ГЛАВА 16

Чем дальше мы следовали по лабиринту, тем темнее и уже становился проход. Молчаливые духи держались настороже, словно опасались внезапного нападения. Силас был очень напряжен, он не разговаривал со мной, и я видела, что его что-то волнует.

— Странно, мы уже столько идем, но ничего не происходит, — сказала я, приблизившись к нему.

— Это меня и настораживает, — ответил Силас, — У нас остался только один день и за это время мы должны вывести тебя к дворцу. Завтра на рассвете мы снова станем духами и вернемся в подземный мир. Ты останешься одна.

Я кивнула.

— Значит, надо торопиться, — сказала я.

Силас улыбнулся мне.

— Знаешь, — произнес он, — Я одобряю выбор моего сына. Ты будешь ему замечательной женой.

Я промолчала в ответ. Я не знала, рассказать ли ему о моем сне? Возможно, это была всего лишь игра моего воображения, но я все-таки думала, что видела то, что происходит в действительности. Я боялась, что не успею, и Орана что-то сделает с Дагоном, она уже что-то делала, я чувствовала это. Мне было тревожно за сына, за Алазара, за Дагона и Гуду с Урбаном. Я не знала, что сейчас происходит с ними. Бедная Кинса умерла из-за меня. Какие есть гарантии, что Оране не удастся проникнуть во дворец Алазара и она не убьет его и Данна? В моей голове было столько мыслей и они пугали меня. Мне надо было сосредоточится только на том, чтобы преодолеть лабиринт и проникнуть во дворец, но я не могла не думать о тех кого любила, не могла не переживать за них, понимая, что сейчас это делает меня слабой.

Задумавшись, я даже не заметила, как Силас резко остановился, и я буквально налетела на его спину. Он поднял вверх руку, призывая нас всех соблюдать тишину. Я посмотрела него, мой взгляд словно спрашивал, что произошло. Силас кивком головы показал вперед, и я увидела, как в конце тоннеля забрезжил дневной свет. Там был выход из лабиринта, но почему мы тогда остановились? Я была в недоумении. Силас склонился ко мне и еле слышно произнес:

— Сейчас мы все пройдем вперед, ты останешься здесь и что бы ни случилось, пока я не скажу, будешь стоять на месте. Но когда я крикну, беги, ты побежишь к выходу со всей скоростью, на которую только способна. Что бы ты ни увидела, ты не остановишься, пока не выйдешь из лабиринта, поняла?

Я кивнула. И Силас с духами пошли вперед. Когда они отдалились от меня на несколько метров, из-за колючей стены вышло нечто огромное, похожее на комок слизи с длинными щупальцами. Два больших зрачка перекатывались в мутных глазницах. Оно увидело духов и возбужденно забулькало. Я увидела, как Силас обнажил меч и бросился на это странное существо. Остальные духи последовали за ним. Я стояла на месте и, не отрываясь, следила за развязавшимся на моих глазах боем. Конечности, которые отрубали воины, у существа тут же вырастали вновь. Они словно вытекали из скользкой массы. Внезапно, существу удалось схватить одного из сражавшихся. Из горла Духа раздался душераздирающий крик, и я увидела, как он становится прозрачным, но, не смотря на это, ему не удавалось выскользнуть из слизких щупалец. Мерзкая тварь раскрыла беззубый рот и буквально всосала туда воина. Он страшно кричал и отчаянно сопротивлялся, я поняла, что с ним происходит что-то необратимое, словно он умирает, но как могла умереть бессмертная душа? И тогда я поняла, чего боялся Силас. Это существо питалось душами и если оно поедало её, то она переставала существовать. Я похолодела. Воины сражались отчаянно, а стояла и только могла, что наблюдать за происходящим. Мне хотелось хоть как-то помочь им, но что-то подсказывало мне, что Силас знал, что делал, когда не разрешил мне подходить к существу.

Наконец, духам удалось загнать противника обратно за стену. В этот момент Силас закричал мне, чтобы я бежала, и я рванула вперед. В миг, когда я промчалась мимо духов, прямо из колючих ветвей на меня выскочило прозрачное щупальце, я, моментально отреагировав, упала на колени, и меня по инерции пронесло прямо под ним.

— Беги! — крикнул мне вослед Силас и я, проворно вскочив на ноги, бросилась к свету. За моей спиной снова кто-то закричал. Я поняла, что пожиратель душ кого-то схватил, и я молила Богов, чтобы это оказался не Силас. Наконец, я достигла выхода из лабиринта и, выскочив на свет, обернулась назад. Там во всю шла битва, и духи её явно проигрывали.

