Глава 32

Переходя от манежа к манежу, от загона к загону, от стойла к стойлу, Варя слушала рассказы то управляющего заводом, то Михаила и не заметила, как пролетело время и наступил обед.

— Для чистоты породы ведется строгий отбор по характеристикам родословной. Всё жестко фиксируется в специальных книгах. В них, помимо экстерьерных показателей, таких как: рост, вес, записываются и достижения животного, а также с кем его вязали и какое потомство получили… И какие результаты у следующего поколения, — рассказывал Михаил, с аппетитом поедая солянку в заводском кафе. — Таким образом, можно отследить прародителей любого жеребца или кобылы, а также выбрать наилучший вариант для дальнейшего размножения.

Варя увлеченно кивала головой и так же, как Михаил, активно орудовала ложкой. За эти несколько часов на конезаводе они как-то сблизились. Их общение стало проще, естественнее, комфортнее и дружественнее. Ушла абсолютно пустая, ненужная стеснительность, боязнь прикосновений и реакция на них.

— Ну что, сейчас три часа, — констатировал Михаил. — Давай я свожу тебя ещё к молодняку, попрощаешься с Лэйлой Пери, и поедем на озеро.

— Только я купаться не буду, — тут же сообщила девушка. — Я плаваю очень плохо.

— Да ладно? У нас же в поселке озеро есть! Как ты умудрилась не научиться?

— Как-то так, — грустно сказала она. И тут же вскинулась, — учиться не буду! Даже и не уговаривай!

— Ну и ладно! Как скажешь, — пожал плечами Михаил, тайно надеявшийся, что девушка всё же передумает, оказавшись на берегу этого сказочного места, и поплескается вместе с ним.

Спустя ещё три часа молодой человек, вернувшись к роднику, расстилал на земле ближе к краю оврага плед для пикника.

— Ну что? Не передумала по поводу купания?

— Не а!

— Тогда вот бутерброды, фрукты, сейчас воды принесу и пойду поплаваю, — даже не скрывая своего разочарования, произнес он.

— Ладно, — сказала Варя, с удовольствием растягиваясь на пледе, не обратив внимания на его интонацию.

Парень исчез, но появившись через пару минут молча поставил рядом с лежащей девушкой воду. И уже через какое-то время послышались хлопки по воде, пофыркивание и всплески. Миша действительно купался.

Варя ещё какое-то время прислушивалась к раздающимся со стороны озера звукам, а потом, перевернувшись на живот, принялась следить за насекомыми, снующими по топорщащимся к небу травинкам. Вскоре глаза девушки непроизвольно закрылись, отправляя сознание в лёгкое небытие.

Проснулась она так же внезапно, как и уснула. А едва открыв глаза, увидела лежащего рядом с собой парня, рассматривающего её. Поскольку волосы молодого человека были уже сухими, поняла, что действительно уснула, и с момента возвращения Миши прошло достаточно много времени.

Увидев, что Варя открыла глаза и тоже разглядывает его, Михаил улыбнулся. Протянув руку, он аккуратно заправил за ухо прядь волос, упавшую на лицо девушки.

— Устала? — шепотом спросил он.

— Не знаю, — в тон парню прошептала она. — Скорее всего, это меня с непривычки сморило. А здесь так хорошо. Я…

Девушка замолчала, так как Миша, вдруг аккуратно взяв её за подбородок, большим пальцем провел по контуру губ.

— Ты очень красивая! — всё так же тихо, не повышая голоса, произнес он. — И прости, что разбудил тебя.

Девушка смутилась.

— Я недолжна была спать, — но рука парня остановила поток слов, снова прикоснувшись к её губам, а потом его пальцы, чуть замерев на щеке, пробежались по контуру овала лица.

— Если бы ты только знала, Варя…

Лицо парня стало сосредоточенно-хмурым, а потом он вдруг резко сел, обхватив свои колени руками, и Варя, увидев, что на нем из одежды только плавки, смутилась и отвела глаза. Михаил усмехнулся, но ничего не сказал.

Их молчание затягивалось. Они оба в этот момент почему-то испытывали странную неловкость, взявшуюся ниоткуда. Потом молодой человек, не глядя на девушку, поспешно вскочив, глухо произнес.

— Я в купель. Не волнуйся. Я очень быстро. А то потом ещё обсохнуть необходимо будет.

И быстро шагая, рванул в нужную сторону.

«Черт! Черт! Черт! Я ненавижу себя… и тебя, отец! Я сделаю, что ты хочешь, но я никогда не смогу простить нам эту подлость!» — шептал Морозов — младший, направляясь к святому месту.

В это время Варя, перевернувшись на спину, положила под голову руки и уставилась в небо. Пора было признаться самой себе: ей очень нравился этот парень, но какое-то странное ощущение недосказанности с его стороны вновь мешало девушке посмотреть на него как на потенциального жениха.

«Лучше бы бабушкин подарок промолчал. Только душу растревожил», — посетовала она. — «Как теперь разобраться: где настоящие чувства, а где навеянные преданием?» — закончила она свои размышления.

И буквально сразу же увидела уже возвращающегося Михаила.

Подхватив с травы полотенце, парень принялся быстро вытираться. Не отдавая отчет своим действиям, девушка встала и, подойдя к молодому человеку, не говоря ни слова, отобрав полотенце, принялась вытирать Михаилу спину, а когда перешла к его груди, то он, судорожно вздохнув, прижал Варю к себе, не давая малейшей возможности пошевелиться. Даже через находившуюся между ними ткань девушка отчетливо слышала, как ненормально, учащенно бьется его сердце. И тут же, как подтверждение, почувствовала, как он зарывается лицом в её волосы. Сиплый всхлип, слабый стон. Легкими поцелуями Миша заскользил по её виску, глазам, щеке и затем, найдя губы, уже не сдерживаясь, прижался к ним.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Несмотря на ощущение стылого холода, всё ещё исходившего после купания от его тела, прикосновения губ молодого человека были горячими, даже обжигающими, но в тоже время нежными и почему-то со вкусом и запахом яблока.

