Глава 9

Вчерашний день без преувеличения можно назвать безумным. Начиная утренней встречей с Мэредит и заканчивая ужасной фотосессией в роскошных апартаментах. Стоило поутру разомкнуть веки, как образ Мариара тут же встал перед глазами. Единственное хорошо, что я была не в своем теле. Все-таки сложно оказалось играть свою роль. А прикасаться, целовать самой, находиться так близко и делать вид, что мне нравится… Ужас!

Я довольной кошкой потянулась и размяла затекшее во сне тело, затем взяла в руки магфон, чтобы узнать время. Полдень. Давно мне не доводилось так долго спать. Солнце было уже высоко на небе, а птицы вовсю напевали приятные уху мелодии. Идеальное пробуждение, если бы не обилие «но». Да и сомнения грызли душу. Правильно ли я поступила? Нет, жалеть этого ублюдка никто не собирался, просто волновал вопрос: обернется ли успехом задумка? Верным ли было решение? Насколько крепкая эта страховка в случае, если других идей мести не найдется?

Не желая терять время на размышления, я вскочила с постели и побежала в ванную. Спустя двадцать минут меня в холле встретил Пратчет.

— Госпожа, не хотите ли позавтракать?

— С удовольствием. И если можно, вместо обычной травянной горячей настойки приготовьте чашечку шинарры и булочку с пряностями.

— Да, госпожа, — поклонился мужчина и скрылся за одной из дверей. Все-таки он был благородным дворецким. Не удивлюсь, если профессия передалась ему в наследство, как и должное воспитание. Мама нас тоже обучала поведению в высшем обществе. Вот только пригодились эти знания в постыдном деле, из-за которого моему брату грозила смерть, а я, хоть на шаг оступись, могла последовать вслед за ним.

После завтрака следовало себя чем-то занять. Потратить весь день в магфоне я не видела смысла. А лезть сразу в кабинет или комнату Ларестора — так себе вариант. Хотелось хотя бы немного проветриться. Потому, обув удобные босоножки, купленные вчера во время встречи с Мэредит, я отправилась на прогулку по владениям о-Шира.

— Я буду на территории, — сообщила Нилу, вознамерившемуся ко мне присоединится. Мужчина кивнул и вновь встал у дверей, где и был встречен мной минутой ранее.

Территория дома Ларестора впечатляла. Садовник выполнял свою работу достойно. Цветочные клумбы пестрели на солнце, кусты имели причудливые формы, а сочная трава, все еще влажная после утреннего полива, блестела и приятно холодила кожу. Я остановилась под одним из многочисленных деревьев и села на скамью, выкрашенную в белый цвет. Мне было невдомек, отчего одни вынуждены идти на отчаянные поступки ради выживания, ради крохотного местечка под солнцем, а другие имели огромные сады, в которых наверняка никогда не гуляли. Я могла дать голову на отсечение, что Ларестор плевать хотел на всю эту красоту, ведь она была лишь еще одним подтверждением его благосостояния, и ничем более. Как и Овера. Красивая куколка, чья роль легко сопоставлялась с тем кустом, на котором распустились белые бутоны роз.

На самокопание и самобичевание глупо тратить время. Поэтому я еще раз окинула взором прекрасный сад и вернулась в дом, где вскоре добралась до бассейна. Вода струилась меж пальцев, едва ощутимо ласкала кожу, придавала толику легкости и бодрила. Мне удалось расслабиться. И только получив заряд энергии, я решилась подойти к двери, привлекшей мое внимание многим ранее. За ней оказался гараж, больше похожий на амбар. Здесь находились три мобиля, летомобиль, принадлежащий Овере, и байк. Последний настолько привлекал к себе внимание, что я не удержалась и подошла к нему: новомодный, со смелым дизайном и наверняка баснословно дорогой. Он мог стоить столько же, сколько свобода моего брата.

— Госпожа о-Овера, добрый день, — зашел в гараж мой водитель и тут же поклонился.

— Добрый, — ответила я ему и отошла от байка.

— Вы хотели куда-то отправиться?

— Нет, просто решила прогуляться по дому. Отдыхай сегодня, — улыбнулась я и поторопилась к двери, оставляя позади себя удивленного мужчину.

Обед выпал на вечерние часы. После него я поднялась к себе и залезла в сеть через магфон. Только ничего полезного там не нашлось, потому пришлось отправиться в комнату Ларестора. Пратчет в такое время обычно был занят на кухне — это я подметила в первый же день. Значит, вероятность стать обнаруженной в неположенном месте сводилась к минимуму.

