ГЛАВА 29

Нет ничего хуже бездействия.

Потому как, если при деле, и время летит быстрее, и мысли не донимают. До заката я измаялась, извелась вся, едва не сломалась от сомнений…

Попытка связаться с Ниэлой не увенчалась успехом. Мне бы не помешала ее помощь в этом нелегком деликатном деле, но ведьма так и не ответила.

По всему выходило — придется справляться собственными силами.

— Не дрейфь, прорвемся, — подбадривал меня Сёма.

— Этого-то я и боюсь, как бы не рвануло…

С такими-то подельниками и нестабильной мной…

На сердце у меня было тяжело и неспокойно. Отчего еще сложнее оказалось дождаться, пока разберусь с соперницей. Получится ли?

За окном начало сереть, я уже и не надеялась, что наша затея увенчается успехом, как Лилианна… пришла.

— Удивлена, что ты меня позвала, — заявила девушка, едва переступила порог спальни. — Но я даже рада этому. Нам стоит поговорить.

— Еще как, — согласилась я. — Проходи, присаживайся.

Впрочем, в моем приглашении она не нуждалась. Быстро осмотрелась, сориентировалась и уже буквально через миг вела себя словно хозяйка всего.

— Света, кажется? — сморщила нос Лилианна. — Я не запомнила…

— Светлана, — скрипнула зубами я.

— Рончик сразу предложил мне занять супружеские комнаты, — похвасталась эта гадина, присев в кресло возле камина. Место рядом со мной на диванчике возле окна она не выбрала, сразу вбила между нами клин, показала собственное превосходство. — Но я отказалась, попросила, чтобы только после свадьбы. Не зверь же я, правда, чтобы заставлять тебя ютиться в каморке для слуг. Да, Светлана?

«Ну да, ну да. Агнец, — ощерилась ехидна. — Вон рога нимбом над головой срослись».

— А Ниарон, по-твоему, значит, зверь?

— Настоящее чудовище, — блеснула глазами разлучница. — Не останови я его вовремя, ты бы уже не дышала, чужачка.

— Неужели? — ни на минуту не поверила ее словам я. — Так зачем же он такой тебе?

Лилианна точно хотела ударить меня побольнее, нащупывала пределы допустимого, игралась и получала удовольствие от процесса. Я не собиралась дарить ей лишнюю возможность позлорадствовать моим мучениям. Поэтому изо всех сил старалась держать лицо.

«Только бы магия не скакнула и глаза не выдали», — переживала про себя.

— Любит меня, помешался совсем. Истинная пара же. Сокровищем называет, — ядовито хмыкнула Лилианна, накручивая прядь своих черных волос на палец. — Кто откажется жить с готовым на все мужиком и купаться в роскоши?

— Ну да, мало кто, — поддакнула я.

— Вот и ты же не отказалась, когда Ниарон тебя супругой взял. Кто же знал, что впереди его ждет истинная пара? — попыталась она провернуть нож в моей открытой ране. — Вот подождал бы немного Рон, и не пришлось бы сейчас с тобой так поступать. Разве кто согласится променять истинную пару на обычную супругу? Он бы на тебя и не посмотрел, встреться я ему чуть раньше.

— Ты так полагаешь? — выпрямилась я, словно палку проглотила.

— Нет, ты не подумай, я ничего против тебя не имею, Светлана, — заверила она.

Только вот отчего-то я в эту ложь тоже не поверила. Что-то подсказывало: лукавство — второе имя этой девушки.

— Я и не думаю.

— И правильно. Мы с Ниароном уже все решили. Завтра ты отсюда уедешь, так всем будет лучше, — продолжала делиться планами эта стерва. — Ну сама подумай, зачем себе лишний раз сердце рвать, правда?

Она разыгрывала из себя заботливую няшку, а у меня внутри все горело в агонии.

— Отношения в истинной паре бурные, привязка формируется очень быстро, я уверена, первый месяц некромант не будет выпускать меня из постели, когда, наконец, допущу его до сладенького, — предвкушающе закатила глаза Лилианна. На жертву рабства она сейчас и отдаленно не смахивала. — Ты очень глупо поступила, Света, разрешив ему все бонусы сразу. Возьми на вооружение. В следующий раз подольше держи мужчину на голодном пайке, чтобы награда ценнее показалась.

