ГЛАВА 7

Нас действительно больше никто не беспокоил. Даже погода благоприятствовала плаванью. Через день, после того, как мы покинули наш временный негостеприимный приют на острове, чуть было не превратившийся в последний, мы попали в небольшой шторм. Но, в целом, это была единственная неприятность за последнею неделю плаванья.

Когда вдали показалась земля, я, как и все на борту, вздохнула с облегчением. Небольшой живописный полуостров, на котором расположились владения Шагана, соединялся с землёй узкой косой. Вокруг плотной стеной стояли рифы. Вода была необычайно голубая, очевидно из-за песчаного дна. Весь остров был каким-то сказочным. Укрытые снегом дома, едва различимые с корабля, лес и каменный берег, все переплеталось в единую картину и создавало волшебное ощущение того, что ты попал в сказку.

— Пока не начался прилив, мы не сможем подойти к острову, — объяснил Шаган, увидев, с каким воодушевлением я разглядываю его владения.

— Почему? — спросила я.

— Это место, довольно стратегически удобно для обороны. Вот видишь ту косу, — он показал на песчаную полосу, соединяющую полуостров и материк, — По ней нельзя ходить незнающему человеку, потому что его поджидает там опасность.

Я вскинула брови.

— Зыбучие пески, — сказал купец, — Они затягивают любого, кто не зная пути, пройдет по этой косе. В некоторых местах песок довольно плотный и по нему можно спокойно идти. Но стоит сделать шаг в сторону, как они тот час поглотят человека.

— Никогда не слышала о таком, — сказала я, внутренне вздрагивая от лицезрения опасного места.

— У нас эту косу называют Гнилой. Потому что многие нашли здесь свою смерть, — продолжил он, — Когда наступает прилив, то полуостров превращается в остров. Вода поднимается настолько высоко, что затапливает косу на два метра. При этом вода приближается с немыслимой скоростью и человек, оказавшийся во время прилива в этой зоне, обречен. К тому же многочисленные рифы не подпустят чужой корабль к нашим берегам. Есть лишь один проход, но он открывается, только во время подъема воды и именно этого мы сейчас ждем.

— Интересное место, — проговорила я, — Действительно, сама природа позаботилась о сохранности этого поселения от врагов, как с суши, так и с моря, — согласилась я.

— Поэтому, если Дагон появится здесь, а он здесь непременно появится, то его ожидает жесточайшее разочарование, — закончил купец.

Я внимательно посмотрела ему в лицо.

— Какие отношения связывают тебя с богом войны? — спросила я.

— Раньше мы были друзьями, — Шаган смотрел на море, — Но с некоторых пор все изменилось. Он стал другим, да и я повзрослел. Я познакомился с ним, когда был совсем ребенком. Мы с отцом плыли мимо его владений, когда разыгрался сильный шторм. Мы были вынуждены причалить и попросить кров у вождя тех земель. Мне тогда было десять, а он уже был таким, каким ты его знаешь теперь.

— Ему так много лет? — удивилась я.

— У бессмертных нет возраста, — Шаган повернулся ко мне и добавил, меняя тему разговора, — Скоро будет прилив, и я, наконец-то смогу оказать вам с мужем должные почести в моем доме.

Он поклонился и отошел отдавать какие-то распоряжения. Я долго смотрела ему вслед. Чем больше я узнавала о прошлом, тем сильнее запутывалась в нем.

От высокого причала к поселению, расположившемуся на острове, вела выбитая в скалах лестница. Позже она перешла в широкую мощеную дорогу. Поселение, как и сам остров, оказалось довольно живописным. Каждая постройка, будь то дом хозяина, или сарай для рабов, были сделаны добротно и с любовью. При каждой строении был разбит огород, животные и домашняя птица не выходили из загонов, отчего дороги были чистыми. Жилище купца располагалось в самой середине поселения. Это был высокий в два этажа дом, с крышей, покрытой черепицей и двумя прочными колонами из мрамора, стоящими по обе стороны от массивных дверей.

Встречать Шагана вероятно вышли все живущие здесь люди от мала до велика. Но первой, кто появился на пороге дома, была маленькая девочка лет шести. У неё были большие серые глаза и маленький аккуратный носик. Короткие косички смешно топорщились из под массивной шапки. Едва завидев нас, девочка бросилась навстречу и уже через секунду с криком: Папа, повисла на шее купца. Тот подхватил ребенка на руки, высоко подбросил вверх и со смехом поцеловал в кончик носа. Потом Шаган обернулся к нам и представил девочку:

— Моя дочь, Ойра!

