Глава вторая

Арина Парень настолько офигел, что даже назвал свой адрес. Точнее, попытался, потом плюнул и показал таксисту заметку в смартфоне с названием улицы и номером дома. Я хихикнула нервно — этот дом на Котельнической набережной знал весь город. И квартира, например, в аренду стоила там конских денег. Вау. Просто вау. Сердце у меня всё ещё нервно колотилось. Куртка осталась где-то в клубе, и я лишь надеялась, что Женька заберет её, я быстро набросала ей смс и попросила найти там мои вещи. Если их ещё не сперли. По-прежнему зажимая нос, парень прогундосил на английском: — Куда тебя отвезти? Я хмыкнула. Надо же, никаких вопросов, какого хрена это было или кто я такая. Даже странно. Хотя, наверное, с кровящим носом говорить вообще сложно, а у меня всё равно не было подходящих ответов. Не рассказывать же ему всю историю прям с самого начала! — Я потом вызову себе такси сама, когда довезём тебя. Не маленькая. — Это я уже понял… Английский у него был забавный, со странным акцентом. Откуда он?.. Понятно, что из какой-то испаноязычной страны, но из какой? Испания, Мексика, Чили? Аргентина? Любопытство защекотало где-то под ребрами, хотя изначально мне было наплевать, будь он даже каким-нибудь слесарем Петей из соседнего дома. Он просто был симпатичным и вовремя мне подвернулся, когда в клубе объявился Андрей. Чтоб его. Снова вспыхнула злость. Пусть я и не испытывала к Андрею той самой любви, от которой подкашивались ноги, у нас были отношения. Хотел трахать других — мог бы просто расстаться со мной! Но Андрей выбрал выгрести свое говно в люди, а лохушкой при этом выглядеть буду я. Хрена с два. Надеюсь, Женька успела всё заснять, завтра пустим по чатам. И надеюсь, лица этого парня всё же там будет не видно, я не настолько сука и специально повернулась к Женькиному телефону спиной, чтобы заслонить и чтобы было видно в основном только меня. — Ты откуда? — всё же я не выдержала. Он сидел, запрокинув голову и сжав переносицу двумя пальцами. Вздрогнул от моего неожиданного вопроса и скосил на меня глаза. — Аргентина. — Прикольно. Даже с окровавленным носом он был очень симпатичен, хотя красавчиком не назвать — черты лица не смазливые. В низу живота снова сладко потянуло. Если бы ситуация сложилась иначе… «...ты бы к нему и не подошла, — фыркнул мой внутренний голос. Тот самый, что отвечает за совесть. — Испугалась бы. А то и вообще не стояла бы там, где стояла, чтобы не столкнуться с Андреем. Вы бы вообще вместе ещё были» И это была правда. Но вышло как вышло; теперь я сидела в такси с абсолютно незнакомым мне парнем, везла его к нему же домой и всем своим существом ощущала, как моя жизнь превратилась в какой-то сюр. — Энцо, — вдруг произнес он. — А? — я вынырнула из своих мыслей. — Менья зовут Эн-цо, — повторил он по-русски с ещё более забавным акцентом, и я не удержалась, рассмеялась. — Что? — Ничего. Ты забавный, — вырвалось у меня. Он сморщился, то ли от смеха, то ли от боли в переносице. — До тебя мне далеко, — это он сказал уже на английском. Да уж куда забавнее, ага. — Приехали, — возвестил водитель. Выбравшись вместе с Энцо из машины, я уставилась, задрав голову, на знаменитую высотку. Я нечасто бывала в этом районе, и уж тем более — так близко к дому, где жили всякие деятели культуры и прочая элита. Ну или просто богачи. — Mierda!* — выругался Энцо, отвлекая меня от созерцания шпиля центрального корпуса, стремящегося в самое темное осеннее небо. Как оказалось, он отпустил нос, и кровь снова хлынула ему на футболку. Офигеть, я и не думала, что у Андрея сильный удар… или сработал эффект неожиданности? Чувство вины кольнуло где-то под сердцем. Это ведь из-за меня Энцо тут стоит и от любого неверного движения у него снова кровь носом идёт. Давай, Рина, исправь хоть что-то. Отомстила? Время собирать камни. Пусть я и повела себя, как сука, но бросить человека посреди улицы тоже не могла. — Так, запрокинь голову, — я подхватила его под локоть. — В каком подъезде живешь? Номер квартиры? — Со мной всё в порядке, — он мотнул головой. — Не парься. Не впервой. Да как тут не париться, если из-за меня ему, может, нос сломали?! — Я умею обращаться со сломанным носом, — прогундосил Энцо. — Я футболист. Хреналист. Не на ту нарвался. Я только цепче ухватила его за рукав куртки, потянула на себя, чтобы взглянуть ему в глаза. В свете фонарей они казались почти черными. — Хоть гребаный хоккеист, — четко и раздельно произнесла я. — Тебе разбили нос по моей вине. Так что уж позволь мне заморочиться и помочь тебе остановить кровь. А потом я вызову себе такси и поеду домой. Андрестэнд? ...