Глава 6

* * *

Богдан

- Ребёнка «хорошо» накачали препаратами, - мрачно сказал Степан после долгого осмотра Алины. – Её организм ослаблен и подавлен из-за седативных препаратов. Нужно отвезти её в больницу и сдать все анализы. Ты понял, Богдан?

- Понял, - ответил другу. – Завтра с самого утра я буду у тебя.

- Хорошо, - кивнул Степан. – Ну и сволочи же те, кто издевался над малышкой!

Степан сам был отцом и ненавидел всех тех, кто хоть как-то обижал детей.

Я взглянул на малышку, которая посмотрела на меня своими чистыми голубыми и чуть раскосыми глазками, что-то гукая себе под нос и тихо захныкала.

- Я с ними разберусь, Стёп, - сказал я твёрдым голосом и погладил светловолосую голову девочки.

Она сложила губки бантиком, скривила их, надула щёчки и из детских глаз потекли крупные слёзы. Малышка заплакала.

- И кто у нас тут расплакался? – улыбнулся малышке Степан и сказал мне: - Если понадобится помощь, только позови.

- Возможно, и понадобится, - ответил ему. – Завтра после обследования малышки, сделай заключение, которое могло бы поразить в сердце самого чёрствого и бездушного судью.

- О-о-о… - протянул Степан и улыбнулся зловеще. – Я, конечно, очень надеюсь, что с девочкой всё в порядке и эти твари не успели ей навредить, но заключение в любом случае сделаю, что надо. Урыдаются все.

- Только без особого энтузиазма, Стёп. Мне нужно лишь доказать, что родственники Алины – конченные твари.

- Всё сделаю по высшему классу.

- А сейчас покорми дочку, искупай её и почитай сказку, - дал наставления Степан.

Я мысленно представил как я её кормлю, купаю и читаю… До чтения моё воображение не дошло, так как я вдруг испытал жуткий страх.

- Стёп, а можешь помочь? Я даже представить не могу как и чем кормить ребёнка… Про купание вообще молчу… - сбивчиво произнёс я.

- Хех! Богдана испугала крошечная малышка? – он хлопнул меня по плечу. – Извини друг, но не могу. Сейчас Никита Богатырь к тебе приедет на выручку, вот он тебе и поможет. Кстати, давай-ка я позвоню ему, пусть купит детского питания. А то мало ли, чем напичкана в этом доме еда…

Я кивнул и посмотрел на плачущую Алину.

- Стёп, подскажи как её успокоить… - попросил друга чуть-ли ни умоляюще.

Друг тем временем отправил голосовое сообщение Никите.

- Как-как? – улыбнулся Степан. – Возьми малышку на ручки и поговори с ней. Скажи что-то доброе и ласковое.

Я со священным ужасом посмотрел на свои огромные ручищи и на это крошечное создание.

- Да не бойся! – улыбнулся друг. – Не раздавишь.

Девочка тем временем продолжала плакать и истерика набирала обороты.

Я вздохнул и мысленно перекрестился. Положил правую ладонь под головку ребёнка, а левую под ножки и…

- Ох, мать моя женщина! – выдернул я резко левую руку. – Да она вся мокрая!

- И что ты паникуешь? – пожал плечами Степан. – Описался ребёнок, бывает.

- Наверное, она увидела меня и испугалась… - произнёс я весьма мрачно, осторожно убирая правую руку из-под головки Алины.

Я бегло осматриваю комнату и мысленно ругаю себя. Прежде, чем выгонять всю прислугу, нужно было для начала узнать, где хранятся детские вещи и еда для девочки. Хотя насчёт еды вряд ли бы они что-то путное мне предложили.

Открыл шкаф и в глазах зарябило от ярких цветов. Порылся и достал с полок просторные и лёгкие штанишки желтого цвета и футболочку.

Памперсы нашлись в комоде. Там же лежали какие-то баночки с присыпками, кремами, лосьоны и другая косметика для детей.

У меня волосы от всего этого начали вставать дыбом.

Степан переложил малышку на сухую часть кроватки. Алина поднялась на ножки, ухватилась за перила своей кроватки, и заплакала громче прежнего.

Я готов был, разревется вместе с ней. Мне было страшно, что я сделаю что-то не так или причиню ей боль.

- Твою мать, Стёпа! Ну помоги же мне! – рявкнул я на друга.

Тот нехотя помог переодеть мне малышку в сухую и чистую одежду.

Алине видимо надоело плакать, она просто села в своей кроватке и с испугом смотрела то на меня, то на Стёпу.

Я сел на корточки напротив её личика и улыбнулся.

