…

‒ Лана, я всё слышал. Давайте так: вы сейчас едете в отель и выполняете свои привычные обязанности.

‒ Но как же… ‒ пытаюсь возразить, напомнить о проблеме, которая выворачивает меня наизнанку.

‒ Вы. Сейчас. Едете. В отель, ‒ чеканит каждое слово, повышая голос. ‒ Это понятно?

‒ Да, ‒ шепчу.

‒ Я подумаю над тем, что вы сказали. Дождитесь меня. Приеду вечером и мы поговорим. Договорились?

‒ Но я бы хотела уже начать работать с риелтором, подыскивать клиентов. Каждый час важен. Чем быстрее я продам квартиру, тем быстрее вы получите свои деньги, ‒ почти выкрикиваю в желании быть услышанной Лисом.

‒ Вечером. Дождитесь меня.

‒ Хорошо, ‒ покорно соглашаюсь. Бессмысленно противостоять Кретову в его решении, к тому же, теперь руководит парадом он, а мне лишь остаётся принять каждое его решение.

‒ Пойдёмте.

Поднимаюсь и слепо следую за Кретовым тем же путём, которым сюда попала. На улице Артур и несколько парней. Разговаривают, хохочут, что-то активно обсуждают. Мне кажется, меня. Или Мишу и произошедшую аварию. Никогда не была мнительной, но именно сейчас кажется, что весь мир насмехается надо мной.

Как только выходим, перед нами останавливается кроссовер тёмно-зелёного цвета, а за рулём парень, которого Миша подставил на тест-драйве.

‒ Рома, вот девушка. ‒ Кретов подталкивает меня вперёд. ‒ Скажет адрес, отвезёшь и вернёшься обратно. ‒ Открывает передо мной дверь, намекая сесть. Подчиняюсь, усаживаясь на заднее сиденье.

‒ Лис Маркович, машина новая, даже на тест-драйве не была, ‒ возражает Рома.

‒ Вот и протестируешь. Привыкли кататься на закрытой площадке. Испытай в городских условиях. Вперёд. Роман, ‒ обходит машину, чтобы остановиться около водителя, ‒ с девушкой не разговаривать. Отвёз. Высадил. Вернулся. Узнаю, что мило беседовали ‒ уволю.

‒ Понял.

А мне становится обидно, и где-то внутри кипит злость на Лиса. Я теперь даже беседы с человеком, по его мнению, недостойна? Провинился Миша, а под молот наказания Кретова попадаю я и ничего не подозревающий Роман. Называю адрес, и парень отворачивается, чтобы ненароком не вступить со мной в беседу. Утыкаюсь в окно, почти не замечая мелькающих зданий и людей, полностью погружённая в собственные мысли.

Всё произошедшее выбило почву из-под ног, вывернув мою устоявшуюся жизнь наизнанку. Я настолько растеряна и дезориентирована, что готова закрыть глаза и бежать подальше из этого города, не оборачиваясь назад. Но я так не умею, привыкла отвечать за свои слова и решать проблемы, а не зарываться головой в песок в надежде, что всё само рассосётся.

Рома привозит меня в отель, позволив себе произнести лишь сухое «До свидания» для приличия. Два часа назад, когда я уезжала из отеля, даже предположить не могла, что ситуация так круто повернётся. Не в мою сторону.

‒ Ну, что? ‒ Светка налетает на меня, как только вхожу в холл и тянет за руку в кабинет подальше от любопытных глаз персонала, который на удивление столпился возле входа в ресторан. ‒ Ну? Поговорила с начальником Миши?

‒ Поговорила, ‒ ухмыляюсь и отхожу к окну. ‒ Им оказался Кретов.

‒ Да ну на х… ‒ Светка прокашливается. ‒ Вот это поворот! Не ожидала! ‒ Оседает на диван.

‒ Представляешь, как я не ожидала, когда входила в кабинет Елисея Марковича.

‒ Елисея? ‒ Глаза Светы округляются. Видимо, я также смотрела на Лиса. ‒ Так вот откуда это сокращение. Елисей! ‒ Ржёт, хватаясь за живот. ‒ Совсем не представительно, я тебе скажу.

‒ А ты ещё предлагала к нему за помощью пойти. Представляешь, как бы это выглядело: займите мне денег, чтобы я отдавала вам долг. Ха-ха, ‒ фыркаю.

‒ Так, ладно, ‒ прокашливается, но всё равно давится смешками. ‒ До чего договорились-то?

‒ Да не до чего, ‒ пожимаю плечами. ‒ Он выслушал мою длинную тираду о продаже квартиры и просьбу об увеличении срока, а потом сказал ехать в отель и ждать его. Всё.