— Силас, я прошла! — закричала я, — Уходите!

Я увидела Силаса. Он махнул мне рукой и стал растворятся в воздухе. Остатки его бойцов тоже. Мерзкая тварь издала яростный вопль и безуспешно пыталась схватить воздух. Я поспешила отойти от проклятого лабиринта как можно дальше. Когда я повернулась и посмотрела вперед, то увидела перед собой пропасть и длинный мост, ведущий на другую сторону глубокого ущелья, на конце которого возвышался замок необыкновенной красоты. Так не похожий на дворец Алазара, замок Ораны был построен из сияющего белого камня с многочисленными башенками и резными колонами. За стенами замка я различила верхушки высоких деревьев, наверное, там был разбит сад. Я решительно ступила на мост и не удивилась, когда высоко в небе прямо надо мной появилась неясная тень. Я замерла, а тень, опустившись ниже, оказалась ни кем иным, как одной из тех вики, которые охраняли вход в Храм Богов. Судя по всему, она меня тоже узнала. Опустившись в отдалении от меня, вики криво усмехнулась и поклонилась мне.

— Мать бога! — произнесла она.

— Уже нет, — ответила я.

— Ты не права, — сказало существо, — Но я не буду тебя переубеждать. Меня послали остановить тебя.

— Кто? — спросила я, хотя уже прекрасно знала ответ.

— Но я не буду этого делать, — продолжила вики, — Я не хочу препятствовать тому, чему суждено случится. Я просто страж Храма, а не воин Ораны. Тебе и так придется не сладко. Замок просто кишит жрицами, а они намного опаснее нас.

— Ты видела Дагона? — спросила я.

— Тот мужчина, который приходил с тобой в Храм? — произнесла вики, — Нет, не видела, но знаю, что он там. Только вам лучше теперь не видится с ним.

— Почему? — удивилась я.

— Теперь, когда жрицы немного поработали с ним, боюсь, он будет не менее опасен для матери бога, чем сама Орана, — вики снова поклонилась, — Я не смею давать тебе советы, мать бога, но если хочешь, прислушайся к тому, что я тебе скажу. Никому не верь в замке и убивай всех, кто встанет на твоем пути, даже того, кому доверяешь, — вики взмыла в воздух и улетела в том направлении, откуда я только что пришла. Я некоторое время стояла, обдумывая ей слова. Что такое могло произойти с Дагоном, что он стал для меня опасен? Мне не верилось, что он сможет причинить мне вред. Наверное, вики ошиблась, или нет? Я тряхнула головой, прогоняя назойливые мысли, и уверенным шагом направилась к замку.

Итак, я снова осталась одна. Силас и уцелевшие после боя с пожирателем душ призраки вернулись в подземный мир. Я была рада, что душа бога войны осталась жива. Все-таки он оказался не самым плохим человеком. Иногда люди, которые на первый взгляд верны тебе и дружелюбны, при более тесном знакомстве или в какой-то ситуации оказываются не теми, за кого мы их принимали. В моей жизни было слишком много разочарований и неприятных сюрпризов со стороны тех, кто мне был дорог. Сначала Эйрик, предавший меня и обманом заставивший поверить в то, что я являюсь его женой, Алкей, оказавшийся не тем, за кого себя выдавал и лишивший меня бессмертия, потом наивная девочка Ойра, на деле оказавшаяся злобной ведьмой и опять Эйрик… Кто ещё о ком я не знаю пока?