- Привет, - говорю малышке, натянуто улыбаясь.

Она смешно наморщила подбородок. Я для неё - незнакомец. Она привыкла, что её мама всегда рядом, а её больше нет. Алине должно быть так страшно.

- Маленькая, не бойся меня. Я твой папа. Иди ко мне на ручки. Я тебя не обижу, - говорю я ровным и чуть убаюкивающим голосом, - и осторожно беру её на руки.

Малышка начинает снова плакать.

- Ты наверняка голодная. Сейчас приедет дядя Никита и привезёт вкусной еды для Алины-Малины… Смотри-ка, а твоё имя очень вкусно звучит - Алина-Малина.

Малышка перестала плакать и смотрела на меня настороженно, но и с любопытством. Пока она не уверена, друг ли я ей, или враг.

Подошёл Степан и протянул мне игрушку. Я показываю игрушку малышке, но ей неинтересно. Алину интересует звук моего голоса. Она смотрит на меня уже с явным интересом, открыв ротик. В детских глазках больше нет страха.                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                            

* * *

Степан не стал дожидаться наших общих друзей, так как его ждала дома семья. Он пожелал мне терпения, удачи и уехал.

Никита, Лютик и Трофим приехали, когда я уже более-менее нашёл общий язык с малышкой.

Мы играли с ней в игрушки, и когда ей становилось скучно, я читал ей книжки. Алине было всё равно, о чём идёт речь, главный интерес представлял звук моего голоса. Поэтому, когда мы прочитали почти все книги в небольшой библиотеке детских книг (благо рассказы и стихи были короткие), я ещё раз понял и осознал, что ни шиша не понимаю в детях и мне реально нужна помощь профессионала. Алина пальчиками дёргала мою цепочку на шее, играла с ней, слушала мой голос и выглядела счастливой, пока я читал.

Спокойный ребёнок. Всего лишь нужно уделять ей внимания. И как только можно было накачивать малышку успокоительным?

Скрипнул зубами от вновь вспыхнувшей злости и раздражения на уродственничков Алины и приближённый персонал. Нет, дорогие мои, я вам не позволю наложить свои грязные лапы на имущество моей дочери – всем хребты сломаю за девочку. Только попробуйте приблизиться к нашей небольшой семье.

Друзья прибыли ровно в назначенное время. Впустил их в дом, удерживая дочку на руках и стоило трём здоровым мужикам войти в дом, как малышка вновь заплакала, увидев незнакомые страшные морды.

- Чёрт… - ругнулся я. – Надо было её оставить в манеже. Не подумал. Тише, тише крошка…

- А кто это такой маленький и плачет? Какая маленькая и очень красивая девочка… У тебя такой папа, что тебе не нужно никого бояться… - засюсюкал Никита, который выглядел так, что у любого начиналась икота при виде него.

Алинка всхлипнула и заголосила сильнее, спрятав своё личико у меня на плече.

Погладил её по хрупкой спинке, стараясь успокоить.

- Кажется, дорогой мой друг, ты влип по полной, - заметил с ухмылкой Трофим. Он нёс в руках две огромных сумки с оборудованием.

- Богдан, у тебя такой взгляд, какого я у тебя никогда не видел, - рассмеялся Лютик. – Теперь мы будем знать, что дети тебя пугают.

- Посмотрю я на тебя как запоёшь, когда свой первый появится, - оскалился на него Никита.

- Боже упаси от такого счастья, - перекрестился Лютик. – Я ещё слишком молод для детей. Вот лет через десять может быть…

- Лет через десять тебе уже дедушкой пора становиться, - натурально заржал Трофим.

Алина, тем временем, перестала плакать. Она продолжала хмуриться и кривить плаксиво ротик, но при этом с интересом прислушивалась и наблюдала за нами.

- О будущем давайте поговорим позже. У меня ребёнок голодный, - заметил я. – Никита, ты привёз питание?

Никита кивнул.

- Где здесь кухня? – пробасил он.

- Пойдём, - повёл я его. – Парни, вы пока осмотритесь. Дом большой, фаршировать его придётся долго.

- Да, мы уже заметили, - согласился Лютик. – Но как говориться, глаза страшатся, а руки делают. Так что за ночь, думаю, управимся.

- Конечно управимся, - сказал уверенно Трофим. – Ты иди, корми свою ляльку, а мы пройдёмся по твоему дворцу.

- Этот дворец не мой, а Алины, – сказал я. – Как только завершится бумажная и судебная волокита, мы съедем из этого музея.

