Глава 19. Шерон

До утра я проспала в машине. Не было никаких сил на то, чтобы искать какой-нибудь хостел, разговаривать с портье, осматривать комнату. Занести номер Эрика в черный список, заглушить мотор и уснуть — всё, на что меня хватало. А утром я первым делом позвонила маме.

— Ма, слушай. Я тут нашла симпатичную квартирку. Вернее, даже не я нашла, а моя подружка. Ей одной снимать дорого, а на двоих — в самый раз.

— Что-то случилось? — тут же что-то заподозрила она. — Вы не поладили с Эриком?

Ага. Не поладили. Знала бы ты, насколько не поладили… впрочем, хорошо, что мама этого не знает.

— Нет, что ты! Какое мне вообще до него дело? Мы почти не сталкиваемся. Но знаешь, вдвоём жить веселее и учиться легче. Можно обменяться конспектами, что-то друг другу подсказать, понимаешь…

Я сама удивлялась, как у меня получалось придумывать всё новые и новые аргументы в пользу совместного проживания. Но как бы то ни было, мама была успокоена. А минут через десять пиликнуло моё банковское приложение: на счёт поступили деньги. Небольшие, но их вполне должно было бы хватить на то, чтобы безбедно прожить первые пару месяцев. А там как-нибудь разберусь…

Экзамен я сдала на отлично. К счастью, он был последний. Впереди — два месяца каникул, и это здорово. Всё время на экзамене я сидела, как на иголках.

Мне казалось, что Эрик, не дозвонившись, может появиться прямо здесь и устроить какую-нибудь некрасивую сцену. Так что, когда я выходила из дверей университета, с моих плеч словно упали целых два камня. Один коснулся учёбы, а второй — Эрика.

Можно было действительно заняться тем, чтобы найти квартиру. Чтобы моя жизнь наконец-то стала нормальной. Ну или хотя бы немного похожей на нормальную.

***

Прошла уже неделя.

Что там я думала, что денег, которые мама бросила мне на карточку, хватит на пару месяцев? Смешно.

Самостоятельная жизнь — штука дорогостоящая, особенно когда начинаешь её с нуля и в большом городе. Я бы не стала винить свою мать в том, что она так ошиблась. Когда она жила в маленьком городе, этих денег действительно хватило бы надолго. А когда переехала сюда — деньги перестали быть её проблемой. Это полностью взял на себя Стив. Да и я ей сказала, что буду снимать недорогую квартирку вдвоём с подругой, а снимала её одна, и такой уж недорогой эту квартирку назвать было нельзя, хоть и находилась она на окраине города.

Я бы нашла и подешевле, но только если у тебя Феррари, в таких районах лучше не только не жить, но и вообще не появляться. В общем, так или иначе, неожиданно выяснилось, что мне нужны деньги.

К тому же, такая машина, как у меня — это не роскошь, а чудовище, которое высасывает из тебя деньги не хуже заправского шантажиста.

Думала ли я об Эрике?

Конечно, я была бы рада сказать, что полностью выбросила его из своего сердца, из своих мыслей, из своей жизни.

Но это не было бы правдой. Я думала о нём постоянно. И конечно, предпочла бы думать только плохое. Я старалась держать перед глазами эту картину: я захожу в гостиную, вижу Эрика и Клэр, которая стоит перед ним на коленях… она ранила мне сердце снова и снова. Но, по крайней мере, не давала вспоминать другие моменты — когда я была с ним по-настоящему счастлива.

И как бы ни пыталась я себе объяснить, что счастье это было результатом моей глупости, наивности и самообмана — я не могла справиться с чувствами.

Эрик был как ржавый гвоздь, вбитый прямо в моё сердце.

Но, возможно, именно из-за этих своих мыслей о нём, я нашла выход — как я могу заработать денег. В конце концов, у меня мало что есть. Но зато у меня есть Феррари.

И путь Эрик утверждал, что после ремонта эта машина ни на что не годится — я бы с ним поспорила. Так что, в один прекрасный вечер я отбросила все сомнения и стала искать в интернете стритрейсеров.

Вряд ли та команда, в которой был Эрик, была единственной — наверняка я найду и какую-то другую. Я в этом не сомневалась.

***

Он все-таки со мной связался. Хотя, кажется, я сделала все, чтобы этого не произошло.

Я внесла его в черный список на своем телефоне. В университете он точно меня не поймает — после последнего экзамена я была свободна на пару месяцев. Адрес моей квартирки знала только мама. Но тут я не сомневалась, уж кому-кому, а Эрику никак не светило вытащить из нее эту секретную информацию. Вряд ли бы он стал даже спрашивать.

Я вообще никак не ожидала, что он меня найдет. Казалось, я защитилась полностью.