Я прошла мост и ступила на каменную дорогу, ведущую до ворот, окружающих замок. К моему удивлению, никто не препятствовал мне, когда я открыла проходную дверь в воротах и вошла во двор перед замком. Это настораживало. Оказавшись внутри, я поразилась великолепию разбитого перед замком сада, с беседками и фонтанами. Прямо по посыпанным мелкими камешками дорожкам, вальяжно разгуливали красивые птицы на высоких тонких ногах, с шикарными хвостами, стелющимися по земле. Одна спокойно прошествовала мимо меня и уселась под невысоким деревом, усыпанным сочными синими плодами. Здесь было на удивление жарко, словно весь холод остался за воротами. Яркое солнце припекало, и я сбросила с плеч куртку и направилась к дверям, ведущим внутрь. Мимо моего лица пролетела бабочка, едва не коснувшись моей кожи тонкими желтыми крыльями. Я остановилась у двери и потянула её за резную ручку. Дверь легко поддалась и открылась. Я заглянула внутрь, держа перед собой меч, и уже хотела было войти, как кто-то, неожиданно выскочивший из-за угла, сбил меня с ног и мы вместе упали на дорожку перед входом. В тот же миг мир вокруг начал быстро меняться. Я поднялась на ноги, удивленно наблюдая, как с прекрасного замка спадает иллюзия, обнажая серый камень и сухую землю без единого намека на растительность. Прекрасные птицы преобразились в ужасных летучих мышей, очень похожих на тех, что напали на поселение, но только эти были намного меньше. Они злобно шипели, но не пытались напасть. Я оглянулась на того, кто стоял рядом. Человеком, который не дал мне войти в замок оказался Эйрик.

Я отпрянула, мое лицо исказила гримаса отвращения, но он только покачал головой и улыбнулся.

— Там была ловушка, — сказал он.

Я вскинула меч и направила его на Эйрика.

— Где Дагон? — только и спросила я.

— Я думаю, что тебе не стоит видится с ним, — произнес Эйрик.

— Мне плевать на твое мнение, — мой голос срывался на крик, я едва держала себя в руках, чтобы не набросится на этого предателя, — Ты проведешь меня к нему, иначе я сделаю так, что ты долго и мучительно будешь восстанавливаться. Что твоя мать сделала с ним?

— Ты уверена, что хочешь это знать? — он приподнял одну бровь и посмотрел на меня в ожидании, — Ты ведь думаешь, что я хотел убить тебя там, в доме Зендры, и я понимаю твой гнев и недоверие, но пойми, что это не так. Я уже тогда знал, что ты снова бессмертна.

— Как? — удивилась я, — Я ведь ничего не говорила тебе! Ты снова лжешь!

— Я не лгу, я видел, как быстро зажили на твоем теле царапины, оставленные когтями вики. У людей на это ушло бы минимум две недели, а у тебя на утро не осталось даже следа от них.

Я опустила меч.

— Я сделал это, чтобы Орана не убила тебя, — продолжил Эйрик, — Она владеет оружием, способным убивать бессмертных! Неужели ты не понимаешь, почему я пошел за ней?

Он протянул мне руку и добавил:

— Я прошу тебя доверится мне, и я помогу тебе пробраться в замок. Орана ждет тебя, она знает, что ты придешь за Дагоном и эта ловушка только начало, понимаешь?

— Я не верю тебе, — сказала я, — Но мне придется принять твою помощь, только если ты меня обманешь, я сделаю все возможное, чтобы ты попал во владения моего отца и как можно быстрее. Ты меня понял?

Эйрик улыбнулся и кивнул. Я убрала меч обратно в ножны и вложила свою ладонь в его руку. Он крепко сжал мои пальцы, на секунду переплел их со своими, и потянул меня за собой в сторону от главного входа. Меня охватило странное ощущение, словно он все ещё испытывал ко мне что-то, но я не решилась озвучить этот вопрос. Окружавшие нас мыши зашипели, но расступились, когда мы проходили мимо них. Обогнув замок, мы оказались у входа в подвал, врытого в землю. Эйрик отпустил мою руку и, пригнувшись, потянул за широкое кольцо на деревянной крышке двери. Она с неохотой поддалась, и моему взору предстал спуск вниз. Несколько ступеней исчезали в темноте подвала. Эйрик шагнул туда первым, я последовала за ним. Оказавшись внизу, я огляделась. Мы находились в каком-то помещении, заваленном разным хламом и старыми вещами. В воздухе пахло сыростью. Эйрик прошел вглубь и остановился у стены, заставленной пустыми ящиками. Он разбросал их, и я увидела железную дверь.

— Это еще один вход в замок, — сказал он мне.

— Ты думаешь, Орана не догадается, что мы им воспользуемся? — спросила я.

— Не знает, — ответил Эйрик, — Она вообще очень плохо знает свой замок, а я буквально за несколько дней облазил его вдоль и поперек. Не думаю, что она расставит караульных на всех входах, тем более она так уверена в своих силах!

Он открыл дверь и вошел, я следом за ним. Мы прошли по темному, довольно длинному коридору и снова перед нами возникла очередная дверь. Эйрик прислонился к ней ухом и прислушался. Потом посмотрел на меня.