Девочка радостно улыбнулась нам, как вдруг её взгляд остановился на мне. Она внезапно побледнела и прошептала слово, которое поразило меня до глубины души:

— Мама?

Шаган поспешно опустил её на землю.

— Ойра, ты что. Эта женщина не твоя мать! — произнес он мягко. — Это наша гостья, госпожа Руд со своим мужем и сыном.

Девочка молча кивнула и отвернулась. Я боялась, что она сейчас расплачется. Но ничего подобного не произошло.

— Извини, — обратился ко мне купец, — Девочка три года назад потеряла мать, вероятно, ты чем-то её напомнила ей.

— Ничего страшного, — я подошла к девочке с Даном на руках и присела возле неё на корточки, — Давай познакомимся. Я Руд, а это мой сын Данн. Я уверена, что когда он подрастет, вы станете друзьями.

Ойра медленно повернула ко мне лицо. Её глаза покраснели, но ни одна слеза не стекла по розовым щекам. Девочка была очень миленькая и совсем не похожа на отца. Она мне улыбнулась и протянула руку. Я взяла маленькую ладошку в свою и позволила девочке провести меня к дому.

Мы вошли через высокие деревянные двери, окованные железом, и оказались в просторном зале с множеством окон. Слева от входа на второй этаж поднималась лестница. Стены были завешены различным оружием. Пол застелен свежей соломой. Вдоль лестницы висели маленькие мешочки, наполненные благоухающими травами. Обстановка была простая, но очень домашняя. В прихожей нас приветствовали слуги.

— Проведите гостей по их комнатам, — сказал Шаган и взял на руки дочь, потом он посмотрел на меня, — Если хочешь, то позже я покажу тебе дом?

Я удивилась, но согласно кивнула. Невысокая рабыня с вьющимися рыжеватыми волосами, провела меня по лестнице на второй этаж и остановилась у массивной двери с ручкой, напоминающей своей формой голову волка. Она распахнула передо мной дверь, я вошла внутрь.

Комната была довольно богато обставлена. Очевидно, проблем с деньгами у купца не было. Широкая кровать, застеленная пледом, расшитым золотыми и серебряными нитями, ковер с высоким пушистым ворсом, такие привозили из жарких южных стран и стоили они баснословно дорого. Большой сундук для вещей у стены, стол и стул со спинкой. Я была приятно удивлена. Положив сына на постель, перепеленала его. Малыш радостно гулил и тянул ко мне ручки. Я поцеловала его пальчики и, по удобнее устроив на подушках, внимательно посмотрела на его личико. Уже сейчас можно было с полной уверенностью сказать, кто его отец. Конечно же, Данн не взял ничего от меня, глаза и волосы у него были папины. Мне с трудом верилось, что отец моего ребенка был Дагон, но я не могла отрицать то, что даже сейчас, когда я не помнила ничего из своей прошлой жизни, он присутствовал в ней. И я не могла не думать о нем с того самого момента, когда он поцеловал меня. Может, я ошибалась, и его ненависть ко мне была наигранной, иначе, зачем ему было спасать меня?

Данно постепенно заснул. Я все ещё лежала с ним рядом, когда в дверь тихо постучали, и вошла молодая девушка, одетая довольно просто, с волосами, спрятанными под платком. Она вежливо мне поклонилась и произнесла:

— Госпожа, вас ждут внизу. А меня прислали присмотреть за вашим сыном, пока вы будете отсутствовать.

— Тебя послал господин Шаган? — спросила я.

— Да, — она снова поклонилась, — Я няня Ойры, но пока она с отцом, мне было велено присмотреть за вашим сыночком.

Я кивнула. Девушка обладала приятными манерами и внешностью. Она мне понравилась.

— Хорошо, — сказала я, — Пойди, передай господину, что я сейчас переоденусь и спущусь вниз. И возвращайся.

Служанка поклонилась и вышла. Я быстро сменила дорожный костюм на простое, темно синее платье, подпоясавшись золотым поясом, подарком Шагана, это было самый лучший наряд, оставшийся у меня после рабской жизни, и когда вернулась служанка, я спустилась в зал. Шаган уже ждал меня. Возле него стояла дочь.

