Глава 7

Яна

Отдавая мне выписку, врач ободряюще улыбалась. А в глазах её так и читалось, мол, дурочка ты, радуйся, что не нужно будет подгузники менять. Всё ещё сто раз успеешь.

И мне бы, дурочке, радоваться, да только не получалось. На сердце лежал камень, на душе скребли кошки.

Карим хотел, чтобы к его приезду я приготовила баранину. Делать в больнице было нечего, и я накидала в корзину не только мясо, но и всё, что могло бы ему понравиться. Сыр, фрукты, специи и, конечно, сладкое. Только пока тащилась в метро, поняла, что ничего не будет. Не смогу я ему врать. Да и зачем? Нас связывал только ребёнок, но ребёнка больше нет.

Вернувшись в квартиру, собрала вещи. Их оказалось меньше, чем я думала: одна сумка, только и всего. Карим должен был вернуться завтра, и я оставила в холодильнике ужин. Представила его – сильного и уставшего после поездки, и не смогла уйти просто так.

Садясь в такси, сжимала в руке лямку сумки. Ключ бросила в почтовый ящик, чтобы даже причин для встречи не осталось.

Водитель такси назвал адрес и улыбнулся.

– Это же общежитие?

– Да, а что? – ответила, насторожившись.

– У меня там друг живёт. Я знаю, где это.

Зашибись. Надо было, наверное, в ладоши от радости похлопать. Я отвернулась к окну, не собираясь продолжать разговор. Положила руку на живот и проводила взглядом подъезд дома, вернуться в который мне было уже не суждено. Внутренняя пустота затягивала, а мне ещё предстоял разговор с Лариской. А может, и нет. Кто она, в конце-то концов, такая, чтобы я что-то ей объясняла.

– Никто, – шепнула и повторила одними губами по слогам: – Ник-то.

Только это относилось уже не к соседке по комнате, а ко мне самой. Ответ на вопрос, кто я Кариму. Никто.

***

К моему великому счастью, Лариски, когда я приехала, в комнате не было. Появилась она спустя час, но я хотя бы успела распихать по местам вещи и в полном одиночестве намотать сопли на кулак.

– Господи, ты меня напугала! – Она картинно схватилась за сердце, увидев меня.

Я не отреагировала. Перелистнула конспект и продолжила читать. Завтрашний день обещал быть сложным во всех отношениях, да и разговаривать не хотелось.

Лариса разделась и присела на свою постель. Я поняла вдруг, что наша комната больше походит на больничную палату, чем на место, где можно жить. Между кроватями метра полтора, не больше, из мебели – один на двоих шкаф, две тумбочки и косой стол. После квартиры Карима, уюта спальни и кухни, где я была абсолютной хозяйкой, всё это было невыносимо.

– Что, поругалась? – с пониманием спросила Ларка.

Я подняла глаза от тетради.

– С кем?

Соседка пожала плечами.

– С тем, у кого жила всё это время. Только не ври, Ян, что номер в отеле снимала или ночевала на работе. Что это за парень? Или… – Она так и впилась в меня взглядом. – Он женат, да? Ты поэтому говорить не хочешь?

– А можно просто не говорить? – Я закрыла тетрадь и со злостью отодвинула подальше. – Я просто могу не говорить, Лар?! Или мне перед тобой отчитаться надо?! Хватит лезть ко мне! Хватит, пожалуйста! Я не хочу ничего тебе говорить и рассказывать не хочу! Я тебе про беременность рассказала уже! Всё! Оставь меня в покое!

Глаза жгло слезами, а я не могла остановиться. Грудь рвало от рыданий, душу выворачивало. Ларка смотрела, вытаращив глаза, а мне хотелось заорать. Она и не подозревала, как сильно надо было мне поделиться всем, что случилось, только было не с кем. Разве что с мамой, но нас разделяли километры.

Я встала и ушла в ванную. Включила воду и, присев на проржавевший бортик, потихоньку заплакала. Вкус губ Карима стал горько-сладким. Я прижала ко рту кончики пальцев и вернулась в вечер, когда он поцеловал меня. Холодный и горячий, как и положено вечеру поздней осени. По привычке дотронулась до живота. Наверное, так и правда лучше. Никаких трудностей, никаких проблем. Продолжу учёбу, получу диплом и устроюсь на хорошее место. Думать забуду, что когда-то Карим был в моей жизни, а он забудет про меня. У него взрослая дочь, красавица жена, а я…

– Ян… – В дверь ванной громко постучала Ларка. – У тебя телефон звонит. Ответь уже. Бесит, блин.

Я вытерла слёзы и открыла дверь. Лариска смерила меня взглядом и всучила мобильный.

– Хватит реветь.

– Без тебя разберусь, – огрызнулась и заперлась снова.