— Это вход в подземелье, где Орана держала Дагона, — сказал он.

— Держала? Что это значит, его что, там уже нет? — я схватила Эйрика за рукав и встряхнула, — Что ты такое говоришь?

— Его там действительно нет. Он наверху, а здесь мы можем столкнуться с жрицами Ораны, довольно неприятные, скажу тебе, дамы!

— Знаю, — буркнула я, — Встречалась уже.

— И как впечатление? — спросил Эйрик, открывая дверь.

Я промолчала.

Мы попали в широкое помещение. Здесь стояло несколько столов, на одном из которых были разложены непонятные, но довольно страшные на вид предметы, я так понимала, что ими пытали неугодных богине, потому что они были сплошь покрыты свернувшейся черной кровью. Я поморщилась от отвращения. С одной из стен свисали длинные цепи. В правом углу стоял длинный продолговатый ящик, усыпанный тонкими железными шипами. Воткнутые в стены факелы неприятно чадили, и этот запах смешивался с запахом крови. Я почувствовала тошноту, подступившую к горлу, и отвернулась. Я была рада только тому, что сейчас в комнате пыток никого не оказалось. Ни жриц, ни тех, над кем они измывались.

— Поспешим, — Эйрик потянул меня за рукав, — Здесь находится опасно.

Мы крадучись вышли из комнаты и поднялись по длинным ступеням на верхний этаж. Эйрик обнажил меч, я последовала его примеру. Внезапно прямо перед нами мелькнула чья-то тень. Прежде, чем я успела что-то сообразить, Эйрик рванул вперед и, схватив одетую в черный балахон жрицу, закрыл ей ладонью рот и перерезал горло. Я нервно сглотнула, вспомнив, как он совсем недавно проделал это со мной.

— Идем, — позвал он, положив тело. Мы преодолели последние ступени, и перед моим взором предстала маленькая оружейная комната, забитая буквально доверху всевозможным оружием. Причем оно было просто свалено в одну кучу, а не рассортировано по наименованиям.

— За этой дверью главный зал, — сказал Эйрик, — Орана там…

— А Дагон? — спросила я.

— Он тоже, — Эйрик отвел взгляд, — Ты точно хочешь туда? Еще есть возможность вернутся.

— Я не брошу Дагона, — отрезала я.

— У тебя нет шансов выстоять против Ораны, — сказал Эйрик, — Но я помог тебе, как смог. По крайней мере, с моей помощью ты миновала те ловушки, которые приготовила тебе моя мать. Все, кроме одной, — добавил он и распахнул передо мной двери. Мне в глаза ударил яркий солнечный свет. Я зажмурилась и прошла в зал. Это было огромное помещение, по своему масштабу не уступающее главному залу во дворце Алазара. Колонны, стоявшие по периметру, поддерживали свод, в центре зала небольшой фонтан, со стен свисает алая драпировка. Я обвела взглядом зал и внезапно увидела Орану. Богиня восседала на троне в окружении своих жриц. Несколько одетых в черное женщин, при нашем с Эйриком появлении, вскочили на ноги и бросились было на нас, но Орана подняла руку, призывая их оставаться на местах.

— Эйрик, ты все же такой дурак, — сказала Орана, посмотрев на сына, — Я знала, что твоя любовь не доведет тебя до добра, а ведь ты мог достичь много рядом со мной! Ты очень расстроил маму.

Эйрик вышел вперед, закрыв меня.

— Не надо, — сказала я, но он не слушал меня.

— Я еще тогда заподозрила, что что-то не так, когда ты так быстро согласился убить её, — продолжила Орана, — Эта проклятая Морил вечно сует свой нос, куда её не просят.

— Где Дагон, — спросила я, выходя из-за спины Эйрика.

— Сейчас ты его увидишь, — рассмеялась Орана, — Только вот не знаю, обрадуешься ли!

Я затаила дыхание. Из-за трона Ораны вышел Дагон и направился ко мне. Я почувствовала, как мое сердце упало куда-то вниз и разбилось на мелкие осколки. Его глаза. Это был совсем не тот Дагон, которого я знала, и который любил меня больше всего на свете. Это были глаза убийцы, который шел меня убивать. Его движения были неторопливы и грациозны. Черная одежда облегала стройный стан, не сдерживая движений. Меч в его руке сверкнул на солнце, и он остановился в нескольких шагах от меня, словно выжидая. Орана заулыбалась.

