Эпилог
— Вы можете ехать куда хотите, а внука трогать не позволю, — гневно произнесла Умида, прижимая к груди двухлетнего сероглазого малыша, миниатюрную копию своего отца. — Мне интересно, кому из вас двоих ума хватило придумать тащить наследника престола в другой мир? Уж не тебе ли, Снежана?
Я прикусила нижнюю губу, пытаясь сдержать смех. Свекровь мне досталась своеобразная. Почему-то у нее всегда была виновата я.
Умида боготворила сына, но и он два года назад попал в немилость к матери, едва родился маленький Аслан. Теперь грозная бабушка всегда стояла на стороне внука и коршуном охраняла его интересы. Хотя никто и не думал обижать ребенка, ведь мы с Ферхатом боготворили нашего малыша.
— Так кто это придумал?! — Умида обвела нас грозным взглядом и добавила. — Даже не мечтайте. Сами можете идти хоть на все четыре стороны, а ребенок останется дома под покровительством бабушки. Да, мой хороший? — малыш что-то пролепетал в ответ, увлекшись красивым ожерельем на шее женщины. Блестящие сияющие камни так заманчиво сверкали, полностью завладев вниманием ребенка.
— Мама, — вздохнул Ферхат. — Это была моя идея. Снежане нужно посетить свой мир, уладить все дела с имущественными вопросами. И почему бы сыну не увидеть ее родину?
— Вот! — взвизгнула Умида. — Ты совершенно ни о ком не думаешь, кроме своей жены. Любовь ослепила тебя!
Испугавшись громкого крика, малыш расплакался и сполз с колен бабушки. Смешно ковыляя, он подошел ко мне и протянул руки.
— Ферхат, вы поговорите, — я подхватила ребенка на руки. — А мы пока с Асланом прогуляемся. Сегодня чудесная погода.
«Поймав» улыбку мужа, под недовольным взглядом свекрови, ведь я уносила ее сокровище — любимого внука, покинула гостиную.
Едва мы оказались в коридоре, малыш стал вырываться, потому что бежать вперед намного веселее, чем сидеть у матери на руках. Я же поудобнее перехватила сынишку, и это ему весьма не понравилось — ведь он не получил желаемого. Нахмурив бровки, он скривил губы и громко обидно зарыдал. Одновременно с этим на его ручках появились маленькие языки пламени. Так проявлялась магическая сила моего ребенка.
— Аслан, — нахмурилась я. — Прекрати капризничать. Я тебе не бабушка. Паркет довольно скользкий и ты можешь упасть. Сейчас выйдем на улицу и отпущу.
— Ааааа, — забился в истерике сынок, но поддаваться я не собиралась. Перехватив его поудобнее, быстро направилась в сад. Когда мы оказались у фонтана, где слуги сделали небольшую детскую площадку, отпустила сына и, вытирая с его мордашки горькие слезы, ласково сказала. — Да, сыночек. Мама — это тебе не бабушка, и даже не папа. Мама у тебя строгая. Она покорила опасную стихию, укротила твоего отца и теперь огонь всегда на моей стороне, и маленького мага тоже всегда сможет приструнить. Поэтому нравится тебе или нет, но придется слушаться сынок.
Аслан какое-то время молча слушал меня, а потом поковылял к песочнице.
Я же, наслаждаясь солнышком, думала о своей жизни. Время летит незаметно. Прошло почти три года, как я осталась в этом мире и знаете, ни разу не пожалела. Наша семейная жизнь с Ферхатом была наполнена взаимопониманием и любовью. После торжественной красивой свадебной церемонии мы уехали в путешествие и провели целый месяц наедине, а вот когда вернулись… Умида стала доставать нас вопросами о внуках. От нее не было покоя, потому что каждое утро начиналось словами о том, что она уже немолода, и вскоре может умереть, так не испытав радости поддержать на руках того, кто станет продолжением ее рода. Я не знаю, кто больше обрадовался моей беременности — мы с Ферхатом или она.
