Глава 11

Виктор…

Что же я творю, идиот чёртов?

Сам же себе могилу рою!

Зачем я вообще согласился на предложение Маришки о практике? Зачем сам сказал Лиле, что не шутил?

Да придурок! Совсем мозг поплыл под старость лет.

Приехав в контору думал работой заняться, но нет. Все мысли только о ней. Только об этой пигалице.

Чем же она меня, чёрт подери, так зацепила?

Клинит по ней.

— Виктор Николаевич, вот документы, которые вы просили, — говорит моя секретарша, входя в кабинет.

— Давайте сюда, — киваю, и протягиваю руку.

Стопка бумаг должна занять меня до самого вечера. Плюс ко всему на два часа назначена встреча с клиентом, так что работа точно приведёт меня в чувство. Но едва часы бьют час дня, я понимаю, что задыхаюсь.

Мысли о Лиле не дают покоя. Даже сосредоточиться не получается никак.

Плюнув на всё решаю проветриться и покинув кабинет, забираюсь в тачку.

Еду по городу, вдыхая загазованный воздух через открытое окно.

Чёрт, может домой рвануть и принять холодный душ? Потому что мысли о бессонной ночи оборачиваются стояком.

Зашибись просто.

Сигнал светофора. Останавливаюсь.

Замечаю, как вдоль дороги идёт знакомая фигурка.

— Что она здесь делает?

Снова зелёный, и я, чуть приблизившись к Лиле, сигналю, но она не обращает никакого внимания. Глубоко погрузившись в свои мысли, она идёт по тротуару опустив голову.

Чуть проехав вперёд, останавливаю машину.

— Лиля! — зову, и она замирает.

Какого чёрта с ней происходит?

Выбравшись из салона подхожу к ней и заглядываю в глаза.

Плакала.

Злость пробирает.

На самого себя же и пробирает.

— Что случилось? — спрашиваю.

Бледная, на нижней губе размазана кровь…

— Кто это сделал с тобой? — спрашиваю, и сам не узнаю свой голос. — Говори!

— Виктор Николаевич, — выдыхает, и её накрывает.

Слёзы из глаз, плач сотрясают её тело. Закрывает лицо руками.

— Ну же, малышка, — шепчу, и прижимаю её к себе. — Успокойся, — говорю я.

Цепляется за меня, уткнувшись лицом в моё плечо. Всхлипывает.

— Что случилось? Расскажи мне.

Качает головой.

— Ладно, садись в машину, — говорю, и открываю для неё пассажирскую дверь.

Вынув телефон из кармана, звоню в офис.

— Слушаю, Виктор Николаевич, — говорит секретарша.

— Светлана, перенесите встречу с клиентом на вечер. У меня появились неотложные дела.

— Хорошо, сейчас всё сделаю, — говорит она и отключается.

Заебись. Я уже и встречи переношу.

Везу Лилю в ближайшее кафе и отправляю в уборную. Некоторое время она проводит там, а потом выходит и усаживается за столик.

— Спасибо, Виктор Николаевич, — говорит, отводя взгляд.

— Полегчало? — спрашиваю у неё и пододвигаю меню.

— Да, всё в порядке.

— Ты же не обедала? — спрашиваю я. — Давай перекусим.

Бросив на меня странный взгляд, Лиля закусила губу и принялась листать меню.

Когда заказ был сделан, я смотрю девушке в глаза и у меня возникает рой вопросов.

— Может теперь расскажешь, что у тебя случилось? И почему ты шла по улице с кровью на лице.

А ведь это была не её кровь.

— Просто… — хмурится, — просто приставал ко мне один, вот я его и укусила, — говорит Лиля, бросая на меня взволнованный взгляд.

— Приставал? Прямо в институте?

Кивает, а у меня злость накатывает ещё сильнее. Совсем разума лишает.

— Так он целоваться к тебе лез, получается? — вопрос вырывается сам, но я жду ответ, сцепив челюсть, чтобы не выматериться вслух.

— Да, — кивает и отводит взгляд.

— А почему он вообще решился на такое? — хмурюсь я. Потому что умом понимаю, что даже для подростка такое поведение было бы очень глупым, а здесь вполне уже взрослые люди.

— Он не понимает слова «нет»! Думал, что всё как раньше, но как раньше уже не будет. Сам виноват, — говорит Лиля и делает глоток воды.

— Бывший? — спрашиваю, щурясь.

