Глава 20

После возвращения с гонок Марика пребывала в прострации. Переспать со следователем Дарквинном! Саби, наверное, пошутила. Об этом даже думать было неловко, а уж осуществить… Щеки вспыхивали, едва она представляла эту картину. Дарк – она впервые назвала его сокращенным именем – поцелует ее, будет касаться, увидит обнаженной, в конце концов. Да она лишится чувств от ужаса, прежде чем он приступит к делу!

– Это ничего не изменит, – нашла Марика причину для отказа. – Следователь знает о противоядии. Факт его выживания после нашего секса не снимет с меня подозрений.

– Будем надеяться, что он не такой умный, как ты. И да поможет нам Вел! Потому что если это не сработает, мы обречены.

– Он как раз умнее нас вместе взятых.

– Но не хитрее. Все-таки хитрость черта женского характера.

– Говорю тебе, ничего не выйдет!

– Отлично, – Саби отрывисто кивнула. Широко шагая, она скрылась на кухне, вернулась оттуда с ножом и отрезала веревку, поддерживающую штору. После чего бросила нож и веревку на стол перед Марикой. – Выбирай.

– О чем ты?

– Лично я вскрою вены. Говорят, у повешенных синеет и вываливается язык, а еще они…

– Хватит! – перебила Марика. – Что за вздор ты несешь?

– А ты подумай. Убедить Дарквинна, что мы не дишканди – наш единственный шанс на выживание. Не получится, мы пропали. А я лучше убью себя сама, нежели попаду в руки следователю. Потому и спрашиваю, что предпочитаешь – повеситься или перерезать вены?

– Доходчиво, – кивнула Марика. – Вся надежда на то, что следователь достаточно глуп, чтобы не раскрыть обман. Ты сама веришь в успех?

– Неважно во что я верю. Сдаваться не в моей природе. Пока жива, буду бороться.

– Я все равно не могу на это пойти, – всхлипнула Марика. – С кем угодно, только не с ним.

– Принцу Андрию, должно быть, уже плохо, – заметали Саби. – Часов через восемь-десять он умрет. Как скоро следователь и жандармы поймут, что его убил яд дишканди?

– Они установят это еще до его смерти.

– Именно! Ты, – напарница ткнула в нее пальцем, – первая подозреваемая. Ты была поблизости примерно в то время, когда Андрия отравили. За тобой следователь отправился в погоню на острова. Если не доказать ему, что ты не причастна, тебя арестуют. Поэтому играем на опережение. Еще до того, как жандармы явятся по твою душу, убедим следователя в твоей невиновности.

Саби говорила очень веско. Здравомыслящая часть Марики соглашалась с ней по всем пунктам, но эмоциональная билась в истерике. Подпустить к себе мужчину, и не какого-нибудь, а того, кого боишься сильнее всего на свете. Да он вмиг поймет, что она дрожит не от страсти, а от ужаса.

Волнуясь, Марика кусала нижнюю губу, не замечая, что на ней выступила кровь.

– И как это сделать? Просто предложить себя?

Саби взглянула на нее как на дурочку.

– Ты ведь не девственница? – уточнила она.

– Нет, конечно. Мать-настоятельница этого бы не допустила.

– Значит, дефлорацию прошла. А потом? Сколько у тебя было мужчин?

Марика тянула с ответом. Минуло четыре года с потери девственности. Ни разу после этого мать-настоятельница не требовала сближения с жертвами. Для убийства хватало поцелуя, остальное на усмотрение девушек. Некоторым нравилось заниматься сексом с приговоренными. Марика была не из их числа.

– Нисколько?! – догадалась Саби. – Ты была с мужчиной всего один раз, и то потому, что так приказала мать-настоятельница? Но почему?

– Мне не понравилось, – Марика передернула плечами, отгоняя воспоминание о грубых руках и слюнявых губах.

– Значит, ты неверно выбрала дефлоратора. Сама виновата.

– Но я не хотела укорачивать жизнь тому, кто мне симпатичен.

– В этом твоя проблема – ты слишком совестливая. Преподам тебе пару уроков. Все-таки предстоит совратить главу городского надзора Эльфантины. К тому же солнечного.

Марика сглотнула. Задача казалась невыполнимой.

Саби взялась за дело с энтузиазмом, настаивая, что времени у них в обрез.

– В этом нет ничего сложного, – заявила она. – Манипулировать мужчинами легко, но еще проще разжечь в них желание. Для этого используй язык тела. Надень на свидание платье с декольте. Я сама выберу наряд. Во время разговора наклонись немного в его сторону. Так, чтобы он мог заглянуть в вырез.

