66

На Эрику была простая полурастегнутая рубашка и домашние мягкие штаны. Видимо, почувствовав тьму, он выбежал из своей комнаты не удосужившись одеться.

Я чувствовала как бьется сердце под тонкой рубашкой. Ощущение близости и единения пьянило. Мне стоило лишь скользнуть рукой чуть ниже, спускаясь с шеи и плеча на грудь, как его сердце забилось бы под моей ладонью.

Поцелуй мужчины был глубоким, требовательным и властным. Страсть распространялась по нашим телам, готовая вот-вот вырваться.

Мое сердце упало вниз, когда Эрик прижал меня к стене. Мужчина обхватил мои запястья и завел их за спину.

Выгнувшись, я потерлась грудью о его тело, и послышался стон.

Его ли… или мой? Я уже не могла разобрать.

Кажется, мое провокационное поведение лишь раззадорило мужчину, и он обхватил одной ногой мое бедро и закинул себе на талию.

Горячие пальцы прошлись по колену погладили бедро, а его губы тем временем спустились на мою шею. Поцелуи-укусы оставляли алые метки на бледной коже, словно бы клеймя меня.

Мужчина то ли наказывал, то ли хотел показать всем мою принадлежность ему. А я и не возражала…

Никогда раньше он не был таким страстным, импульсивным.

Когда мы встречались, все ограничивалось скромными поцелуями и объятиями. Эрик не осмеливался оставлять на моей коже засосы. А теперь, ему словно снесло крышу.

Он сминал мою одежду, добираясь до кожи. Поглаживая, сжимая, присваивая…

И мне хотелось отвечать ему тем же. Я запустила пальцы в его волосы, слегка сжала, вторую руку я спустила на грудь и забралась под рубашку, царапая кожу. Если на мне останутся его метки, то и пусть на нем будут мои следы…

Я не знала, сколько длилось наше помешательство. Мы целовались, кусались, царапались, я порвала рубашку мужчины и прокусила его губу.

В один момент Эрик остановился и прижав меня к себе сжал в объятиях.

Сердце стучало так, словно бы я убегала от монстров. И как спокойный Эрик мог так себя вести? Он словно с цепи сорвался. А я-то сама?

Тихонько ахнув, я прикрыла губы ладонями. На груди мужчины были видны царапины, оставленные мной.

— С тобой весьма сложно оставаться… беспристрастным, — с трудом выговорил мужчина.

Его грудь вздымалась, и кажется, он все еще не мог успокоиться.

Время шло, а я так и оставалась в объятиях мужчины. И кажется, я могла бы провести так всю свою жизнь, спрятавшись от всего мира за его спиной.

Но, Эрик сам разрушил эту идиллию…