Эпилог

Год спустя

Лана

‒ Лана Сергеевна, он опять, ‒ возмущённая Машка врывается в мой кабинет.

‒ Маш, совсем скоро ты заменишь меня на несколько месяцев в качестве управляющего. Необходимо учиться разруливать сложные ситуации. Меня не будет, к кому пойдёшь?

‒ Ну вы же пока есть, ‒ разводит руками.

‒ Ладно, ‒ с трудом поднимаюсь с дивана, ‒ пойдём.

В холле смесь громких голосов, брани и женских всхлипов. Полицию что ли вызвать, чтобы проучить Аланова и заставить вести себя прилично в общественных местах. Соня много и быстро говорит, успокаивая мужчину.

‒ Аслан Самирович, не заставляйте меня прибегнуть к помощи полиции для урегулирования ваших личных отношений. Перенесите скандал в свой номер, где вы, не стесняясь в выражениях и не нарушая порядок, сможете выговориться.

‒ Этот мужик смотрел на её задницу! ‒ тычет пальцем в Соню.

‒ Этот мужик, как вы выразились, является таким же гостем отеля, как и все остальные. А Соня работает горничной, напоминаю. Она не может убирать номера, где проживают исключительно женщины. Здесь все работают одинаково.

‒ Я не хочу, чтобы на неё кто-то пялился.

‒ Не хотите? ‒ подхожу как можно ближе, чтобы мои слова слышал только он. ‒ Значит, заставьте уволиться, если имеете возможность полностью обеспечить женщину с ребёнком, ‒ сглатывает, переводя взгляд на Соню. Я бы не хотела терять хорошую горничную, но каждый следующий скандал этой парочки громче предыдущего.

‒ Что происходит? ‒ в тишину врывается голос Лиса ‒ напряжённый и злой. Беги, Аланов, беги. ‒ Привет, ‒ поцелуй в щёку, хотя, уверена, он не спускает глаз с Аланова. ‒ Новые проблемы со старыми участниками?

‒ Нет, ‒ качаю головой, ‒ всё старое ‒ и проблемы, и участники.

‒ Ладно. Пошли со мной, ‒ указывает на Аланова.

Мужчины отходят в сторону. Аслан активно жестикулирует, объясняя Лису произошедшее, то и дело указывая на Соню, но через минуту замолкает. Со стороны заметно, что Кретов сказал всего пару слов, но этого оказалось достаточно, чтобы Аланов заткнулся.

‒ Поехали домой, ‒ тянет меня за руку.

‒ А они? ‒ скандал не окончен.

‒ Теперь всё будет спокойно.

Не без помощи Лиса забираюсь в машину, развалившись на широком сидении. Ноги гудят и отекли, хотя я уже давно забыла, что такое шпильки.

‒ Вчетвером не могли успокоить Аланова. Жутко ревнует Соньку. Знаешь, что требует? Чтобы она убирала только те номера, в которых женщины проживают. Нормально, а? ‒ Лис лишь улыбается. ‒ Что ты ему сказал?

‒ Чтобы он женился.

‒ В смысле?

‒ В прямом. Соньку он, значит, ревнует, а он ей кто? ‒ До меня начинает доходить логическая цепочка, выстроенная мужем. ‒ Никто. Женись, сделай женщину своей и ревнуй на законных основаниях, устраивай показательные сцены и требуй особых условий работы. Всё просто.

‒ Просто? Мужчину не так-то легко заставить жениться, ‒ фыркаю.

‒ Вишенка, жизнь ведь на самом деле очень проста. Её нужно понимать не головой, а сердцем. Это у головы всё очень сложно, сердце сложностей не создаёт. ‒ Целует мою ладошку. ‒ Год назад я выбрал сердцем, о чём ни на секунду не пожалел.

Это он сейчас о многочисленных звонках своей матери, которая ещё месяц после возвращения из Испании, нагло врывалась в нашу жизнь. Не теряла надежды переубедить Лиса отказаться от меня и вернуться к Ольге. Лишь позже мы поняли истинные причины заговора женщин: бывшая жена, оставшаяся без денег, выпросила у Елены значительную сумму, уверяя, что они всё равно останутся одной семьёй и сын вернёт всё до копейки. Но план провалился, Ольга укатила в Германию с новым кавалером, а мать Лиса так и не вернула своё. Мы так и не узнали, сколько Елена «подарила» бывшей невестке, но по предположениям Лиса, сумма равная стоимости одного из отелей отца.

‒ Как там сынок? ‒ Горячая ладонь ложится на значительный живот, успокаивая мягкими поглаживаниями.

‒ Сегодня очень активный.

‒ Вероятно, благодаря маме, которая по привычке, как ошалелая носилась по отелю, решая проблемы.

