Глава 24

Приезжаю в гольф-клуб неожиданно, даже для себя. Просто… Просто посмотреть, как там работают мои девочки. Да, именно так. Девчонки. Только одна моя дочь, а вторая… Со второй всё сложно. Нет, первые пару дней я думал, что меня просто переклинило. Шпагат был красивым. Да, да, уговаривал себя, что мне «зашёл» именно шпагат. А всё остальное – ну нет, девочка на самом деле красивая, что говорить. И, конечно, я, как нормальный самец сделал стойку. Ну, реально, увидел бы я её в другом месте? В клубе, в ресторане, на любом другом мероприятии, я бы так же её оценил не загоняясь по поводу возраста. Оценил бы, но движений каких-то в её сторону делать не стал бы, потому что действительно – не мой контингент такие вот молоденькие. Хотя… Может быть ради такой сосочки я бы и поступился принципами, хороша же, чего скрывать. Когда я стал соображать, что меня и через пару дней не отпускает – разозлился сам на себя. Это что же, седина в бороду? Хотя седины, слава предкам, у меня нет и в помине. Постарался минимизировать встречи. Завтракать стал раньше, ужинал в ресторанах в теплых компаниях. Ночевать иногда оставался в городе. У себя. К дамам своим тоже пару раз захаживал. И вроде бы с сексом всё было в порядке, как всегда, только… Твою ж мать, когда, трахая Алёнушку представил, что подо мной не она, а милый маленький кролик по имени Ева… Бл*дь! Кончил мгновенно до звезд в глазах, и сам на себя дико разозлился. Извращенец хренов. Урод. Нельзя так! Нельзя! Но… пи*дец как сладко! Алёнушка, дура безмозглая, всё на свой счет приняла, сразу стала просить какую-то поездку её оплатить, и денег подкинуть. Всё сделал молча. Но из списка своего вычеркнул. На хер мне такое счастье не упало. К Микаэле ехал уже с опаской. Правда утешал себя. Это экзотика, смуглая брюнеточка, пышногрудая, с рабочим ротиком. Кабздец! Опять двадцать пять! Одна мысль, что вокруг моего члена ротик невинной маленькой Евы и всё… Спустил так быстро, что Мики даже возбудиться не успела. Правда, эта повела себя мудрее, на свой счет не приняла, ничего не просила, поэтому я с ней отношения рвать не стал. Но тенденция мне охренеть как не понравилась. Что за нах? Это реально я превращаюсь в какого-то маньяка? Это ты, Адам, еще не знал, что такое маньячить! Узнал, когда утром проснулся позже обычного и увидел представление в бассейне. Бл*дь, какая же она… Эти ноги от ушей! Шпагат! Ева вылезла из воды, обернула тело полотенцем и… посмотрела прямо на мои окна. Что? Серьёзно? Хорошо, что я знал – меня не видно. Специальное тонированное стекло скрывало мой силуэт от тех, кто смотрел снаружи. Но, твою ж мать, она что же, хотела, чтобы я увидел? Или что? В самый первый день я почувствовал её интерес. Легко. Как она краснела, бледнела. Даже то, что она – пловчиха – чуть не утонула случайно в воду упав! И потом, когда я нёс её в дом, дрожала как лист осиновый, но при этом, готов поклясться, мокрая была не от воды ни разу. Она тоже сделала на меня стойку. Вот только её это дико пугало. Поэтому и старалась держаться от меня подальше. Дичилась. И сейчас так же дичится. Продолжает краснеть как маков цвет. Думал, что всё-таки смогу справиться, несколько дней и – вон из головы милая маленькая Ева! Хрена с два. Ладно. В принципе, пока я вижу её редко это вполне терпимо. Может, нужно чуть больше времени. Надо просто чаще говорить себе, что Ева – подруга дочери, маленькая, глупая девчонка. Наивная. Зачем мне такая? Что я с ней буду делать? Даже если бы я её разок оттрахал хорошенько, дальше что? У меня всё пройдет, а у неё? Такие как она – долбанные максималистки. У них же сразу в башке любовь и розовые пони. А это точно не ко мне. Когда Бог раздавал способность любить я, видимо, стоял в очереди за цинизмом. Малышка Ева быстро сбегает. Дочь жалуется, что работа отнимает всё время. – Пап, ну, реал! Я рассчитывала, что мы с Евой будем гулять, ездить на пляж, загорать, шопится… вместо этого сидим тут, киснем! – Дочь, мы договаривались. И потом, у вас есть выходные – гуляйте! – Ну, пап! – Ясмина, у нас с тобой был уговор. И потом – вы же должны в институте практику проходить? Вот, считай проходите! – Да уж, отличная практика, грязное белье считать! Еще и эти мажоры. Так, а вот это в мои планы не входило. – С этого места подробнее. – Ну… помнишь, ты их тогда шуганул? Они сначала нас не трогали. Но вот… вчера один к Еве пристал. – И? – Мы его отшили. Но было неприятно. – Ясно. Как только они появятся, вызывай охрану. Пусть ведут их в мой кабинет. – Хорошо, папочка. А ты… ты сейчас играть пойдешь, да? – Пока не уверен, пройдусь, посмотрю, что и как. – Увидимся? Может, поужинаем вместе? – Конечно, малышка, всё, что хочешь! Обнимаю мою радость, целую в щёку. Всё-таки хорошо, что она у меня есть. Единственное, что сделала правильно её мамаша – отказалась от аборта. Иду по коридорам, знаю, что Ева ушла в подсобки, мне там делать нечего, но почему-то, мать твою, тянет именно туда. Приближаюсь к нужной двери и слышу сдавленный стон. Что за?