Глава 11

До комнаты шли медленно и осторожно. Ияри подставила сестре плечо, а Рмал бежал впереди, распахивая двери. Хозяйка гостиницы, заметив нелады с постояльцами, шла следом, спрашивая, чем может помочь благородным лэри?

– Подайте нам легкий ужин в комнаты, – распорядилась Ияри, – обязательно куриный бульон и много отвара бранницы.

– Бранницы? – хозяйка была опытной лэри и знала, что травку эту заваривают и пьют при серьезных ранениях.

– На сестру упал Ангел, – вздохнула Ияри, – перо воткнулось в легкое.

– Сейчас все будет! – больше вопросов хозяйка не задавала, немедля отправившись отдавать распоряжения на кухню.

– Зря ты ее просветила, – буркнул гном, поддерживая совсем ослабевшую Саю.

– Не зря! – фыркнула Ияри, с натугой проходя в дверь. – Мы ничего противозаконного не сделали. Патруль в курсе. А репутация – такая вещь, иногда дорогого стоит.

В ответ Рмал покачал головой, припоминая детские проказы сестер Агроданн, но возражать не стал.

Вдвоем они уложили Саю на постель, и Рмал вышел, чтобы принять ужин, а Ияри осталась, чтобы помочь сестре снять платье, обтереть ее губкой и поудобнее устроить на подушках.

– Ну все! Лежи, сейчас бульон и отвар принесу! – Светлая наконец выдохнула, радуясь, что все закончилось.

Беда с этими магическими ранами – пока не затянутся окончательно, нельзя даже переместить раненое тело левитацией, чтобы магический резонанс не разорвал рану снова. Вот почему в больницах для магов нередко работали самые обычные врачи, не владеющие даже каплей силы. И подпитать сестру магией тоже нельзя – потоки должны восстановиться естественным путем. А вот покормить с ложки – можно. И поставить на тумбу у кровати полную кружку теплого отвара бранницы с медом и лимонным соком тоже можно. А еще можно поболтать о странном Ангеле-стажере и его мрачном наставнике. Посмеяться, вспоминая так весело начавшийся день, и даже построить планы на следующий.

Только убедившись, что Сая засыпает, Ияри ушла к себе, быстро ополоснулась теплой водой из кувшина, съела остывший ужин и взяла в руки почтовую шкатулку. Родителям надо знать, только как-то бы… деликатно все объяснить.

* * *

Алистер и Эвелин Агроданн проводили вечер в семейной гостиной своего черно-белого дома. Лэре Агроданн нездоровилось, поэтому она просто сидела у огня, пила виноградный сок с пряностями и проверяла отчеты своих аспирантов. Лэр Агроданн составлял планы на грядущий учебный год и потому едва слышно ворчал себе под нос, поминая недобрым словом провинциальные патрули, предпочитающие наезжать в учебный центр в самую распутицу, чтобы увильнуть от «нежно любимой» всеми курсантами полосы препятствий.

Безмятежный вечер нарушился мерцанием почтовой шкатулки. Эвелин жестом перенесла артефакт на кофейный столик, открыла, вынула короткое письмо от дочерей и, прочитав, перекинула его мужу. Тот изучил записку, хмыкнул и, отложив бумаги, перебрался поближе к жене. Точнее, усадил любимую женщину на колени и, прижав к себе, спросил:

– Что ты обо всем этом думаешь?

– Девочки растут, – вздохнула лэра Агроданн, – у них появляются секреты и сердечные склонности.

– И ты все это поняла из пяти строчек? – изумился Алистер. – Да тут всего-то написано: «Доехали благополучно, Рмал встретил, погуляли по городу, познакомились с патрульными, Сая отдыхает!»

Эвелин усмехнулась и потерлась лбом о слегка колючий подбородок мужа:

– А теперь вспомни, что они писали нам, когда бывали на каникулах у твоих или моих родственников.

Лэр Агроданн задумался, припомнил длинные свитки с подробным перечислением прогулок-подарков-взрывов в лабораториях и признал, что это письмо на фоне тех фонтанов эмоций выглядит вежливой отпиской.

– Ну вот, теперь понимаешь? Девочки либо не хотят нас пугать, либо у них появились взрослые интересы. Но поскольку Рмал ничего такого не пишет, значит, они живы и здоровы.

– Вот теперь я все понял, – усмехнулся Алистер, – и что бы я делал без такой умной и красивой жены?

– Льстец! – усмехнулась лэра Агроданн и немного поерзала на коленях супруга, потягиваясь как кошка.

