Глава 11

Ни в тот день, ни на следующий Ксения в общей столовой так и не появилась. Девушки гарема были весьма взволнованы этим событием и повсюду, то и дело слышались разговоры о том, где она и что же с ней могло произойти:

— А где же Ксения?

— Куда она подевалась?

— Неужели ее выслали из дворца?

— Ой, а ведь она перед этим поругалась со Снежаной и Верой.

— Девочки, надо от них держаться подальше.

— Это точно. Дружба с ними только беду принесет…

— Да они в принципе какие-то странные. Вы заметили это?

— Да, я тоже так думаю…

Девушки, толком не разобравшись в ситуации, обвинили во всем нас, и теперь сторонились, будто прокаженных. Едва стоило нам появиться где-то, тут же все разговоры замолкали, и наступала неприятная гнетущая тишина. В первые дни коллективного игнора я чувствовала себя некомфортно, пыталась поговорить с другими девушками и объяснить, что не мы начали конфликт, и уж тем более не желали Ксении зла, а потом, осознав бесполезность ситуации, просто перестала обращать внимание на все происходящее.

Но и меня и Веру тоже волновала судьба Ксении. По-человечески было жалко эту дуреху. Как рассказала подруга, она тоже попала на ковер. Умида все-таки вызывала ее к себе, но лишь для того, чтобы отчитать за скандал в купальне и напомнить о правилах поведения девушек в гареме.

Вера постояла, согласно покивала головой, заверила, что никаких скандалов мы первыми не начинали и ее отправили восвояси. А вот Ксения исчезла, и никто не знал, что с ней произошло. Честно, мне было очень жаль дуреху, и я надеялась, что Умида проявила милосердие и не выгнала девушку в пустыню.

А еще правитель Ферхат… С момента нашей прогулки я больше его не видела. Он не появлялся на совместных трапезах, и мне даже показалось, что мужчина покинул дворец. Если честно, я почему-то надеялась, что он вновь пригласит меня на прогулку, но увы…

Зато теперь мои вечера скрашивала саламандра, которую я назвала красивым русским именем — Евдокией, вернее, Дуськой. В ее существование не поверили ни Дамир, ни Вера. Подруга после моего рассказа долго вглядывалась в мое лицо, а потом вынесла вердикт, что все случившееся сон. Прекрасно помня о реакции слуги, я быстренько согласилась с ней, и большему никому не говорила об огненной «подружке».

А она появлялась в очаге каждый вечер, словно из ниоткуда, укладывалась на горящие дрова и наблюдала за мной, а я за ней. И знаете, сама не заметила, как стала ждать ее, и как только зажигали камин, усаживалась у огня. Каждый раз я хотела поймать момент ее появления, но это происходило так молниеносно, что, сколько бы ни старалась, мне этого сделать не удалось.

Треск полена заставил меня вздрогнуть. Автоматически посмотрев на огонь и встрепенулась. Моя «подружка» сидела на каминной решетке, не сводя с меня внимательного пристального взгляда.

— Евдокия, привет, — поздоровалась я, подойдя к камину и присев на корточки. — Я думала, ты уже сегодня не придешь. Где же ты так долго пропадала? Камин затопили давно, а тебя все нет и нет…

Естественно, ящерка мне ничего не ответила, лишь только смешно, еще больше округлила свои глазки-бусины.

— Эх, жалко ты не умеешь разговаривать, — вздохнула я, — и погладить тебя нельзя. Может, все-таки смилостивишься, и позволишь коснуться? Обещаю, буду весьма осторожной.

Протянула руку, и саламандра тут же юркнула в огонь. Так происходило каждый раз, едва я хотела ее погладить.

— Поняла, поняла, — поднялась и села в кресло. — Больше не буду даже пытаться. Выходи, не бойся.

Ящерка юркнула на полено и замерла.

Я посильнее закуталась в плед. В последнее время с погодой происходило что-то непонятное. Днем — жара и духота, как в пустыни, а ночи стали такими холодными, что даже камин не спасал. На мой вопрос, что происходит, Дамир развел руками и принес мне несколько теплых пледов, длинные носки их какой-то серой мягкой шерсти и некое подобие пижамы — широкие штаны из мягкой ткани и рубашка.