Марика вспыхнула, как сухая трава на жаре. Саби вздохнула:

– Я бы сама это сделала, но следователя интересуешь ты. Так что слушай и запоминай. Дождись, когда он будет смотреть на тебя, и оближи губы. Только сделай это чувственно. Ну-ка, попробуй.

Марика облизала губы.

– Ты как будто проголодалась и увидела кусок мяса. Добавь эротизма.

Минут двадцать Марика тренировалась облизывать губы. У нее распух кончик языка, и лишь тогда Саби сжалилась.

– Будем считать, с этим худо-бедно справишься, – сказала она. – Еще важны прикосновения. Невзначай касайся его. Но главное – улыбайся. Улыбка творит чудеса. Смотри ему в глаза, веди себя непринужденно, будь веселой и всячески иди на контакт. Дай ему понять, что ты в нем заинтересована и согласна на все, что он предложит.

Саби ей подмигнула, да так развязно, что Марика в сотый раз покраснела. Конечно, в монастыре всему этому учили, и напарница не открыла ничего нового, но одно дело использовать знания, понимая, что в итоге отделаешься поцелуем, и совсем другое, когда дело грозит зайти намного дальше.

– Ладно, закончим на этом, – сдалась Саби через час. – Сейчас мы тебя нарядим, и ты отправишься к следователю.

– Что? – Марика вскочила с кресла. – Можно мне хотя бы отдохнуть?

– Ты невнимательно меня слушала, – уперла руки в бока напарница. – Скоро принц умрет, и следователь явится сюда. Поверь мне, там уже будет не до соблазнений. Так что одеваем тебя в откровенный наряд, изобретаем на скорую руку предлог, и ты идешь к нему в гостиницу.

Марика позволила Саби выбрать платье и заплести себя. Перед глазами стояла пелена. Казалось, все это происходит не с ней. И в этом имелась своя прелесть. Можно притвориться, что она ни при чем. Как будто в ее теле на свидание к следователю отправится другая девушка.

– Отлично смотришься, – Саби окинула ее оценивающим взглядом. – Я бы на месте следователя не устояла.

– Ты предвзята, – мрачно произнесла Марика, поворачиваясь к зеркалу.

Надо отдать Саби должное – она постаралась на славу. Так замечательно Марика никогда не выглядела. Подведенные углем глаза распахнулись на пол лица. Завитые на концах волосы были собраны в прическу, открывающую шею. Несколько прядей, будто случайно падали на лицо и плечи, подчеркивая скулы. Губы Саби намазала чем-то увеличивающим объем. Сперва щипало, но постепенно эффект прошел, зато губы соблазнительно припухли, как если бы Марика только что целовалась. Довершало образ платье – плавные линии кроя очерчивали талию и грудь. Откровенный вырез притягивал взгляд, и Марика подтянула лиф.

– Не трогай, – Саби ударила ее по рукам. – Все отлично сидит.

– Платье такое легкое, а вечером на улице прохладно. Я возьму накидку?

– Вот еще! – фыркнула Саби. – Если замерзнешь, соски затвердеют, а это в плюс. Лучше придумай, что скажешь следователю.

– Что соскучилась?

– Фи, – скривилась Саби, – ты сама себе веришь? То-то же. А почему должен поверить он? Врать надо с умом. Скажешь, что пришла спросить о судьбе Инги. Ты слышала, что ее арестовали, и волнуешься за нее.

– С какой стати мне за нее волноваться?

– Ты жалостливая, он купится. Тем более он рассказывал тебе о дишканди. Сделай вид, что тебе любопытно. Женщины обожают сплетни. А дальше разговоры отойдут на второй план. Только не забудь подлить противоядие. Не хватало еще отравить следователя. Достаточно с нас принца Андрия.

Марика прижала руку к поясу, где прятался флакон с противоядием. Мысль об отравлении Дарквинна казалась кощунственной. Впрочем, сокращать его жизнь хотелось не больше. Но выбор был небогатый: либо он, либо она. Тут в дело вступал инстинкт самосохранения, а ему, как известно, нет равных.

Саби откуда-то знала, где живет Дарквинн, и подробно описала дорогу. С тех пор, как с помощью напарницы она тайком проникла во дворец, Марика ничего не удивлялась.

– Проводить не могу, – сказала Саби напоследок. – Сама понимаешь, как это будет выглядеть. Ну, иди. Боги с тобой!

