Глава 12

– Никит, не драматизируй, пожалуйста, – я устало закатываю глаза. – Ты прекрасно знаешь, что и я тебя люблю… Можно не давить на меня постоянно с этим?

Поднимаюсь с дивана. Отдохнула, блин, после непростого дня.

– Мы с тобой это обсуждали уже. Я буду готова, когда буду готова…

Никита картинно всплескивает руками.

– Ты говоришь так, будто это шаттл в космос запустить, а это просто секс, Люб. Просто. Секс.

Его напор мне неприятен.

Он подходит ко мне, и я делаю над собой усилие чтобы не отшатнуться.

– Котенок…

Сейчас такое обращение режет слух.

Какая-то лживость в нем: сначала давит и манипулирует, а потом ласкается.

–…я не давлю на тебя…

– Угу, – скептически качаю головой.

Никита игнорирует мой жест и продолжает:

–…но я мужчина и у меня есть потребности.

Он произносит это таким тоном, будто мы лет десять в браке состоим, а нам не по девятнадцать лет…

В очередной раз невольно провожу параллели с Русланом Тагировичем.

Не хотела бы я оказаться с ним наедине в запертой комнате.

От одной мысли о таком тело бросает в жар.

Я невольно краснею, а Никита считывает эти знаки и неправильно интерпретирует.

Наклоняется ко мне для поцелуя.

Его аромат окутывает меня. Дыхание обдает теплом.

Губы мягкие и нежные осторожно прикасаются к моим.

Язык робко ласкает мой.

Отстраняюсь:

– Никакого предложения, Никит, не нужно, – смущено улыбаюсь, – только немного времени и все.

Он вздыхает и прижимает меня к себе.

В его объятия тепло и уютно.

Мы возвращаемся на диван.

Ложимся.

Он наклоняется ко мне и целует.

Потом шепчет:

– Котенок, прости. Я не должен был давить. У тебя был непростой день. И… позволь мне завершить его приятно.

Проводит тыльной стороной пальцев по щеке. Убирает пряди волос за ухо.

Его поцелуи полны нежности.

В них отсутствует напор и агрессия.

Он очень чуток и внимателен.

Ладонь ласкает шею, вызывая мурашки по коже.

Его прикосновения нежные и приятны.

Скользит ниже. Сжимает ладонью грудь.

Я со стоном выдыхаю.

Никита покрывает мое лицо поцелуями и переходит к шее.

Так приятно.

Внизу живота разгорается огонь, который волнами тепла распространяется по телу.

– Никита… – шепчу я. – Что… ты делаешь?

Он отрывается от моей шеи на мгновение:

– Хочу доставить тебе оральное удовольствие.

Вспыхиваю до корней волос.

– Расслабься и получай удовольствие…

Задирает маечку. Мгновение возится с застежкой бюстгалтера.

Проводит языком по набухшему соску и обхватывает его губами.

Тяжело дышу и постанываю от удовольствия.

Никита прокладывает дорожку из поцелуев сначала к моему пупочку, а после спускается ниже.

Стягивает домашние шортики с трусиками вместе и обнажает возбужденную киску.

Его прикосновения ко внутренней стороне бедра заставляют меня вздрогнуть.

Он властно разводит ноги в стороны.

Проводит языком по набухшим половым губам.

Яркие ощущения наполняют тело.

Низ живота потягивает от возбуждения.

Прикосновения влажного горячего языка вызывают волны пульсаций…

Никогда раньше не испытывала подобных ощущений.

Никита старательно ласкает меня, щедро поливая слюной мои складочки.

Он использует только язык, но и этого достаточно, чтобы довести меня до яркого оргазма.

Я тихонько вскрикиваю и выгибаюсь дугой.

Сгребаю его светлые волосы ладонями и шумно выдыхаю.

Между моих ног появляется довольное лицо.

Глаза озорно поблескивают.

– Понравилось?

Я смущено киваю и заливаюсь краской.

Все еще тяжело дышу, а по пальцам ног разливается приятное легкое онемение.

– Прикинь, насколько полноценный секс круче, а?

Киваю.

– Представляю, – отвечаю.

Еще несколько минут мы лежим молча, а потом я выскальзываю в душ.

Это мой первый сексуальный опыт.

Я чувствую себя легче. Более свободной и посвежевшей.

В голову приходит мысль, что это намного круче сна.

Позволяю горячим струям воды расслабить себя.

Может и правда, не стоит так носиться с этим сексом?

Никита отличный парень. Мы любим друг друга.

Мамочки, да он же мне чуть предложение не сделал!

Тут же отмахиваюсь от этой мысли – это у него просто вырвалось. Ничего серьезного за этим не стоит.

Однако, шаг за шагом наши отношения становятся все более серьезными и взрослыми.

Вот, я уже и с его мамой познакомилась. А в субботу и ужинаем вместе.

При одной мысли о предстоящем ужине мне становится не по себе.

Прибавляю воду и думаю, что суббота – это еще так нескоро!

Еще слишком рано переживать…

Но суббота наступает с ошеломительной скоростью.

Вроде бы, только было начало недели, а уже…

Вот я в легком светлом платье, с бутылкой белого вина, купленного Никитой стою рядом с ним у порога квартиры его мамы.

Она открывает дверь: все тот же безучастный взгляд голубых глаз.

Она одета элегантно, строго, но просто.

Наши с ней предпочтения в этот день сходятся: она тоже в белом.

Но ее лицо…

Мне кажется или на нем лежит какая-то тень тревоги?

Никита дарит букет цветов – бордовых роз.

Она любезно приглашает нас внутрь. У меня же стойкое ощущение, что мы на приеме у королевы. Снежной.

Квартира шикарная: светлая, чистая, обставленная по последнему слову и моде… Но я не могу наслаждаться, потому что все здесь сквозит холодностью хозяйки.

Даже удивительно, как это Никита вырос таким теплым и ласковым в таком доме?

За это я начинаю ценить его еще больше. Беру за руку и сжимаю. Он отвечает мне подбадривающей улыбкой.

Мы проходим в гостиную.

Накрытый стол уже ждет нас.

Помощница по хозяйству учтиво кивает нам, забирает цветы и исчезает, оставив после себя шлейф благоухания.

– Мама, это к столу, – Никита слегка подталкивает меня, чтобы я вручили вино.

Но Надежда Николаевна будто бы не слышит.

Словно ее занимают какие-то тяжелые мысли.

– Мама?

Она вздрагивает и непонимающе смотрит на Никиту.

– Что-то случилось, мам?

Натянутая улыбка и царственный жест:

– Н-нет, – неуверенно отвечает, – давайте за стол…

– Точно? – Никита встревоженно вглядывается. – Точно все в порядке?

Она опять улыбается, но уголки губ быстро съезжают вниз.

– Вообще-то нет, Никит. У меня серьезные проблемы…