Глава 48

Люба

Мои руки дрожат.

Я отстраняюсь от Руслана, когда он пытается притянуть меня ближе, и чувствую, как его пальцы на мгновение сжимаются сильнее – недовольно, почти по-звериному.

Но я качаю головой, и он отпускает.

Сердце колотится где-то в горле.

Он стоит передо мной – высокий, с тенью раздражения и непонимания в глазах. Его рубашка прилипла к телу, обрисовывая рельеф мышц.

Он чертовски красив. И чертовски опасен.

– Что с тобой? – его голос низкий, с хрипотцой.

Я отворачиваюсь, прячу взгляд. Не могу объяснить даже себе. Внутри – вихрь: радость, что он не пострадал, желание и... когда я сейчас стою рядом с ним, мне вновь кажется что между нами просто пропасть.

Мы такие разные. Слишком разные.

Его настойчивые руки, которые будто не понимают слова «нет».

– Я... Я просто хотела помочь. Убедиться, что ты... – мой голос звучит глупо даже в моих ушах. – Что ты не пострадаешь, ведь я была бы виновата в этом…

Руслан усмехается. Коротко, саркастично.

– Как бы я справился без твоей помощи, крошка?

«Крошка».

Словно я – ребенок. Словно без него я никто.

Грудь резко сжимается, и я поднимаю на него глаза.

– Я не «крошка». И ты прекрасно справился. Ты всегда справляешься. Но я не могла не приехать.

Мои слова звучат резче, чем я планировала.

Но они вырываются сами – потому что где-то глубоко внутри сидит этот червячок сомнения: для него ты просто игрушка. Красивая, временная, но не больше.

Руслан хмурится. Его брови сдвигаются, в глазах вспыхивает что-то непонятное.

– Ты примчалась сюда, – говорит он медленно, – только чтобы тебя не мучила совесть?

– Да! – я сжимаю кулаки. – Если бы из-за меня ты... если бы ты пострадал, я...

Он перебивает:

– И больше ничего?

Я замолкаю и только качаю головой.

Не могу поднять на него взгляд…

Я стараюсь быть твердой и сильной, но тело предательски дрожит.

А аромат его кожи дурманит меня все сильнее с каждой минутой.

Правда в том, что даже сейчас, когда я злюсь, мне хочется прижаться к нему – вдохнуть его запах, почувствовать его кожу, согреться его теплом.

И это пугает больше всего. Ведь где-то глубоко сидит это проклятое чувство – это будет неправильным.

– Люба, – Руслан делает шаг вперед.

Я отступаю.

Он замирает. Его взгляд становится тяжелым, изучающим.

– Ты боишься меня?

Нет.

Да.

Не знаю.

Это не страх… и страх.

Киваю медленно и робко поднимаю глаза.

Он смотрит на меня… удивительно мягко, без осуждения.

Протягивает руку и гладит лицо тыльной стороной пальцев.

– Послушай, – говорит он тихо, но я слышу как его голос дрожит от едва заметного волнения, – я не хочу давить на тебя. Но ты должна твердо знать одну вещь.

– Какую? – чувствую, как на глазах поблескивают предательские слезы.

Вообще не понимаю, что со мной происходит в его присутствии – он словно подавляет мою волю…

– Я не отступлюсь от тебя, – и эти слова пробивают меня электрическим разрядом.

– Не знаю, чего ты боишься, но чувствую твой страх, – протягивает руку и берет вкладывает мою ладонь в свою – твердую, по мужски красивую, обжигающую.

Меня колотит крупной дрожью.

– Иди ко мне, девочка, – притягивает к себе, и я не сопротивляюсь.

Утыкаюсь ему в грудь, вдыхаю ставший таким родным аромат и слезы сами собой катятся из глаз.

В его объятиях я вновь позволяю себе быть слабой.

Он обнимает меня, ограждая от всего мира.

Мы стоим так бесконечно долго и… это настоящее наслаждение.

Потом он отстраняется и неожиданно спрашивает:

– Голодная?

От его улыбки становится тепло, и киваю, смеясь сквозь слезы.

– Тогда едем обедать… Или что там у нас? Завтрак? Ужин? А, – машет рукой, –все едино.

Берет меня крепко за руку. Стискивает пальцы – не больно, но мне не вырваться – это очевидно, и тащит меня вперед.

Послушно следуя за ним.

Зачем? Для чего? Почему?

Может быть, мне хочется поверить, что он и правда не отступится?

Он оборачивается и замечает в моих глазах сомнение.

Хмурится:

– Я же тебя не под венец тащу, в конце концов, а в пообедать в ресторан. Расслабься, чего ты такая? Я тебя не укушу…

Выдыхаю, но только на мгновение, потому что Руслан добавляет в привычной саркастичной манере:

–…пока сама не попросишь, – и улыбается, – а ты попросишь…

Краснею, и закусив губу, пытаюсь выдернуть пальцы из его цепкого капкана – не тут-то было.

Руслан одним легким движением притягивает меня к себе и шепчет в волосы:

– Ох, какая колючка, – и целует макушку.

Рядом с ним, чувствую его тепло, я забываю обо всем на свете и не хочу думать ни о чем.

Но стоит ему чуть отпустить меня, как в душе вновь поселяется холод и воцаряется раздрай.

Кажется и Руслан это почувствовал, потому что плотно обнял меня и прижал к себе.

Так мы и идем по дневной Москве.

Вокруг сутолока уличного движения: прохожие спешат по своим делам, гудят автомобили, где-то неподалеку крякает сиреной полицейская машина.

Вздрагиваю при виде нее, и Руслан заботливо и немного печально качает головой:

– Понимаю… понимаю…

Мы идем куда глядят глаза.

Вернее, куда глядят его глаза. Останавливаемся возле модного и стильно украшенного живыми цветами ресторана.

Входим во внутрь, и, при виде Руслана, девушка-хостес расцветает улыбкой.

Я же твержу себе, что это только ее работа.

Хотя, как женщина, прекрасно вижу, что дело не только в профессиональном исполнении обязанностей.

Она провожает нас к чудесному столику возле окна и раскладывает перед нами меню.

Я поднимаюсь и собираюсь пойти немного освежиться, как Руслан мило накрывает мою руку совей ладонью:

– Только больше не убегай, хорошо?

Отрицательно качаю головой:

– Не убегу…

В животе начинают порхать бабочки, а все происходящее все больше кажется прекрасным сном.

Неужели так может быть всегда?