Кстати, «Дуська» стала моей постоянной спутницей, и именно она помогла мне приручить огонь и подружиться с ним. Конечно, моя магическая сила была очень слабенькой, ведь я обычный человек, но, тем не менее, когда она окончательно проснулась, любой эмоциональный всплеск сопровождался пожаром. А когда женщина беременна… В общем, я была ходячей неприятностью. Но саламандра всегда появлялась вовремя и не позволяла пламени разбушеваться. Конечно, такая преданность мне чужой магии вызвала много вопросов. Ферхат перерыл множество книг и не найдя ответов, отправился к шаману, предсказавшему его будущее, и вернулся умиротворенным и очень довольным. Как оказалось, его магия стала частью меня, потому что любовь между нами истинная. Для опасной стихии мы с Асланом часть Ферхата, и именно поэтому она постоянно рядом с нами и оберегает нас от всевозможных невзгод.
— Родная, — Ферхат присел на скамейку и вздохнул.
— Поговорили?
— Она невыносима, — признался мужчина.
— Я знаю, но, тем не менее, она твоя мать. Так что решили?
— Мы едем в твой мир, а Аслана оставляем под ее присмотром, — мужчина вздохнул. — Переубедить ее невозможно. А мне бы, так как хотелось, чтобы наш сын увидел твою родину.
— Возможно, когда-нибудь увидит, — погладила мужа по плечу. — Но Умида права, Аслан слишком мал и пока не контролирует свою магию. На земле дети не вспыхивают как факела, поэтому даже к лучшему, что он останется во дворце. Тем более что мы всего на несколько дней.
Ферхат вздохнул, но промолчал. Идея посетить мой мир у меня появилась давно. Мне хотелось узнать, как там Вера, и надо было решить вопрос с квартирой, которую я хотела подарить ей. Когда последний раз открывался портал, я через доверенное лицо передала подруге письмо и сообщила, когда мы сможем увидеться и попросила ее приехать в тот отель, в котором мы вместе отдыхали. Я очень надеялась, что она приедет навстречу. Ферхат решил пойти со мной, ему тоже не терпелось увидеть, как же живут иномиряне.
— Когда отправляемся? — поинтересовалась я.
— Завтра. Портал откроется через три дня.
— Замечательно, — прижалась к плечу мужа. — Представляешь, сколько времени мы будем одни, и никакой матушки рядом.
— Я уже подумал, может, подарим ей еще одного внука или внучку? Забот прибавится, и ей будет некогда вмешиваться в нашу жизнь?
— Умида не исправима, — рассмеялась я, но над твоим предложением следует подумать …
***
— Вера…, - увидев подругу, бросилась к ней. — Вера!
— Снежка…
Мы, обнявшись, плакали, совершенно забыв, что находимся в холле отеля, и на нас смотрит много посторонних людей.
— Подружка, как же я соскучилась, — призналась Вера, заглядывая мне в лицо. — Я же уже не надеялась. А когда получила от тебя весточку…
— Прорыдала три дня, — продолжил фразу мужской голос. За спиной подруги я увидела темноволосого незнакомца. Вера обернулась и представила его:
— Снежка, это мой муж Иван.
Мужчина улыбнулся:
— Рад знакомству.
Я кивнула и посмотрела на супруга:
— Знакомьтесь, мой муж Ферхат.
Он совсем растерялся, когда Иван протянул руку.
— На земле жмут руку друг другу в знак приветствия, — пояснила я. — Традиция такая.
Ферхат крепко сжал ладонь Ивана:
— Рад знакомству.
А затем мужчины удалились в бар, а мы с Верой поднялись в номер. Ведь нам о много предстояло поговорить. Я в вкратце рассказала, что случилось, после того как гарем опустел, и что произошло со мной дальше.
— Так что Умида терроризирует нас с Ферхатом, нянчится с внуком и старается контролировать вся и всех.
— Аххх, — засмеялась Вера. — Даже не удивляюсь.
