Глава 30

Вечером я на работе. Ресторан полон посетителей, и все официанты носятся в кулуарах заведения, как ошпаренные. Зато при посетителях мы чинно-благородно вышагиваем с подносами и улыбаемся гостям. Несу заказ для одного из столиков и замираю на мгновение, увидев, что за столиком Гордея как раз располагается симпатичная женщина в красном брючном костюме. Сам Гордей помогает ей присесть, а потом занимает место напротив. Сглотнув, прохожу мимо их столика, на секунду столкнувшись взглядом с мужчиной. Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но я игнорирую его и прохожу дальше. Пока расставляю на столике клиентов их ужин, тяну улыбку. Но она настолько искусственная, что даже щеки болят. – Спасибо, – благодарит посетитель, а я киваю. Разворачиваюсь и хочу прошмыгнуть мимо Гордея, но спотыкаюсь, наткнувшись на его хмурый взгляд. Коротко кивнув, иду дальше. Поскорее спрятаться на кухне. Оттуда прошмыгнуть в подсобку и перевести дух. – Саша, Гордей Анатольевич ждет меню, – тормозит меня Эльвира перед самым входом на кухню. – Это твой столик, работай, – добавляет она с некоторой иронией. Киваю и сворачиваю за стойку, где у нас хранятся папки с меню. Оставив там поднос, беру две папки и топаю к столику Гордея. Держусь изо всех сил, чтобы не расплакаться, потому что слишком уж он открыто улыбается этой женщине. А что будет, если мы с ним расстанемся? Он каждый раз будет приводить сюда на ужин новую пассию, а я – умирать ста смертями? – Добрый вечер, – произношу сдавленным голосом, остановившись у нужного столика. – Меня зовут Александра, и сегодня я буду вашей официанткой. – Добрый вечер, – не глядя на меня, кивает спутница Гордея и берет из моих рук меню. – А других официантов не нашлось? – недовольно хмурится Гордей. – Скажи Эльвире, чтобы заменила тебя, – произносит и забирает у меня меню. Чувствую, как дрожит мой подбородок. То есть, это не просто какая-то посторонняя женщина, которую он с собой привел? Она что-то для него значит, и Гордей не хочет, чтобы я видела их вместе? Или, может, боится, что я закачу скандал? – Сейчас поменяем, – хрипло выдаю я и, развернувшись, сбегаю. – Что такое? – строго спрашивает Эльвира, поймав меня за локоть. – Надеюсь, ты не устроила скандал? – Гордей… гм… Анатольевич просил заменить официанта. – Что ты уже учудила? – шипит змеей администратор. – Ничего, я только отдала меню. – Иди уже, – цедит она и отпускает мой локоть так, будто обожглась об него. Схватив пустой поднос со стойки, забегаю на кухню. Бросаю его на жестяной стол и, пронесясь мимо поваров, влетаю в подсобку, а оттуда – на улицу. Здесь хлещет ледяной дождь, и я торможу на крохотном крыльце, которое едва скрывает от холодных капель. Обнимаю себя за плечи и пытаюсь дышать. Плакать нельзя, потому что у меня накрашены глаза, а тушь с собой я не взяла, чтобы обновить макияж. И вообще у меня тогда будут красные веки и кончик носа. Гости сразу поймут, что я рыдала, а такое недопустимо. Я должна улыбаться им. Черт подери! В голове набатом стучит кровь вперемежку со словами Евы о том, что лучший друг Гордея даже не знает о моем существовании. Может, она права, и то, что между нами с ним происходит, это просто игра для него? Так, девочка для забавы, а для серьезных отношений у него есть вот такие представительные женщины в красных костюмах. Еще я хотела бы прояснить с квартирой, потому что меня не покидает ощущение, будто я попалась в коварно расставленные сети. Словно Гордей все спланировал заранее, а я оказалась просто марионеткой в его руках. – Саша! – слышу голос коллеги Инны и, вздрогнув, оборачиваюсь. – Ты чего здесь? Ливень такой, промокнешь и заболеешь. – Сейчас. Уже иду. – Эльвира тебя ищет. Там один из твоих столиков освободился. Надо убрать. – Иду, – выдыхаю вместе с паром и делаю глубокий вдох. Когда за Инной закрывается дверь, я еще пару секунд дышу, окончательно прогоняя истерику, а потом возвращаюсь в ресторан. Стараюсь не смотреть в сторону Гордея и его спутницы. Работаю с другими посетителями, хоть это дается мне крайне тяжело. Взгляд то и дело, как примагниченный, норовит приклеиться к отцу подруги. Но я держусь изо всех сил. Знаю, что если только посмотрю на него, точно расплачусь. В следующий раз я вижу его только тогда, когда он у выхода из ресторана помогает своей спутнице надеть роскошное бежевое пальто. Оборачивается, бросает на меня нечитаемый взгляд, что-то говорит Эльвире на ухо и выходит. Администратор смотрит на меня с неким триумфом, и мне не нравится этот взгляд. Наконец моя смена подходит к концу, и я переодеваюсь в джинсы. Застегиваю молнию на ботинках и, накинув куртку, топаю на выход. Только берусь за ручку двери, как меня останавливает голос администратора: – Саша, задержись. – Оборачиваюсь и жду, пока она подойдет ближе. Эльвира окидывает меня взглядом, полным яда, и протягивает конверт. – Твой расчет. – Не поняла? – спрашиваю и на автомате беру конверт. – В каком смысле? – В прямом, – отвечает Эльвира, и ее идеально уложенные брови на мгновение дергаются. – Ты больше здесь не работаешь. Как только она говорит это, я чувствую, как от лица отливает кровь и начинают трястись руки. – Но почему? – спрашиваю и заглядываю в ее глаза. Там только насмешка и превосходство. – Разве я что-то сделала не так? Тогда скажите, и я исправлюсь. И Гордея Анатольевича я обслуживала как по учебнику. Поздоровалась, представилась, отдала им меню. Даже попыталась улыбнуться. Просто… может, вышло не так хорошо. Но я старалась. И впредь буду стараться еще лучше. – Этого “впредь” не будет, Александра, – надменно произносит Эльвира. – Ты здесь больше не работаешь. Она пытается развернуться, чтобы уйти, но я хватаю ее за запястье. Она брезгливо выдергивает руку из моей хватки и впивается в меня раздраженным взглядом. – Но почему? Вы можете толком сказать? – прошу ее. – Потому что Гордей Анатольевич об этом попросил, а я не могу ему отказать. – Попросил уволить меня? – внезапно севшим голосом переспрашиваю я, а Эльвира кивает. – Не всегда романы с богатыми дядечками заканчиваются хэппиэндом, детка, – хмыкает администратор и уходит из подсобки, а я хватаюсь за стену, потому что ноги подкашиваются.