Глава 34. Влад

— Это же неприлично, — шепчет начальница, озираясь.

Пляж пустой.

В Ласточке не так много отдыхающих, в основном все семейные, с детьми. И ночной клуб здесь всего один, в другой стороне поселка, поэтому в нашей бухте все будто вымерли. Идеальное место для отдыха и защиты в случае чего.

— Даже не знаю… — она сомневается.

По глазам вижу — искупаться хочет, но боится.

Подцепив край футболки, стягиваю и галантно передаю ее даме.

— Давай в ней.

Сам ослабляю ремень и избавляюсь от брюк.

— Не знаю, — дама мнется, недоверчиво посматривая на мои трусы.

Я бы им тоже не доверял, но молчу.

— Иди ко мне. Я тебя раздену, — шагаю навстречу.

— Ладно. — Федерика с ужасом отшатывается и задирает подол платья. — Я сама. Только… отвернись.

— Ты на солнце перегрелась? Что я там не видел? — ворчу и тут же затыкаюсь.

Пиздец…

— Твою ж дивизию, — выговариваю сквозь зубы, как следует затягиваясь курортным воздухом.

В трусах стремительно прибывает. Отсек за отсеком затапливает.

— Последняя коллекция, между прочим, — Федерика, аккуратно сложив платье квадратом, расстегивает застежку на бюстгальтере.

Задом поворачивается.

Полупрозрачное белоснежное кружево эротично впивается между булочек, а я как великовозрастный дебил на это пялюсь и хищно облизываюсь.

— Можешь поплавать без них, — закидываю жирную такую, восемнадцатисантиметровую удочку.

Еще надеюсь на какую-никакую «рыбалку». Просто… рыбачить вхолостую малость подзаебался. Возраст уже не тот, чтоб вхолостую. Взрослый дяденька, а ручками балуюсь.

— Вот уж нет, — отвечает Федерика, закрывая всю красоту-наготу футболкой. — Жалко просто. Белье новое и дорогое.

— Так вычти из моей зарплаты. За порчу имущества...

— Ладно уж, возьму все расходы на себя, — она строго осматривает меня. Но только до пояса. Дальше не решается.

И правильно…

Дальше — больше.

Подойдя к кромке воды, мило трогает ее ножкой и трусливо отпрыгивает.

— Холодная какая…

— Да ну ты… брось.

— А-а-а-а!

Делаю рывок и забрасываю начальницу на плечо. Под ее недовольное верещание захожу в воду по пояс и, взяв упор на левую ногу, медленно ставлю.

И правда, море холодное. Бодрит.

— Ой! Ай! А-а-а! Мамочки… — Федерика жмется ко мне в поисках тепла.

— Ты так жалуешься или… меня возбуждаешь?

— Помолчите, Владислав… А-а-а!

— Просто если второе, то я уже готов.

— Это... чувствуется, — она пытается отодвинуться и дрожит.

Я решаю быть плохим мальчиком и беру штурмом свою же футболку. Под нее забираюсь и… блядь, зачем мы поперлись в море?.. На берегу было бы гораздо удобнее.

— У тебя был когда-нибудь секс в воде? — отстраненно интересуюсь.

Казалось бы, издалека. Да?..

— Влад, давай без этих намеков.

— Я просто спрашиваю, — вздыхаю, охраняя дорогое белье шарящими по нему ладонями. — Так, чисто для поддержания разговора…

Федерика тихо посмеивается и… плотно обвивает мои бедра ногами.

Ух ты!..

Член приветливо тычется в лунку.

— Секса в воде у меня не было, — отвечает она доверчиво. — Слышала, это жутко неудобно… и болезненно.

— Ну… — вбираю воздух для подробного, раскрывающего все нюансы ответа и решаю, что надо бы повременить с обменом опытом. Сапером, у которого только одна ошибка, себя чувствую. — Может быть некомфортно… — смотрю в хитро сощуренные, внимательные глаза. — Тоже... слышал.

— Слышал, значит?..

— Угу. Да к черту все, — обхватив затылок, нападаю на сочные, теплые губы.

— Ах… Влад…

Тут как в кроссе: чуть ослабил — и сразу туговато будет, поэтому расцеловываю начальницу как следует. Бороню податливый рот языком, разминаю дрожащее тело и, чего уж стесняться, лезу в дорогие трусы.

— Хочу тебя, давай попробуем...

— Так и знала, что этим закончится, — запрокидывая голову, она прижимает мое лицо к своей груди.

Я покусываю возбужденные соски через футболку и предвкушаю взрыв. Золотая сексуальная рыбка уже почти на крючке, но тут на пляже неожиданно оказываются третьи лица. А именно молодая парочка. Они громко смеются и раздеваются.

Видимо, тоже на рыбалку пришли.

— Да ну на хрен, — бурчу, отодвигаясь от мягких полушарий. — Пойдем в дом, — тяну начальницу за собой.

Обратная дорога занимает чуть меньше времени. Я с трудом натягиваю брюки, прячу бюстгальтер в карман, а платьем прикрываю стояк. Федерика же выжимает футболку и, вцепившись в мою руку, босиком шлепает по асфальту до самого комплекса.

Наш дом — двухэтажный, с тремя спальнями наверху и уютной гостиной-кухней внизу —прямо за бассейном и террасой, поэтому, проходя мимо, желаю всем нашим спокойной ночи. Федерика тоже вежливо прощается.