‒ И? А дальше?

‒ Уверил, что обдумает полученную информацию и вечером оповестит об окончательном решении, ‒ развожу руками. ‒ Все мои возражения были отклонены. Знать бы, что он решит… ‒ Потираю переносицу, вспоминая безразличное выражение лица Лиса и его отрешённость.

‒ Узнаешь. Вечером. Он откровенно тебе симпатизировал, если бы ответила взаимностью, сейчас данная ситуация не казалось такой ужасной. ‒ Светка усмехается, и её правота больно бьёт по нервам, напоминая, сколько раз я отталкивала Лиса. Столько же раз сказала, что он старый. И не в моём вкусе.

‒ Ничего не изменить. Имеет то, что имеем. Для меня теперь самое главное, чтобы Лис дал мне пару месяцев для продажи квартиры. Всё.

‒ Ладно. До вечера времени много, а еду никто не отменял. Ты хоть завтракала?

‒ Нет.

‒ И я. Пойдём в ресторан, сейчас нам Сёма что-нибудь вкусное приготовит. Как он всегда говорит…

‒ Лучше оргазма может быть только гастрономический оргазм!

И правда, Сёма как всегда волшебник, делающий из своих блюд что-то фантастическое и безумно вкусное. Для того, что прийти в себя, мне элементарно не хватало полноценного обеда и разговора со Светой, которая убеждает меня, что Лис не будет наседать и предложит решение, выгодное нам обоим.

С трудом вериться. С учётом того, что сумма огромна, а автомобиль не подлежит восстановлению, то есть, Лис остаётся в накладе, с какой стороны не посмотри. Он в любом случае потребует деньги, вопрос лишь в том, какой срок будет отведён на выполнение обязательств.

Стараюсь вникнуть в документацию, но возвращаюсь снова и снова к событиям сегодняшнего дня, постоянно отвлекаясь и перечитывая каждую строку с десяток раз. Ощущаю себя разбитой и обессиленной, неспособной что-либо делать. Я жду Кретова, словно спасательного круга, который разорвёт этот чёртову карусель уничтожающих меня мыслей.

Оставляю звонки Миши без ответа, понимая, чего он от меня ждёт, но пока не состоится разговор с Лисом, не желаю строить несуществующие предположения, неспособные оправдать мои ожидания. Скидываю звонок за звонком, нервно перебирая в руках телефон. И вот, когда я уже готова сорваться за грань, накрутив себя до предела, в дверях наконец-то появляется Лис.

‒ Вы подумали? ‒ Подскакиваю в ожидании каждого его слова.

‒ У меня есть вопрос, ‒ усаживается напротив. ‒ Где будете жить, когда продадите квартиру?

‒ Эм, не думала… ‒ Опускаюсь в кресло. ‒ Если что-то останется, возможно, получится подыскать комнату в общежитии где-нибудь на окраине. Если нет, буду снимать недорогое жильё. Может быть, первое время поживу здесь, в комнате отдыха, если вы позволите, а потом решу… Сейчас, главным для меня является решение проблемы и возможность отдать долг за брата.

‒ Лана, вы понимаете, что лишитесь своего единственного жилья из-за тупости Миши?

‒ Да. Но мы не выбираем в какой семье родиться. Он мой родной брат и несмотря ни на что, я на его стороне. И если для этого мне придётся лишиться всего, значит, так нужно.

‒ У меня есть решение, ‒ встаёт, чтобы закрыть дверь, ‒ при котором вы остаётесь с квартирой, а я с полной компенсацией за разбитый автомобиль. Интересно? ‒ Тёмная бровь взмывает вверх интригуя.

‒ Да. Я согласна на всё. ‒ Смотрю на Кретова с открытым ртом, словно ребёнок, которому пообещали самую вкусную конфету.

‒ На всё? Вы уверены? ‒ спрашивает с оттяжкой, приближается, почти нависая надо мной.

‒ Да. Чего вы хотите?

‒ Тебя.

‒ В смысле? ‒ шепчу, пока до меня доходит слово из четырёх букв.

‒ Во всех. Во всех смыслах и позах. Сколько захочу, когда захочу и как захочу. Без отказов и ограничений. ‒ В глазах Лиса вспыхивает ничем неприкрытая, бесстыжая и откровенная похоть. Сглатываю, уничтожаемая адским блеском в глазах.

В голове на замедленной прокрутке проносится каждое озвученное слово. Не может быть. Но следом вспоминаю, с какой лёгкостью он предлагал в качестве оплаты отель и понимаю, что двадцать миллионов не такая уж большая сумма, по сравнению со стоимостью «Дэсэо».

