Глава 7

Валентина пятится назад и качает головой.

— Простите, я ничем не могу помочь.

Бросив одеяло, делаю рывок и оказываюсь возле женщины. Хватаю ее за руки, которые она тут же выдергивает из моей хватки.

— Пожалуйста, умоляю, — прошу со слезами на глазах. Он ведь убьет меня! Или изнасилует! Неужели вам меня не жалко?!

— Аля, мне нужно… нужно идти.

Она резко разворачивается и буквально выскакивает за дверь. А я остаюсь стоять голая посреди комнаты. Прячу лицо в ладонях и опять плачу.

Развернувшись, оседаю на кровать и… кричу. Громко. Словно раненное животное. Во мне поднимается злость, замешанная на предательстве и непонимании ситуации. Я не знаю, что будет со мной дальше. Не знаю, на что способен этот Лев. И не знаю, как долго я должна буду пробыть здесь. А еще непонятно, смогу ли вообще выбраться отсюда живой.

Эта Валентина мне не помощница, я уже поняла. Так что надо самой искать выходы.

В голове раздается звоночек, когда я вспоминаю слова Валентины о том, что завтрак ждет меня в гостиной. То есть, я могу перемещаться по дому? Свободно?

Вытерев слезы, хватаю чехол с одеждой и тороплюсь в ванную, чтобы привести себя в порядок. Когда достаю вещи из чехла, щеки покрываются румянцем. Здесь нет нижнего белья. Ни моего, ни нового. Обыскиваю комнату в поисках своей вчерашней одежды, но ее нет.

Это он специально, да? Чтобы в очередной раз унизить меня.

Вспоминаю, как он накануне довел меня до оргазма, и мышцы живота сжимаются. Чуть ниже пупка зарождается какой-то жар. Мне не хочется испытывать эти ощущения, но и контролировать их я не могу.

— Чертов Лев, — рычу и судорожно втягиваю в себя воздух.

Надеваю широкие легкие брюки цвета слоновой кости и белую блузку без рукавов. Смотрю на себя в зеркало и мне кажется, будто каждый, кто будет видеть меня в этом, сможет рассмотреть мои соски. Это отвратительно!

Расчесав волосы найденной в ванной расческой, откидываю локоны за спину и иду на выход из спальни. Прежде, чем добраться до столовой, сначала хочу обследовать второй этаж. Возможно, я найду здесь выход на свободу.

Но моим планам не суждено сбыться, потому что под дверью меня ждет один из громил Льва.

— Доброе утро, Аля. Пойдемте, я покажу вам столовую.

Мысленно чертыхнувшись, разворачиваюсь лицом к лестнице. Головорез Льва следует за мной по пятам. Ковролин скрывает звук наших шагов, но я чувствую его присутствие, от которого ежусь.

Спускаюсь вниз по огромной лестнице, проходя мимо которой Валентина замирает. Бросает на меня взгляд, а потом хмурится.

— Вам обувь нужна, — говорит она и скрывается в правом коридоре.

Охранник провожает меня вниз. Мы огибаем главную лестницу, оказываясь в просторной гостиной. Слева столовая зона, и там за круглым столом со стеклянной столешницей уже сидит Лев. Он что-то читает на планшете, попивая кофе.

Услышав шаги охранника, хозяин дома поднимает голову и окидывает меня взглядом с головы до пят. Склоняет голову набок и рассматривает так внимательно, что мне становится неуютно. Насквозь прошивающий взгляд задерживается на вершинках сосков, которые сжимаются еще сильнее, грозя прорвать деликатную ткань блузки.

— Доброе утро, Аля, — приветствует меня Лев, а я стреляю в него яростным взглядом. Он усмехается на мою реакцию. — Почему ты босиком?

— Я еще и без трусов, — бросаю раздраженно. — Потому что, видимо, ты посчитал, что так мне будет комфортно.

— О, мы уже на “ты”, - ухмыляется и откидывается в кресле. — Мне нравится.

Я не хочу его рассматривать, но взгляд сам блуждает по свободной черной футболке и домашним брюкам. Хозяин дома обут в мягкие мокасины. Видимо, только мне оказали “честь” ходить босиком по этому особняку.

— Присаживайся и позавтракай, — он кивает на место напротив.

Как только я устраиваюсь за столом, передо мной ставят тарелку, на которой лежат горячая яичница с овощами, рыбой и парой кусочков цельнозерновых тостов. Хочется съязвить по поводу того, что человек с нездоровыми увлечениями питается слишком здоровой пищей, но я прикусываю язык.

Беру вилку и приступаю к завтраку. Чувствую на себе прожигающий взгляд Льва, но сама на него не смотрю. Не хочу его видеть. В идеале я бы вообще хотела не находиться в этом доме. Но кто ж меня отпустит?

— Лев Романович, — тихо произносит Валентина. — Вам подать фрукты?

— В кабинет, — коротко отвечает он, и женщина скрывается из виду.

— Как самочувствие, Аля?

— Ужасное, — рявкаю, впиваясь в его лицо взглядом. — Просто отвратительное!

Лев смеется.

— Никогда еще не видел женщину после секса столь разъяренной.

— У нас не было секса! — выпаливаю, а потом резко заливаюсь румянцем, потому что в столовой опять показывается Валентина.

— А как бы ты назвала то, что было? — совершенно не смущаясь своей прислуги, спрашивает Лев. Я смотрю на него, выпучив от ужаса глаза. Он правда спрашивает такое в присутствии посторонних?! — Мастурбация?

— О, господи, — выдыхаю шепотом.

Низко опускаю голову, прикрываясь завесой из волос.

— Если так, то я сожалею, что секса не было. Но этого недолго ждать.

На этих словах он возвращается к планшету. А я, дождавшись, пока Валентина покинет столовую, поднимаю голову и рассматриваю хозяина дома.

Он красивый мужчина. Очень привлекательный. Если отбросить его чудовищный характер и неандертальские замашки, он мог бы быть даже обаятельным. Несмотря на шрам на щеке, который его совсем не портит.

— Рассмотрела? — спрашивает Лев, не поднимая взгляда. Я же свой быстро отвожу. — Тогда слушай правила. Из дома можно выходить, гулять по территории, отдыхать в саду, купаться в бассейне. За территорию ты не выйдешь, так что даже не пытайся. — Лев поднимается со своего места, и наши взгляды сталкиваются. — Вечером жди меня. Сделаем наконец то, ради чего ты попала в этот дом.

Я с ужасом смотрю на то, как мужчина удаляется из столовой, прихватив с собой чашку с кофе. Теперь весь день буду, как на иголках, в ожидании, когда же хозяин этого дома придет, чтобы взять то, ради чего привез меня в свой особняк.