Глава 28

Люба

Я чувствую, как дрожь становится сильнее.

Она идет изнутри, из самой глубины, где скопилось что-то тяжелое и темное.

В чем я виновата?

Этот вопрос крутится в голове, но ответа нет – только пустота, только жгучий стыд, который разливается под кожей, как яд.

Мои пальцы сжимаются в кулаки, ногти впиваются в ладони, но боли почти не чувствую.

Только холод.

И странное оцепенение, будто тело отказывается слушаться.

Слова Надежды Николаевны впились в меня, как крючья, и теперь я не могу их вырвать.

Руслан все еще держит меня за плечи. Его пальцы теплые, твердые, но я не могу поднять на него глаза.

Он тоже видит меня такой, как она?

Или ему ХОЧЕТСЯ, чтобы я была такой? Может быть, это в его интересах, ведь кто я для него? Просто смазливая кукла для кратковременной утехи…

Но тело предает меня.

Я ощущаю заботливое тепло и спокойствие.

Сердце разрывается.

Не понимаю, что делать.

Как правильно?

Я больше ничего не понимаю…

Слезы катятся по щекам, горячие и быстрые, как дождь за окном.

Горло сжимается. Сдавливается. Сердце будто рвется на клочья от обиды, стыда и несправедливости.

– Я… – голос срывается, и я больше не могу.

Ноги подкашиваются.

Руслан одним быстрым движением притягивает меня к себе и накрывает руками.

Вдыхаю теплый аромат и слушаю быстрое биение сердца.

Я дрожу.

От стыда. От желания, которое почему-то кажется запретным.

От того, что не могу остановиться.

Руслан не отталкивает меня, только крепче стискивает в объятиях.

Его ладонь скользит по моей спине, медленно, почти нежно.

Не замечаю, как слезы превращаются в настоящие рыдания.

– Ты ни в чем не виновата, – говорит он тихо, но так твердо, что мне хочется ему верить.

Но как? Как поверить, если внутри все кричит, что я неправильная? Будто я украла что-то, что мне не принадлежало.

Я прижимаюсь к нему сильнее, словно пытаюсь спрятаться.

Пусть он решает. Пусть берет на себя этот груз.

Я больше не хочу думать. Не хочу бороться.

Его пальцы осторожно приподнимают мое лицо. Я не сопротивляюсь.

Движения мягкие, неумолимые.

Я знаю, что сейчас будет…мое тело знает.

Оно отвечает за меня – губы приоткрываются ему навстречу.

Я знаю, он хочет меня.

И я хочу его.

Я виновата?

Он словно читает мои мысли и повторяет, твердо, бескомпромиссно, без тени сомнения или осуждения:

– Ты. Ни в чем. Не. Виновата.

С благодарностью закрываю глаза и отдаюсь волнительному поцелую.

Тело трепещет и наливается огнем.

Его губы – мягкие, чувственные и безумно вкусные впиваются в меня.

Он легко подхватывает меня на руки и куда-то несет.

Я полностью отдаюсь в его власть.

Сейчас он – мой.

А я буду его.

А все что за стенами этого пусть и остается там.

Пусть остановится мгновение, и останется только вот это – мы вместе, вдвоем и никого больше.

Никаких косых взглядов. Осуждения. Презрения.

Только мы.

В его руках я чувствую себя маленькой девочкой, которую несет огромный сильный великан – защищенной от всего на свете. От любого жестокого проявления.

– Ты моя, – шепчет он с трудом отрываясь от моих губ, и в его глазах я вижу непоколебимую уверенность.

Полное отсутствие сомнения.

Он получил то, что так долго желал.

Мы ложимся на черное шелковое белье огромной кровати.

Я немного волнуюсь, но волнение это только о том, что между нами.

Руслан заслонил собой весь остальной мир, и меня он больше не беспокоит.

Теперь я боюсь только разочаровать его.

– Руслан… – тяжело дыша, запускаю пальцы в его волосы.

Он скидывает влажный пиджак.

– Руслан… у меня это в первый раз…

Эти слова даются мне с трудом, будто это что-то постыдное.

Словно это то основание, по которому он меня отвергнет.

Я слышу, как срывается мой голос:

– Я боюсь...

Боюсь боли. Боюсь, что будет неприятно. Боюсь, что не смогу... не смогу быть достаточно хороша для него.

Что, если я окажусь не такой, как он ждет?

Что, если ему станет скучно?

Вдруг он разочаруется, увидев, какая я на самом деле – неопытная, дрожащая?

Руслан замирает.

Его руки, только что крепко державшие меня, разжимаются.

Он медленно отстраняется, но не отпускает – просто дает мне пространство, чтобы дышать.

Его пальцы скользят по моей щеке, подхватывают прядь мокрых волос и осторожно убирают ее за ухо.

– Люба.

Его голос – низкий, теплый, с легкой хрипотцой, будто мурлыканье огромного хищника, который выбрал быть нежным.

– Мне не нужна твоя храбрость.

Он говорит это так просто, будто читает мои мысли.

– Ты ничего не должна доказывать.

Его ладонь скользит по моей шее, останавливается у ключицы. Пальцы слегка сжимаются – не чтобы удержать, а чтобы ощутить.

– Я буду нежен.

Губы Руслана приподнимаются в едва заметной улыбке, но в глазах – огонь. Не просто желание, а что-то глубже. Уважение.

– Тебе нечего бояться.

Он наклоняется ближе, и его дыхание обжигает мою кожу.

– Никогда. Ничего.

Я замираю.

Мы больше не говорим. Только смотрим.

Его взгляд – темный, глубокий, честный – проникает куда-то внутрь, туда, где прячутся все мои страхи.

И в этом молчаливом диалоге – больше правды, чем во всех словах мира.

Я чувствую, как напряжение медленно уходит.

Мышцы расслабляются, дыхание выравнивается.

И наконец...

Я закрываю глаза.

Да.

Его губы касаются моих – мягко, почти невесомо.

И мир перестает существовать.

Остается только он.

Только это.

Только мы.