- Согласен, жить здесь как-то неуютно… - сказал Лютик, внимательно разглядывая полотна на стене, которые наверняка являются подлинниками и стоят больше, чем сам этот дом.

На полотнах были изображены портреты людей примерно 17-19-х веков. Я правда не силён в истории, но что знаю наверняка, так это то, что совсем нет ничего хорошего, когда на тебя день изо дня пялятся чопорные мужики в камзолах и напудренные, полуобморочные дамы. Жуть берёт от обилия этих лиц и глаз.

Я пошёл вместе с дочерью и Никитой на кухню.

Мой друг поставил пакеты на мраморный стол и начал вытаскивать многочисленные баночки и бутылочки.

- Не знал, что может понравиться твоей дочке, поэтому я взял всё, - сказал Никита, опустошая третий по счёту пакет.

- Да тут питания на целый год хватить может, - заметил я.

- Хех! – хмыкнул Никита и сказал: - Эти малыши с виду крошки, но ты даже не представляешь, сколько они порой могут съесть. Так что ты не радуйся раньше времени. Этого всего максимум на недельку, другую хватит и всё.

- Да ты шутишь, - задумчиво произнёс я, оглядывая выросшую гору из детского питания.

- Скоро сам увидишь, - хохотнул Никита и подмигнул Алинке.

Алина очень внимательно следила за его движениями и прислушивалась. Похоже, кое-кому нравятся мужские голоса. Или просто ей нравится слушать, когда разговаривают.

- Смотри, твоя крошка больше и не думает плакать, - широко улыбнулся Никита и потрепал малышку по светловолосой макушке.

Алинка икнула, выпучила глазки, я уже приготовился к оглушительному крику, но она вдруг улыбнулась, демонстрируя молочные зубки и засмеялась – искристо и заливисто.

- Видишь, я нравлюсь детям. Они сразу понимают, что я хороший дядя, хоть и страшный, - просюсюкал Никита и повертел перед Алинкиным носом какой-то погремушкой с этикеткой.

Малышка тут же заинтересовалась и потянула к игрушке ручки.

- Э не-е-ет, - произнёс Никита. – Игрушку сначала помыть надо.

- Так помой, - сказал ему. – А то чего ребёнка дразнишь?

Пока Никита тщательно мыл игрушку под внимательным взглядом Алины, которую я посадил в детский стульчик, сам я читал инструкцию по детскому питанию.

Прочитал и понял, что мне нужна консультация, когда и чем кормить ребёнка.

Вздохнул и начал искать на этой мега-модной дворцовой кухне нужные мне предметы – мерный стаканчик, ложки и тарелки.

Мысленно я уже начал перебирать в голове потенциальных нянь из своих знакомых.

Есть у меня соседка, взрослая женщина, которая вот-вот перейдёт ту грань, когда её будут называть уже не женщиной, а бабушкой. Она вырастила своих двоих детей, и они иногда привозят к ней уже своих детей – её внуков. Интересно, Нина Васильевна уже вышла на пенсию?

Посмотрел на довольную Алину, которая наконец-то заполучила в своё полноправное пользование новую игрушку, на её довольный и счастливый вид и понял, что Нина Васильевна не подойдёт на роль няни и воспитательницы. Всё-таки она женщина довольно строгих правил и имеет чересчур суровый вид.

Моя бывшая девушка?

Что за мысли? Зачем я о ней вспомнил? Она уж точно не вариант. Во-первых, у Лены возможно есть уже муж и свои дети. И во-вторых, насколько я изучил её характер, она-то как раз в одно мгновение избалует и испортит малышку.

Больше в голове никаких вариантов не было.

Придётся поискать соответствующую няню и воспитателя в одном лице.

- Ну что, Алина-Малина, покушаем? – произнёс я и сначала сам попробовал разведённую смесь.

Под насмешливым взглядом Никиты я откровенно скривился и с ужасом посмотрел на молочную бурду.

С трудом проглотил эту гадость и спросил у друга:

- Никита, ты что купил? Это ерунда такая сладкая, что у малышки попа слипнется!

Никита громко засмеялся, похлопывая себя по коленке.

- Ты бы видел сейчас своё лицо, Богдан! – произнёс он в перерывах между громогласным смехом, а потом договорил, вытирая выступившие слёзы: – Это же ребёнок! Ей как раз будет вкусно, да малышка?

Алина уже сама тянула к питанию ручки.

Посмотрел на эту гадость.

Ну всё-таки производители же не дураки, раз делают такие смеси для детей, верно?

- Давай-ка посмотрим, понравится тебе такая еда или нет?

Чтож, Алина-Малина слопала эту смесь с превеликим удовольствием. Ну дела.