Глава 19

— Давай подумаем, что он может сделать? — откинувшись на спинку стула, рычит Дараганов, когда я возвращаюсь к столу.

Крутит в руках столовый нож. Бросает выжидательно-строгий взгляд на повара, вздумавшего убрать со стола грязную посуду. И тот ретируется мгновенно. — Мила, — одергивает меня, заставляя вынырнуть из моря паники.

— Не знаю, — пожимаю плечами. Хватаюсь руками за спинку стула. Надо бы сесть, поговорить. Но я не могу усидеть на месте.

— Пойдем, прогуляемся, — встает из-за стола Илья. Бросает хмурый взгляд на часы. — Нотариус минут через сорок приедет. Можно пройтись после обеда. — Давай сюда, — открывает створку французского окна.

И первым выходит на дорожку, выложенную желтым камнем.

Иду следом. Задеваю плечом ветки кустов, смахиваю с себя мошек и паутину.

— Куда ты меня затащил? — шиплю недовольно.

— В кушири, — смеется Дараганов. Снимает с моих волос паутину. Прикасается нежно, словно самый близкий человек на свете.

— Не надо. Я сама, — машинально убираю его руку. Отряхиваюсь на автомате.

— Заметь, я прошел чисто, — улыбается как мальчишка Илья. А мне его прибить хочется.

— Неужели нельзя было обойти? — выговариваю недовольно.

— Долго, — мотает головой великий адвокат. — Пойдем, покажу что-то, — кивает на виднеющуюся за сосенками деревянную крышу беседки.

— Что? Мы же хотели поговорить о Беляеве, — вздыхаю раздраженно и никак не пойму, куда меня тянет Илья.

— Не боись, — как когда-то в детстве подмигивает он. И тут же переходит на серьезный тон. — Ты подумала? За что твой бывший может тебя зацепить? Счета в банках на его имя? Недвижимость? Какие-то доверенности? Брачный контракт?

— Да нет у нас никакого брачного контракта! — бросаю в сердцах. — Я всегда получала больше и никогда не заморачивалась. А Беляева и так все устраивало…

— А сейчас он на какие деньги живет? — мрачно косится на меня Илья и тут же хватает за руку. — Нам сюда, Милка, — тянет на боковую дорожку. И я с изумлением смотрю на маленькое озерцо и небольшую беседку на берегу.

Красиво. Я видела подобное в одном из царских дворцов!

— Вот тут и поговорим! — решает Илья, входя внутрь. Смахивает паутину, вытирает скамейку из мореного дуба и хлопает по ней ладонью. — Прошу.

Делать нечего. Усаживаюсь рядом. Смотрю на озерцо, на ивы и камыши. Замечаю уточек, плавающих неподалеку от берега. И прикусываю губу.

Жаль, не могу насладиться всей этой красотой! До сих пор дергаюсь от ужаса и все гадаю, что может устроить Беляев? Обратится к кому-нибудь из высокоранговых клиентов? Или просто меня запугивает?

— У нас есть криптокошельки, — выдавливаю с неохотой. — Но они на мое имя. И брокера я нанимала. Влад сначала ворчал, что крипта — это мошенничество, а потом и сам втянулся. Говорил, когда покупать надо. А я вкладывала свои деньги и давала указания брокеру.

— Доступ к паролям у Беляева есть? — хмурится Илья.

— Есть. Но там нужно мое обязательное подтверждение. Без него брокер операцию не проведет.

— Беляев может вступить с ним в сговор, — ухмыляется Дараганов.

— Нет. У Дениса Лактомского все строго. Он не позволит. Было несколько раз. Он отменял платеж…

— Лактомский? — с улыбкой уточняет Илья. — Кажется, я его знаю. Родителей его разводил…[1]

— Да ну? — тяну неуверенно. — Они живут душа в душу. Такая семья классная. Я как-то приезжала к ним. Тут недалеко, в коттеджном поселке. Валентина Сергеевна такая милая…

— Они, — уверенно кивает Илья. — Я их развел, а через неделю они снова поженились… Зачем ко мне обращались, не понимаю. Но гонорар я свой получил, — самодовольно фыркает он и добавляет с ухмылкой. — Смотри, Мила. Развод-развод, а потом бац, и простишь неверного мужа.