Но сегодня было почему-то особенно холодно. Поежившись, поближе подвинула кресло к камину и потянулась к серебряному чайнику, который попросила принести Дамира, перед тем как его отпустить. Плеснула немного горячего напитка себе в фарфоровую чашку, сделала небольшой глоток и поморщилась. Мой чай остыл.

Тревожить Дамира мне не хотелось. Он и так вставал очень рано, много работал и сильно уставал. Поэтому оставалось или отказаться от чая, или что-то придумать.

Посмотрела на очаг, затем на дрова в специальной решетке, и у меня возникла идея, как подогреть себе напиток. Конечно, дома я бы просто включила чайник или воспользовалась микроволновкой, а здесь…

Я аккуратно, под внимательным слегка удивленным взглядом ящерки, запихала несколько поленьев в огонь и, дождавшись, когда их начнет охватывать пламя, поставила на них чайничек. Саламандра заметалась по очагу, ее язык то и дело нервно мелькал, и было понятно, что она весьма встревожена. Она могла перевернуть чайник своим мельтешением, и поэтому я пыталась успокоить свою подружку:

— Да не бойся ты. Ну, не будить же Дамира ради чашки чая. Не волнуйся ты так.

Но ящерка, не обращая внимания на мои слова, продолжала нервно метаться по камину.

Тем временем огонь все больше разгорался. Я, взяв полотенце, подхватила чайник, и в этот момент раздался громкий пугающий треск поленьев. Моя импровизированная плита разрушилась и одновременно с этим вверх поднялись искры. Раскаленные угольки вывалились прямо мне на ноги. Я испуганно дернулась, и чайник выскочил из моих рук…

— Аааа, — тут же завопила, чувствуя, невыносимую боль. Кипяток обжег меня. — Ай…

Я стала тяжело дышать, пытаясь, справится с собой. По щекам покатились слезы. Только тот, кто получал когда-то ожоги, поймет, что я чувствовала. Упав в кресло, прикусила зубами кулак, чтобы не застонать вновь. Я понимала, надо что-то делать, но даже встать сил не было. По телу снова пробежала волна боли.

В этот момент в мою дверь постучали:

— Госпожа, с вами все в порядке? Госпожа?

— Помогите, — проскулила в ответ. — На помощь!

Уткнувшись лицом в запястье, зашипела от боли. Казалось, что с меня слезает кожа…

Прошло несколько минут, а может секунд, не могу сказать точно, но вот дверь моих апартаментов распахнулась, и влетел перепуганный Дамир:

— Госпожа, моя, что случилось? Снежана.

Подняв на него заплаканное лицо, поморщилась от боли:

— Я обожглась… Ноги…

Мужчина наклонился, а потом заохал:

— Сейчас, сейчас, — он выглянул за дверь и кому-то крикнул. — Доктора. У девушки ожог. Срочно! И сообщите госпоже!

А затем вернулся в комнату и встал на колени передо мной.

— Снежана, надо разрезать штанины. Они только усугубляют положение. Придется немного потерпеть.

Я кивнула и закусила руку… Это было невыносимо больно. Но Дамир действовал быстро, ловко, очень осторожно, и вскоре пижамные штаны были разрезаны с двух сторон, и превратились в короткие шорты.

Слуга нервно вздохнул. Я опустила голову и с ужасом поняла, что мои ноги покрылись алыми пятнами, некоторые из которых вздулись, и явно к завтрашнему утру превратятся в волдыри.

— Госпожа, как же так?

— Чаю хотела подогреть в камине…

— Ой, ой, ой… Надо было меня позвать, — запричитал Дамир. — Вот беда, так беда…

— Все будет хорошо, — вздохнула я, сама в это не веря.

В коридоре послышались поспешные шаги, и в мою комнату влетела Умида в халате, в сопровождении слуги и невысокого пожилого господина с чемоданчиком в руках.

— Что случилось? — властно поинтересовалась она, окидывая нас встревоженным взглядом.

— Госпожа обожглась, — ответил за меня Дамир.

Умида посмотрела на коротышку:

— Арис, осмотри ее. Быстро.

