Глава 12

Выскочив из машины отца подруги, борюсь с собой, чтобы со всей силы не хлопнуть дверцей. На секунду… всего на секунду мне показалось, что он просто добрый человек, который решил мне помочь, когда я попала в беду. Но нет. Он по-прежнему не успокаивается насчет своей игры в две встречи. Я тоже хороша. И это, наверное, бесит больше всего. То, что я так на него реагирую. То, что ведусь на его провокации. И, наверное, даже хочу этих провокаций. Ох, какой же я ужасный человек! И совершенно отвратительная подруга. На первом этаже общежития крутятся студенты. Кто-то перетаскивает свои вещи с нашего этажа, кто-то просто болтает, а кто-то трется у кабинета коменданта. Занимаю очередь и остаюсь ждать, чтобы узнать, куда мне дальше податься. В рюкзаке звонит мой телефон, и я снимаю его с плеч, чтобы достать гаджет. Ева… Вот сейчас мой стыд за то, что даже подсознательно думаю об отце подруги в сексуальном ключе, усиливается во стократ. – Привет, – отвечаю на звонок. – Саш, а ты где? – хрипло спрашивает она. – Я проснулась, но ни тебя, ни папы дома нет. – Твой папа подвез меня до общежития. Я хочу до пар решить вопрос с переселением. – Я же говорила тебе, что могла бы обсудить с папой, чтобы ты пожила с нами. Да, вчера она о чем-то таком обмолвилась, но я быстро перевела разговор на другую тему. – Ева, спасибо, но я не хочу. Ну, то есть… – Ладно, не объсняй. Так что с общагой? – Жду очереди у коменданта. – Ну, если что, знай, что я тебя не брошу в беде. – Спасибо большое, – выдавливаю из себя. Теперь я чувствую себя еще хуже. Ева так добра ко мне, а у меня дурацкие мысли насчет ее отца. Кошмар просто! – И насчет занятий не парься. Я скажу куратору, что ты занята переселением. – Если меня переселят в нашем же общежитии, я успею на пары. – Ну, как знаешь. – Прости, надо бежать, моя очередь подошла. Простившись с подругой, захожу в кабинет Елизаветы Петровны. Она поднимает на меня усталый взгляд и делает глоток воды из помятой пластиковой бутылки. – Заходи, – со вздохом произносит комендант. – Фамилия? – Высоцкая, – произношу, подойдя ближе. Елизавета Петровна листает потертые листки журнала с фамилиями студентов, а потом поднимает на меня взгляд. – Александра? – спрашивает, а я киваю. – Ты счастливица, Саша, – говорит и достает из верхнего ящика стола ключи. Кладет на стол, а потом протягивает маленький листочек. – Почему? – спрашиваю. – Один из меценатов нашего университета снял на весь учебный год квартиру для тебя. – Для меня? – уточняю ошарашенно, переводя взгляд с коменданта на лежащие на столе ключи. Она кивает. – Для тебя. – Почему именно для меня? – Не именно для тебя, – раздраженно бросает она и толкает связку с бумажкой дальше по столу. – Просто когда его помощник приехал, я как раз искала, куда тебя переселить. Почти всех уже растолкала по общежитиям, а для тебя места не нашлось. Вот и получилось, что для тебя. – А Оля? – спрашиваю, все еще в шоке и не веря своей удаче. – Какая Оля? – Дементьева. Она живет со мной в одной комнате. – А, она подселена к девочкам в другой комнате. Уже ночь там ночевала. Так, ладно, давай, – отмахивается от меня Елизавета Петровна. – У меня еще куча дел и студентов, которых надо направить в их новые комнаты и общежития. – Так, может, кого-то со мной отправить? Наверняка там много места в той квартире. И, честно говоря, страшно ехать одной в чужую квартиру. Мало ли, что или кто меня там ждет… – Что за глупости? Меценат сказал, что квартира только для одного человека. Студия. Мальчишек не захотел, чтобы не разнесли там все. Девушку, говорит, можно, но только одну, потому что мало места и вообще так будет больше порядка. Просил порядочную и чистоплотную. Я о тебе подумала. – Так вы же даже мое имя не помните. – Да помню я все, Саш, – раздраженно отзывается комендант. – Просто из-за этого пожара столько проблем навалилось. Ну давай, топай. Собирай вещи и поезжай по адресу, – добавляет Елизавета Петровна и сразу опускает взгляд в журнал и как-то очень энергично начинает его листать. – А как долго продлится переселение? – Пока не закончится ремонт, – отвечает она. – Я не знаю, сколько он продлится. Все, топай. – Ладно, – отзываюсь еле слышно и стягиваю со стола ключи с листочком. – Спасибо. – Ага, – только и выдает комендант и глубже погружается в свои записи. Поднявшись в комнату, собираю свои вещи. Этаж и правда весь провонялся гарью. Подношу к носу свои вещи и вдыхаю запах дыма. Надеюсь, в той квартире есть стиральная машинка, и мне удастся выстирать мои вещи. Собрав все в свой старенький чемодан, закрываю его и покидаю общежитие. Знать бы еще, как доехать на ту квартиру. Тормознув на пороге, вбиваю в картах адрес и хмурюсь еще сильнее. Квартира находится почти в самом сердце города. Даже ближе к центру, чем наш университет. Как-то, гуляя по центральной площади, я мечтала о том, что когда-нибудь буду жить там и любоваться на неспешно гуляющих людей и смотреть концерты, которые там периодически проводят, прямо со своего балкона. Если у этой квартиры балкон выходит на площадь, я буду не просто в шоке. Я, наверное, сойду с ума от радости. Спустив чемодан со ступенек, иду, глядя на карту, чтобы сориентироваться, как мне лучше доехать. Определившись с маршрутом, поднимаю голову и запинаюсь. Вижу, как машина отца подруги – а это он, я точно в этом уверена, – разворачивается, а потом слегка замедляется. Я спотыкаюсь и тоже замедляю шаг, помня слова Гордея Анатольевича. Сглатываю, а потом шумно выдыхаю, глядя на то, как его джип ускоряется и наконец выезжает со двора общежития. Надеюсь, мы никогда больше не встретимся. Правда, подсознательно я уверена в том, что сегодняшняя встреча не последняя. Только следующая наверняка станет роковой.