26

— Привет, Сона, — доносится до меня голос мамы в трубке телефона. Я улыбаюсь еще до того, как она засыпает меня поздравлениями с первым зачетом, полученным автоматом. о котором накануне вечером сообщила ей в СМС. — Ты у меня такая умница. Очень тобой горжусь. Пришла со смены, а здесь хорошие новости.

Впервые с того дня после нашего разговора с Борисом я ощущаю внутренний подъем. И еще то, что я очень по ней соскучилась и больше всего на свете хотела бы оказаться в ее объятиях.

— Спасибо, мам. Этот автомат достался мне даром, а впереди куча экзаменов. На потоке о Льве Сергеевиче ходят страшные байки, но он вчера при всех сказал, что на зачете я могу не появляться, потому что он на все сто уверен в моих знаниях и поставил его мне в зачетку, представляешь?

— Замечательно, Сона, — продолжает нахваливать меня мама.

Мне ее особенно не хватает в последние дни. Прошло чуть больше двух недель, как я съехала из дома Тихоновых, а легче почему-то не становится. Казалось бы, я должна отвлекаться на учебе, но она мне мало помогает. Я успокаиваю себя мыслями, что так всегда не будет, но камень на душе с каждым днем становится лишь тяжелее.

— Ты на занятия не опаздываешь? — обеспокоенно уточняет она. — Не отвлекаю тебя от сборов?

Зажав трубку плечом, я достаю большую чашку и завариваю в ней зеленый чай. В дополнение к напитку достаю из холодильника вишнёвый пай, который вчера купила в кофейне рядом с домом, и сажусь за стол, вытягивая ноги.

— Нет. Мне сегодня ко второй паре.

— Сона… — голос мамы становится как будто смущенным. — Успехи это, конечно, хорошо, ты всегда была у меня умницей, а с мальчиками как обстоят дела? Нашла себе какого-нибудь ухажера? Неужели тебе никто не нравится?

— Нет, мам. Никого не нашла, и мне никто не нравится, — обманываю я, не желая говорить о Сергее.

Трогая кончиком пальца горячую кружку, я прислушиваюсь к себе. Не могу понять, по привычке так отвечаю или действительно не считаю нас Сергеем парой и по-прежнему не вижу вместе?

Мысли опять крутятся вокруг Бориса и нашего с ним разговором. Как бы я не пыталась блокировать свои чувства и выполнять обещание, оставленное ему напоследок, у меня ничего не получается. Стоит мельком увидеть его в коридорах офиса, как сердце сжимается с такой болью, что хочется вырвать его из груди. В жизни бы не подумала, что такое чувство, как любовь, может приносить столько мучительных мгновений.

— Малыш, тетя Катя пришла. Я обещала ей ящик яблок дать. Знаешь, сколько в этом году их нападало? Чуть ветки не обломались! Может, тебе передать с дядей Гришей? Он скоро в Москву поедет.

— Конечно, передай, — я опять улыбаюсь, чувствуя, как в груди становится тепло от маминой заботы и больно от произнесенного слова “малыш”. Совсем другие ассоциации возникают.

— Ну все, доченька, тогда до вечера. Набери, как придешь с работы.

Мама завершает разговор, а я еще какое-то время сижу без движения, глядя на многоэтажку напротив. Я отказалась переезжать в роскошную квартиру Бориса, а арендовала скромную однушку неподалеку от университета.

Громко вздыхаю и делаю глоток чая. Сложно выполнять рутинные обязанности с дырой в сердце, но мне приходится быть сильной. Я ведь обещала Борису, что справлюсь, но ещё сложнее держаться при Лене и делать вид, будто ничего не произошло. Улыбаться, как обычно и пытаться не думать, что лучшая подруга — дочь человека, которого я так сильно люблю.

— Представляешь, а мы в выходные с папой выбирались за город, целых два дня провели вдвоем! Мне даже тусовки, оказывается, не нужны, когда у отца находится на меня время, — делится Лена, едва мы сталкиваемся в дверях университете.

— Здорово, — натягиваю улыбку и гашу в себе проснувшуюся тоску.

Не знаю, сколько стадий у неразделенных чувств, но сейчас я нахожусь на той, когда хочется просто увидеть человека и спросить "как дела" лишь для того, чтобы услышать любимый голос. Борис здоровается при каждой нашей встрече, но этого мне ничтожно мало. И в тоже время достаточно, чтобы помнить о сказанных друг другу словах.

— Кстати, помнишь, я рассказывала тебе о том красавчике, который на днях помог мне с машиной? Артем мне вчера позвонил и пригласил в кино, — сверкая широкой улыбкой, говорит Лена.

— Поздравляю, — улыбаюсь в ответ. — А с машиной что? Виталий же недавно ее пригнал из ремонта…

— Ой, да откуда я знаю, — Ленка пожимает плечом. — Заглохла опять. Зато послужила прекрасным поводом для знакомства. А может, сегодня где-то посидим? Я Артема приглашу, а вы с Сергеем будете?

— Не получится, — отрицательно мотаю головой. — Сергей поздно вернётся, уехал с отцом на какие-то важные переговоры, а у меня куча работы.

— Тебя подкинуть до офиса? — предлагает Лена, кивая на свою машину. — Я как раз в ту сторону направляюсь.

Я соглашаюсь, потому что из-за переезда стала гораздо реже общаться с подругой, и это возможность провести время вместе. Но для всех так будет лучше и в первую очередь для меня. Достаточно того, что время от времени мы пересекаемся с Борисом на работе, и это причиняет мне мучительную боль.