Мужчина подошел ко мне и присел на колени. Осторожно взяв мою ногу, приподнял ее и недовольно цокнул.

— Мне понадобится чистые полотенца и бинты, и как можно скорее.

— Сейчас принесу, — Дамир покинул комнату, а мужчина, тем временем, подложил мне под ноги большую подушку и открыл свой чемодан. В нем оказалось много всяких баночек, скляночек, каких-то холщовых мешочков, остро пахнущих травами, глиняных кувшинчиков, завязанных тканью.

— Это серьезно? — поинтересовалась Умида, присаживаясь в кресло.

— Постараюсь сделать все возможное, чтобы не осталось шрамов, — пообещал мужчина, доставая ступку. Он ловко насыпал в нее какой-то порошок, добавил туда тягучую светло-желтую жидкость и все тщательно перемешав, предупредил меня. — Будет немного больно, но надо потерпеть.

Я просто кивнула.

Сначала мужчина, полученной смесью смазал места ожогов, затем посыпал их каким-то белым порошком, а после намочил полотенца остро-пахнущей жидкостью и обмотал ими мне ноги, зафиксировав бинтами.

— Девушке нужен покой, — доктор поднялся с колен. — Завтра зайду, еще раз ее осмотреть. Вот это, — он положил какой-то порошок на стол. — Надо выпить.

— Арис, ты можешь идти, — величественно кивнула Умида и поинтересовалась. — Объясни, как ты умудрилась обжечься?

— Хотела чаю подогреть в камине…

Мать правителя странно посмотрела на меня, но промолчала. Поднявшись, она приказала Дамиру:

— Глаз с нее не спускай. Пусть лежит, отдыхает.

— Конечно, госпожа, — Дамир поклонился.

Умида покинул мою комнату, не сказав ни слова. Я проводила ее взглядом, а потом поинтересовалась:

— Как ты оказался в моих покоях?

— Стража позвала. Они почувствовали в вашей комнате всплеск огненной магии, решили проверить, что случилось, а услышав ваш крик о помощи, поспешили ко мне. Ох, и грозная охрана у нас. Я как увидел их на пороге, так перепугался. Сколько лет работаю здесь, а ни разу с ними сталкиваться не приходилось. Госпожа, как же вы так?

— Все получилось случайно.

Дамир покачал головой и предложил:

— Давайте, я вам помогу лечь.

Кивнула, чувствуя себя неважно. Слуга ловко подхватил меня на руки и уложил на постель. Затем растворил в стакане воды порошок, оставленный доктором, и заставил выпить полученную микстуру. А после укрыл одеялом и, пожелав спокойной ночи, удалился. А я, в скором времени, уснула.

***

— Снежана, что я еще могу сделать для вас? — Дамир бросил на меня вопросительный взгляд. — Может, хотите чаю? Или сока?

— Спасибо, ничего не хочу, — покачала я головой, поудобнее устраиваясь на диване. — Ты можешь идти заниматься своими делами.

— Только если вам что-то понадобится, обязательно зовите. Сами не вставайте, поберегите ноги.

— Хорошо, — кивнула в ответ. — Не переживай, больше глупостей творить я не буду.

Дамир поклонился и вышел из комнаты, а я тяжело вздохнула. Благодаря снадобьям и целебным мазям доктора Ариса волдыри на моих ногах не появились, но обожжённая кожа выглядела ужасно и местами облазила тонкими полосками.

Мне прописали полный покой, и теперь я стала пленницей в своих апартаментах. Первую половину дня меня развлекал Дамир, но у него было немало работы и мне пришлось его отпустить. Понимая, что без движения умру от скуки, попросила слугу привести Веру, но он отказался, сказав, что госпожа Умида запретила всякие посещения, сославшись на то, что мне нужен покой.

И что делать в одиночестве я просто не представляла. С грустью посмотрела на книги, читать совершенно не хотелось. Камин пока не топили, поэтому моей подружки саламандры не было. Дамир сказал, что-то стража всполошилась из-за всплеска огненной магии в моей комнате, и у меня возникло подозрение, что это Дуська позвала на помощь. Вернее, я почти была в этом уверена. Но вот как она это сделала? Было непонятно.

Неожиданный стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Видимо, Дамир вернулся.

