Глава 15

Виктор…

Видят Боги, я до последнего старался держать себя в руках, но, когда она склонилась над моим столом, просто сорвалось внутри меня что-то.

Один её запах заставляет все мои путаться.

Протянуть руку и коснуться её бедра кажется настолько правильно, что я даже на мгновенье прикрываю глаза, чтобы более ярко ощутить это прикосновение.

Замирает, дыхание её становится прерывистым.

Что же она со мной делает?

— Не стоит так склоняться передо мной, — говорю, и голос мой хрипит, царапая глотку. — Я ведь не железный.

Сглатывает и прикрывает глаза.

Медленно отстраняется, а я готов снова схватить её и на этот раз не отпускать.

Держи себя в руках, сатириазист чёртов. И член свой тем более.

Девчонка уже сама не рада, что здесь оказалась, чёрт побери, а у тебя все мысли только о сексе.

Стиснув зубы, кое-как беру себя в руки.

Смотрю на малышку, а ей, похоже, совсем тяжко.

Сквозь блузку вижу, как её соски затвердели. На щеках румянец, дыхание затруднено.

О, да, она тоже возбуждена.

— Лиля, просто дыши глубже, — говорю, потому что понимаю, что если я трахну её прямо здесь, она потом себе этого никогда не простит.

Но тут открывается дверь и в кабинет влетает Марина.

Щебечет что-то, а я не могу отвести взгляд от Лили.

Дочь хватает пластырь и обматывает им разрезанный осколками палец, а Лиля спешно покидает кабинет.

И только сейчас я могу прийти в себя окончательно.

Делаю судорожный вдох, и смотрю на дочь.

— И зачем ты её довёл? — интересуется Маришка.

— О чём это ты? — спрашиваю я, кивнув в знак благодарности.

— Она ж испугана так, словно ты убить её собирался!

— Не говори глупости, — отмахиваюсь, и только хочу поинтересоваться, зачем она пожаловала ко мне, как звучит мой мобильник.

— Вить, — слышу на том конце голос Кирилла. — Тут такое дело…

— Говори, — хмурюсь я.

— Слушанье по делу Фомина перенесли на неделю раньше.

— Что? Какого х… — замолкаю, взглянув на дочь.

Она вскидывает бровь и улыбается.

— Почему перенесли?

— Прокуратура потребовала. Они говорят, что нашли неопровержимые доказательства его вины, поэтому не хотят затягивать. У них, кажется, появился ещё один свидетель!

Вот же напасть.

— Все данные скинь мне на почту. Сейчас.

— Это конечно, — говорит тот. — Но у нас возникает проблема. Слушанье назначено на эту среду.

— Что?

— Да, на эту среду!

— Это не соблюдение сроков! — ярюсь я, полыхая праведным гневом.

— Знаю, но судья пошёл им на встречу, поэтому заседание не отменить.

Мысленно костерю и прокуроров, и судью. Думаю, что я мог упустить в этом расследовании? Но ничего не приходит на ум.

— Я просто уверен, что прокуратура сделала это специально, — говорит Кир.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, сам посуди. Они находят свидетеля и тут же переносят заседание. Разве не для того, чтобы мы не успели отработать всё качественно? Наверняка и свидетеля прятать от нас будут.

— Это бессмысленно, — говорю я. — Сам знаешь, что это не сработает.

— Это-то да, но, что если мы не успеем накопать по нему никакой информации? К тому же ты не вездесущ. И им известно, что у тебя назначено на этот день другое слушанье.

— Ты сам будешь защищать клиента, — говорю я.

— Что? Но…

— Кир, это плёвое дело, к тому же ты прекрасно знаешь, что Яковлев изменял супруге. У тебя все доказательства на руках. Ты просто должен добиться соблюдения условий брачного соглашения и всё! Что тут сложного?

— Ладно, надеюсь, я справлюсь.

— Конечно справишься, — говорю я. — А теперь всё, мне пора работать.

Отключившись, смотрю на Марину.

— Пап, если тебе нужна будет помощь, Лилю возьми. Она отлично знает юриспруденцию. Точно лишней не будет. К тому же она у тебя практику проходит.

Хм, интересная идея. К тому же побывать на судебном заседании в зале суда, более того, погрузиться в расследование, это лучше, чем бумажки перебирать. Опыту наберётся.

Вот только…

— Ладно, я подумаю над этим, — говорю, глядя на дочь. — Ты чего пришла-то? Случилось что?

— Нет, просто хотела посмотреть, как Лиля тут справляется в свой первый рабочий день.

— Отлично справляется, — говорю, стараясь не поджать губы от воспоминаний.

— Ладно. Тогда я побегу. Не буду тебе мешать.

— Хорошо, — киваю. — Меня не жди. Я только за вещами заеду и сразу в аэропорт.

— Хорошо, пап, — говорит и махнув рукой, упархивает из кабинета.

Открываю почту и вникаю в файл, что мне скинул Кирюха. И по всему получается, что наш свидетель, это молодая женщина, которая якобы видела, как Фомин убивает свою жертву.

Вот я всё понимаю, но не верю в то, что указано в отчёте от прокуроров. Интуиция просто орёт, что Фомин ни в чём не виноват.

Когда в деле крутится много денег, можно ожидать чего угодно, и новый свидетель, меня совершенно не удивляет.

Обдумываю слова Маришки о привлечении к этому делу Лилю.

Готов согласиться с тем, это точно поможет делу, но тут же сам понимаю, что для меня лично эти дни, проведённые в другом городе во время командировки, выльются сущим адом.

Но в любом случае, признать возможную помощь придётся. Поэтому нажимаю на кнопку селекторной связи и произношу:

— Лиля, зайдите ко мне.

Спустя полминуты дверь в мой кабинет открывается, и передо мной возникает вполне собранная и уверенная в себя девушка.

— Вызывали, Виктор Николаевич? — спрашивает она.

Сейчас её взгляд полностью сосредоточен и в нём ничто не напоминает о том, что произошло в этом кабинете некоторое время назад.