– В спальню, – мурлыкнул Темный, прикусывая нежное местечко на шее супруги, зная, что после этого она не откажется провести вечер в постели.

– Мр-р-р, только чур – телепортом! Ноги затекли, – вздохнула Эвелин, поглаживая округлившийся животик.

– Как скажете, моя прекрасная лэра! – Алистер создал воронку телепорта и вместе с женой шагнул в спальню прямо из гостиной. Занятые друг другом, супруги не увидели, что шкатулка вновь мигнула, принимая письмо с пометкой «Рмал».

* * *

Утром Ияри еле поднялась с постели. Пришлось открывать аптечку и срочно смешивать себе тоник из простых, доступных в каждой лавке ингредиентов. Выпив половину бокала, Светлая отправилась проведать сестру. Сая уже проснулась, но еще не вставала, испытывая те же трудности. За ночь регенерация сожрала резерв.

– Держи! – фея подала Темной бокал с эликсиром, добавив туда немного багульника и шиповника.

– Спасибо! Я уже думала на помощь звать.

– Ничего, сейчас зелье заработает, и пойдем завтракать. Рмал обещал нас внизу ждать.

Через четверть часа обе девушки достаточно пришли в себя, чтобы совершить утренние процедуры, одеться и спуститься вниз.

Гном действительно ждал их за накрытым столом:

– Доброе утро, прекрасные лэри! – довольно поприветствовал он сестер. – Я рискнул заказать для вас завтрак поплотнее!

– Спасибо, Рмал! – близняшки чмокнули его в щеки с двух сторон, потом сели за стол и принялись за еду, поглядывая друг на друга.

Когда первый, самый сильный голод был утолен, Сая на правах пострадавшей спросила:

– А чем мы сегодня так хороши?

– Ну, во-первых, тем, – хитро усмехнулся гном, – что на рассвете я получил извинения от патруля и пару чеков от родителей, вернувших своих дочерей и сыновей.

Девушки переглянулись и подтянули к себе поближе огромный пирог с капустой и сыром.

– Во-вторых, – продолжал довольный Рмал, – я получил одобрительные записки от ваших прабабушки и прадедушки. Они вами гордятся и высылают немного золота на мороженое.

Сестры Агроданн снова переглянулись и перешли к ветчине.

– В-третьих, ваши родители спокойно отнеслись к ситуации, только порекомендовали список заклинаний и амулетов… – тут помощник стряпчего извлек из рукава свиток длиною два локтя и вручил его Ияри.

Та безмятежно улыбнулась и отломила ложечкой запеченное в сливках яблоко.

– Ну а в-четвертых – у дверей стоит экипаж Патруля, готовый отвезти вас в Академию на первое испытание.

Ияри и Сая вновь переглянулись, быстро допили настрой бранницы и поспешили на выход.

– Вот так и знал! – буркнул себе под нос гном, торопясь за ними.

* * *

У крыльца гостиницы действительно обнаружился экипаж с гербами Патруля. А возле него – капитан и стажер.

– Доброе утро, лэри, – мрачным тоном патрульного можно было заманивать на кладбище.

– Доброе утро, лэр капитан, – вежливо прочирикала Сая, посматривая на Ангела.

Тот слегка смутился, зарозовел, и… за спиной возникли крылья, аккуратно убранные в бархатные чехлы!

Девушки замерли, разглядывая это диво.

– Мама посоветовала, – смутился стажер, – чтобы не поранить вас, лэри!

– Передайте благодарность вашей маме! – вежливо сказала Сая, разглядывая дорогой синий бархат. – А не подскажете, где она покупала ткань на чехлы?

– Я узнаю, – еще больше смутился Ангел.

– Лэри, первое испытание скоро начнется! – поторопил голубков капитан.

Ияри смерила его строгим взором:

– Мы вышли вовремя, лэр, это ваш стажер отвлекает нас разговорами!

Старк с трудом удержался от желания рявкнуть на эту колючку. Разве Светлая может быть такой язвой? И просто махнул рукой, предлагая дамам занять места.

До Академии добрались быстро. У ворот стояла огромная толпа. Ворота были распахнуты во всю ширь – все девять цветных створок. Проходить можно было в любой проем – они просто фиксировали в претенденте наличие необходимого уровня магии. Но как-то так повелось, что Светлые выбирали белые ворота, а Темные – черные. Остальные цвета радуги доставались стихийникам, ведьмам и прочим магическим специальностям.

Ияри лихо спрыгнула с подножки экипажа, делая вид, что не заметила протянутую руку капитана. А вот Сая сошла степенно, оперлась на ладонь Ангела и улыбнулась, оценив длинный хвост очереди к черной двери.