Знакомое помещение встретило меня дружелюбнее, нежели вчера. Сквозь распахнутые окна проникал шаловливый ветерок, принося с собой аромат роз. Я подошла к окну и выглянула. Садовник как раз обстригал отцветшие бутоны.

Я вдохнула полной грудью и поспешила в ту маленькую комнатку, святую святых Ларестора, где вновь уселась за бумаги. Повторно прочитывать уже знакомые документы не имело смысла. Мне требовались новые зацепки. Из того, что обнаружилось за последние дни, складывалась неутешительная для о-Шира ситуация. Он ведь не просто так сомневался над подписанием договора с «Констрал Прим». Наверняка для Мариара это дело являлось более выгодным, иначе он не стал бы обсуждать его с супругой своего напарника. Да и заказчица вовремя вздумала подать на развод. Существует ли здесь связь? Отец Оверы хочет понизить позиции Ларестора или же боится что-то потерять из-за этого договора? Но какова бы ни была их цель, о-Шир являлся мишенью, а я оружием, которому следовало его ослабить. Мне стало немного не по себе и совсем чуть-чуть жалко своего временного мужа.

Я отложила в сторону бумаги и открыла дверцу шкафчика, находившегося в левом дальнем углу. Там лежала какая-то коробка. Потянув ее на себя, я приоткрыла крышку и оторопела. Плотными рядами в ней лежали стеклянные бутылочки с магическими чернилами. Что-то мне подсказывало: государство ни за какие услуги не могло отдать такое количество о-Ширу. Более того, доступ к ним имелся только у отдельных лиц и выпускались они в строго ограниченном количестве. Даже Аира жаловалась на необходимость тратить большие суммы денег, дабы раздобыть их для незаконного дела.

Если бы кто-то из властей пронюхал о том, что именно хранит в своей спальне Ларестор, о-Ширу пришлось бы несладко.

Тут в коридоре послышались голоса, и я застыла. Магический шлак! Коробка мигом вернулась в шкаф в первозданном виде. Я убрала следы своего пребывания в этой комнате и вылетела из нее, не забыв отключить светильники. Но выходить из спальни было страшно. Потому после парочки глубоких вдохов и выдохов я облокотилась о высокий подоконник и слегка нагнулась, занимая притягательную для мужских глаз позу. В ту же минуту дверь распахнулась.

— Странно, я вроде бы запирал комнату на ключ… Овера? — в голосе Ларестора прозвучало удивление. Но стоило повернуться к нему, как я узрела сведенные на переносице брови, темные круги под глазами и поджатые губы. — Что ты здесь делаешь?

— Тебя жду.

Он недоверчиво задержался на мне взглядом, а затем покосился в сторону святой святых.

— И долго ты меня здесь ждешь?

— Намного меньше, чем ты изволил отсутствовать.

Я направилась к двери, намереваясь покинуть это место, но поравнявшись с мужчиной, дальше пройти не смогла. Ларестор больно схватил меня за локоть, развернул к себе лицом и прижал к стене.

— Овера, повторяю: что ты делала в моей спальне?

— Отвечаю: тебя ждала. Ларестор, хватит. Ты делаешь мне больно! В доме часто бывает скучно, а встречи с мамой такие редкие, что я схожу с ума. Вот и решила заглянуть сюда. Тебя не было четыре дня, а мне хотелось с тобой поговорить!

— Дай угадаю, — он ослабил хватку и провел ладонью по щеке, при этом издевательски улыбнулся. Хвала небесам, что не прищурился. Еще одного наглеца с такими ужасными повадками я не стерплю! — все еще хочешь нормальную семью?

— Хочу.

В его глазах заплясали игривые огоньки, а затем я почувствовала его руки у себя за спиной. Когда ушей достиг звук расстегивающегося бегунка, меня на секунду накрыла паника.

— Только не с тобой, — я тут же попыталась оттолкнуть его, но безрезультатно.

— Почему это? Может, стоит попробовать? Вдруг тебе понравится, и ты захочешь еще? Поверь, я могу удовлетворять не хуже того низкородного сосунка, которым ты так увлечена.

— Брак — это не только секс, — отвела в сторону лицо, так как мужчина склонился с намерением поцеловать. Или поиздеваться. Что-то мне подсказывало: второе.

— Вот как?