Но дальше входной двери Марика не продвинулась. Только она потянулась к ручке, раздался стук. Девушки встревожено переглянулись. Кого нелегкая принесла? У них не было друзей, которые могли зайти в гости.

Саби выглянула в окно сбоку от входной двери и тут же отпрянула.

– Вот и все, – пробормотала она, – приплыли. Это следователь.

Марика не грохнулась в обморок лишь чудом. Она столбом застыла около двери, не зная, куда бежать и что делать.

– Слушай внимательно, – Саби взяла ее за плечи. – Действуем по плану. Просто сменились декорации.

– А если он пришел арестовать меня? – от страха голос звучал на октаву выше.

– Не думаю. Он не выглядит злым.

– Это ничего не значит. Ты видела его всего секунду.

– Отставить панику, – гаркнула Саби. – Я сейчас уйду, а ты впустишь следователя и будешь с ним мила.

– Ты бросишь меня?

– Я буду неподалеку. Если станет совсем худо, помогу.

Подмигнув напоследок, Саби убежала на второй этаж. Марика осталась перед дверью одна. Она искренне надеялась, что следователю надоело ждать и он ушел, но повторившийся стук развеял мечты. Прочитав про себя короткую молитву, она открыла дверь.

* * *

Последние дни Дарк пребывал в дурном настроении. Раздражало всё и все. Особенно он сам. Какой же он невообразимый идиот!

Из-за промаха с Ингой он даже на гонки не пошел. Бродил по полупустым улицам – горожане были на ипподроме – и размышлял над тем, что делать. Начать все заново? И если да, то с какого момента? У него теперь одна подозреваемая – Марика, и Дарк всерьез опасался, что с ней он тоже ошибся. В этом случае поездка на острова – никчемная трата времени.

Сперва он порывался повторить соприкосновение с Ингой, чтобы выяснить, кто ее подставил, но отмел затею. Риск того не стоил. Вряд ли Инга знала, кто подбросил флакон. Будь у нее подозрения, она бы не молчала.

И все же он не торопился покидать острова, не повидавшись с Марикой. Может, поговорив с ней еще раз, он что-то поймет. Она и ее подруга весь вечер крутились вокруг Инги. У них была возможность подложить флакон в сумку.

Дарк свернул в проулок к дому леди Сабиты. Впервые с момента неудачи он приободрился. Причина, разумеется, была в том, что он опять в деле, а не в том, что увидит Марику.

Он долго ждал, но терпение в итоге было вознаграждено – дверь открылась. Во впустившей его девушке он не сразу узнал Марику. Девушка вырядилась и накрасилась, как торговка телом. Куда подевалось монастырское воспитание?

– Собралась на прогулку? – вместо приветствия спросил он.

– Нет, – покачала она головой.

Дарк хмыкнул, но не стал комментировать «домашний» наряд. Девушка, судя по скованным движениям и опушенному в пол взгляду, и без того чувствовала себя неловко. Но ведь открыла! Хоть и сомневалась поначалу.

– Позволишь войти?

Марика попятилась, пропуская его в дом. Переступив порог, Дарк по привычке огляделся, прикидывая пути отступления. Сказывалась профессия. Не сосчитать как часто он спасался бегством. Пожалуй, столько же, сколько догонял. Вся его жизнь – погоня. То гнались за ним, то он гнался за кем-то. Вдруг нестерпимо захотелось замедлиться хоть на мгновение, прекратить гонку.

Что за нелепые мысли посещали его в последнее время? Дарк повел плечами, сбрасывая наваждение.

– Едва ли ты пришел ради светской беседы, – Марика жестом пригласила сесть. – Что-то случилось?

– Слышала об аресте Инги?

– Краем уха.

– Ее отпустили. Сегодня днем я посадил Ингу на корабль до Эльфантины. После всего она пожелала немедленно вернуться домой.

– Выходит, она невиновна?

– Именно так, – Дарка охватило веселое волнение, пьянящее как бокал вина. Игра началась! – Но тебе вряд ли интересна судьба девушки, которую ты видела всего раз в жизни.

Марика поглядывала на него из-под опушенных ресниц, а Дарк силился просчитать ее ходы. Что она думает по поводу его визита? Радостной девушка не выглядела, но упорно изображала гостеприимную хозяйку. Не выставила незваного визитера, угостила травяным настоем.

Попытки понять Марику лишь сильнее запутывали. Взяв чашку, Дарк препарировал ситуацию. В этот раз надо быть уверенным в выводах на сто процентов. Жандармы уже потешаются над ним. Необходим новый дерзкий план.