Ну да какой в этом смысл, когда есть Инстаграм?

«Шерон, нам надо поговорить. Я виноват».

Вот так, коротко и по-деловому.

Я усмехнулась: неужели? Виноват? Что такое случилось с мирозданием, если Эрик вдруг решил, что он не безупречен?

Виноват.

Мое сердце снова будто бы бросили в блендер и нажали на «пуск». Перед глазами встала та же картинка. Выражение блаженства на его лице и Клэр, которая трудится снизу. Он вбивается в нее жестко и сильно.

Я почувствовала, что меня снова начинает подташнивать.

Да, виноват. И разговорами этого не исправить.

И вообще присылать сообщение именно здесь было плохой идеей.

Потому что я сделала то, до чего до сих пор не додумалась и чего, говоря откровенно, мне и не хотелось. Я перешла на его страницу и увидела там то, что, наверное, должна была ожидать увидеть.

Эрик улыбающийся и довольный в компании каких-то красоток.

Эрик, раздетый по пояс, на фоне машины.

Эрик, Эрик, Эрик, на каждом фото.

Самодовольный взгляд и улыбочка коварного соблазнителя, который знает, что мир принадлежит только ему. Красивый. Такой красивый, что сейчас мне больно на него смотреть. Каждая черточка, каждый изгиб — острый осколок стекла, который впивается мне прямо в сердце.

И, разумеется, комментарии. Десятки комментариев. Десятки девичьих лиц — по-инстаграмному безупречных, прогнанных через фильтры. Красотки, которые ничуть не гнушаются выстроиться в очередь.

«О боже какой красавчик!»

«Эрик, возьми меня полностью!»

«О, я умираю, он просто совершенство».

Да уж. Если он хочет со мной встретиться (не представляю, для чего ему это!) то выбрал худшую тактику.

Здесь, в этом храме его привлекательности, мне точно не хотелось оставаться и становиться одной из его томных поклонниц.

Так что я заблокировала его и в Инстаграме тоже.

Стоило мне с этим покончить, как пришло сообщение, которого я ждала. Действительно ждала.

Стритрейсеры. Мне все-таки удалось связаться с этими ребятами.

Там не было ничего особенного, только время и место встречи, безо всяких указаний на то, что это за встреча. Такая секретность показалась мне немного забавной. В конце концов, стритрейсеры не грабят банки, а всего лишь носятся как угорелые на своих крутых тачках.

Впрочем, кто знает. Может, как раз эти — единственные, на которых я смогла выйти, — не зря держатся в тени. Я собиралась сделать шаг в неизвестность. Так что не удивительно, что мне было не по себе.

Ехать на эту встречу было страшновато. В какой-то момент я даже твердо решила отказаться. Неприятности мне вовсе ни к чему, а деньги… Денег я могу попросить у мамы. Да, это будет неприятно и унизительно, но вряд ли она мне откажет.

Но в конце концов я отбросила страх.

Если не появлюсь там сейчас, нарушу обещание, другой возможности уже не будет. Эти ребята вовсе не похожи на тех, кто дает вторые шансы.

Так что я нацепила джинсы, майку, собрала волосы в хвост, зачем-то надела солнцезащитные очки, хотя дело близилось к вечеру. Но почему-то с ними я чувствовала себя более защищенной. И поехала.

На развилке дороги, где была назначена встреча, уже стояли беспорядочно припаркованные машины. Я подъехала и вышла, робея и теряясь.

Ко мне тут же подошел парень. Невысокого роста, белобрысый, он, как и я был в очках. Только его очки были самые обычные с диоптриями. Он выглядел как школьник. И уж точно не был похож на сурового руководителя команды стритрейсеров.

Он окинул меня оценивающим взглядом. И я удержала снисходительную улыбку, которая уже была готова появиться на моих губах. Взгляд у него был взрослый. Теперь не оставалось сомнений: его стоит воспринимать всерьез.

— Так это ты Шер?

Я кивнула.

— Я Сэм. С ребятами познакомлю тебя позже. Ты готова ехать? — Снова испытующий взгляд.

Торопливо киваю.

Готова. Конечно, я готова. А даже если не готова — все равно поеду. Я осматривалась по сторонам и видела незнакомых людей, машины. И те, и другие казались мне невероятно крутыми. Круче, чем я бы могла даже мечтать стать. Моя уверенность в себе сейчас близка к абсолютному нулю. Но я стараюсь не подавать вида.

Все хорошо.

Я справлюсь.

К счастью, Сэм или не замечал моей растерянности, или делал вид, что не замечает. Он продолжал спокойно и деловито.

— В двух словах объясню, как это все будет происходить, — начал он. — Пара участников для соревнования выбирается жеребьёвкой. Затем заезд. Старт и финиш обозначены. Выигрываешь — получаешь процент от выигрыша тех, кто делал на тебя ставки. Ничего сложного.