— Да. Это еще и чувства, которых у нас нет и никогда не будет, Ларестор. Потому вопрос развода будет актуальным в нашем союзе всегда.

— Но подпишем мы его только тогда, когда захочу я, — шепнул он мне на ухо, но угроза проскальзывала в каждой произнесенной букве. — Ты меня поняла?

Его горячее дыхание сменилось губами, захватившими в плен мочку уха. А затем последовал укус. Я не была готова к подобному, потому вздрогнула и попыталась вырваться. Однако мужчина лишь крепче прижал меня к себе, показывая, насколько несоизмеримы наши силы.

— И у твоего отца ничего не выйдет, так и передай ему. Овера, будь хорошей девочкой, веди себя смирно. Ты ведь прекрасно помнишь, почему я дал тебе свободу? — на этот раз звук бегунка заставил у меня внутри все затрястись. — И если не хочешь продолжения, то впредь не встречай меня в подобной позе.

Сердце застучало сильнее. Только не от того, что Ларестор продолжал угрожающе шептать где-то возле моего уха, — от страха. Я не выдержала и со всей силы толкнула мужчину в грудь, а затем пустилась прочь из спальни мужа заказчицы. Он мне позволил.

Лишь забежав к себе в комнату, я смогла перевести дыхание. И там, прижавшись спиной к двери, пришло прозрение. Ларестор без труда мог заявить права на свою же жену, принудить или же использовать другие метода. Но он не делал этого. Не делал, потому что она ему нужна в ином плане, потому что записал на нее свои активы, потому что женился на ней именно для подстраховки в бизнесе. И девушка знала! Именно об этом говорил о-Шир. Она знала на что шла.

Мир передо мной словно изменился. Тот прием с восхитительно красивыми дамами в дорогих нарядах, их непринужденные разговоры, смех, улыбки. Насколько же все было фальшивым? Неужели они тоже являлись куклами для своих мужей? Не может же высшее общество быть настолько ненормальным!

Магфон вдруг засветился зеленым. Я без задней мысли ответила на звонок и внутренне сжалась от раздавшегося оттуда голоса.

— Овера, как твои дела? — спросил отец заказчицы. Он даже не дождался моего ответа и продолжил: — Представляешь, а я решил прокатиться по Кейрину и обнаружил такие замечательные места.

Горло пересохло от волнения.

— Западная улица у нас оказалась довольно уютной. Я вот подумываю заглянуть в один дом. Догадываешься в какой?

— Нет, — прохрипела я.

— Второй этаж, дверь справа, белая со звонком в виде цветка. Вот только номер никак не могу вспомнить.

Двенадцать…

— Пора заканчивать, Овера, — угрожающе понизил мужчина голос и прервал вызов.

У меня перехватило дыхание. Я не видела ничего перед собой, не слышала и вообще некоторое время не могла прийти в себя. Руки так и вовсе затряслись. Он ведь имел ввиду съемную квартиру, ту, где сейчас находилось мое тело, и мог без труда проникнуть в нее, забрать, что-то с ним сделать.

Аира с самого начала нашей совместной работы предупреждала меня о подобном. Она сокрушалась на тему невозможности нанять людей для охраны и ухода за телом во время выполнения заказа. Только сейчас мне казалось, что это была банальная экономия на безродной. Мы никогда не оглашали условия своего контракта среди коллег, но тот же Хью выглядел намного спокойнее меня. И дело даже не в способностях мужчины или в родовом ранге, просто единственный человек, кто был постоянно на нервах — это я. Может, наша контора не бедствовала, как утверждала начальница? Ведь тогда столь богатые люди не обращались бы за услугами переноса сознания. А если и это дело неслучайно? Кинули на заведомо провальное задание того, кого не жалко. Хотя здесь я уже начинала бредить.

Паника поглотила меня настолько, что мысли возникали из ниоткуда и вновь исчезали, теряясь на задворках сознания. Страх… Как же давно меня не посещал этот липкий, холодящий душу ужас. Наверное, с момента ареста Ридла или даже со времен смерти родителей.

Мне с трудом удалось вернуть трезвость ума и перестать трястись загнанным зверем. Я посмотрела на потухший экран магфона, затем подняла взгляд к двери, различая за ней грузные шаги, скорее всего, принадлежавшие мужу Оверы. Они окончательно вывели меня из оцепенения.

Я хотела попробовать еще пару методов, прощупать почву получше, чтобы знать наверняка, куда бить. Однако мне не оставили выбора. Пришло время на кардинальные меры!