‒ Нет, мама сегодня весь день просидела на вишнёвом диване, болтая со Светой и периодически заглядывая к Сёме на кухню, чтобы попросить вкусняшек. Если он и дальше будет так нас кормить, я наберу ещё несколько килограмм, а Регина запретила объедаться. Она чётко нас контролирует, ‒ указываю пальчиком на живот.

‒ Но у вас всё хорошо?

‒ Ты задаёшь этот вопрос стабильно два раза в день. У меня всё отлично, я прекрасно себя чувствую. Да, немного устаю и спать хочется больше, но это для моего положения вполне естественно.

‒ Но два месяца назад в Испанию ты лететь отказалась.

‒ Я пока не могу, ‒ сжимаю ладонь мужа.

Не получается отделаться от назойливых мыслей, которые до сих пор не исчезли. Дом Мариты, вероятно, для меня теперь ассоциируется исключительно с негативными эмоциями. Именно там я почти потеряла Лиса и, если бы не его упорство и глубокие чувства, кто знает, чем бы закончилась наша история.

‒ Понимаю, Вишенка, но пора избавиться от воспоминаний, которые не заслуживают оставаться с нами и дальше. ‒ Молча киваю, пока не понимая, сколько времени мне на это потребуется. ‒ Кстати, Марита сегодня звонила… ‒ Лис замолкает, посматривая на меня. Слишком многозначительная пауза настораживает. ‒ Она настаивает на имени нашему малышу…

‒ Каком? ‒ нервно сглатываю. Бегущей строкой в голове проносится бесконечное Алваро, Алехандро, Алонсо, Джеронимо, Диего, Карлитос, Лоренсо, Луис, Мигель, Октавио, Освальдо, Рекардо и множество других, которые выпали мне в списке «самое популярное» среди испанских имён.

‒ Ты побледнела, ‒ ехидно улыбается. ‒ И, если ты предполагала что-то из разряда Элисео, то нет ‒ Захар.

‒ Захар? ‒ отмираю. ‒ В честь твоего дедушки? ‒ кивает. ‒ Мне нравится. Мы согласны. Прямо сейчас бери телефон и звони Марите, пока её больная фантазия не подкинула нам вариант типа Теодозайо.

‒ Такое реально существует?

‒ Представь себе да, ‒ взвизгиваю. ‒ Там такое существует, что часть я даже выговорить не смогла, так что Захар нам идеально подходит.

‒ Захар Елисеевич, по-моему, отлично, ‒ лицо Лиса озаряет довольная улыбка.

‒ Кстати, а для Аллы Марита ничего не предлагала?

‒ Нет, ‒ пожимает плечами. ‒ Серьёзно, никаких вариантов не было. Интересно, почему.

‒ Думаю, по причине наследования поместья только по мужской линии, Марита так скрупулёзно относится к выбору имени для мальчиков.

‒ Впервые о таком слышу. А ты откуда знаешь?

‒ О, я знаю больше, чем ты можешь предположить, Лисёнок, ‒ чмокаю его в щёку. ‒ Но правило существует, поверь. Лично слышала из уст Мариты.

‒ Так-так, а что ты ещё слышала, хитрюга?

‒ Слышала, что Алле от прабабушки в качестве наследства ничего не достанется.

‒ Это её не слишком расстроит. Я дам своей дочери всё, что будет необходимо. И сыну. Кстати, Алла звонила на днях, ждёт появления братика.

‒ Не уверена в её искренней радости, ‒ отворачиваюсь к окну, вновь срываясь в воспоминания.

‒ Она уже извинялась перед тобой, и мне её слова показались искренними. Знаю, не так просто забыть всё сказанное ранее, но со временем ты поймёшь, что моя дочь смирилась с настоящим положением вещей. Ольга живёт в Германии и контакты между ними свелись к минимуму. Марита контролирует Аллу, позволяя общаться лишь со мной и бабушкой. Она заканчивает первый курс, встречается с парнем и имеет множество планов на будущее. Так что, наша с тобой жизнь ей уже не так интересна.

‒ Пусть и дальше будет так. Не хочу, чтобы посторонние вклинились в наши отношения в желании посеять раздор. Одного раза было вполне достаточно.

‒ Вишенка, мы ведь договорились той ночью: ты можешь сказать всё, что тебя волнует, не опасаясь быть непонятой. Я выслушаю, и мы вместе найдём решение, так?

‒ Да.

‒ Главное, не молчи. Потому что все невысказанные мысли, концентрируется в твоей хорошенькой головке, обрастают несуществующими догадками и вываливаются на меня смертоносной лавиной. Я предупредил тебя сразу, что женился второй и последний раз, так что терпеть тебя меня ещё очень и очень долго.

