Глава 8. Разведка.

Чем дольше мы летели, тем страшнее мне становилось. Ночь, какие-то странные звуки, доносящиеся снизу, похрюкивание, бульканье, одним словом, жуть!

Неф покружил немного над лесом и пошел на посадку. И вот все бы хорошо, если бы не одно «НО». Мало того, что мы приземлились в луже грязи, так он еще решил меня в ней искупать! Видите ли, я сильно пахну!

– Хам! А после грязевой ванны я пахнуть не буду?! – взбесилась я.

– Будешь, но не так сладко, – проворковал он.

СЛАДКО?!

– Там людоеды? – шепотом спросила, вопросительно приподняв бровь.

Вместо ответа в меня полетел комок грязи. Я взвизгнула, ощутив, как эта жижа медленно стекает по моей шее на грудь. Жуть как противно!

– Ты сам напросился! – прорычала, слепив шарик побольше.

Увернулся гад, зато я получила очередную порцию. И вот, когда он оказался абсолютно чистым, в то время как я была абсолютно грязная, в голове у меня возник коварный план!

– А-а-а! – были мои последние слова перед падением носом в лужу, и ведь не поймал гад! Сразу раскусил мою диверсию.

Тишина! Лежу, притворяюсь трупиком. А что, мне уже терять нечего, я вся извозилась!

– Мышка? – позвал он.

Не реагирую, хотя смеяться хочется жутко.

– Мышка, прекращай претворяться, вставай!

Ноль эмоций.

– МЫШКА! – рявкнул.

– Дуся, Дусенька, что с тобой? – подхватив меня, начал встревожено причитать он.

То-то же, сразу бы так. Я подскочила с его рук на ноги, в надежде опрокинуть его в лужу. Даже с места не сдвинула, зато взгляд у него стал ТАКОЙ… многообещающий!

– Я пошутила! – пискнула.

– Вижу! – прорычал он.

Черт, а он, похоже, действительно напугался из-за меня. Решила применить самое действенное средство для успокоения огнедышащего дракона. Чмокнула в носик, обхватив его лицо грязными ладошками. Не помогло, также как и моя ослепительная ангельская улыбка.

– Ты такой сильный, – прижавшись грудью к его обнаженному торсу, проворковала. Дыхание его участилось, значит, пора действовать. Я игриво потерлась о его шею, в то время как мои шаловливые ручки вовсю размазывали грязюку по его спине.

– А ты коварная мышка! – шепнул он мне на ушко так обжигающе, интимно, что я даже замерла.

– Я? – переспросила, пытаясь собрать в кучку разбежавшиеся мысли.

Он приблизился к моим губам, а я как дурочка зенки закрыла. Жду, чего сама не знаю, хотя нет, знаю, поцелуя! Страстного, долгого, всепоглощающего, ух! А вместо этого:

– Ну и долго ты так сидеть будешь, с открытым ртом? Идем, нам пара.

Вот после этого я с ревом навалилась на него всем телом, и он таки шмякнулся в лужу!

– ДУСЯ!

Ох, как он произнес мое имя, просто мороз по коже!

– Да дорогой? – поинтересовалась, посмотрев на него взглядом невинной овечки.

– Я теперь весь грязный!

– Не весь…– заявила, нарисовав ему на лице полоски как у тигра. – Вот теперь весь!

Ой, как он рычит-то возбуждающе, не устояла и чмокнула в губы.

– Я смотрю, ты уже вживаешься в образ, – сладким шепотом проворковала.

Вот наглец, его руки с моей талии переместились значительно ниже!

– Мы куда-то собирались, – решила напомнить, пока не поздно.

Нехотя он поднялся вместе со мной.

– Сама пойдешь или…

– Сама, – поспешно буркнула я.

Ох, и кто ж меня за язык-то тянул!

– Ладно, – согласился Неф и поставил меня в лужу.

