Глава 13

– Ну как квартира? – спрашивает меня Ева на следующий день. Вчера, попав в квартиру, я тут же позвонила подруге, потому что не могла поверить в свое счастье. А еще мне требовалась помощь с посудомойкой и индукционной плитой. – Она нереальная! – восхищенно произношу, сжав руку подруги. – Я таких никогда и не видела. Комендант сказала, что она маленькая, но там огромная площадь, несмотря на то, что это студия. Даже страшно там к чему-нибудь прикасаться, чтобы не сломать! – Да ладно тебе! Что там такого может быть? Ваза династии какого-нибудь китайского императора волосатой эпохи? – смеется Ева. – Надо будет навестить тебя там. – Да, конечно! Обязательно приезжай в гости! – Достав телефон, быстро сбрасываю сообщение подруге. – Я отправила тебе адрес. – Приеду, – улыбается Ева и берет меня под руку. – Эх, везет тебе. Будешь жить одна в центре города. Интересно, меня папа когда-нибудь отпустит в самостоятельное плаванье? О, кстати! У нас ведь тоже есть квартира в центре! – восклицает Ева. – Надо поговорить с папой. Было бы круто, если бы он разрешил мне переселиться туда. Мы могли бы по вечерам гулять на центральной площади вместе. – Было бы здорово, – с улыбкой отзываюсь я. – Только я еще ни разу в той квартире не была. Папа говорил, что они с мамой там жили до моего рождения. – А почему ты потом ни разу там не была? – Не знаю, – пожимает плечами подруга. – Как-то никогда не интересовалась недвижимостью семьи. А вот сейчас буду интересоваться. Мне уже не терпится выпорхнуть из семейного гнезда. Кстати, не знала, что у нашего универа есть какой-то меценат, – внезапно переключает она тему. – Может, он не афиширует? – Ой, такие обычно как раз во все горло орут, что они три компьютера подарили учебному заведению. Или приютили бездомную студентку в своей пафосной квартире, – со смехом заканчивает подруга. – Почему это бездомную? – хмурюсь я. – Прости, перегнула, – виновато произносит Ева. – Меня иногда заносит. Ну идем. Подруга затаскивает меня в аудиторию, где через несколько минут начинается пара. Я стараюсь вникнуть в то, что говорят преподаватели на занятиях, но мне не дают покоя три мысли. Они засели в моей голове, словно заноза, и сводят с ума. Первая – это отец подруги. Точнее, мое желание к нему. С момента в клубе я была жутко зла на него. Мне хотелось… не знаю, плюнуть ему в лицо и послать. А теперь я вспоминаю его горячие, наглые, совершенно бесцеремонные поцелуи и непроизвольно касаюсь губ кончиками пальцев. И каждое такое воспоминание пробуждает тайфун внизу живота. С этими чувствами тяжело справиться. Практически невозможно. Они затапливают меня с головой. Я упорно гоню мысль о том, что хочу Гордея Анатольевича… Нет, просто Гордея. Какой он Анатольевич после таких бесстыжих поцелуев? Но как бы ни пыталась бороться с собой, мое желание не становится меньше. Мне кажется, все становится еще даже хуже. Предыдущей ночью мне показалось, что я почувствовала аромат его парфюма. Сознание, пребывавшее в полусне, само начало рисовать картинки. А они уже трансформировались в не совсем приличные фантазии. Я представляла себе, как бы он целовал меня не только в губы. Как сжимал бы мою грудь. Как его пальцы ласкали бы меня между ног. Может, даже и язык. О, господи, я до сих пор краснею, вспоминая о своих фантазиях. Тряхнув головой, опускаю ее, чтобы волосы скрыли мое красное от стыда лицо от взглядов однокурсников. Вторая мысль – это требование Гордея прекратить дружбу с его дочкой. Я столько раз за последние сутки обдумывала способы, как это сделать… но ничего толкового не вышло. Только разве что поругаться с Евой. Но я не умею и не люблю это делать. Я даже если и оказываюсь вовлечена в ссору, после этого дня два болею. Так что я пока решила просто избегать Гордея. Таким образом, я убью двух зайцев. Ну, и третья мысль – это поиск работы. Учитывая, что в клуб я не вернусь даже за все деньги мира, то мне надо подыскать что-то другое. Я видела пару ресторанчиков в центре, на дверях которых висят объявления о приеме на работу. Сегодня после занятий обязательно туда заскочу и попробую договориться на неполный рабочий день. После пар Ева предлагает меня подвезти до квартиры, а я зову ее в гости. Она отказывается, потому что пообещала тете встретиться с ней в салоне красоты. От щедрого предложения подвезти отказываюсь уже я. Хочу прогуляться. Здесь совсем недалеко. Попрощавшись с подругой, топаю в сторону квартиры. В какой-то момент начинается дождь, и я едва успеваю раскрыть зонтик, когда с неба обрушивается ливень. Мои кроссовки мгновенно промокают, и я иду по тротуару, чвякая и выпуская сквозь тканевый верх обуви воду. Я могла бы радоваться погоде. Люблю дождь. Но не тогда, когда в обуви хлюпает, а в меня со всех сторон из-за ветра летят холодные сентябрьские капли. Перебежав дорогу, ступаю на другой тротуар. Двигаюсь в сторону дома, глядя под ноги, чтобы перепрыгивать самые большие лужи, которые стремительно образовываются на асфальте. Ливень просто стеной. Слышу где-то впереди звоночек и, едва успеваю поднять голову, как замечаю несущийся на меня велосипед. Вскрикнув, отскакиваю в сторону и прижимаюсь спиной к какой-то машине. – С ума сошел?! – кричу вдогонку велосипедисту. – Для таких, как ты, дорожки специальные придумали! Конечно, он не слышит меня за пеленой дождя. Замолкаю, когда чувствую движение позади себя. Резко отстраняюсь от машины и разворачиваюсь. В этот момент пассажирское стекло опускается. Я виновато улыбаюсь. – Простите, я… тут велоси… Прерываюсь на полуслове, столкнувшись с темными омутами практически черных глаз отца подруги. На лице Гордея расцветает коварная улыбка. – Вот мы и встретились второй раз, Саша, – произносит он низко, с легкой хрипотцой. А мне внезапно становится адски жарко.