— Когда то я хотела, чтобы Дагон заменил Силаса и на пьедестале бога войны и в моем сердце, но он не захотел этого. Что ж, я не жадная, иметь бессмертного убийцу богов, тоже не такая уж неплохая перспектива, не находишь?

Я перевела взгляд с лица Дагона на его меч. Вот оно, оружие, способное убивать бессмертных, поняла я.

— Неужели ты думаешь, что я бы позволила тебе так беспрепятственно проникнуть в мой замок, если не хотела посмотреть, как ты будешь умирать от руки своего любимого? У тебя нет шансов выстоять против него, — продолжила Орана, — Даже если случится чудо, и ты победишь Дагона и найдешь в себе силы убить его, то мои жрицы разорвут тебя на мелкие куски. Ты все ещё хочешь попробовать потягаться со мной?

— А у меня есть выбор? — спросила я язвительно, — Хочешь сказать, что если я признаю свое поражение сейчас, ты дашь мне уйти?

— А ты признаешь? — Орана привстала над троном и впилась в меня острым взглядом холодных глаз.

— Нет, — ответила я, — А ты бы меня отпустила?

— Нет, — в тон мне произнесла богиня и села обратно.

Эйрик встал рядом со мной. Дагон посмотрел на нас совершенно безразличным взглядом, который говорил, сколько бы вас ни было, я вас всех убью. Я посмотрела на его такое дорогое и любимое мной лицо, но он словно не узнавал меня. Неужели нам придется сражаться друг с другом, подумала я, и от этих мыслей мне стало так плохо, что я едва не закричала.

— Дагон, — проговорила Орана, — Будь добр, убей этих двоих. Только постарайся, чтобы это зрелище доставило мне удовольствие. Помучай их перед смертью. Я хочу, чтобы они молили о ней, как об избавлении!

Дагон кивнул. Я едва успела отскочить в сторону, как он напал. Эйрик отреагировал быстрее и прикрыл меня, скрестив оружие с тем, кого раньше называл братом. Я не могла заставить себя поднять меч против Дагона, а тем временем Эйрик явно сдавал под его яростным напором. Дагон был очень хладнокровен, казалось, его не интересовало, с кем он бьется. У него была только одна цель, убить противника любой ценой. Я опомнилась только, когда он выбил меч из рук Эйрика. Тогда я подскочила к нему и парировала удар, дав последнему время откатится в сторону и поднять меч. Теперь мы противостояли Дагону вдвоем, но он все равно оставался сильнее и быстрее нас. Скоро на теле Эйрика показались несколько глубоких порезов, он все время пытался закрыть меня от меча Дагона и порой терял бдительность. Вместе с вытекающей из ран кровью его начали покидать силы. Орана спокойно следила за происходящим с высоты трона и улыбалась. Жрицы подвывали на каждый удачный удар нашего противника. Я понимала, что нам не выстоять даже вдвоем против такого бойца, как Дагон. Бой превратился в представление во славу Ораны. Меня охватила страшная злость. Неужели все закончится так, подумала я и на мгновение отвлеклась. В этот миг Дагон подскочил ко мне и хотел ударить меня мечом в живот, как Эйрик встал между нами. Дагон вышиб ногой из его руки меч и, схватив его за шею, приблизил к себе. Он вонзил в грудь Эйрика меч и с силой провернул его. На мраморный пол хлынула кровь. Я закричала и бросила взгляд на Орану. Богиня равнодушно смотрела на то, как тело её сына упало на пол. Только тогда она остановила бой. Дагон замер надо мной с мечом, так и не нанеся удар. Я бросилась к Эйрику и попыталась приподнять его тело. Он был ещё жив. Я понимала, что Орана остановила бой не по доброте душевной, а чтобы только оттянуть удовольствие от смерти сына. Я села на колени перед Эйриком и взяла его руку в свои.

— Этот меч действительно убивает бессмертных, — только и сказал он. Его глаза закатились, грудь в последний раз поднялась и опала. Я посмотрела на богиню и медленно встала, сжав рукоять меча с такой силой, что услышала хруст пальцев.

— Почему? — спросила я, — Это же был твой сын?

— Он предал меня, — просто сказала она в ответ и, посмотрев на Дагона добавила, — А теперь убей её!

Я внутренне похолодела, понимая, что мне не выстоять одной, но все равно повернулась к Дагону и подняла меч. По крайней мере, я постараюсь продать подороже свою жизнь.