— Да, — кивает она.

— А почему расстались? — продолжаю допытываться я.

Смотрит на меня, а взгляд молнии метает. Злится, малышка.

— А он решил переспать с одной шлюхой, вот и расстались! — заявляет Лиля.

— Вот оно что, — хмыкаю я. — Выходит, что ты приревновала, поэтому и решила ему отомстить, отправившись в клуб той ночью, верно?

— Да, всё верно! — заявляет с вызовом. — А что, нельзя было?

— Ну почему же, «нельзя»? Это дело сугубо личное, — говорю, тоже отпивая воду из стакана. — Хотела отомстить ему и забыть?

— Да, хотела, — говорит уже не так воинственно.

— И как, получилось? — интересуюсь я.

Замирает, уставившись в мои глаза.

— П-получилось, — кивает.

Щёки Лилии тут же охватывает румянец.

Нам приносят заказ, и мы начинаем есть молча.

Я чувствую короткие взгляды Лили, но не обращаю внимание. Пусть думает, что я ничего не замечаю.

Её молчания хватает ненадолго.

— Почему вы делаете это? — спрашивает она, откладывая вилку.

— Что именно?

— Ну, остановились на улице, привезли меня сюда? — говорит, взмахнув руками.

— А что в этом такого? — усмехаюсь. — Ты подруга моей дочери, — говорю чуть с нажимом. — А я как раз ехал пообедать.

Смотрит на меня пристально. В глазах ярость.

— Ты же понимаешь, что то, что было, этого больше не повторится, верно? — спрашиваю, сканируя её взглядом.

Насупилась как ёжик.

— Думаете, что буду вешаться на вас каждый раз, как увижу? — говорит со злостью.

— Надеюсь, что до этого не дойдёт, — усмехаюсь.

— Вот и правильно, — кивает. — Главное, вы сами больше не забывайте об этом, хорошо? — говорит с издёвкой. — А то этой ночью в машине вы оказывали мне очень доходчивые знаки внимания.

Острая на язычок. Нравится.

— Только в машине? — усмехаюсь я.

Щёки наливаются краской, венка на шее забилась как бешеная. Волнуется, малышка.

— Вот поэтому и говорю, чтобы сами не забылись. Марина — моя подруга, и я не знаю теперь, как в глаза ей смотреть.

— А разве ты сделала что-то плохое?

— Что?

— Я имею в виду, что между вами с Мариной ничего не изменилось. Вы всё так же дружите, но теперь у тебя от неё появилась маленькая тайна. Это нормально иметь тайны даже от близких людей. Просто у тебя она немного нестандартная, только и всего.

— А как вы относитесь к ТАКОЙ тайне? — выделяет слово интонацией.

— Замечательно отношусь, — говорю, глядя в её глаза. — Потому что у меня от дочери тоже появилась маленькая тайна.

Злится. Губы поджимает.

Хорошо, что этот разговор у нас всё же состоялся. Теперь переживать не придётся.

— Выходит, у нас с вами общая тайна, верно? — спрашивает дрогнувшим голосом.

— Так бывает, — говорю я, продолжая есть.

— А знаете, это хорошо, что мы с вами всё выяснили и расставили все точки над «И». Потому что я переживала, что вы напридумываете там себе что-то и случайно проговоритесь. Но теперь я спокойна! — заявляет она.

Неужели я причинил ей боль?

Смотрю на малышку, и на себя злюсь.

Она ведь старается просто казаться сильной. Старается сделать вид, что её это не задело. Что просто мимолётно было и теперь она забыла всё.

Но не получается у неё. Вижу это, по голосу слышу, по глазам со стоявшими в них слезами…

— Хорошо, — киваю. — Я очень постараюсь держать себя в руках. И если ты не против, то и вид сделаю, что ничего не было.

Ох, как её завели эти слова. Прямо гневом пышет.

— Знаешь что? — вскакивает с места. — Да пошёл ты, ублюдок!

Лиля сбегает, а я смотрю ей вслед и взгляд отвести не могу. Не получается.

Как бы я не старался забыть эти две ночи, понимаю, что у меня ничего не выйдет.

Но я всё сделал правильно. Потому что так не должно быть. Потому что Лиля молодая и найдёт себе нормального парня, которому не захочет отомстить, трахнувшись в гостинице со случайным мужиком, а будет любима и счастлива.

Да, всё правильно.

Только какого хрена душа у меня теперь не на месте?