Нет, я, конечно же, возмутилась, но это лужа была ничто по сравнению с тем болотом, в которое мне пришлось залезть по пояс. И комары у них огромные! С кулак! А мошки милипусенькие! Одна такая зараза укусила меня под глазом, и где-то через полчаса я была самым красивым циклопом.

– Мне кажется, что-то не так, – заподозрив неладное, пробормотала я. Неф сразу притормозил.

– Что у тебя опять? – недовольно проворчал он.

– У меня?! – возмутилась. Нет, можно подумать, что это мне пришло в голову отправиться на разведку. – У меня все нормально, – буркнула, параллельно вручив ему свои сапоги, которые я несла всю дорогу по этому чертову болоту, боясь намочить и окончательно испортить.

Обошла вокруг, запрыгнула ему на спину и только потом решила обрадовать: – А вот у тебя проблемы!

– Какие? – поинтересовался, ничуть не возразив проявлению моей наглости.

– Я есть хочу, – нет, ну если честно, я не об этом хотела сказать, просто он сбил меня с основной мысли, а вообще меня смутило подозрительное свечение под водой.

– Ты все время есть хочешь, – тяжело вздохнув, он направился дальше.

– Не все время, только когда меня что-то беспокоит! – возразила, продолжая следить за чудовищем под водой.

– Ну и что тебя беспокоит?

Пришлось сознаваться, что вызвало у меня беспокойство, вот только он в ответ рассмеялся.

– Это рыба, – поведали мне.

– Это болото! – напомнила я.

– И что?! Смотри, – он опустил руку, и… блин, действительно рыба! С забавным светильничком над головой и серебряными чешуйками.

– Фу, это что за грязнуля! – булькнула она, то бишь, эта селедка противная.

Вот, ей просто повезло, что я обоими руками держалась за шею Нефа, а то бы я ей подсветку-то пооткручивала! А так пришлось сладким голосом поинтересоваться:

– Это мой поздний ужин?

Селедка реально глаза выпучила, причем непонятно от чего, толи оттого что ее муженек сжал, толи от моей последней фразы.

– Я ядовитая, – выпалила она и покраснела.

Наконец, в наш разговор решил вмешаться Неф:

– Пятнистые зачем здесь проплывали?

– Не знаю, – коротко ответила рыбёшка.

– А в полосатых купальниках? – не удержалась я от шпильки.

Светильник у рыбы начал выдавать азбуку Морзе, думаю, это был сигнал SOS. Только хотела спросить, что это с ней, как Неф с головой ушел под воду, к сожалению, вместе со мной!

– Буль-буль, – твою мать, он что издевается, я ведь даже воздуха в легкие набрать не успела.

– Отдай ее ведьмам, – послышались сотни голосов под водой. Глаза я открывать не стала, вряд ли ночью в мутной воде можно хоть что-то увидеть, но свет был заметен даже через плотно закрытые веки, и он был повсюду!

Ощутила, как под руками мышцы Нефа начали каменеть и раздаваться вширь. Я и так не дышала, но вот в этот момент даже мои клеточки дышать перестали, и все из-за страха за этот косяк селедки, косяк – в смысле стадо.

И точно, через секунду свет погас.

– Так бы сразу и сказал! Жена! Ты посмотри! Человечка! Даже плавать не умеет! – хор голосов, а затем:

– Все равно найдут ее, – и снова тишина.

Пора всплывать, иначе сейчас точно задохнусь. Но нет, сильные руки Нефа потянули меня вниз, хотя куда уж ниже, здесь же по логике неглубоко, по пояс всего.

Далее муженек не церемонился, просто взял и с силой оттолкнул меня от себя.

Спиной ощутила тонкую преграду, а потом …! Черт! Я куда-то провалилась!

– Дыши, – послышался голос рыбешки.

Вдох, такой долгожданный, спасительный, драгоценный! Открыла один глаз, потом… нет, второй так и не открывался. Но мне и одного было достаточно, чтобы напугаться.

