Эпилог

Вздрагиваю, когда чувствую на шее поцелуй. – Ш-ш-ш, малышка, это я. Открываю глаза и моргаю, чтобы навести резкость. Смотрю в любимые глаза, и на лице расплывается широкая улыбка. – Ты вернулся, – шепчу и обнимаю Гордея за шею. – Вернулся, моя маленькая, – отвечает он и целует меня. Нежно касается губами и легонько водит ими по моим, погружая меня в состояние эйфории. Потом трется кончиком холодного носа о мой. – Ледяной. – Только с улицы, – отзывается мой муж и переводит взгляд на нашего сына, спящего рядом со мной. Антошка раскинул руки в стороны и раскрылся. Сложил свои пухлые губы трубочкой и беззаботно сопит, периодически причмокивая во сне. – Мне уже пора переживать, что мое место рядом с тобой заняли? – с улыбкой шепчет Гордей. – Твое место никто никогда не займет, – отвечаю и глажу его висок с проседью. – Папа! – слышим мы восторженное от входа в комнату. Гордей не успевает толком выпрямиться, как Мия виснет на его ноге. – Моя проказница, – смеется Гордей и, подхватив ее на руки, звонко целует в пухлую щечку. – А что ты мне привез? – спрашивает она, заменяя “р” на “л”. – Пр-р-ривез, – напоминаю дочке. – Пливез, – кивает она с уверенностью, что сказала правильно. – Ты почему не спишь? – Жду подарок, – говорит Мия таким тоном, будто поясняет отцу элементарные вещи. – Идем. – Гордей оборачивается ко мне. – А где Ева? – Поехала с Тимуром покататься. – Ох, я этому Тимуру… – недовольно кривится Гордей. – Перестань, он нормальный парень, – отзываюсь и, сев на кровати, обкладываю сына подушками, чтобы не слетел во сне. – Цветы ей возит. – А тебе никто цветы не возит, пока я занимаюсь расширением бизнеса? – притворно хмурится мой муж. – Да возит тут один, – отзываюсь, подходя ближе. Лицо Гордея становится каменным. – Какой еще один? – произносит стальным тоном. – Вот вчера прислал букет роскошных зеленых роз. Вижу, как черты лица мужа расслабляются, а на лице появляется лукавая улыбка. – Ты дошутишься, Александра. – С радостью приму наказание, – шепчу ему на ухо, а потом отстраняюсь. Но нам недолго удается строить друг другу глазки, потому что Мия своей пухлой ладошкой легонько отталкивает мое лицо от мужа. – Это мой папа! – хмурится дочка. – Твой папа и мой муж, – напоминаю ей. – Не люби его, – строго говорит она. – Я буду сама любить. Усмехнувшись, мы идем на выходи из нашей с Гордеем спальни. Он терпеливо напоминает дочери о роли каждого в нашей семье, и что если бы меня с ним не было, самой Мии тоже не быо бы. Она, как всегда, завороженно слушает папу, глядя на него влюбленными глазами. Как и я. Каждый день заново влюбляюсь в своего мужа. И каждый день удивляюсь тому, какой он. Жесткий бизнесмен, немного угрюмый, чаще всего молчаливый, иногда даже грубоватый. Но в семье он совсем другой. Нежный, ласковый, внимательный, отзывчивый. Наша старшая дочь так сильно его любит, что ни дня не может без него прожить. Даже когда Гордей вот так уезжает в свойфилиал гостиничного комплекса в соседней области, она каждый день просит позвонить ему, чтобы он прочитал ей сказку. В нашей семье уже стала притчей история, как Гордей собирался в первую такую командировку. Мия тогда принесла свою книгу со сказками и положила в его папку с документами. Мы этого не заметили. Зато заметили все на совещании, когда он открыл эту папку. Гордей тогда позвонил вечером и спросил дочку, зачем она это сделала. Мия ответила коротко и ясно: – А какие сказки ты будешь мне читать перед сном? С тех пор Гордей возит с собой книгу со сказками, и мы созваниваемся, чтобы он читал ей. Он трогательный отец ддля своих детей, включая Еву. Ей уже двадцать один, но он до сих пор опекает дочку и контролирует, кто за ней ухаживает. Ева съехала от нас сразу после нашего с Гордеем свадебного путешествия. Заняла ту квартиру, в которой жила я, и пока не собирается оттуда съезжать. Но после рождения детей она довольно часто гостит у нас. Души не чает в своих младших. Антошу зацеловывает, а он хохочет до икоты. А Мию учит быть девочкой и папиной дочкой. Хотя, мне кажется, для моей дочери, как и для Евы, это вполне естественно, ведь их папа их балует и обожает. Мы спускаемся вниз, и Гордей спускает Мию с рук. Она сразу бежит к кожаной дорожной сумке мужа, зная, что там ее будет ожидать подарок. Из каждой поездки он что-нибудь привозит нашей дочери. Даже какую-то мелочевку, но никогда об этом не забывает. Меня он тоже балует. В основном украшениями или интимными игрушками. С некоторых пор это стало его любимой забавой. Гордей говорит, что такие игрушки – его лучшие друзья в нашей постели. Потому что помогают довести меня до исступления. Я всегда говорю, что для этого ему не нужны дополнительные девайсы, но муж непреклонен. Он каждый раз изобретает что-то новое, чтобы я сходила с ума от нашего секса. Сев в кресло в гостиной, наблюдаю за тем, как Гордей передает Мие новый набор конструктора с куколкой-кондитером. Она пищит от восторга и хлопает в ладоши, а потом они вместе распаковывают конструктор и высыпают его детальки на коротком ворсе ковра между диваном и кофейным столиком. – Ты голоден? – спрашиваю мужа. Он поднимает на меня такой взгляд, от которого волоски на теле встают дыбом. – Чертовски, – тихо отвечает Гордей, и я понимаю, что говорит он не о еде. Но теперь нам удастся уединиться не раньше, чем уснет наша егоза Мия. Но мы оба не жалуемся. Потому что это и есть наша жизнь. Наше счастье, которое мы построили вместе. Уютный, большой дом, окруженный прекрасным садом, сейчас скрытым под пышными шапками снега. Мигающая в углу елка, которую мы разберем ближе к марту. Сопящий в нашей постели маленький сынок и растрепанная после сна дочурка, которая с жаждой познания и любовью смотрит в глаза отцу. Треск поленьев в камине и теплый плед на моих коленях. Но самое главное – любовь в сердцах каждого из нас. И как бы ни началась наша история… Как бы много всего мы не пережили… Мы сейчас там, где мечтает побывать каждый. В своей собственной сказке длинною в жизнь. Сказке, написанной нами.