‒ Я не терплю ‒ я люблю, ‒ выскакивает неожиданно и резко. Лис заостряет на мне взгляд, удивлённый произнесённым словом.

‒ Приятно, ‒ целует мои пальчики, ‒ но будем считать, что это говорят гормоны. И, кстати, о гормонах: заканчивай с отелем.

‒ Ещё неделю, Лисёнок, ‒ складываю ладошки.

‒ Почему неделю?

‒ Через три дня прилетит Зоя. Купер переложил на неё все дела ресторана. Признался, что раньше он прилетал исключительно для проведения времени с ней, но теперь, когда девушка рядом, на такие жертвы идти не желает. Зое же, наоборот, за счастье посетить Москву, провести время со знакомыми, и заодно разобраться с делами Лесли. Машка почти готова заменить меня на посту управляющего, остались лишь некоторые нюансы, и я со спокойной душой могу оставить на неё отель, заниматься оформлением детской и готовиться к рождению Захара. И плюс, послезавтра день рождения Миши, который мы отмечаем в ресторане отеля. Не забудь приехать раньше.

– А ты не забудь напомнить, чтобы Артур отпустил его раньше. Небольшое послабление в честь праздника, ‒ подмигивает Лис.

Но о послаблении волноваться не стоит, потому как Миша в любом случае отработает положенное время. Восемь месяцев назад Миша с Костей взяли машину у друга, чтобы, как всегда «просто прокатиться». Выпившие, безбашенные и весёлые, парни попали в аварию. Костя погиб на месте, Миша получил незначительные травмы. Но чудовищная картина мёртвого парня надолго отпечаталась в сознании у Миши, кардинально перекроив его внутренний мир и взгляды на жизнь. Кажется, тогда он стал старше на несколько лет, осознав, что опрометчивые поступки иногда заканчиваются фатально. С того самого момента, я не слышала ни одной жалобы или претензии от брата в свой адрес. Он наконец наладил отношения с Лисом и Артуром, для которого стал незаменимым помощником и медленно, но верно, заслужил доверие.

Машина останавливается на парковке, и я практически выползаю из высокого автомобиля с помощью Лиса. Напоминаю себе толстую уточку, которая смешно переваливается с ноги на ногу на потеху окружающим. Но Лис лишь молча помогает, не комментируя моё тяжёлое дыхание и шлёпанье босых ног.

Готовлю ужин голодному и уставшему мужчине, который вот уже час собирает манеж в детской. Ему нравится обустраивать комнату для сына. Вижу, как он мается в ожидании, но до появления малыша ещё полтора месяца, а с природой не поспоришь.

То и дело телефон оповещает о входящих сообщениях, становясь настойчивее, и после десятого Лис, не выдержав, всё же приходит на кухню.

‒ Кто это домогается мою Вишенку на ночь глядя? ‒ Лукавая улыбка и шуточный вопрос, за которым на самом деле скрыта жгучая ревность.

‒ Гостей в отеле стало меньше, и я решила запустить рекламную кампанию для привлечения клиентов. Обратилась в агентство. Сейчас мы на стадии обсуждения, и агент присылает варианты для согласования. Вера предложила создать слоган отеля, который станет нашей фишкой ‒ индивидуальной и узнаваемой. Я в замешательстве, а те варианты, что она предлагает, очень… необычные, ‒ смеюсь, вспоминая прочитанное.

‒ Перечисли.

‒ «Открываем секреты гостеприимства».

‒ Приторно, ‒ кривится Лис.

‒ «Все королевские почести, за исключением престола!».

‒ Сразу дальше.

‒ «Где бы ты ни был ‒ важно лишь, где ты остановился».

‒ Вполне приемлемо, но дальше.

‒ «Невероятное обнаружено в «Дэсэо»».

‒ Я бы опасался ехать в такое место, ‒ оба смеёмся, представляя это самое «невероятное» где-нибудь в тёмном подвале.

‒ «Хорошо упакованный отдых».

‒ Вишенка, а она точно разбирается в рекламе?

‒ Не знаю, но каждый следующий вариант ужаснее предыдущего. Я уже девчонок озадачила, но пока ничего запоминающегося не придумали.

‒ У тебя есть свой вариант. Почему ты не хочешь его использовать? ‒ Обнимает, прижимается, насколько позволяет мой живот.

‒ Какой?..

‒ А ты не помнишь? Ты мне его озвучила в первый день нашего знакомства.

Судорожно выуживаю воспоминания годичной давности, которые всплывают отдельными фразами и моим безобразным поведением по отношению к Лису. Но ничего похожего на слоган не вспоминается. Поразмыслив несколько минут, сдаюсь, вспоминая привычное:

‒ Отель желаний?

‒ «Отель, где исполняются желания».