Твою ж мать, я находилась в пузыре, видом своим напоминающий мыльный. Пощупала на первый взгляд хрупкие стеночки. Ошибка, не такие уж и хрупкие, а твердые, гладкие, а за ними… БЕЗДНА! Черная, безграничная и тысячи желтых огоньков, бесследно пропадающих в ней.

– Неф? – неуверенно прошептала, в страхе оглядываясь по сторонам.

Теперь понятно, что имеют ввиду, когда говорят «болотные тропы». И самое удивительное, когда я шла босиком, ощущая ногами под водой травяной ковер, даже не подозревала, что иду по столь тонкой дорожке, под которой ничего нет. И вода не такая уж и мутная, как мне показалось в ночи. Возможно, она даже была кристально чистой, так как в лунном свете из глубины проглядывались травяные островки, растущие на поверхности.

– НЕФ! – куда более громче крикнула я.

Сверху все начало покрываться льдом, как будто кто-то ступал по водной глади, с каждым шагом принося смерть в этот мир, и шар, в котором я было заточена, начал обрастать инеем. Но мне было все равно, я металась от стенки к стенке, пытаясь найти Нефа взглядом. И ничего. Даже огоньки вокруг погасли.

Пар начал подниматься от моего горячего дыхания, температура уже довольно сильно понизилась.

– НЕФ!

– Тише, дурочка! Ему итак несладко, – послышалось где-то под ногами.

– Где он? – тишина. – ГДЕ ОН?

– Пытается не дать нам всем замерзнуть, – очень тихо, без всякой надежды в голосе прошептала рыбешка. И я поняла, что это невозможно, да и сфера, в которой я находилась, почти вся обросла льдом, лишь несколько сантиметров на самом дне еще окончательно не погрузились в стужу.

Это конец. Теплая волна прошла под ногами. Секунда, вторая, ничего не происходит, третья, четвертая, и лед дрогнул, а рыбина с ускорением запрыгнула мне на коленки.

– Горячо! – недовольно возмутилась она.

– Как выйти отсюда? – спросила, схватив за хвост это скользкое создание.

– Не знаю! – взвизгнула она.

Врет скотина! Ведь зашла же она как-то сюда.

– Сварю… живьем! – решила напугать.

– Я ядовитая! – напомнила она.

– Так я же не сказала, что буду есть тебя, только сварю… – и так зловеще: – на медленном огне!

– А я считала, что Неф кровожадный, а ведь он только голову обещал откусить, быстро и не мучительно! – пожаловалась моя жертва допроса.

– Ну! –рявкнула я, сильнее сжав ее, для убедительности.

– Прыгни! – спокойно посоветовала она мне.

Прыгнула.

– Сильнее! – сильнее прыгнула.

– Еще сильнее! – короче, я прыгала изо всех сил, и… И ничего! В то время как сфера уже наполовину оттаяла вокруг нас.

– Ой, дуреха! – фыркнула она и, выскользнув из рук, прошла сквозь стенку пузыря. Правда через секунду вернулась обратно.

– Холодно! – проворчала она. – А ты чего остановилась, согрелась уже? – и вот тут у меня в голове возникли подозрения по поводу моих недавних прыжков на месте. А не издеваются ли надо мной сейчас?!

– Согрелась, – буркнула ей в ответ.

Блин, правда согрелась, и даже мокрая одежда меня не раздражала.

– Спать ложись, а то скачешь перед глазами как ненормальная, у меня скоро нервный тик начнется! – проворчала она наставительно.

– Ах ты тварь болотная! – не выдержала я.

Упала на колени в попытке поймать эту заразу, но она на редкость оказалась прыткой.

– Но-но-но, попрошу без оскорблений, МЫШКА!

Ну все, зараза, за МЫШКУ ответишь!

– А ты это… случайно дракончика не ждешь, а то нервная уж больно, – в очередной раз выскользнув из моих рук, булькнула рыбина.

– Нет! ГДЕ МОЙ МУЖ?! – ох, в гневе я была страшна, и этой селедке еще хватило ума это подтвердить.

