Эпилог

К декабрю летние приключения подернулись морозной дымкой. И если бы не деньги на счету – сумма, переведенная Арсением за половину стоимости квартиры – можно было бы подумать, что поездка в Чернодар, война с упыриной лозой и знакомство с усадебником ему приснились. Ах, да! Книга! Книга по-прежнему не открывалась и скучала на столе – Федор завалил ее пучками сушеной травы и не смотрел на письмена на обложке. Всю осень он воевал со сладкожорками, отправлял полевичков на лечение к деду Капе, охранял грузовики, отвозившие свеклу на сахарные заводы, и зачаровывал продовольственные склады – твари с побережья мутировали и воровали не только плоды и корнеплоды, но и сухофрукты, мармелад, сахарную вату и карамельный попкорн. Выдохнуть удалось только в конце ноября. Появилось время для разговоров с Олесей, мамой и дедом Капой. Арсений писал или наговаривал голосовые сообщения, и Федор их просматривал и прослушивал оптом. Иногда что-то отвечал, а иногда отделывался смайликами. В первой декаде декабря медведя начало клонить в сон, и Федор, перекинувшись, на две недели удалился в берлогу. Видел сны – путешествовал в горах, гулял по виноградникам Стаса, болтал с фонтанником, зимующим в ванной у деда Капы. Просыпался, снова засыпал, и в очередном сновидении встретился с кудесником Порфирием. Призрак по-прежнему скрывал лицо, зато был словоохотлив. Рассказал Федору, что Некрас прикипел душой к Виктору Николаевичу, решившему сделать усадьбу своим жилым домом, и следит за каждым кирпичом и доской, используемыми для ремонта – не пропускает ни брака, ни клочков зависти и ненависти к хозяйскому богатству. – У них все будет хорошо, – в голосе Порфирия звучала добрая усмешка. – На следующий год отпразднуют Рождество в бальном зале. Наряженную елку поставят так, чтобы она во всех зеркалах отражалась. Будут Виктор, его жена и дочери. Мы с Зинаидой к ним заглянем, порадуемся и благословим. – Я хочу спросить, – вспомнил Федор. – А книга? Книга, которую я унес из трюмо. Она испорчена навсегда? Названия меняются, не открывается. – Нет, – покачал капюшоном Порфирий. – Она не испорчена. Ты еще не сделал правильный выбор. Когда сделаешь, она станет твоим незаменимым помощником. Обещание было туманным и медведь проснулся с ощущением разочарования. Поманили и тут же унесли из-под носа. Нечестно. Какой еще правильный выбор? Он вылез из берлоги и пошел в дом, надеясь, что у полевиков нашлось время, чтобы протапливать печку. По пути обозрел заснеженные поля, порадовался белому покрову, помогающему земле сберечь накопленную влагу. Превратившись, Федор осмотрел книгу – не открывается, на обложке букв нет – и поставил телефон на зарядку. Через час выяснилось, что его никто не искал. Пропущенный звонок от мамы и сообщение от Арсения. Ни Олеся, ни дед Капа не звонили и не интересовались, где и как он собирается встречать Новый год. Обидно. Надо ли звонить и навязываться? Или проще перекусить, уйти в берлогу и проспать до весны? На обложке книги мелькнули какие-то буквы. Федор отогнал горькое чувство – «меня никто не любит, все бросили» – вспомнил о своей мощной ауре и перезагрузил телефон. Экран потемнел, снова вспыхнул, и на Федора, словно по мановению волшебной палочки, высыпалась охапка пропущенных звонков и сообщений. Олеся писала, что хотела бы его увидеть, но, наверное, опоздала, и он уже залег в берлогу. А у них в садах столько всего происходит – какой-то кудесник Стас привез к ним толпу нахальных полевиков, взял с них клятву, что они будут работать на благо яблоневых деревьев, но полевики хамят и воруют сухофрукты, предназначенные на продажу. А еще она заказала живую елку в горшке, саженец, который потом можно высадить перед домом, а теперь жалеет и боится, что не справится. Федор перезвонил Олесе немедленно. Извинился за то, что долго молчал. Спросил, может ли приехать с подарками и помочь установить, а потом и высадить елку. Получил ответ «да», посмотрел в интернете расписание автобусов и заметался, кидая в сумку первые попавшиеся под руку вещи. Носки, рубашки, майки, талисман из чернодарского городского парка, леденцы на палочках, которые ему подарили на сахарном заводе, пучки трав для чая, банку меда и банку малинового варенья, пожертвованную соседкой. «Этого мало, – подумал он. – А, ладно, на пересадке что-нибудь куплю. Возле автовокзала магазинчиков много». И действительно. Когда Федор добрался до райцентра на попутке и купил билет к Олесе, у него появились полчаса свободного времени, чтобы прикупить что-нибудь новогоднее и мало-мальски оригинальное. Для начала он приобрел ворох светящихся гирлянд и елочных игрушек, после этого перебрался в магазинчик с приятно пахнущими свечами, а уже будучи нагруженным, увидел вывеску: «Все для выпечки» и решил рискнуть. Если Олеся не вышвырнет его за то, что он подарит ей смеси для хлеба и силиконовые формы, значит, дело сладится. А если вышвырнет… – Смеси для кексов добавить? – спросила продавщица. – Смотрите, какие новогодние коробочки! Кексы с сухофруктами. И глазурь в тюбиках. – Давайте, – согласился Федор, оглядывая множащиеся покупки и жалея, что взял только один багажный билет. Но можно же взять второй! Как-нибудь протолкаться к окошку кассы без очереди. Или заплатить водителю. Багажник у автобуса оказался не резиновым – другие пассажиры тоже везли подарки к празднику – и одну из сумок Федору велели взять в салон. И поставить так, чтобы не мешать соседям. Сиденье ему досталось одиночное, места под ним не было, поэтому Федор взгромоздил поклажу на колени. Пощупал бок сумки и удивился – теплая! Но не мокрая. Как будто внутри горячий камень, завернутый в полотенце. Автобус тронулся. Федор осторожно расстегнул «молнию», заглянул в сумку. На книге ярко светилась витиеватая надпись: «О взращивании плодовых деревьев, повышении урожайности садов и укрощению ленивых и строптивых полевиков, отлынивающих от работы». – О! – сказал Федор и вытащил книгу из сумки. Она легко открылась на первой главе. «Ежели в яблоневом или абрикосовом саду полевики нерадивы, надобно собрать их возле деревьев – всех до единого – и обрызгать кипяченым молоком, над которым на заре прочесть наговор…» Федор уселся поудобнее и начал читать, надеясь, что успеет изучить хотя бы две-три главы во время дороги. Полевиков из чернодарского парка нужно укрощать. И делать это быстро и красиво – на радость Олесе и в качестве подарка руководству плодового совхоза. Если Олеся не вышвырнет ни хлебную смесь, ни силиконовые формы для выпечки, Федору придется задуматься о смене места работы. А свекольное начальство его без скандала не отпустит. Нужно организовать дело так, чтобы деду Капе позвонил кто-нибудь посторонний и попросил посодействовать в переезде внука в яблоневый сад. Автобус мчался по расчищенной трассе. Кто-то зашуршал пакетом, доставая из заначки купленный на вокзале пирожок. Федор читал книгу и загибал пальцы. До того, как грузиться в маршрутку, ему нужно будет купить молоко, сушеный барбарис и куриные лапки – для трех бытовых наговоров.