Глава 14 — Опыт

Ужинаем.

Учу Киру держать палочки и брать ими еду, но её маленькие пальцы никак не хотят затачиваться.

Вилкой ей неинтересно.

Надя, разглядывая наши мучения показывает свою версию.

— Девай так!

И держа по палочке каждой руке, протыкает ими рол, накалывая его.

Начинается ролло-коррида…

Один из роллов, отпружинив, улетает за спину Киры.

Надя хихикает, прикрывая рот.

Кира бежит за улетевшей едой.

И вместо того, чтобы выкинуть в ведро… дунув на него пару раз, засовывает в рот.

— Нет, Кира! — синхронно вскрикиваем с Совой.

— Нельзя есть упавшее. Выплюнь!

— Ну щас пвям… — жуя быстрее.

Утомлённо смотрим с Совой друг другу в глаза.

— Это что за тавакан? — поднимает за усы креветку-гриль.

— Квиветочки! М-м-м… — изображая наслаждение зажмуривается Надя.

— Фу… у него гваза.

Кира тянет мидию. Забираю.

— Это для взрослых.

Недовольно скуксивается.

— Потому что очень острая. Вот эту бери, в сливочном, — предлагаю ей другую.

Дана считает за Кирой роллы. На восьмом, отодвигает от нее тарелку.

— Всё. Достаточно.

— Жадничаешь? — мстительно прищуривается Кира. — У вас вон сковко много!

— Нет, Кирюш. Просто тебе опять будет плохо. А у тебя ещё булочка.

Режет пополам им глазированную булку.

— Ты же поделишься с Надюшей, правда?

— А там втовая бувка есть!

— А вторая вам на завтрак. Сделай им чай, пожалуйста, — просит меня Дана.

— А у меня только кофе, — вспоминаю я.

— Ну как так, Платон Александрович? — с осуждением.

Развожу руками.

— Вылетело из головы.

— Тогда какаву! — подсказывает радостно Надя.

— И какао нет.

— Сок? — открывает холодильник Дана.

Сок есть.

Достаёт грейпфрут и натуральный гранатовый.

Вздыхает.

— Дети это не пьют, вообще-то.

— Я ещё неопытный отец, помнишь?

— Апельсин! — вытаскивает.

Заваривать им кипятком дольки апельсина, добавляя каждой по темному куску сахара.

— Запоминайте, папа! — кидает по несколько кусочков льда.

— Я весь во внимании.

— Кипяток детям наливать нельзя. Обожгутся. Они обычно доверяют взрослым, не думая, что в стакане может быть что-то опасное.

— Кира не из таких, — вспоминаю я, как она осторожно трогала кружку прошлый раз, изучая, можно ли пить сразу. И также дотошно нюхает сок, и все, что ей предлагаешь. Даже воду из бутылки.

— И это очень грустно, — гладит её по голове Сова.

— Мовжно ещё штучку? — тут же просит Кира, поджимая губы.

— Нет!

Сова — кремень. Я бы разрешил… Потому что "грустно", да.

— Мне кажется, маленьким чудовищам пора спать, — смотрю на часы.

А у нас ещё целый вечер впереди…

Подцепляю острую мидию в унаги. Вкусно…

— Иди сюда, — шепчу, ловя её за талию и позволяя уйти вслед за детьми.

С давлением засовываю ей в рот такую же.

— Что ты делаешь? — шепчет, пытаясь вырваться.

— Делюсь удовольствием. Кстати, высшая форма моего расположения к женщине.

— Ну я просто трепещу! — фырчит с сарказмом. — М-м… а вкусно! — облизывает губы. — Ой…

Вдыхая, открывает рот.

— Остро!

Всовываю в руки бокал.

Залпом выпивает.

Губы у неё тут же наливаются, становясь припухшими и яркими, зрачки расширяются. Словно мы трахались до одури.

Р-р-р…

Но выворачивается, опять не позволяя эти губы попробовать.

Долго не возвращается. Иду с инспекцией.

Сова стоит в дверях детской.

Подхожу к ней сзади.

Надя укачивает в детской кроватке Киру.

— "…Что же ты, гвупыфка, не спишь? Спят твои соседи — бевые медведи…"

А можно взять Надю в аренду? Или так нельзя?? Нам, она кажется, жизненно необходима.

Переминаясь с ноги на ногу, Дана касается моей груди спиной. Вздрагивает.

— Пойдём? — шепчу ей.

— Нам пора, Платон. Надюше тоже нужно спать.

— Положи на диване.

— Нет…

— Два магнита, — напоминаю ей.

— Вот ты… — заминает ругательство.

— Зато, у меня много интересного.

Достаю из шкафа комплект нового постельного. Бросаю на диван.

Потом, протягиваю ей красную коробку.

— Что это?

— Презент от рекламодателей. Дарю.

— Класс! — прикусывает губу, вдруг расцветая как ребенок от подарка. — Можно открыть?

— Нужно, Сова, нужно…

Может, папа я и не опытный, но любовник — вполне.