На дисплее висело три пропущенных. Все от Карима. Сев на бортик, я уставилась на телефон. Ждала, что Карим позвонит ещё раз или, может быть, напишет, но телефон молчал. Вытерла глаза. Ничего ведь не случилось, моя жизнь всего лишь вернулась на круги своя.

«Я в клуб собираюсь сегодня с Юлькой, – высветилось сообщение от Алии. – Ты пойдёшь или опять сольёшься?»

Ни «привет», ни «как дела». Алия чувствовала, что что-то не так, но понятия не имела, насколько всё серьёзно. Набрала её.

– Ну, – сказала она нетерпеливо.

– Я твоё сообщение получила.

– И что? Скажешь, что у тебя дела или что?

Я вздохнула. На коленке откуда-то появился синяк, я уставилась на него.

– Хватит, Аль.

– А может, это тебе хватит, Ян? Всё, я всё поняла.

– И что ты поняла?

– Да ничего, – процедила она.

– Если «ничего», что ты бесишься тогда?

– Я не бешусь. Просто не хочу тратить время.

– Отлично! То есть теперь ты тратишь на меня время? Это, называется, лучшая подруга?

– А я не знаю, как это называется. Ты третий день трубку не берёшь, а твои сообщения… Ты их сама перечитай, Ян. В общем, ладно. Ты с нами или как?

– Не сегодня.

– Понятно, – сказала она и, сухо попрощавшись, повесила трубку.

Ничего ей не было понятно. Ничегошеньки! Мне и самой понятно уже ничего не было. И всё-таки я заставила себя собраться и вернулась в комнату. Завтра у нас были важные пары, и пропустить их я не могла. И так провела три дня в больнице, но пора возвращаться на землю. Во всех отношениях.

– Кто такой Карим? – в лоб спросила Ларка. – Ты у него была?

– Откуда ты знаешь про Карима?

– Не слепая. Сколько ему лет? Он же тебя намного старше, Ян. Кто он?

– Это тебя не касается.

Посмотрела на Ларку и забралась под одеяло.

Это её не касается. И вообще никого не касается, даже меня. У него дочь, жена, семья, а я… Я всего лишь его подарок. Только зачем ему этот подарок без ребёнка? Без ребёнка я для него обычная девка. Или подруга его дочери.

Что хуже – ещё вопрос.

Яна

Утром в институт я шла, как на каторгу. Помимо прочего, нужно было предоставить документы из больницы, чтобы оправдать пропуск, и я уже представляла, как на меня посмотрят. А вообще, какая разница? Кому какое дело?

Подходя, увидела Алию и остановилась. Подруга была не одна. Стоя возле лысых кустов, она разговаривала с Владом, и, судя по улыбке, была довольна его компанией. Влад дотронулся до её бедра, провёл ниже и опустил руку на пятую точку подруги. Её улыбка стала смущённой, но остановить Влада она и не подумала.

Меня тошнило от одного его вида, а то, что делала Алия… Да у меня в голове не укладывалось, как она может терпеть его прикосновения после всего, что я ей рассказала! Решительно подошла к ним.

– Привет. – Посмотрела вначале на Алию, потом на сдавшую меня в притон скотину.

Улыбка Влада померкла. Ещё недавно он приходил с цветами, а теперь смотрел на меня с досадой, как на помеху.

– Я позвоню тебе, Аль, – обратился он к Алие. – Ближе к вечеру, хорошо?

– Да. Буду ждать.

Влад ещё раз глянул на меня и пошёл к дороге. Меня передёрнуло от его взгляда, от запаха. Посмотрела на Алию в недоумении.

– Ты что делаешь? Я же тебе рассказала, что случилось. Аль…

– Рассказала? – переспросила она вдруг со злостью. – А я вот не уверена, что ты мне правду рассказала, Ян. Версии расходятся. Влад мне тоже много чего интересного рассказал. И кому верить я, честно говоря, не знаю.

– Не знаешь? То есть… – Я помотала головой.

Подруга прожигала меня взглядом, и к горлу подкатила тошнота. Только беременность была уже ни при чём. Я просто онемела. Алия молчала, я тоже, только внезапно пошедший снег падал огромными мокрыми хлопьями.

– Я твоя лучшая подруга, – прошептала я.

– Лучшая подруга? Что ты беременна, Ян, я узнала чёрт пойми от кого. Где ты была эти дни? – Взгляд её стал ещё пристальнее и жёстче. Мне стало ясно, что и про то, что меня не было в общаге, она тоже знает. И знает давно.

Я промолчала. Уголок губ Алии дрогнул, и она стала ещё больше похожа на отца. Теперь головой покачала она.

– Я вот уже не уверена, что ты моя лучшая подруга, Ян. И что про Влада ты мне правду сказала, тоже не уверена.

Она пошла к корпусу. Я догнала её и схватила за рукав куртки.