Дома у него, слава Богу, нашлись и перекись, и ватные диски. Смочив несколько кругляшков обеззараживающим, я приказала: — Прямо сядь. Энцо повиновался. Осторожно затыкая ему нос ватой, я рассматривала его четко очерченный рот, резкий подбородок и татуировки на шее. Одна заинтересовала меня особенно — змей обвился вокруг яблока раздора, из-за которого первых людей ссаными тряпками погнали из Рая. Жёлтые глаза змея смотрели прямо на меня, а черенок яблока осторожно касался кадыка Энцо. Забывшись, я провела кончиком пальца по краям татуировки. Энцо напрягся. — Ой, — я отдёрнула руку. — Извини. Глупо, наверное, было извиняться, когда я уже засосала его прямо на танцполе. Но тогда ситуация требовала! А сейчас я не хотела, чтобы он решил, будто я пристаю к нему. — Ничего, — мне показалось, или голос у него чуть подсел? — Понравилось? — Красиво, — отпираться я не стала. Кажется, татуировки на мужчинах мне всё-таки нравятся. — Ты — верующий? Он дернул плечом. — Я верю в то, что Бог есть. И что Дьявол нас искушает. Звучало даже забавно. Интересно, считает ли он искушением то, как лапал меня за задницу в клубе? От воспоминаний вспыхнули щеки. Я знала, что уже получила свою месть. Знала, что Андрея, возможно, заломали охранники в клубе — но ничего, так ему и надо. И знала, что пора вызывать такси и ехать домой. С кровотечением я Энцо уже помогла. Уезжать мне не хотелось, но остаться меня никто не приглашал. А я бы могла… я ведь теперь — свободная девушка, так? — Вызову такси, — я всё же поднялась. Хоть завтра и воскресенье и в универ не надо идти, лучше мне поехать домой. И постараться стереть чужой адрес из памяти. Энцо поднялся вместе со мной. Я закусила губу, глядя на него снизу вверх. Кровь с его подбородка мы уже смыли, но я помнила, как эпично он врезал Андрею по челюсти в ответ на тот нежданный удар, и каждый раз, когда всплывала в памяти эта картина, у меня теплело в животе. Никто раньше не дрался из-за меня. — Классный цвет, — хрипло произнес Энцо. Поддел прядь моих волос, накрутил на палец и слегка потянул. — Как-то ты с другим и не представляешься. Я хотела сказать, что он меня не знает. Что не может судить о том, какая я и почему выбрала именно этот цвет. Но Энцо не позволил мне и слова сказать. Хапнув меня за затылок, потянул на себя, целуя жадно, настырно, языком толкаясь в мой рот. На его губах всё ещё сохранялся легкий привкус крови. Мне будто кто-то под коленки саданул, и я едва не осела на пол ванной под его напором, вцепилась пальцами в его предплечья. Щеки горели, тело было, как ватное. Я заскулила в поцелуй, сдаваясь его жестким горячим губам и жарким прикосновениям. Энцо застонал мне в рот, ладонью провел по её шее, ниже, лаская грудь через тонкую ткань топа. Пожар в низу живота утихомирить никак не получалось. Он подхватил меня, заставляя повиснуть на его шее и обхватить ногами за талию, отступил назад, наткнулся на косяк двери. Рассмеялся в поцелуй так, что повело голову. Мы умудрились запнуться о чертов коврик, пока добирались три метра до спальни. Я не понимала, что я делаю, зачем я это делаю, но я хотела этого, а значит… да плевать. Поезд несется к обрыву, пассажиров просят покинуть вагоны. К черту. Всё — к черту. Сегодня этот парень — мой. А я — его. ...Настойчивый звонок в дверь прервал мой сон. Кого там с утра несёт, Женьку, что ли?.. И почему в моем душе шумит вода, если я лежу? Я приподнялась на постели, протирая глаза, и в мою дурную башку ударили воспоминания. Клуб. Поцелуй с незнакомцем. Андрей. Драка. Поездка в такси до чужого дома. И секс. Охренительный, потрясающий секс — до криков, до закусанных губ, до располосованных моими ногтями чужих татуированных плеч и лопаток и до сведённых оргазмом бёдер. От воспоминаний по телу разлилась сладкая истома, но мозг не дремал, и, осознав, что натворила, я едва не скатилась с постели. Бля-я-я, что мне теперь делать? Надо, наверное, сваливать, пока Энцо — имя всплыло в голове моментально, как и его лицо, — меня сам не выпер. Секс на одну ночь хорошим никогда не заканчивается. Только уж крикну, что ухожу, он побега без прощания не заслужил. Звонок продолжал разрываться. Натягивая трусы, обнаружившиеся едва ли не под широкой кроватью, я услышала, как из ванной хозяин квартиры босыми ногами прошлепал к двери. Щелкнул замок, и из коридора раздались бодрые вопли и мат на испанском. Я едва натянула на себя топ и замерла посреди спальни, как олень в свете фар. Натянула, кстати, вовремя. Дверь в комнату распахнулась и ворвался мужик в рубашке и коричневых брюках, размахивая руками, как ветряная мельница. Правда, заметив меня, тут же остановился и выругался. — Madre de Dios! ¿Qué has hecho?