— А теперь ты рассказывай…
— Да особо нечего, — подруга развела руками в стороны. — Нас караваном привезли к порталу. И тут стало понятно, что девушки ничего не помнят о времени, что провели во дворце. Нас всех собрали на площадке, и какой-то мужчина рассказал нам красивую сказку о том, что каждая из нас стала наследницей огромного состояния и именно с умирающим родственником провела все это время. А потом нас по одной стали проводить через портал, но перед этим давали каждой выпить сладкий напиток, похожий на вино. Отвертеться у меня не получилось. А затем я шагнула в портал и очнулась… в отеле. Как оказалось, номер был снят на несколько дней.
— Ничего себе, — удивилась я.
— А ты не знала?
— Нет, — покачала головой. — Как-то был разговор об этом. Но Ферхат сказал, что наложницами занималась матушка и он не в курсе, а спрашивать у Умиды я не решилась. Интересно, а как же другие девушки?
— Знаешь, после возвращения, я встретила на пляже Ксению. Мы с ней поговорили и даже стали приятельницами. Она совершенно ни о чем не помнит, и с полной уверенностью рассказывает о своем богатом дяде, который оставил ей внушительное состояние. Думаю, так и другие. А затем я вернулась домой.
— Про меня спрашивали?
— Да. Я всем говорила — ты встретила шейха, вышла за него замуж и живешь в его гареме, — Вера хохотнула.
— И что поверили? — засмеялась в ответ.
— Да, и даже придумали то, чего на самом деле нет. Поболтали и успокоились. Твою квартиру я закрыла, но коммунальные услуги оплачиваю регулярно.
— Спасибо, — вновь обняла подругу. — Ты привезла, что я просила?
— Конечно, — Вера кивнула на два больших чемодана. В письме я попросила ее собрать мне родительские фотографии, и кое-что из памятных вещей.
— А документы?
— Вот, — подруга протянула мне папку.
— Тогда идем…
… В консульстве я оформила доверенность на Веру, по которой она имела право распоряжаться моей квартирой по своему усмотрению.
— Снежка, ты уверена? Это такой дорогой подарок, — Вера вопросительно посмотрела на меня.
— Мне она никогда не понадобится, — покачала головой. — Портал с каждым годом становится все нестабильней. Однажды он может закрыться навсегда. Поэтому, возможно, мы видимся в последний раз. И про подарки… Ты еще не видела, что мы с Ферхатом тебе привезли. — Кстати, а вы давно с Иваном женаты?
— Почти год. Он замечательный. Знаешь, я его очень люблю, и честно рассказала о том, что произошло со мной.
— И он поверил?
— Сначала сильно сомневался, но, когда пришло твое письмо, то убедился в правдивости моих слов. Ой, Снежка, а ничего страшного, что я ему сказала?
— Не страшно, — махнула рукой. — Даже если он кому-то расскажет, кто же в такое поверит. Отпуск в гареме. Какая-то сказка.
— И не говори, — Вера засмеялась, и мы вернулись в отель.
А дальше было очень весело. Наши мужья умудрились напиться, обсуждая разницу в мирах, а потом оба болели с похмелья. Я показала Ферхату метро, аэропорт, поезд и он бы в восторге от моего мира. Но время пролетело мгновенно, и нам пришла пора возвращаться.
Конечно, мы с Верой плакали, потому что прощались навсегда. Уже напоследок подруга мне шепнула:
— Знаешь, ведь у нас тоже скоро будет пополнение. Только муж еще не знает.
— Я так рада за тебя. Возможно, мы когда-нибудь еще увидимся…
Едва портал захлопнулся за нашими спинами, я разрыдалась на груди Ферхата. Муж долго успокаивал меня, а когда слезы высохли, он спросил:
— Жалеешь?
Я сразу поняла, о чем он спрашивает и честно ответила:
— Никогда, слышишь, я никогда не пожалею о своем выборе. Вера моя единственная подруга и останется ею навсегда. Расставаться всегда больно, но рана скоро затянется, и останутся только добрые теплые воспоминания. Та жизнь — мое прошлое, а ты — мое настоящее и будущее. Я люблю тебя и хочу прожить с тобой, и нашим сыном остаток жизни в мире, согласии и любви.
Вместо ответа меня просто поцеловали, и это было красноречивей любых слов…