– Аль…

– Не надо, Ян. Ничего больше не говори, ладно? Не знаю, чего ты хотела добиться, но с меня хватит. Лучшая подруга для меня всё равно что сестра. А ты… – Она опять покачала головой и, высвободив руку, быстро отошла от меня.

Я стояла посреди дорожки и смотрела ей вслед. Меня огибали студенты, но сил сдвинуться с места не было. Ближе Алии мне была разве что мама. А теперь… Теперь только мама и осталась. Что будет, если подруга узнает про Карима, я не представляла. Сглотнула и растёрла пальцы, но это не помогло – руки оставались холодными.

– Ты что встала? – бросил здоровенный парень, покосившись. – Давай уже или туда, или обратно.

Он ушёл, а я всё стояла. Снег падал на лицо и таял, и я сама не понимала, что это за капли бегут по щекам. То ли вода, то ли слёзы. Хотя какая разница? Может, и лучше, если мы больше не будем подругами? Только как быть с Владом?

«Я не врала про Влада, – написала Алие. – Он двуличная сволочь, Аль. Пожалуйста, не связывайся с ним».

«Иди к чёрту», – пришло буквально через секунду.

Я набрала ещё одно сообщение и попыталась отправить, но не смогла. Подруга добавила мой номер в чёрный список.

***

Остаток недели прошёл, как в тумане. Алия со мной не разговаривала, Карим молчал. Я терялась в догадках, вернулся он или нет. Вряд ли он разрешил бы мне уйти без объяснений. Не тот это мужчина, который станет терпеть непослушание, тем более от девчонки вроде меня.

Телефон молчал все выходные. Понедельник, вторник… С каждым днём я, к своему стыду и страху, скучала всё сильнее. И беспокоилась. Почему Карим не сказал, что задержится? Может, что-то случилось? Единственным человеком, которого я могла спросить хотя бы вскользь, была Алия. Но подруга держалась отстранённо, делала вид, что меня нет. В среду я переборола гордость и подошла к ней сама. Она стояла у кофейного аппарата и ждала, пока сварится кофе.

– Привет, – поздоровалась, зная, что Алия и так заметила меня.

Она смерила меня колючим взглядом и забрала чашку.

– Может, хватит, Аль?

– Что тебе нужно? – спросила она грубо.

Самое неприятное, что мне от неё действительно кое-что было нужно: узнать, где Карим, всё ли с ним в порядке. Как бы сильно ни хотела я помириться с Алиёй, прошедшие дни только убедили меня – ни к чему это.

– Да ничего, – соврала, глядя ей в глаза. – Мне не всё равно, как ты. Как у тебя дела, как дома?

Она осмотрела меня с головы до ног. Отпила кофе. Молчание нарушалось звуком множества голосов, туда-сюда ходили студенты, а Алия так ничего и не говорила. Выглядела она хорошо, ни намёка на то, что у неё неприятности, и это успокаивало.

– Всё в порядке, Яна, – ответила она наконец холодно. – Спасибо.

На этом наш разговор закончился. Алия ушла, и мне не осталось ничего, кроме как, взяв вещи, одеться. Выйдя из института, я увидела подругу в компании Влада. Улыбнувшись ему, она приподнялась на носочки и быстро поцеловала его. Игриво улыбнулась и склонила голову набок.

Я готова была подойти, дёрнуть её за дурацкий дизайнерский шарфик и закричать, что она дура, что Влад только с виду весь такой парень с обложки.

Алия вдруг обернулась, как будто знала, что я смотрю на неё. Пару секунд смотрела в упор, с вызовом, потом взяла Влада за руку и показала в сторону. Когда они ушли, я поплелась к остановке. И как предупредить её? Рассказать Кариму?

Я быстро отогнала эту мысль.

– Не лезь, – сказала тихо и поднесла к губам руки. Подышала на них, пытаясь согреть. Только не получалось. Будь рядом Карим, он бы спрятал мои пальцы в своей большой тёплой руке, но Карима нет и уже не будет.

***

Ларисы в комнате не было. Наверняка на работе. Мне тоже пора было устроиться в кафе или паб, как раньше. Главное, чтобы Карим не исполнил обещание, и меня оттуда не выгнали после первой же смены.

– Да хватит о нём, – со злостью сказала сама себе и набрала номер менеджера ближайшей предлагающей работу кофейни.

Нужна я ему теперь! Гудки тянулись долго и кончились ничем. Хотелось есть, и я с тоской подумала о лежащей в морозилке куриной грудке. Но на кухне в это время всегда было много народа.

В дверь вдруг постучали. Да так, что я вздрогнула. Стук повторился – долбили однозначно кулаком.

Я отперла, и меня едва не прихлопнуло. Дверь ударилась о стену, а в комнату вошёл Карим.

– Какого хрена ты уехала из квартиры? – спросил он, пригвоздив меня взглядом. – Какого, блядь, хрена, я тебя спрашиваю?!