— Нет. Я так не могу. Пусть катится на все четыре стороны, — выдыхаю гневно. Словно колючки чертополоха по коже разлетаются мурашки. — Я боюсь, Иля. Беляев точно замыслил какую-то гадость.

— Или деньги кончились, — с презрительной гримасой передергивает плечами Дараганов. — Проверить баланс сможешь?

— Да, — покорно открываю телефон. А потом и банковское приложение. И тут же стучу ноготком по экрану айфона. — Автоматические запросы на пополнение. От Влада и Марины.

— Отказывай, — порывисто роняет Илья. Широкой ладонью ведет по пыльному столу, потом негодующе отряхивает руки.

— Владу да, — нажимаю на кнопку отказа. — А вот Марине…

— И ей тоже. Она явно на другой стороне, — ворчливо бросает Дараганов и поднимается на ноги. — Ну, хоть временно откажи, Милена. Посмотри, как дочь себя поведет…

— Она целиком и полностью на стороне Влада, — бессильно опускаю руки и плечи. Сплетаю пальцы, словно боюсь не удержаться и нажать пресловутую кнопку. — Так сложилось. Я, наверное, сама виновата. Когда Маришка была маленькой, я писала диссертацию. И они с Владом сами ходили гулять. Ездили к свекрам. А я работала на выходных и ночами. Уставала жутко. Потом защищалась. Тоже не с первого раза все получилось. Влад вроде поддерживал…

— Вроде, — с кривой усмешкой комментирует Илья. Сунув руки в карманы, задумчиво смотрит на меня. Слушает. Не перебивает.

— Да, он многое в то время взял на себя. И мне казалось, что мы в одной лодке… Гребем. Понимаешь? Мне и в голову не приходило, что он может настроить ребенка против меня.

— Ты же не настраивала, — пожимает плечами Дараганов.

— Нет, ни в коем случае, — заверяю порывисто. Не могу усидеть на месте. Подскакиваю на ноги, пулей вылетаю из беседки. — Я жила для семьи все эти годы. Старалась. Никогда не считалась, кто сколько заработал. А он…

— Завидовал тебе, — хмуро бросает Илья. Догоняет меня на дорожке и велит мягко. — Блокируй все доступы к счетам и поменяй контрольные слова и пароли. Все, до чего мог дотянуться твой бывший.

— Да, конечно, — вскидываюсь в ужасе. И ловлю себя на странной мысли. Почему я сразу этого не сделала?

Может, поэтому мой бывший муж решил помириться? Причина банальная — денег нет. Влад давно уже не живет на свою зарплату. А мои гонорары считает своим законным заработком.

— Мы же одна семья, Милешенька! — любит повторять он.

Любил! А я даже значения не придавала. Работала, придумывала новые темы и форматы. Вовлекала аудиторию рилсами и стримами. Творила.

Вот только теперь все будет иначе! Честное слово.

Не сходя с дорожки, меняю пароль банковского приложения. А потом звоню в банк.

— Я бы хотела изменить контрольное слово, — прошу Юлю, моего личного менеджера.

— Милена Викторовна, вы же звонили минут десять назад, — недоуменно тянет она. — И я объяснила, что нужно сделать.

— Я не звонила, — выдыхаю в ужасе.

— Странно, система идентифицировала голос как ваш. И звонок был сделан с одного из ваших телефонов. Номер определился…

— Действительно странно, — только и могу ответить. Горло сковывает вязкий ком. Ноги подгибаются от страшной догадки.

Марина. Это ее самодеятельность! Больше некому. Сама или в сговоре с отцом. В глазах темнеет. Но я беру себя в руки.

— Спасибо. Мне лучше подъехать в банк, — выдавливаю с трудом.

— Совершенно верно. Я так вам и сказала в прошлый раз, — с холодной любезностью отрезает Юлия. — Ждем вас.

А я отбив звонок, поднимаю растерянный взгляд на Илью.

— Кажется, ты прав…

— Я всегда прав, Милка. Запомни это, пожалуйста!

[1] Роман о Лактомских — «ДОЧЬ ОТ ДРУГОЙ. РАЗВОД В 50»