– Ты не Мышка, ты ПИРАНЬЯ бешеная! – взвизгнула она. – И что он в тебе нашел, вся чумазая, опухшая, ПСИХОВАННАЯ!

Вот теперь я ее поймала, не знаю как, но поймала. И хищно блеснув зубками, спросила:

– Откуда знаешь про пираний?

– Ведьмы как-то одну подарили в гарем правителю, – пискнула она и замолчала, нервно сглотнув.

– И?

– Нет правителя!

Я задумалась, чем сразу воспользовалась эта наглая особа, выскользнув из моих рук и исчезнув в неизвестном направлении, хотя нет, в известном. Судя по быстро удаляющемуся огоньку, видневшемуся сквозь заледеневшие стенки, она упорно двигалась к… НЕФУ. Да, это он! Живой!

На какую-то долю секунды я выдохнула, пристально наблюдая за ним. Удивительно, он уже столько времени держится под водой без кислорода. Насколько его еще хватит?

Новая волна паники и страха начала окутывать меня. Посмотрела вверх.Над головой по-прежнему была толстая корка льда. Снова начала вглядываться вдаль, но огонька, тускло освещающего супруга, уже не было. Воздух начал остывать. И самые страшные мысли нещадно принялись рвать душу. Я не выдержала, слезы градом потекли по моим щекам. Начала метаться, пытаясь найти его взглядом. Пропал, исчез, растворился!

– Меня ищешь? – послышался усталый, слегка насмешливый голос за спиной. Обернулась, резко вытирая тыльной стороной ладони мокрые дорожки, а потом бросилась в объятья Нефа.

– Ах ты скотина чешуйчатая! – всхлипывая после каждого слова, в перерывах дубася его кулачками по груди, я уже не ревела, рыдала в голос. А чего он хотел, что после пережитого стресса я с поцелуями к нему полезу! Не дождется!

– Тише-тише, – шептал он, поймав на лету и прижав меня к своей мокрой ледяной груди.

Я сошла с ума! Иначе как объяснить то, что я САМА запрыгнула на него, впившись в его губы страстным поцелуем. Да-да, по другому этот порыв не объяснить. И руки мои уже не колотили его, а нагло ощупывали. Мне же надо было убедиться, что он цел и невредим!

Муженек, видно, тоже беспокоился о моей целостности, причем куда сильнее меня, так как его горячие ладони, скользнув под тонкую ткань рубахи, обожгли, вызвав кучу мурашек.

– Никогда! Слышишь! Никогда больше так не делай, – прошептала, пытаясь восстановить дыхание.

– Как? – переспросил он.

«Но вот руки как раз убирать не надо!» – захотелось воскликнуть, но сдержалась, выпалив:

– Не оставляй меня одну!

И вот тут я заметила, сквозь стену пузыря, тысячу огоньков, наблюдающих за нами.

– Все, киношка закончилась, разошлись все, разошлись! – завопила одна из рыбин.

– Кака любофф!

– Д-а-а!

– А ведь она всего лишь человечка!

– Д-а-а!

– Но какая!

– Д-а-а!

– Огонь!

– Д-а-а!

– А как бросилась-то на него, видели?

– Д-а-а!

– Вот это страсть!

– СВАРЮ! – прошипела вся пунцовая, не знаю, толи от стыда, толи от гнева.

– Ой, а переживала-то как за него, когда я намекнул на плачевность положения, – в два раза громче послышался голос из глубины.

– Правда? – переспросил Неф прищурившись.

«Черт!» – подумала, натолкнувшись на изучающий взгляд супруга.

– Н-е-ет… – протянула неуверенно.

– Врешь! – в один голос с этой вредной рыбешкой воскликнул муженек.

– Ты такой холодный, – прижавшись к нему, проворковала. Не признаваться же!

Нет, эту ящерицу не обманешь, особенно если случайно окажешься под ней.

– Ах! – все, что успела я сказать во время этого маневра, и что-то так сразу тесно стало.