— А если проигрываю? — с тревогой спросила я.

Этот момент следовало уточнить.

— Ну… — протянул он. — Тогда мы заберем твою машину.

Я разом похолодела. Волосы на затылке стали дыбом.

Что?! Об этом меня никто не предупреждал! А ведь о таких вещах надо предупреждать! И что теперь делать?

Я подбирала слова, чтобы на это ответить, но их не было. Я лишь в панике хватала воздух ртом.

Парнишка рассмеялся.

— Да ладно, шучу. Проиграешь — и ничего не будет.

Я выдохнула. На таких условиях я была согласна соревноваться.

Свой первый заезд я выиграла. Как? Одному богу известно. Просто пришла в себя, когда меня поздравляли, а белобрысый парень совал мне в руки деньги.

— А ты ничего, — сказал он уважительно, когда толпа поздравляющих немного рассосалась. — Я пришлю тебе сообщение о следующем заезде.

Я кивнула.

— Хорошо, буду ждать.

Он снова окинул оценивающим взглядом теперь уже мой Феррари.

— А вот машина для гонок неподходящая…

Что?! Вот тут я по-настоящему удивилась. Если Эрик считал ее подходящей, почему она не годится для меня?

— Почему? — спросила я у Сэма.

Он пожал плечами.

— Слишком хрупкая. Скорость набирает отлично, но привести в негодность проще простого. Да и слишком дорогая. Вот уж не ожидал увидеть кого-то вроде тебя на такой. Скорей уж какого-нибудь мажора, папенькиного сынка, у которого денег куры не клюют… Любой другой нашел бы что-нибудь попрактичнее.

А ведь он угадал. Такой машины у меня не должно было быть.

Но она есть. И есть только такая.

Я вздохнула. Ну вот, и здесь напоминание об Эрике. Кажется, я вообще ничего не могу сделать, кроме как смирится с тем, что он постоянно — прямо или косвенно — будет оказываться в моей жизни.

***

Следующее приглашение я получила буквально через пару дней.

Точно такое же сообщение — дата и место. Без деталей. Теперь это уже не пугало, так что я дышала ровно, когда собиралась на вторую в своей жизни гонку.

И снова победа в заезде осталась за мной.

А мой кошелек пополнился увесистой пачкой долларов.

На этот раз заезд не прошел как в тумане на одних инстинктах. Теперь я уже четко контролировала каждый свой жест, каждый поворот руля. Мне казалось, что за это время я уже почти сроднилась с машиной. Понимала, чего от нее ждать и что для этого надо делать.

Отсчитывая мне купюры, Сэм сказал:

— Знаешь, Шер, это конечно похоже на авантюру, но все-таки… Через неделю будет большая гонка. Там будут соревноваться не только наши. Соберутся почти все банды.

— Банды? — усмехнулась я.

Сэм махнул рукой. Ну да, какая разница, как это называть. Думаю, им просто нравится чувствовать себя опасными. Но сейчас речь шла не об этом. Так что я внимательно вслушивалась в то, что говорил Сэм.

— Конечно, ты еще новичок. Хоть и очень удачливый новичок. Но почему бы не попробовать?

Он хочет, чтобы я участвовала в гонке с лучшими? Да почему бы и нет! Две победы подряд заставили меня поверить в себя.

— И что для этого нужно? — спросила я.

— Самая малость, тысяча долларов.

— Сколько? — мои глаза округлились.

Тысяча долларов! Да если бы у меня были такие деньги, чтобы я могла их вот так просто выбросить, вряд ли бы рисковала. К тому же я рискую еще и собственной головой! И, что более важно, машиной.

— У меня есть к тебе предложение, — Сэм прищурился как-то слишком по-взрослому и от этого стал выглядеть совсем смешно. — Я внесу за тебя взнос, но если ты выиграешь, бабки делим пополам.

— А если проиграю? — сказав это, я улыбнулась.

Кажется, похожий разговор у нас был и совсем недавно. Неужели опять скажет, что мне придется отдать машину?

— Тогда получается, что и я проиграл.

Кто бы не согласился на таких условиях! Тем более, что ставки в таких заездах обычно крупные, а значит и выигрыши внушительные. А какая-нибудь внушительная сумма мне бы сейчас точно не помешала.

— Но знаешь, — сказал он, — ты лучше потренируйся на той трасе, на которой будет гонка.

— И где же это?

Он назвал место. И мне на мгновение стало не по себе. Это было то самое место, где я увидела стритрейсеров впервые и где я разбила машину.

— Да, конечно, — сказала я и сама удивилась как неестественно и хрипло звучал мой голос. — Я потренируюсь.