– Ия, мы пойдем?

Ияри тоже хмуро оценила опасность, потеребила защитный амулет и решительно навесила его на сестру:

– Идите! Я к своим, – добавила она с тяжким вздохом, разворачиваясь к белой двери.

Как бы сестрички Агроданн ни отрицали своим существованием сложившихся правил – они знали, что иногда лучше быть «в струе».

Капитан тоже вздохнул и строго взглянул на стажера. Тот сделал умильные глазки и нервно хлопнул запечатанными крыльями.

– Ладно, идите! Стажер! Повнимательнее там! Чтобы без происшествий!

Анниэль торопливо закивал и повел Саю к черным дверям. На них косились. Светлый ведет Темную? Но связываться с Ангелом желающих не было.

Имри Старк провожал Светлую к белой створке, а сам мысленно подсчитывал абитуриентов. По всему выходило, что возле Академии топталось примерно поровну Темных и Светлых. А вот сколько из них пройдет отбор? Ворота – это лишь первое испытание, отсеивающее слабаков и недоучек. Дальше все будет сложнее.

Сам капитан в Академии не учился, он заканчивал курсы в Патруле, но знал, что через пару лет ему тоже предложат поступить сюда, если он хорошо покажет себя на работе, потому интересовался испытаниями для всех факультетов.

Между тем Светлая решительно подошла и встала за белокосой девой самого северного вида. Академия магии принимала студентов со всего континента, лишь бы магии на обучение хватало. Капитан стоял рядом. Через ворота он не пойдет, но сопроводить лэри до них – обязан. Ну и утешить, если потенциал окажется недостаточным. Правда, если эта нахальная лэри – дочь того самого Агроданна, магии у нее должно быть с избытком!

Очередь двигалась быстро. Студент входил в ворота, замирал на секунду и либо проходил дальше, либо с разочарованным стоном отходил в сторону. Пока отошедших было раз в пять больше, чем прошедших. Однако по краям площади уже стояли «покупатели» – директора небольших магшкол, сотрудники кадровых агентств и несколько экономок и дворецких из богатых домов в поисках магически одаренной прислуги.

А еще там же стояли патрульные. Кто-то в форме, кто-то в штатском. И незаметно еще на подступах к академической площади отлавливали подозрительных типов и уже знакомых преступников. Магически одаренные дети – сокровище королевства!

Когда Ияри шагнула в белую дверь, капитану захотелось потрясти головой. Дело было в том, что ворота четко отсекали всю внешнюю магию – от амулетов до иллюзий. Поэтому студентам совершенно не помогали накопители или старинные артефакты. Только истинная магия. Так вот нежная золотоволосая девушка на миг превратилась в темноволосую черноглазую оторву, а в следующую секунду скрылась во дворе Академии.

Капитан Старк постоял в задумчивости, а потом двинулся на поиски стажера. Им предстояло ждать благородных лэри у ворот до самого вечера и помогать коллегам отваживать от площади проходимцев.

Ангела Имри встретил быстро. Тот шагал, странно озадаченный, и остановился, лишь практически натолкнувшись на начальство:

– Лэр капитан! Простите! Я… увидел нечто странное!

– Что именно, стажер? – Старк постарался говорить сухо и отстраненно. Перед глазами все еще стояла та черноволосая бестия, в которую превратилась мышастого цвета блондиночка на его глазах.

– Лэри Сая… Когда проходила ворота… Она вдруг стала Светлой!

– Светлой она стать не могла, – вздохнул Имри, – просто волосы посветлели. Вот, смотри, гном магопочтой прислал. Только что. Издевается этот стряпчий!

Анниэль недоуменно уставился на магоснимок, напечатанный в газете. Заголовок гласил: «Выпускники магошколы этого года» и ниже «Наша надежда и будущее»! Под этими надписями красовалась группа парней и девушек – Светлых и Темных. И среди них стояла та Темная, что подцепила на крючок сердце Ангела. Только на этом снимке у нее были светлые локоны, а рядом… Да-да! Та самая оторва с черными глазами, глядящими прямо в душу. Она ровно так же смотрела, когда сломала Анниэлю нос!

Стажер вздрогнул и тоскливо посмотрел на капитана:

– Я ничего не понимаю, лэр! Как Светлая может стать Темной?

– Никак, – пожал плечами Старк, – цвет магии закладывается в утробе матери. Но вот цвет волос и глаз… Думаю, тут имела место какая-то магия. Наверняка, мы скоро об этом узнаем.