Глава 20. Продолжение

Когда Лида выбралась из погреба, вся потная и в пыли, шикша сидел на табуретке и ковырял заусенец на пальце.

– Маргузин, – скомандовала она, поставив мешок с банками на пол и переводя дыхание, – бегом к мяснику! Купишь троглятины килограммов тридцать, а лучше сорок. Торгуйся, понял?!

Троглами в этом мире называли очень похожих на свинок животных. Только мясо у них было не такое жирное, в самый раз для тушёнки.

Шикша встрепенулся и вытаращил глаза.

– Сорок килограмм?! Это ж сколько стоит, сколько!

– Я тебе дам денег, – успокоила Лида, доставая из кассы три монеты. – И чтобы без фокусов, понял?! Без воровства и обмана, без «я случайно потерял сдачу» или «дайте мне в кредит». Только честная покупка с торгом, понял?

Маргузин взял монеты. Подбросил их на ладони. Уронил. Подобрал. Опять подбросил, в этот раз поймал. Вздохнул глубоко-глубоко, но спорить не решился – Лида намекающе взяла в руку сковородку.

– Честная так честная, – буркнул он и выскользнул за дверь.

Русалки в раздумьях пробыли недолго. Едва шикша ушёл, Туна появилась на пороге кухни и пробулькала:

– Мы быть согласны. Будем греть. Будем накладывать. Будем мыть. Неделю работаем – ты нам бусы и заколки. Договор?

Лида пожала её мокрую лапку, скрепляя соглашение,  и тут же дала задание помыть принесённые банки. Вскоре Маргузин вернулся с мясом, и закипела работа. С короткими перерывами на сон и еду Лида принялась готовить запасы еды.

Два дня духовка и плита работали без отдыха. Русалки и шикша приносили травы и овощи с огорода, мыли их, чистили и резали. Перебирали крупы, стерилизовали крышки и закупоривали банки. Туна всё время стояла рядом с Лидой: училась управлять печкой и духовкой, запоминая, как греть еду для гоблинов. Магическое слово «бусы» служило для неё лучшим стимулятором.

К утру третьего дня всё было готово. Ряды банок с тушенкой общим числом девяносто штук выстроились на стеллажах в погребе. Пять огромных пирогов и кастрюля супа разместились в холодильнике. Десяток буханок встали в ряд в шкафу, ожидая едоков.

А Лида, усталая, но счастливая, была готова ехать в этот самый Косухин Нос. Побеждать в конкурсе и заявлять о себе на всё королевство как о потрясающей стряпухе. Заодно рекламировать «Очумелое хозяйство» как заведение с эталонно-высокой кухней, способное удовлетворить самый взыскательный вкус.

Вскоре Лида стояла у входной двери. С чемоданом у ног и розовой сковородкой в руке ждала телегу, которую наняла доставить их с Маргузином до Косухина Носа. Когда часы с кукушкой отсчитали семь ударов, дверь трактира неожиданно распахнулась.

На пороге стояла малюсенькая сухонькая старушка с курносым носиком, живыми чёрными глазами и копной седых кудряшек, собранных в толстую косу. Хорошенькая, будто постаревшая коллекционная куколка.

Не здороваясь, она вошла, обвела взглядом обеденный зал. Скользнула по лицам стоящих в ряд русалок. Презрительно скривилась в сторону Маргузина и скептически оглядела Лидину статную фигуру в льняных брючках и свободной тунике.

– Я Милдред, – представилась она хорошо поставленным голосом. – Ну, хоть пол у тебя чистый, а не как у всяких грязнух, что вечно в саже ходят. И запахи вроде правильные здесь, каким положено в приличном трактире быть.

Лида хотела бы что-то сказать, но Милдред уже пошла на кухню, покачивая изящными бёдрами под длинной шёлковой юбкой изумрудного оттенка.

– Уговорила, поработаю у тебя, – бросила она небрежно. – Ровно на неделю и только потому, что мне скучно в моей деревне, там все дураки. А тут хоть на людей посмотрю да посмеюсь с твоей стряпни, женщина-богатырь. Можешь ехать на свой конкурс, а за трактир не бойся.

– Э-э-э… Я её другой представляла, – только и сказала Лида, вопросительно глядя на Маргузина. А тот растянул рот в улыбке от уха до уха и ликующе зашептал:

– Тётка Милдред согласилась, согласилась! Она всё в порядке держать будет. Поехали, поехали!

– А русалки? Мы же решили, что они хозяйничать будут, – не поддалась девушка.

– Не обижу я твоих русалок, – крикнула из кухни Милдред – слух у неё оказался отменным. – Поезжай уже, не мешайся под ногами! А вы, девчонки речные, дуйте сюда – знакомиться будем.

Русалки, топоча пятками, кинулись на кухню, даже попрощаться забыли. Только Туна на бегу пробулькала:

– Бусы… Бусы и заколки!

– Ну… тогда мы пошли? – сама не зная у кого, спросила Лида. И на всякий случай крикнула в сторону кухни:

– Туна знает, что надо делать! Она вам всё расскажет!

– Разберёмся, – долетело до неё, и Лида с Маргузином вышли из дома.

Повозка уже ждала их. Возница, лохматый паренёк с огромными выпуклыми глазами и зеленоватой кожей, лениво помахивал кнутом, отгоняя от лошади мух. Когда пассажиры уселись, он цокнул языком, трогая телегу.

К сожалению, сдвинуться с места у них не получилось. На борт легла могучая зелёная лапища, намертво пригвоздив колеса повозки к земле. Лошадь бессмысленно поскребла по земле копытами и замерла, испугано прядая ушами. А над окрестностями разнёсся яростный орочий рев, заставивший всех вздрогнуть:

– Ты куда это собралась, Лида?!​​​​​​​