— Так ты же боишься физической стороны отношений после рабства, нет? — склонила голову набок я.

— Ну не всегда же я такая была, — хмыкнула девушка. А потом вдруг состроила печальную моську и тяжело вздохнула. — Ох, то, что со мной произошло… Я даже лютому врагу пожелать не смогу. Одна надежда на мою истинную половинку. Я верю, что Ниарон меня отогреет. Уверена, стараться некромант будет как в последний раз.

Перед моими глазами пронеслись кадры нашей последней с супругом близости накануне разлуки. Вот тогда все происходило на надрыве, словно бы мы оба подсознательно беду чувствовали и стремительно врастали друг в друга. Вот только не очень-то помогло, раз какая-то магия смогла Ниарону голову заморочить…

— И станет еще более диким, защищая свое. Он может даже убить, а его Тьма разорвет тебя на куски, Светлана. Так что лучше подумай о себе, уезжай и не тревожь нас.

— Ты так обо мне заботишься… — Я сделала вид, что удивилась. — С чего бы?

— Просто не хочу быть виноватой в твоей гибели. Твои силы еще пригодятся… империи.

— Удивительная осведомленность рабыни о моем даре.

— Каком даре? Я слышала что-то краем уха, но особого значения не придала. Меня больше личное счастье интересует, брак… Скоро и детишки пойдут… Наверняка Ниарон захочет большую семью, — едва ли не пропела Лилианна, а я только утвердилась в мысли, что она совсем не знает моего супруга.

— Он вообще не хочет детей. В ультимативной форме.

— Это от тебя, Света, — зло ударила девушка. — Со мной же все будет иначе. Еще упрашивать станет.

— Госпожа, ваш вечерний чай готов, — известила Мунали, когда зашла в комнату. Домоправительница поставила поднос на столик возле дивана. — Будут еще какие-то распоряжения?

— Нет, благодарю. Ты можешь быть свободна, — сказала я.

Демоница поклонилась и вышла, даже не бросив на меня короткого взгляда из-под ресниц. Видимо, не хотела себя выдать, ведь Лилианна следила за нами словно хищник, вышедший на охоту.

«Нет, не овечка, далеко ей до невинности, — подтвердила мое мнение ехидна. — Клеймо негде ставить, прошаренная, хитрая… Сложно будет».

— Выпьешь со мной? — предложила я нежеланной гостье, разливая чай по чашкам.

— Отравить меня удумала, что ли? — весело хмыкнула Лилианна. — Не выйдет ничего у тебя, Ниарон все равно уже мой, к тебе не вернется, смирись.

Я демонстративно поднесла чашку ко рту и отхлебнула напиток. По вкусу он ничем не отличался от травяного чая, что Мунали подавала мне каждый вечер. Оставалось надеяться, что и по составу не навредит ни мне, ни детям. Демоница говорила о безопасности травок, но опытным путем никто из нас этого еще не проверял.

— Видишь? Никакого яда, — пожала плечами я. — Хотела бы тебе навредить, уже нашла бы способ, а так… Это банальный жест вежливости.

— Вежливости? Умно, — закатила глаза девушка, но от чая, к моему удивлению, все же не отказалась — пригубила. — А отчего же ты вежливая такая? Я бы на твоем месте в глотку сопернице вцепилась, глаза выцарапала и сердце вырвала. Ты же спокойная, словно я и не разрушила твою семью.

— Руки марать? Нет, не мое, — нарочито небрежно ответила я.

Семён старательно изображал обычного кота, свернувшись в клубок на постели. Одно его ухо постоянно было нацелено в нашу сторону, фамильяр слушал и мотал на ус.

— Тогда уезжай, Светлана.

— Ничего у тебя не получится разрушить, — сказала ей я. — Ниарон скоро очнется от твоего дурмана, поймет, что он едва не натворил, и тогда тебе не поздоровится.

— Какого дурмана?

— Что за чары ты на него наложила? — прищурилась я.