— Войдите, — крикнула я и потянулась к книге. — Я же отпустила тебя. Что-то забыл?

— Мне сказали, с тобой приключилась беда, — услышала я тихий голос Ферхата. Резко обернувшись, удивленно уставилась на мужчину. Если честно, его приход был неожиданным, и я растерялась, совершенно не зная, как себя вести. Автоматически поправила волосы и посильнее запахнула халат на груди. Мужчина подошел ко мне, окинул сочувствующим взглядом мои перебинтованные ноги, и поинтересовался:

— Как ты себя чувствуешь?

— Нормально, — вздохнула я.

— Болит?

— Нет, — улыбнулась в ответ. — Уже почти все прошло. Доктор Арис просто волшебник.

— Тогда почему ты так тяжело вздыхаешь? Что тебя беспокоит?

— Честно, как представлю, что придется еще несколько дней провести в этой комнате… Знаете, как скучно.

— Могу лишь догадываться, — честно признался Ферхат, присаживаясь в кресло. — А почему бы тебе не позвать подругу?

— Как сказал Дамир, ваша мама запретила все посещения, потому что я нуждаюсь в тишине и покое.

— Матушка может, — хохотнул правитель. — Кстати, мы же вроде перешли на «ты»? А ты опять начала «выкать»?

— Ну, да, — улыбнулась в ответ. — Просто я подумала, что возможно, что-то изменилось?

— Интересно с чего такие выводы?

— Не знаю, — пожала плечами.

— Ну, раз не знаешь, давай договоримся, что ты ничего не будешь выдумывать.

— Хорошо, — согласно кивнула я.

— Ну вот и замечательно, — Ферхат поднялся и подошел ко мне. — Снежана, меня сейчас ждут неотложные дела, но я предлагаю поужинать вместе в твоей комнате. Что скажешь?

— Буду рада, — искренне улыбнулась в ответ.

— Тогда увидимся вечером. Не скучай…

Ферхат ушел, а с моего лица не сходила довольная улыбка. Черт возьми, мне было приятно его внимание, и что там скрывать, этот мужчина мне действительно нравился.

Я стала обдумывать, что надеть вечером, и с сожалением вспомнила, что вряд ли сегодня смогу посетить местный «салон красоты», а еще осознала — ужинать мы будем наедине.

Мне не очень не хотелось тревожить Дамира, но без его помощи мне не справиться, и поэтому я потянулась к золотому колокольчику. По комнате пролетел тихий мелодичный звон. Как объяснил Дамир — это магический звонок, который связывает его и меня, и стоит мне только позвать, я всегда буду услышана.

Прошло несколько минут прежде, а затем раздался стук, дверь открылась, и послышался мужской голос:

— Госпожа, что-то случилось? — спросил вошедший Дамир.

— Да, вернее, нет. Сегодня я ужинаю с правителем Ферхатом. Надо накрыть стол…

— Я уже получил соответствующие распоряжения, — улыбнулся мужчина.

— Да?! — искренне удивилась в ответ. — И давно?

— Только что. От самого правителя, — отчитался слуга.

— Понятно, — протянула в ответе. — Тогда помоги мне выбрать какой-нибудь наряд. Не могу же я встречать гостя в халате, — скептически откинула взглядом свои забинтованные ноги и вздохнула. — Как же хочется в купальню. Сейчас бы многое отдала, чтобы попасть в ловкие руки Оливии.

— Сегодня повязки никак снимать нельзя, — покачал головой Дамир.

— Знаю, — в очередной раз вздохнула. — Но так на ужине хочется быть красивой.

— Кажется, есть идея, как вам помочь, — мужчина хитро прищурился, загадочно улыбнулся, а затем быстро покинул мою комнату, оставив меня в полном недоумении.

А через время он вернулся, но не один, а вместе с Оливией. В глазах распорядительницы читалось откровенное сочувствие и жалость.

— Ох, бедняжечка, — она всплеснула руками. — Это как же тебя угораздило так обжечься?!

— У госпожи сегодня важный ужин. Ей бы принять магический душ, — Дамир выразительно посмотрел на распорядительницу купальни, — сделать красивую прическу и макияж. Гость будет очень важным.