– Ты такая красивая, – блеснув своими хищными глазками, шепнул он.

Как оказалось, этот сомнительный комплимент, очень хорошо отрезвляет.

– Да ладно? – фыркнула, прищурившись здоровым глазом и дернув его за зеленую гриву.

Вот не поверила я ему ни на грамм, но блеснувший на его руке браслет заставил меня усомниться, а страстный поцелуй – забыться в его объятиях. А этот гад ползучий, воспользовавшись моей невменяемостью, выпытал всю интересующую его информацию. Одного не учел, что я не слышу его вопросов, просто совсем соглашаюсь, лишь бы он еще раз меня поцеловал, согревая своим теплом. Поэтому, когда он спросил про Бернхарда, я тоже ему ответила:

– Да!

– ДА?! – нет, не крик, что-то среднее между оглушающим ревом и шипением, но такой отрезвляющий и гневный, я бы даже сказала злой, с неприкрытыми нотками ярости, и это… РЕВНОСТЬ! Как приятно! Несмотря на всю опасность ситуации, я наслаждалась до очередного высказывания вредной рыбины!

– Ой, дуреха! – раздалось бульканье где-то позади меня. Такое чувство, пять минут назад они выходили на антракт, а не расходились по домам. Посмотрела на это сборище огоньков, гневно, а им пофигу! Даже прятаться не пытаются, только с нетерпением виляют хвостиками, которые поблескивают в лунном свете.

– ДУСЯ, – тихо, вкрадчиво, с явным намерением доказать, кто в доме хозяин, зашипел Неф.

– А подари мне рыбку, – мечтательно проворковала. Вот стоило мне сказать эту фразу, и все вокруг погрузилось во мрак, а лед стремительно начал таять.

– Я тебе сейчас дракончика подарю! – многообещающе прошипела моя ящерка, причем в темноте это прозвучало так волнующе. Мне кажется, я даже слегка покраснела. Ну, чего скрывать, смутил он меня, ненадолго, конечно. Как только послышался его смешок, я уже была красная от гнева.

– Черт! Ты чего ржешь?! – возмутилась, вспомнив, что он прекрасно видит меня в этом мраке.

– Тише, не дерись, – уже ничуть не скрывая своего веселья, шепнул он в самое ушко, максимально прижав меня к себе.

А что это я, правда, совсем распоясалась. Ведь месть может быть такой сладкой! Медленно провела ножкой вдоль его лапищи. Напрягся, но не выпустил. Повторила движение, параллельно изогнув спинку, потянулась к его губам. Зашипел. Но когда это меня останавливало! Но вот невезуха, до губ я все равно не дотягивалась, зато до ключицы… Короче, психанула и укусила его со злости. Нет больше меня, есть только мы и бушующий поглощающий огонь страсти между нами, и неважно, что мы глубоко под водой, и что сейчас вокруг нас собрались сотни наблюдателей, неважно прошлое, неважно будущее, важно только настоящие…

– Они решили сварить нас всех живьем! – вопль отчаянья.

– А-а-а!

– Как она и обещала!

– А-а-а!

– Ведьма!

– А-а-а!

– Дурак! – звук удара хвоста по чьей-то моське и сразу поправка:

– Красавица!

Вот я не обиделась, а Нефа видно эти слова задели, причем сильно, оглянуться не успела, как он метнулся в воду. И вот неожиданность, холодно от исчезновения основного источника тепла мне не стало, а вот душно…

– Неф! НЕФ! Это мои рыбки, не смей им откусывать головы!

– Съешь нас, съешь! – вторили они мне.

– А-а-а!

– Не хочу вариться на медленном огне! – верещали другие.

– О Боже, откуда столько нытиков! – вырвалось у меня.

Рыбки сразу заткнулись, демонстративно надув щеки. Только одна еще голосила, та самая, которую сжимал в руке муженек.

Решила и ее спасти:

– Да отпусти ты уже эту истеричку! – выпалила.