— Любовь, дурочка, — фыркнула Лилианна. — И никаких хитростей. Не смогла мужика удержать и теперь виноватых ищешь? Не получится. Ниарон — мой. Всегда моим был. Таковым и останется. Тебе здесь ловить нечего.

— Всегда? — зацепилась за несоответствие я. Может, отвар стал действовать и у девушки развязался язык?

Соперница вдруг изменилась в лице.

— Что ты мне подсыпала, тварь?!

— Сыворотку правды, а сейчас и Ниарон подоспеет. Если ты чиста, как слеза младенца, то и бояться нечего, правда?

— Ты сама подписала себе смертный приговор, идиотка, — оскалилась девушка, она выудила из потайного кармана платья кинжал и кинулась на меня.

Всю ее красоту словно ветром сдуло. В глазах Лилианны горела такая ненависть, что меня до печенок проняло.

— А-а-а! — издала боевой клич она.

— А-а-а! — заверещала я, заслонившись руками.

Все произошло настолько мгновенно, что я даже толком среагировать не смогла.

— Мра-у-у!

Сёма бросился на Лилианну и вцепился ей в лицо. Столик с подносом перевернулся, посуда разбилась.

— Что здесь происходит?! — послышался ледяной голос Ниарона.

— А я тебе говорил, что нечисто? — шел за ним Орх. — Вот полюбуйся, что эта стерва натворила!

Лилианна отшвырнула Сёму от себя, тот удачно упал на кровать.

— Она на меня напала, Рон! — сразу же заплакала девушка. Она чудесным образом вновь стала тем невинным ангелочком, которого ни в чем даже заподозрить не подумаешь. Я едва не зарычала от досады. Почему сыворотка правды еще не подействовала? Или ее воздействие пока настолько слабое, что эта дрянь может продолжать врать? — Едва не убила! Порезала…

Эта гадина показала окровавленную руку, а другой ткнула в кинжал, что остался лежать на полу. И когда только порезать себя успела? Подсуетилась…

Как и с домом, который подарил нам на свадьбу Генрих. По факту никто из него меня выселить не имел права, но жилищный вопрос меня сейчас интересовал в последнюю очередь.

— Вижу, — пророкотал некромант и перевел тяжелый взгляд на меня. — За то, что напала на мою истинную…

— Не убивай ее, — вдруг кинулась к нему на шею Лилианна. — Она просто от ревности!

На одной ее щеке виднелись глубокие следы когтей от лап Сёмы. Постарался мой фамильяр на славу. Ну просто тигр.

— Ниарон, она тебя околдовала! — всплеснула руками я. — Разуй же глаза, наконец. Ты же сильный маг, проверь! Она не сможет соврать под сывороткой правды.

— Еще и отравить хотела, — зарыдала пуще прежнего Лилианна. — Ты же меня защитишь, Рон? Я ее боюсь!

Некромант сомневался какую-то долю секунды, по его лицу пробежала судорога, я затаила дыхание, а потом…

— Успокойся, Лили. Все будет хорошо, — пообещал гадине некромант.

— Ниарон! — пыталась докричаться до него я. — Ну как же так? Ниарон!

— Мне жаль, что ты оказалась способной на подлости, Света, — поджал губы мой околдованный супруг. — А еще носитель такого уникального дара… Незаслуженно.

Мужчина обнимал Лилианну, поглаживая ее по спине. Девушка же повернула лицо в мою сторону и продемонстрировала злую улыбку.

— Ты проиграешь, — одними губами прошептала мне соперница.

— Я буду говорить с императором, чтобы поместить тебя туда, где ты никому не сможешь причинить вред, чужачка, — сказал Ниарон. — А позже найду ритуал, который лишит тебя дара, и передам его более достойному.

— Я люблю тебя! — в сердцах призналась я, надеясь на чудо.

Но его… не последовало.

— Я никому никогда зла не желала. За что она так со мной? — давила на некроманта Лилианна. — Я не засну, боюсь, эта сумасшедшая еще зарежет меня во сне.

— С тобой ничего не случится, Лили.

Ниарона уже трясло от напряжения. С ним явно что-то происходило, но я не могла понять что.