— Как устроились? — спросил он. Я заметила, что он сменил одежду на более дорогую. Даже слишком вычурную на мой вкус.

— Спасибо, комната просто прекрасна, — ответила я.

— Девушка, которую я прислал, будет пока помогать тебе с малышом, чтобы у тебя было время отдохнуть. Её зовут Кинса, она довольно прилежная служанка и обожает детей, — сказал купец, — А теперь, хотелось бы показать тебе мой дом.

Ойра тут же сцепилась в мою руку, и мы пошли рядом. Осмотр дома занял довольно много времени. Должна признаться, Шагану было чем похвастаться перед своими гостями. В доме было много дорогих и редких вещей, прекрасная коллекция оружия и доспехов. Мне показали даже кухню и примыкающий к дому склад съестных припасов. Когда осмотр был уже почти закончен, и мы собирались идти на ужин, маленькая Ойра вдруг сказала:

— Папа, а как же храм? Ты не покажешь Руд наш храм?

Я увидела, как купец побледнел. Это длилось всего мгновение, и он очень быстро пришел в себя и улыбался с прежней беспечностью, но мне показалась подозрительной такая реакция.

— Не думаю, что нашей гостье будет интересна темная комната, где молится папочка, дорогая, — сказал он, нежно гладя дочь по шелковистым волосам, — Это ведь очень личное.

— Папа прав, — поддержала я Шагана и получила благодарный взгляд в ответ от последнего. — К тому же я очень проголодалась, — добавила я, — И нас, наверное, все уже ждут за столом.

Девочка кивнула и улыбнулась.

— А можно я потом посмотрю на вашего сыночка? — спросила Ойра.

— Конечно, — кивнула я.

Ужин прошел просто превосходно. Блюда были отменно приготовлены, слуги вышколены. Даже придирчивая в ведении хозяйства Гуда была вынуждена признать, что в доме купца царит идиллия и полный порядок. Ойра за ужином сидела возле меня и болтала обо всем на свете. О кроликах, о своей коллекции ракушек, которую она собрала на берегу во время отлива, о том, как она любит сладкое и как кухарку постоянно гоняет её, когда она ворует булочки. Я слушала всю эту веселую болтовню и отдыхала сердцем и умом. Единственное, что смущало меня, это взгляды Эйрика, которые тот изредка бросал на меня через стол. Мне казалось, он ревнует, но возможно, я ошибалась.

Когда ночью я, наконец, добралась до своей комнаты, то, открыв дверь, увидела, что Кинса спит на постели, обнимая Данна. Я улыбнулась и осторожно разбудила её.

— О, госпожа! — зашептала она, увидев меня у изголовья, — Простите меня, пожалуйста, я не понимаю, как заснула.

— Все в порядке! — я легко улыбнулась девушке, — Ты хорошо поработала и я благодарна тебе! А сейчас иди, отдыхай.

Девушка поклонилась и вышла, бесшумно притворив за собой дверь. Я разделась и легла возле сына, сунув под подушку кинжал. Жизнь заставила меня теперь всегда иметь при себе оружие. Сон пришел неожиданно быстро и мне снился Дагон. Я видела его словно со стороны. Он находился на палубе корабля и стоя на носу, всматривался в темный горизонт. У него было странное тревожное выражение на лице. Мне стало казаться, что все это происходит наяву. Внезапно к нему подошел высокий молодой мужчина, в котором я с ужасом узнала Алазара. Что он мог делать рядом с Дагоном на его корабле? Но нет, ведь это просто сон, но почему тогда у меня такое яркое ощущение, что все происходящее — это реальность?

— Ты не можешь к ней пробиться? — спросил Дагон у Алазара.

— Нет. Она уже на острове, — ответил мой отец, — Там стоит слишком сильная защита. Иногда, мне кажется, что мне удается вытянуть её сознание, когда она спит и она может видеть нас, но я в этом не уверен.

— Постарайся что-нибудь сделать! — Дагон заговорил резко и Алазар нахмурился.

— Я и так стараюсь, но у неё что-то такое, что блокирует все мои попытки пробиться, — возмутился бог смерти.

Дагон тяжело вздохнул и внезапно все исчезло. Я проснулась, и широко распахнув глаза, уставилась в темноту. Какой странный сон. Возможно, я схожу с ума или это разыгралось мое воображение? Проснувшийся Данн отвлек мое внимание, и я почти забыла о том, что видела. И до утра спала без сновидений.