Н-да, что-то не больно он торопится.

– Ну, пожалуйста, – протянула.

Нехотя Неф выпустил малявку, которая почему-то обиженно завиляв хвостиком, медленно поплыла к своим собратьям, в красках рассказывая, как она заглянула смерти в глаза и не испугалась. А то они не слышали ее визга! Но, на удивление, все прониклись, хваля ее за храбрость.

В два гребка муженек подплыл к пузырю, протянул мне руку сквозь тонкую стенку, чтобы уже через секунду вытянуть меня наружу. Даже не знаю, радоваться или нет, тому, что я вынырнула. Что я хотела увидеть после такого обледенения, не знаю, но точно не мертвые деревья и убитую морозом траву.

– Так всегда, куда ступает нога ведьм, – увидев мой потрясенный взгляд, пояснил Неф. – Поплыли, там тропа.

Почему-то вспомнилось наше путешествие с Милой, и вопрос, который недавно мучил меня, слетел с моих губ:

– Зачем Кир бросил сумку с нами в лес?

– А что он должен был сделать?! Отдать вас в лапы Морганы? – не скрывая сарказма, спросил он.

– А если бы мы разбились! – воскликнула, возмущенно ударив руками по воде, в результате чего ушла под воду.

– Ты была с Милой, – вытащил на секунду, но потом почему-то снова макнул в воду. – И не возмущайся, мои братья все сделали правильно. Пока Кир отвлекал их, Кай уже искал нас, – снова на секунду вытащил, чтобы потом опять мокнуть лицом.

– Ты что творишь! Утопить решил?

– Смываю остатки конспирации, – невозмутимо пояснил он.

– Понежней можно!

Вместо ответа меня потянули к тропе, но, почувствовав ее под ногами, я снова ушла под воду с головой. Она рассыпалась прямо подо мной от легкого касания!

– Черт, – выругался он, вытащив меня, молча сцепив мои руки на своей шеи, в то время как я пыталась откашляться и восстановить дыхание.

– Возвращаться придется вплавь, держись крепко, – посоветовал, пока я перебиралась к нему на спину.

– Может лучше полетим, или я сама поплыву?

– Нет! – рявкнул, но я даже обрадовалась его категоричности, ведь пловец из меня неважный. – Если устанешь, скажи, под водой много таких воздушных пузырей, мы сможем отдохнуть в одном из них.

Ох, если я устану! Черт, в него грех не влюбиться!

– Неф, а зачем мы вообще сюда пришли? Ты же говорил на разведку отправляемся, а что в итоге?

– Дусенька, все, что надо было, я выяснил, теперь можно плыть домой!

– Подожди! Ты же меня с собой не просто так взял, а для чего-то. Я хочу знать, зачем мы здесь!

Вздохнул тяжко, ни хотя признавшись:

– Дусь, ведьмы тебя ищут, причем не просто ищут, они точно знают, где ты, но стоит им только приблизиться, как они сразу теряют ориентир. Как находят оно понятно, одна из них связана тобой, ей приходится платить кровью для поиска тебя, что и дает нам около двух суток на передышку, пока она не восстановится для нового ритуала, но почему она теряет связь, будто что-то искажает пространство, не давая ей приблизиться. Не понимаю, почему это происходит. А знаешь, что меня еще беспокоит? Я догадываюсь, зачем ты им, но никак не пойму, почему твое появление и гибель платины совпало!

– Что ты этим хочешь сказать?

– Только то, что сказал. Моргана к гибели дерева не причастна, дерево стужей не убить, но ей нужна ты. Она знает, что ты у нас, и знает в чем мы нуждаемся… Как ты думаешь, что она предложила Киру?

– Поменяться? – догадалась я.

Промолчал, да и не нужны тут слова, итак все понятно.

– Соглашайся, – произнесла, понимая, что если все это реальность, то я не смогу всю жизнь прятаться и бегать. Хоть какую-нибудь пользу принесу.

Обиделся! Причем конкретно…