— Ее нужно отправить в подвал и приковать к стене, чтобы не смогла до нас добраться! — настаивала девушка. — А потом вызвать дознавателей. Вдруг враги ее специально к тебе подослали, чтобы втерлась в доверие?

— Значит, мы так и сделаем, — чужим голосом сказал Ниарон. Он словно и не управлял своими действиями, но меня все равно это слишком больно ударило.

— Меня? В подвал? — не поверила я. — Ты послушно будешь делать все, что она скажет? А как же я?

— Ты… — Мужчина замялся, крепко зажмурился, дернулся, словно боролся, но… постоянно проигрывал.

— Я твой дом, Ниарон. Вспомни, — отчаянно выпалила я. — Пожалуйста! Ты ведь обещал ко мне вернуться…

Некромант вздрогнул. В его глазах вдруг вспыхнуло понимание, всего на мгновение, но…

— А ты никто! — вызверилась Лилианна. — Скажи ей, Рон!

— Ты… никто, — послушно повторил он.

— Ты хоть сам себя слышишь? — неожиданно вспылил Орх. — Ты под чарами, а эта гадина!..

— Замолчи! — прикрикнул Ниарон. Его глаза вновь остекленели, взгляд сделался пустым…

Тогда костлявый кинулся к Лилианне, на ходу призывая магию.

— Я покажу тебе, тварь, как держать на коротком поводке моего племяша!

— А-а-а! — сжалась девушка.

Некромант вскинул руку, с кончиков его пальцев змейкой соскользнуло заклинание… Вспышка!

И Орх прямо на наших глазах рассыпался пылью.

— Что ты наделал? — прохрипела я.

— То, что давно стоило, — сплюнул Ниарон. — Упокоил его.

— Спасибо, любимый. — Эта змея погладила некроманта по груди. — Ты опять меня спас.

— Всегда… буду, — словно через силу процедил мужчина. — А с тобой, чужачка…

— Света, сюда! — Шкаф у ближайшей ко мне стены вдруг отодвинулся, явив нам тайный проход. Оттуда махала Мунали.

Я встретилась глазами с супругом и неожиданно для самой себя прикрыла ладонью живот в защитном жесте. Можно было сказать о своей беременности, постараться достучаться до некроманта. Еще раз, и еще, и еще. Но… я устала.

— Надеюсь, ты придешь в себя и поймешь, что именно натворил, — хрипло проговорила я. — А потом… попытаешься все исправить, но может быть уже поздно. Я устала бороться за тебя, Ниарон. Я устала быть сильной. И если ты захочешь меня вернуть, тебе придется перевернуть небо и землю, доказывая свои чувства.

— Быстрее! — поторопила меня Мунали.

Сёма в три прыжка достигнул проема и скрылся в темноте.

— Не дай ей уйти! — скомандовала Лилианна.

 Ниарон кинулся мне наперерез, и вдруг из него вырвалась Тьма, которая щитом закрыла меня от некроманта.

Я впервые видела, чтобы мужчина и Тьма боролись друг с другом…

Благодаря сущности Ниарона, которая осталась мне верной, я смогла скрыться в тайном проходе.

— Теперь вы в безопасности, госпожа, — выдохнула Мунали, как только за нами закрылась дверь. Все вокруг погрузилось во тьму.

Правда, через мгновение демоница сотворила огненный шарик у себя на ладони. Его света хватало, чтобы видеть дорогу на полметра вперед.

— Это очень вряд ли, — убито выдала я.

«Никакого ребенка не будет!» — гремело голосом Ниарона у меня в голове.

Нет, признаваться сейчас было глупо. Некромант меня точно не услышал бы, а вот Лилианна... Она наверняка сделала бы все, чтобы избавиться от такой угрозы для фальшивой «истинности».

Меньше всего я хотела, чтобы мои дети стали разменной монетой в этой жестокой игре.

Не скажу, что я сразу прониклась мыслью о будущем материнстве. Не мечталось особо об этом мне никогда. Но инстинкт самосохранения у меня обострился в разы. Да и константа, что со мной останутся частички нашей с Ниароном любви, придавала необходимых сил.