— Даже так? — женщина вопросительно подняла брови, а затем посмотрела на меня с неким интересом. — Ну а что хорошенькая, а если еще и умненькая, то почему бы и нет.

— Это вы, о чем? — уточнила я.

— Просто мысли вслух, деточка, — ушла от ответа Оливия, а затем, шагнув ко мне строго-настрого наказала. — Закрой глаза, и чтобы ты не почувствовала или ощутила не смей открывать. Магические духи коварны, затянут в водоворот и не вытащишь потом. Поняла?

— Что?! — растерянно переспросила я.

— Ну, с умненькой, может, это я поторопилась, — вздохнула женщина, — но зато красивая. Повторяю, еще раз. Закрой глаза и не смей их открывать, пока не разрешу. Поняла?

— Да.

— Отлично. Тогда приступим.

Я сильно зажмурилась и услышала:

— Дамир выйди. Займись пока своими делами. Мужчине здесь не место.

Послышался шорох двери, а затем я почувствовала, как что-то холодное коснулось моего лба. От неожиданности я вздрогнула, а затем ощутила аромат моря — солёный, с легкой горчинкой водорослей, свежий и очень бодрящий. Я буквально чувствовала холодные брызги обнажённым телом. Обнаженным? Осторожно провела ладонью по плечу, и действительно поняла, что раздета. Первым желанием было посмотреть, но потом, вспомнив о предостережении Оливии, зажмурилась ещё крепче.

Брызги сменились морским бризом, а затем необыкновенным теплом, а потом я почувствовала прикосновений шелка к своим плечам.

— Ну вот и все. Можешь открывать глаза, — услышала над ухом и первое, что увидела розовую шелковую простынь на своем теле. Оливия тут же протянула мне зеркало. — Нравится?

Я осмотрела себя… и охнула, от удивления. Распущенные блестящие волосы ровными локонами рассыпались по спине и плечам, на лице виднелся, едва заметный макияж, губы приобрели розовый оттенок, и я невольно улыбнулась, потому что чувствовала себя красивой, свежей и бодрой.

— Как вы это сделали? — сорвалось с моих губ.

— Магический медальон, наполненный силой правителя, — пояснила Оливия. — Сложное приспособление, позволяющее покорить стихию ветра, воды и духов природной красоты. Весьма необычная штука, но пользуюсь я ей в крайних случаях. Уж слишком много внутренней энергии уходит при ее применении.

— Спасибо, — искренне поблагодарила ее я. — Чувствую себя великолепно.

— Так это же замечательно, — Оливия улыбнулась. — Ты не против, если я загляну в твой гардероб. Нужно подобрать тебе какой-нибудь удобный наряд, ну и белье к нему.

— Конечно.

Женщина открыла дверцы шкафа, и некоторое время молча перебирала вешалки с вещами, а потом поинтересовалась:

— А почему у тебя такой скудный выбор одежды? Где шелк, парча, легкие ткани… Чем ты собралась поражать воображение шейха?

— Ничем, — пожала плечами я. — У правителя гарем меняется раз в полгода, неужели вы думаете его можно удивить оголённым животом, ногами или глубоким декольте?

— Хм, — хмыкнула Оливия. — А все-таки умненькая… Да, ты права, правителя Ферхата этим точно не удивить. Но сейчас нам необходим простой наряд, который легко надеть и также легко снять, чтобы не потревожить твои раны. Обещаю, выберу самое закрытое.

— Посмотрите, в другой половине шкафа. Дамир должен был сложить все в коробки.

— Отлично.

Некоторое время Оливия ковырялась в вещах, а потом воскликнула:

— Вот, это то, что надо, — она достала наряд, состоящий из зеленой полупрозрачной кофты и легкой юбки из полосок.

— Я это не надену, — покачала головой. — Это не костюм, а какое-то безобразия. В нем я буду больше раздета, чем одета.

— Тшшш, — зашипела Оливия. — Я лучше знаю.

Она какое-то время молча перебирала мое белье, откладывая в сторону то, что на ее взгляд не подходит, и наконец-то достала комплект — ажурный топ и шортики, а затем кружевную короткую светло-зеленую сорочку.