«Мой первый поцелуй», — невольно мелькнуло у девушки в голове.

По-настоящему наслаждаясь происходящим, Варя на него ответила, как умела. Чувство нереальности захлестнуло обоих, заполнив часть сознания приятными ощущениями, отключив их от внешнего мира. Голова кружилась, а на губах с каждой секундой всё явственнее чувствовался яблочный вкус. Руки девушки заскользили вверх по плечам парня, и спустя пару десятков секунд её пальчики уже путались в его волосах, а руки Миши скользнули под Варину футболку.

Михаил отстранился от неё так резко, что девушка по инерции снова потянулась к его губам. Ничего не говоря, парень быстро — быстро отрицательно замотал головой. Затем, уткнувшись своим лбом в её, замер и, надрывно вздохнув несколько раз, сипло выдохнул прямо в губы девушке.

— Нет! Нет, Варя! Я так не хочу!

И, сделав шаг назад, подхватив с травы футболку, с каким-то остервенением и глухой злобой, стараясь не смотреть на девушку, принялся натягивать на себя этот предмет одежды.

«Нет! Нет! Я не смогу! Только не она! Только не с ней! Боже мой, да я… люблю её! Я хочу с ней поступить честно! Отец меня убьет! Ну и пусть… я не могу поступить с ней подло… лучше пусть убьет!».

Ничего не понимающая Варя, не зная, куда деть свои дрожащие руки подхватила упавшее к ослабевшим ногам полотенце и, аккуратно сложив его, уселась на плед. Михаил же, наконец справившись с футболкой, сел рядом с девушкой и, не глядя ей в глаза, глухо и запинаясь произнес.

— Нам нужно серьёзно поговорить.

Та, даже не посмотрев на него, кивнула. Парень, не выдержав её молчания, всё же решился взглянуть на Варю и тут же начал говорить.

— Я не хочу так… мог бы… но не хочу! — он снова замолчал.

Обдумывая что-то, сорвал травинку и принялся её покусывать. И прошло не меньше двух минут, прежде чем он снова заговорил.

— Я сам не понимаю, что со мной происходит, но почему-то мне хочется быть честным с тобой… я не хочу тебе врать!

От его слов Варя сжалась, вдруг осознав, что если бы Михаил не остановился, то всё могло бы зайти достаточно далеко, ведь девушка реально потеряла голову, наслаждаясь происходящим.

— Все эти годы я жил исключительно для себя… для собственного удовольствия и вообще не задумываясь над своим будущим… в плане спутницы жизни.

Варя наконец осмелилась взглянуть на него и тут же увидела его глаза. Он смотрел на неё каким-то волчьим, затравленным взглядом: будто перед ней был не человек, а зверь, которого загнали в угол, и сейчас этому хищнику, чтобы выжить, потребуется дать последний, смертельный бой.

— У меня никогда не было постоянной девушки, — вместе с тем продолжил он свою исповедь. — А все, кто были, использовались мной только один раз, не больше.

Девушку передернуло от слова «использовались». Миша это её движение, несомненно, уловил, потому как нахмурился, но всё равно продолжил говорить, будто боялся, что если остановится, то уже ничего не расскажет.

— И я вообще не задумывался о том, чтобы впустить в свою жизнь кого-то навсегда… пока не встретил тебя.

Варя отрицательно покачала головой.

— Миша… прости, но я не понимаю… мы были и до этого знакомы.

— Варя! — наклонившись к ней, он тыльной стороной руки погладил девушку по щеке. — Ты выросла. И уже не та маленькая, симпатичная девочка из моей школы. Да и я стал другим…

Парень снова задумался. Он терзался сомнением.

«Насколько мне стоит раскрывать перед ней свою душу? А если Варя возненавидит меня за то, что я расскажу»?

— Ты мне нужна! — он снова быстро заговорил, боясь остановиться. — Я не знаю… не могу понять, что со мной происходит, но мне ещё ни разу не хотелось так сильно быть только с одной… женщиной… с тобой.

Он вздохнул, пытаясь собраться с мыслями, но вопрос, заданный Варей, выбил из него дух.

— Миша! Это правда, что ты игрок?

— Кто? — переспросил парень, пытаясь понять, не послышалось ли ему.

— Игрок, — спокойно, уверенно и уже более четко произнесла она.

Молодой человек смутился. Ему впервые стало стыдно за своё прошлое.

— Я искал… тебя.

— В других?

Парень неопределенно пожал плечами.

— Я же не знал, что моей любовью станешь ты.

Варя замерла. Во всем, что он говорил до этого, ни разу не прозвучало слово «любовь», и только сейчас он всё-таки его произнес. Михаил задумчиво сорвал травинку и, явно волнуясь, принялся пальцами скручивать её.

— После нашей с тобой встречи в парке я просто не нахожу себе места. Я ревную тебя ко всем: к Димке, к Анечке, даже к твоим родителям, потому что они могут дотрагиваться до тебя, целовать тебя… а я не могу.

Пальцы его замерли, закончив что-то выплетать из травы. Чуть помешкав, Миша встал перед Варей на колени и взял её за руку. Глядя ей в глаза, показал то, что у него лежало на протянутой к девушке ладони. Это было колечко, сплетенное из стебелька травы.

— Я люблю тебя и хочу быть с тобой до конца наших дней. Выходи за меня замуж! — он сглотнул от волнения, так как голос его задрожал.