Думаю, после сегодняшнего вечера все вопросы и планы познакомить меня с кем бы то ни было сами собой отвалятся.

— Владь, — Маша сбегает по лестнице в слезах и, пока ее полуобнаженная мать скрывается в ванной, тут же обезьяной забирается мне на шею. Нижняя губа предательски плывет, а подбородок жалобно трясется.

Собаки уныло за нами наблюдают.

— Владь. Ты весь моклый… Владь. Случилась катастлофа!.. — Маша округляет глаза и поправляет кудряхи.

— Что у тебя там за катастрофа, Мария-Франческа? — устало спрашиваю, скидывая обувь у порога.

Раньше думал — дурость так детей называть, а теперь даже нравится. Звучит классно!..

Ожидаю услышать все, что слушал предыдущие месяцы. К примеру, у куклы отвалилась нога или Каринка застряла в кукольном домике. Может, девица пролила краски на ковер или совершенно случайно — это важно! — разрисовала стену? А еще, что вероятнее, Маня снова решила меня предупредить: она вот-вот «глохнется в обмолок» — вот так ей сладенького хочется.

Хотя последнее при матери она бы провернуть не решилась.

— Мы ходили на моле днем, — начинает рассказывать Мисс Катастрофа. — А еще до этого я Ва-яне показывала своих мулавьев…

— И? — хмурюсь, догадываясь, что будет дальше.

Лучше б мы ее сладким покормили.

— Я забыла заклыть фелму, — произносит Маша и… в эту же секунду начинает рыдать. — Все мулавьи лазбежались. Как клысы!..

— Ты… что сделала? — выглядывает Федерика из ванной.

Маша театрально падает на мое плечо и еще сильнее рыдает. Примерно на восемь по десятибалльной шкале.

— Можно я сделаю вид, что меня здесь нет? — спрашивает начальница, прикрывая голое тело полотенчиком.

Да как же тебя нет? С такой-то грудью!..

Мысленно бью себя по щам.

— Так, где стояла ферма? — спрашиваю Маню, усаживая ее на стул в гостиной.

— В нашей комнате.

— А Эльза где?..

— Она на шкафу… плячется.

— На шкаф залезла? — откашливаюсь, поглядывая на полуголую начальницу.

Искупались, блин. Чуть зазевался — и все. Катастлофа.

— Ладно. Сидите здесь!.. Дамочки.

Единственное, что приходит в голову, — муравьев травят уксусом, поэтому заглядываю в полупустые шкафчики, и бинго — в одном из них нахожу то, что надо. Дальше дело за малым — под раковиной отыскиваю какое-то средство для плиты с пульверизатором. Избавляюсь от содержимого и делаю уксусный раствор.

В детской тихо и душно.

— Ну и что ты здесь сидишь? — спрашиваю у Эльзы, задирая голову.

— Стра-а-шна…

— Иди сюда, — зову, подставляя руки.

После недолгих раздумий она спрыгивает и испуганно пялится по сторонам.

— Вы ведь их не убьете?..

— Нет, конечно. Каждого муравья лично позову обратно на ферму и доставлю с почестями.

— Они живые, — хнычет девчонка.

— Ну давай оставим их здесь, с вами.

Морщится.

— Хотя… это ведь насекомые, — Эльза ловко пренебрегает убеждениями в угоду собственному страху и выходит из комнаты, а я следующий час чувствую себя охотником за привидениями и обрабатываю каждый угол.

Знал бы мой комбат, какой бывает служба. Охренел бы!..

Перед сном принимаю душ и, глянув на плотно прикрытую дверь соседней спальни, иду к себе. Сил, чтобы натянуть на свой зад хотя бы трусы, не остается, поэтому, уповая на то, что все дамы, кошки и собаки уже спят, решаю завалиться в постель в чем мать родила.

Закинув руки за голову, в красках вспоминаю купание в море. Какая мягкая у Федерики кожа и какой горячей может быть итальянка, когда позволяет себе чуть больше.

Дверь медленно открывается. В комнату вплывает стройная тень, и я с хмурым видом наблюдаю, как начальница по-хозяйски устраивается рядом.

— Я с тобой буду спать, — сообщает. Перед фактом ставит.

— Что это вдруг?

— Мне кажется, что по мне ползают муравьи... Толпами по мне ходят, понимаешь? Ничего не могу с собой поделать. Я их ужас как боюсь.

Смотрю на нее в полутьме. Обеспокоенные глаза, еще влажные волосы, пухлые губы, ночная рубашка ясно-понятно с кружевом. Затягиваюсь воздухом. Запах… ее запах. Женственный до отключки мозга.

— Так они и ползают, — отвечаю мрачновато. — Вон… по подушке. Рядом.

— Где? — взвизгивает она и живо перебирается на меня. — Ого… — чувствует между нами такой нехилый спиннинг. Еще с прошлого раза разобранный.

— Вот тебе и ого, — расцепив руки, лениво к ней тянусь и сжимаю мягкие холодные ягодицы.

— Влад... — шепчет интимно Федерика и ласково обвивает мою шею.

Поймал, получается. На муравьев поймал.

Самодовольно улыбаясь, целую свою добычу. Рыба моей мечты.

Знал бы, давным-давно эту ферму к херам разворотил.