— Давай одевайся, — строго произнесла женщина таким тоном, что возражать я не посмела.

Под ее внимательным взглядом сначала одела белье, потом сорочку, а затем и сам наряд. Оливия обошла вокруг меня, оценивая мой внешний вид и прокомментировала:

— Очень красивая. Но не хватает украшений. Тебе уже преподносили подарки?

— Да там, в ларце, — показала на сундучок на камине.

Оливия открыла и присвистнула:

— Ого, сколько всего. Это все тебе подарил правитель? — в голосе женщины проскользнули любопытные нотки.

— Нет, — покачала головой. — От него только браслет с изумрудами.

— Его оденем обязательно, пусть правителю Ферхата будет приятно. А еще вот эту цепочку и колечко, — она достала украшения. — Давай, примерим.

Когда я увидела свое отражение в зеркале, довольно улыбнулась. Наряд перестал быть вызывающим, и в то же время в нем было очень удобно. Я выглядела красивой и элегантной, и мне это нравилось.

— Спасибо, — искренне поблагодарила Оливию. — Вы действительно волшебница и творите чудеса.

— Рада, что смогла угодить, — женщина чуть поклонилась, а потом позвонила в колокольчик.

Как только появился Дамир, распорядительница купальни, пожелав мне хорошего вечера, удалилась. Слуга же, ловко накрыв на стол и растопив камин, тоже ушел, оставляя меня одну. Я в нетерпении стала ожидать правителя, но прошел час, потом еще один. Давно стемнело, а его все не было и не было… И если честно, я уже расстроилась, подумав, что, видимо, планы Ферхата изменились, а мне просто никто не удосужился об этом сообщить. Оторвав виноградинку, запихала ее в рот и вздохнула. И в этот момент раздался стук.

— Войдите, — с нетерпением произнесла я и когда увидела на пороге Ферхата, невольно на моем лице расцвела улыбка.

— Добрый вечер, — он окинул меня оценивающим взглядом, — роскошно выглядишь. Это тебе, — он протянул мне футляр.

— Спасибо, — улыбнулась я, открывая подарок. Тут же мысленно ахнула. Подарок действительно был весьма дорогим — цепочка из белого золота с необычным кулоном, в центре которого сверкал ромбообразный бриллиант. — Очень красиво. Он великолепен.

— Рад, что тебе понравилось, — Ферхат присел в кресло. — Как прошел твой день?

— Ничего особенного, ты же и сам это понимаешь. Лучше расскажи, а чем занимался ты?

— Ну…, - вздохнул мужчина, — мои советники сегодня как с ума сошли. Каждому что-то нужно, каждый требовал внимания, в общем, суета. Думал, никогда это не закончится. И если честно, говорить о работе мне совсем не хочется. Давай поужинаем?

— Давай…

Ужин прошел замечательно. Еда была вкусная, фруктовый напиток в меру прохладным, а компания очень приятной. А затем мы пересели к камину, и за бокалом вина болтали обо всем. Ферхат рассказал мне много забавных историй из своего мира, я же — о своем. Его поразили мои слова о самолетах, поездах, метро, и мужчина никак не мог поверить, что люди без магии, своими собственными руками, могли сделать подобное. Мне, кажется, он до конца так и не поверил моим словам, решив, что я приукрашиваю. Переубеждать его не стала, потому что прекрасно понимала, как сложно принять что-то необычное. Я же и сама в свое время считала его магическую силу — выдумкой, пока своими глазами не увидела, как Ферхат ловко повелевает песками.

— Знаешь, давно мне ни с кем не было так хорошо, — в конце вечера признался мужчина, оставляя пустой бокал в сторону.

— Мне тоже. (2169a)

— Уже поздно, — внезапно Ферхат поднялся. — Завтра будет трудный день. Мне пора.

— Жаль…, - сорвалось с моих губ.

Правитель приблизился ко мне, наклонился и, если честно, я думала, что он меня поцелует. Вернее, мне этого очень хотелось в эту минуту. Но Ферхат галантно коснулся губами моей руки и, пожелав приятной ночи, просто удалился. А я еще долго смотрела на огонь в очаге и размышляла, почему он ушел. Ведь я же была совершенно не против, чтобы он остался…