Вскакиваю, чтобы скинуть с себя тяжёлый взгляд и прерывистое дыхание мужчины. Делаю пару шагов назад, к окну, упираясь в подоконник. Чем больше расстояние, тем более защищённой я себя чувствую. От него. От всего, что он сейчас сказал.

‒ У вас есть выбор, Лана. ‒ Выпрямляется и, засунув руки в карманы брюк, медленно прохаживается по кабинету.

– Отличный выбор, я вам скажу, – хмыкаю, понимая, что на самом деле выбора у меня нет. Уже нет. Благодаря любимому брату.

– Либо вы возвращаете мне все деньги, либо…

– Исполняю все ваши желания, так?

– Именно. – Уголки губ Лиса дёргаются в подобии улыбки. Вот только это больше похоже на оскал хищника, загнавшего в ловушку желанную добычу. Сейчас Кретов на пьедестале, смотрит сверху-вниз, ожидая, когда маленькая девочка, загнанная в угол, примет правила его игры. – У вас есть час на раздумья. Если через час дверь моего номера не откроется, я буду считать, что вы готовы вернуть всю сумму сразу. Как вы соберёте деньги, меня не волнует. Время пошло.

Больше ни слова. Покидает мой кабинет, прикрыв за собой дверь. До меня доносится звук тяжёлых удаляющихся шагов крупного хищника, который всё же заставил себя мне понравиться.

Усмехаюсь, понимая, что слишком наивно воспринимала проявления симпатии Лиса ко мне, совершенно не предполагая ‒ он всё равно получит ту, что пожелал. Получил. Почти. Грязно, некрасиво, поставил перед выбором и обрёк терзаться в сомнениях.

Но так ли плох этот выбор, если посмотреть с другой стороны? Не противен. Нет. Я бы сказала, что Лис мне нравиться, как мужчина. Привлекает, очаровывает, вызывает интерес и желание его узнать поближе. Не в моём вкусе. По-прежнему. Никуда от этого не деться, да и количество лет никто не отменял, но…

В кармане вибрирует телефон, но я уже знаю, кто звонит.

‒ Привет, систер! Ты чего трубку не берёшь? Парни сказали, что ты приезжала. Как поговорили? Уладила всё? ‒ Мише сыпет вопросами, я же не имею желания отвечать ни на один из них.

‒ Да. Я приезжала. Пока решаем с твоим боссом, ‒ сухо и коротко. Я ещё не приняла решение. Есть полчаса в запасе.

‒ Ты давай, это… быстрее. Меня тут работать заставляют по полной. Больше, чем других.

‒ Тебе полезно.

‒ В смысле? Деньги отдашь, и я сразу покину этот мерзкий салон, ‒ фыркает.

‒ Ближайшие пару месяцев, пока я буду продавать квартиру, тебе придётся трудиться в мерзком салоне. Ты должен быть на виду, чтобы начальство понимало, что свои обязательства ты выполнишь. Кстати, подумал, где будешь жить?

‒ С тобой. Ты же придумаешь, как мы будем дальше.

‒ Я планирую какое-то время пожить в отеле.

‒ И я, ‒ радостно подхватывает.

‒ Не получится, Миша.

‒ Почему?

‒ Потому что твой босс и новый хозяин отеля, в котором я работаю ‒ один человек. И после всего, что ты наворотил, вход в «Дэсэо» тебе заказан. Теперь ты не имеешь права даже к дверям приближаться, не говоря уже о том, чтобы здесь жить. Даже за деньги, ‒ нагло вру, придумывая на ходу, но хочу себя оградить от брата хотя бы на работе, чтобы нагло не вваливался, когда пожелает.

‒ И что мне делать? ‒ слышу растерянность в голосе. Миша в откровенном ступоре.

‒ Подумай. Я пытаюсь решить вопрос с долгом, а ты разбираешься с собственной жизнью. Настало время заботиться о себе самому. Я начну копить на новое жильё, а значит, минимизирую траты.

‒ Так всё-таки решишь, да? Найдёшь деньги? Систер?

‒ Я занимаюсь этим вопросом. Сейчас приедет Кретов и продолжим договариваться. Разговор будет трудным. Мне пора.

‒ Позвони потом. Сколько мне ещё работать в этом…

Отключаю звонок, не желая слушать противный скулёж Миши. Сейчас он раздражает меня, как никогда ранее. Слишком много событий для одного дня и слабой женщины, на которую навалились чужие проблемы. Прокручиваю снова и снова предложение Лиса, всё больше сомневаюсь ‒ а стоит ли показывать зубки и вставать в позу?

Брат поставил меня в безвыходное положение. Непростой выбор. И я его уже сделала.