Ведь супруга, похоже, я спасти не смогу. Не оказалось ни опыта, ни должного умения управлять собственной силой, ни нужных знаний.

— Все кончено, — скорее самой себе, чем кому-то сказала я.

Мы вышли в какой-то пещере.

— Что собираетесь делать, госпожа? — спросила демоница.

— Бежать.

— Куда? — взвыл Сёма. — Ниарон нас из-под земли достанет. Кстати, а где это мы?

— Как раз под землей. Этот тайный ход ведет почти через весь город к его северным границам, — объяснила домоправительница. — Может, у вас есть кого позвать на помощь? Вам бы добраться в безопасное место… Пока господин под чарами, вряд ли он ведает, какую беду может натворить.

Ниэла со мной на связь так и не вышла.

«Искать протекции у императора? — раздумывала я. — Не факт, что успею до него добраться».

И тут меня прошило мыслью о Луноликой. Она ведь говорила, что по моему желанию сможет вернуть меня в родной мир…

«Всеблагая мать, — про себя взмолилась я. — Верни меня домой!»

— А всего-то стоило попросить, — хмыкнула Мунали. — Несложно совсем было, да?

Женщина перед нами неуловимо изменилась. Теперь это была не демоница в годах, а сияющая богиня…

— Так это ты все время была? — выпучила глаза я.

— Думаешь, я выпнула тебя в свой мир и оставила без присмотра? Эх, Светочка, наивная простота моя… — закатила глаза она. — У меня на тебя слишком много далекоидущих планов, чтобы так все испортить. Конечно, я вела тебя, следила, направляла нужной дорогой и оберегала.

— Вижу, — фыркнула я. — Так берегла, что теперь бежать надо. От единственного мужчины, между прочим, кого я смогла полюбить…

— Так нужно, Света, поверь мне. Только так ты сохранишь детей. Они слишком ценны для империи, чтобы ими настолько глупо рисковать. И Ниарон должен получить свой урок, иначе не поймет, не оценит.

Я покачала головой. Все эти божественные игры… Они меня мало интересовали. Я никогда не мечтала спасать мир, но попала в чужой и стала пешкой в какой-то замысловатой партии.

— Я хочу вернуться домой, — повторила я Луноликой. — Сможешь перенести?

Вместо ответа богиня открыла портал. В его зеве, словно через окно, я увидела свою кухню.

— Скажи мне только одно. Я истинная его или нет?

— Истинная, — кивнула богиня.

— А метки?

— Пока магия в тебе нестабильна, не проявятся в полную силу, — был ответ Луноликой.

— Так а как же? — недоумевала я.

Богиня пожала плечами.

— Магия хаоса. Все было спланировано заранее. Даже такой сильный маг, как Ниарон, не смог противостоять.

— Так почему же ты его не защитила? — Помимо воли в моем голосе прорезалась претензия. — Или недостоин?

— Потому что так было надо.

— А может, тебе просто нравится издеваться над нами?

— Все, что выпало на твою долю, должно было привести тебя сюда, именно в этот момент, — не поддалась на провокацию Луноликая. — Ты крохотная часть великого замысла, Света. Так было надо.

— Кому надо-то? — разозлилась я. — Мне не надо! Ниарону не надо! Нашим детям точно не надо! Так кому?

— Мне, Света. Такой ответ тебя устроит?

— Нет, — поджала губы я. — Но другого я явно не получу.

Луноликая лишь улыбнулась. А меня впервые охватила настоящая ярость.

Я застыла, занеся ногу над порталом.

— Сейчас или никогда, Света, — сказала мне богиня. — Решайся.

В этом мире на каждом шагу меня поджидала опасность. Я устала постоянно быть начеку и ждать подвоха…

На Ниарона полагаться теперь нельзя было. Я могла рассчитывать только на себя. Зона ответственности расширилась, не только о себе нужно было беспокоиться, но и о еще нерожденных детях.

«Смогу ли я их защитить здесь?» — набатом билось в моей голове.

— На удержание портала через миры уходит слишком много энергии, — тактично поторопила меня Луноликая.

И я сделала свой выбор — шагнула домой.