От Стефании я узнаю, что Бориса сегодня нет в городе. Легче, увы, от этого не становится, но по крайней мере остаток рабочего дня я не вздрагиваю каждый раз, когда открывается дверь в кабинет.

Припозднившись из-за сложного отчета, который едва смогла сделать, я выхожу из здания. Открываю приложение такси и замираю на месте, увидев на парковке Сергея. Он стоит возле своей машины и с кем-то разговаривает по телефону. Заметив меня, машет рукой.

— Сона, привет! Хотел сделать сюрприз, — моментально завершив вызов, он жестом предлагает мне забираться в салон.

Я планировала провести вечер за учебниками, отвлекающими от грустных мыслей, но, похоже, планы придется изменить. Пришло время быть честной. И не только с собой.

— Ты какая-то грустная сегодня, — комментирует Сергей, поглядывая на меня с водительского сиденья. — И вообще в последнее время.

— Мы почти и не виделись эти две недели, — слабо улыбаюсь я. — С чего ты сделал такой вывод?

— Ты мне небезразлична, и потому я все вижу и подмечаю. Лена, кстати, сказала, что первый зачет ты получила автоматом. Поздравляю. Рад, что твое затворничество не проходит даром. Как только сессия закончится, обязательно это отметим.

Не сумев выдавить ни звука, я смотрю в окно. Сергей строит совместные планы, ошибочно полагая, что моя отчужденность вызвана подготовкой к экзаменам, и это усложняет мне задачу. Я надеялась, что за эти две недели он успеет от меня отвыкнуть и нам не придется выяснять отношения. Мне невыносимо делать людям больно, а Сергей — последний из людей, кто это заслужил. Наверное, не влюбись я в Бориса, у нас был бы шанс, потому что Сергей мне действительно нравится. Но однажды распробовав вкус ресторанного блюда, человек с трудом убедит себя в том, что домашние котлеты ничуть не хуже. Мои чувства к нему не идут ни в какое сравнение с тем, что я испытываю к Лениному отцу.

— Ну что, красотка, вот ты и дома, — весело говорит Сергей, останавливая автомобиль возле моего подъезда. — К себе ты меня к себе конечно не пригласишь?

Нервы мучительно натягиваются. Я уже знаю, каково это, когда человек, к которому неравнодушен, дает тебе отворот поворот. Сергей совершенно такого не заслужил, потому что всегда был со мной милым и обходительным. Вот что со мной не так? По нему сходит с ума половина потока, а я…

Я смотрю ему в глаза, молясь, чтобы внутри шевельнулось хоть что-то, отдаленно напоминающее чувство к Лениному отцу. Увы, все, что я ощущаю — это прилив теплоты и отчаянное желание сохранить нашу дружбу. Сергей замечательный парень. Наверное, один из лучших людей за всю мою жизнь.

— Сереж… — шепотом говорю я. Сердце молотит как свихнувшееся. — Нам с тобой больше не стоит встречаться.

На красивом лице появляется недоумение. Мои слова застали его врасплох.

— Почему?

— Я не могу дать того, чего ты достоин.

— Ты про секс? — сбивчиво переспрашивает он, развернувшись ко мне всем телом. — Сказал же, что могу потерпеть.

— Боюсь, что терпеть придется очень долго, — так же шепотом продолжаю я. — Возможно, я никогда не буду готова.

— У тебя какие-то проблемы с этим? — Сергей смотрит на меня озадаченно. — Я имею в виду, психологические? Или…

В его взгляде проступает догадка и он, нахмурившись, переводит взгляд на консоль.

— Или у тебя кто-то другой появился. Я прав?

Я мотаю головой. Мои чувства к Борису возникли еще до нашей с Сергеем встречи.

— У меня никого нет. Никого, кто бы ответил мне взаимностью.

Сергей вскидывает глаза. В них горят обида и непонимание.

— Тогда я ни черта не понимаю. У тебя никого нет, но ты не хочешь быть со мной. Разве я так плох? Нет, вроде. Помани пальцем — любая прибежит. Единственное, что приходит мне в голову, это то, что ты безответно в кого-то влюбилась… Так? — он впивается взглядом в мое лицо.

Я не могу ему врать, а потому просто молчу.

— Я прав, — горько резюмирует Сергей. — Ну и кто он? Сеня? Или кто-то с работы?

— Какая разница. Мы не вместе и никогда не будем. А обманывать тебя нечестно. Ты достоин полноценных отношений.

— Да уж… — Резко отвернувшись, он заводит двигатель. — Выбрал себе девушку…

Зло стукнув ладонями по рулю, Сергей смотрит перед собой, а его грудь под серой толстовкой тяжело вздымается.

— Мне ведь было абсолютно наплевать, откуда ты и сколько денег у твоей семьи. Отца это волновало, а мне было плевать. Ты мне понравилась, и я полтора месяца, как идиот, жил без секса…

В груди все переворачивается. Этого я и боялась… Что ему будет больно, и он начнет меня обвинять.

— Прости… Ты мне тоже очень понравился, и я искренне надеялась, что у нас получится. Но время показало, что нет. И я ни о чем тебя не просила, если ты помнишь…

— Да, да. Сам придурок, — резко обрывает Сергей, по-прежнему не глядя на меня. — Можешь, пожалуйста, выйти? Мне пора ехать.

Закусив губу от едва сдерживаемых слез, я киваю и бесшумно выскальзываю из машины. Хочется поскорее очутиться в кровати и уснуть. Вряд ли после этого разговора я найду в себе сил заниматься. А еще впервые за время пребывания в Москве меня посещает мысль о том, что не стоило сюда приезжать. Лучше бы осталась в нашем маленьком городке, жила тихой спокойной жизнью и никогда не встречала ни Сергея, ни Бориса.