Глава 5

— Ирина Сергеевна! — Незнакомый мужчина в полицейской форме раздражённо потряс меня за плечо. — Вы что-то принимали? Наркотики? Алкоголь? Вы меня вообще слышите?

— Я слышу, — отозвалась равнодушно.

— Вставайте. Мы должны вас сопроводить в следственный отдел.

Только увидев следователя, я ненадолго выплыла из оледенения. В сердце вспыхнула искорка надежды, что всё это страшная ошибка и моя дочь, моя Юленька, не виновата. Но увы, как оказалось адвокат Дмитрия тоже не сидел сложа руки, и увиденная мною запись оказалась лишь одним из доказательств сотворённого дочерью.

Как оказалось, Юля с двумя парнями, которым кстати заплатила, заранее продумали план действий. Дочь попросила привезти ей вещи бабушки и в день, когда я уехала, в квартиру пришли сообщники Юли.

Моя дочь используя нелегальную СИМ карту позвонила Дмитрию, телефон которого нашла в моих контактах, и попросила встретиться. Сказала, что хочет познакомиться. Приехать попросила к нам домой.

Дмитрий тянуть не стал и уже через час стоял у двери нашей квартиры. Но Юля, сделав вид, что дома никого нет, ему не открыла, и Дима ушёл. Некоторое время он сидел в машине, под окнами квартиры, пытался дозвониться Юле и как только уехал, парни приступили к задуманному.

Нанесли повреждения на руки, ноги и бёдра моей дочери, затем один из парней ушёл, а второй, самый рослый, надел куртку и накинул капюшон. Когда всё было готово, Юля начала кричать, звать на помощь и как только в дверь квартиры начала стучать соседка, парень, распахнув дверь, оттолкнул женщину и помчался вниз по лестнице.

— Вот такая занятная история, — закончила следователь.

Разум отчаянно пытался найти нестыковки:

— Но зачем дочери нужно было звонить Дмитрию? — спрашивала, цепляясь за соломинки.

— Как я и говорила — ваша дочь с сообщниками всё продумала. Сабуров Дмитрий находился на рабочем месте, чему соответственно нашлись бы свидетели. А после звонка Юли, он уехал, его машину зафиксировали видеокамеры магазина, расположенного рядом с вашим домом.

— Но… но… — я с обречённостью смотрела на следователя: — но у Юли нечем было заплатить!

— Было чем, — она криво усмехнулась и достала из ящика стола маленький пакетик. Вытянув руку, продемонстрировала его мне: — Вам знакомы эти вещи?

Обречённо обмякнув на стуле, я горестно кивнула. Конечно, я узнала золотые украшения: цепочка с крестиком и серьги, подаренные дочери на день рождения, своё золотое колечко, которое, как оказалось, не потеряла.

— Вот это один из сообщников Юлии сдал в ломбард. Вырученные деньги парни ат забрали себе.

А дальше для меня всё было как в тумане. Погрузившись в своё апатично-отрешённое состояние, я отвечала на вопросы, что-то подписывала и опять отвечала, рассказывала. Затем появилась подруга со своим мужем и как они оказались рядом, я не задумывалась.

В какой-то момент я осознала, что сижу за столом у себя на кухне, а в коридоре раздаются голоса и вскоре напротив присела Светлана.

— Ириша, посмотри на меня, — попросила подруга, смаргивая слёзы. Потом вскочила и через пару минут сунула мне в руки стакан, наполовину заполненный алкоголем.

— А ну-ка, дорогая, выпей!

— Что это? — прошелестела, едва шевеля губами.

— Пей, я сказала! — Светлана рявкнула, и я послушно поднесла стакан к губам, сделала несколько больших глотков и, закашлявшись, уронила стакан.

— А-а-а, — пыталась втянуть воздух через горящее огнём горло.

— Ага, а-а-а, — Светлана сноровисто всучила мне в руку ещё один стакан: — Запей водой.

Только после того, как я осушила посудину, посмотрела на подругу более осмысленным взглядом. Осмотрелась и вскочила:

— Господи… Юля… где Юля?

— Сядь! — повысив голос, приказала Светлана. Она поняла — сейчас со мной только так и нужно, иначе не удастся вытащить из кокона апатии. — В своей комнате твоя дорогая дочурка и с ней всё в порядке. А вот с тобой — нет.

Светлана смотрела с беспокойством и с облегчением выдохнула, когда услышала всхлип. Встала, потянула меня за руку, увлекая за собой, усаживая на пол и качая меня в своих объятиях. Слушала рыдания с бессвязными вопросами: «За что? Господи, как она могла? Почему?..»

Через время, отстранившись, я подняла лицо, залитое слезами:

— Свет, что теперь будет? — спросила сквозь судорожные всхлипы.

— Наладится всё, Ир. Не сразу, потихоньку, но наладится.

— Ты не понимаешь… — я покачала головой: — Юлька… её же накажут, её…

— Да ничего не будет твоей Юльке! — зло выцедила Света. — Малолетка она, не достигла четырнадцати лет. Её только на учёт могут поставить и всё.

— Как так? — я ошарашено моргнула: — За то, что она сотворила, что подстроила…

— Вот так, милая. Так что радуйся, что у Юльки только через четыре месяца день рождения. Уголовное дело, возбуждённое на твоего Дмитрия, закроют, а вот те два пацана, сообщники Юльки — действительно попали. Одному уже шестнадцать, второму восемнадцать исполнилось. Им реальный срок светит.

— А Дима… — вспомнив о любимом, я посмотрела на подругу глазами, заполненными ужасом: — он… я… — хватала ртом воздух, пытаясь вдохнуть, и Светлане пришлось меня встряхнуть:

— Ириша, дыши! Дыши, милая, — сама расплакалась от моего горестного вида. — Ну, хочешь я позвоню ему и попрошу, чтобы он с тобой встретился? Хочешь? Поговорите, ты всё объяснишь, хотя бы попытаешься.

— Пожалуйста, — закивала, пожимая ладонь подруги.

Светлана, мигом вскочив, побежала за телефоном, но сколько бы она не пыталась, дозвониться не смогла.

— Абонент вне зоны действия, — скривившись, Светлана отложила телефон и решительно потянула меня за руку, вынуждая подняться: — Знаешь что, давай ты сейчас ляжешь спать, а завтра мы с тобой поедем к нему.

Кое-как Светлана смогла меня уговорить лечь, проверила — что делает в комнате Юля и не натворила ли она глупостей, вернулась обратно в гостиную, где я, лёжа на диване, смотрела в стену потускневшим, отрешённым взглядом. Болтая о всяких глупостях, Светлана, присев рядом, гладила меня по руке, перебирала волосы и вскоре тихие всхлипы затихли, а я провалилась в тяжёлый сон.