Младший брат то и дело упрекал его в импульсивности. Поэтому главой рода стал он – сдержанный и рассудительный, а не азартный Дарк. «Сол, – частенько говорил брат, – тяга к риску когда-нибудь погубит тебя». И, конечно, был прав. Возможно, это произойдет как раз сейчас.

Дарк, глотнув терпкий настой, взглянул на Марику поверх чашки. Губы девушки дрогнули, и он чуть не выронил чашку. Яд в настое? Неужели она отравила его, а Дарк был так беспечен, что попался? Трясущейся рукой он вернул чашку на стол. Вот и все.

Умирать не хотелось. Дарку всего тридцать один год. Хотя его тридцать один в полтора раза старше человеческого, и все равно это ничтожно мало.

Хорошо он поставил чашку, не то она бы треснула в руке, так сильно Дарк сжал кулаки. Поразительно, как быстро меняется настроение рядом с этой девушкой. С утра он был расстроен, но мысль навестить Марику воодушевила, и вот теперь новая грань – он впал в ярость.

Дарк вскочил и в несколько широких шагов добрался до кресла Марики. Она вжалась в спинку при его приближении. Нависнув над девушкой, Дарк схватил ее за плечи и встряхнул.

– Зачем ты приехала на острова? – прорычал, забыв о приличиях.

Она облизнула губы и слегка подалась к нему. Словно хотела, чтобы он заглянул в вырез платья. Неожиданная реакция на вспышку чужого гнева. Дарк озадаченно нахмурился. Пусть он никогда не увидит Небесного отца, если девчонка не пытается его соблазнить. В этом ее план? Может, зря он психанул? Нет в настое яда, он в ней. В ее теле, в губах. Стоило подумать о них, как кровь от головы прилила к паху. Очень не вовремя, надо сказать.

Марика потянулась к нему. Этот поцелуй мог убить. Дарк видел запекшуюся кровь на губах девушки. Она была во всеоружии, а он медлил. По-прежнему сжимая ее плечи, наклонился к Марике. Аромат лаванды от ее волос кружил голову. Стена контроля, которой он годами отгораживался от противоположного пола, дала трещину. Да что с ним такое?

Их губы едва соприкоснулись. Он даже не распробовал вкус. Когда в сознании фейерверком вспыхнуло предупреждение – опомнись, тебя хотят убить! Поцелуешь ее, и ты пропал. Спохватившись, Дарк отстранился. Отпустив Марику, поспешно отошел, боясь не совладать с собой.

Каких-то два-три шага назад, а сразу дышать стало легче. Вдали от Марики вернулось самообладание, а заодно с ним ясность мыслей. Что бы не вызвало мимолетное помутнение, Дарк был полон решимости не допустить его вновь.

– Я тебе не нравлюсь? – обиделась девушка. – Ты не хочешь меня?

Дарку стоило усилий сдержаться и не нагрубить. Беззащитность, с которой она говорила, могла ввести в заблуждение кого угодно, но не его. Он видел ее насквозь – расчетливую опасную тварь. Она затеяла соревнование, но и он не первый год на поле боя. Ему лишь требуется небольшая отсрочка, чтобы подготовиться, а уж потом они сыграют.

– Как не желать такую прекрасную девушку? Но прямо сейчас меня ждут в жандармерии, – солгал Дарк. – Я должен отчитаться об отплытии Инги.

Вероятно, он поступил глупо, отказав ей. Можно было изловчиться и выпить противоядие. Но Дарку категорически не нравилась собственная реакция на близость Марики. То, как быстро она лишила его благоразумия, сбивало с толку. Необходимо все обдумать, желательно наедине и сделать выводы, чтобы в следующий раз не попасться.

Дарк ретировался. Побыть вдали от Марики – вот что ему нужно. Он еще не дошел до гостиницы, а в голове уже созрел план. Он выведет девушку на чистую воду, и ради этого переспит с ней, раз уж она сама так хочет. Дарк не строил иллюзий – план подставить Ингу провалился, и Марика решила его отравить. Но он хитрее, он примет противоядие. Пару лет жизни ничто по сравнению с шансом поймать дишканди. После секса он будет точно знать, кто она. Ведь противоядие хоть и защищает от яда, но не нейтрализует до конца побочные действия. Если на утро Дарк их ощутит, Марика попалась. Вот она удивится, когда он живой и невредимый, придет ее арестовать.