Глава 13

Российская империя. Город Санкт-Петербург. Поместье барона Савраскина.

Катя прочитала документ и молча подписала его.

— А мы можем куда-нибудь сходить? Только вдвоем, — поинтересовалась девушка.

— Конечно, рыжик, куда захочешь. Оставшееся время я планировал провести с тобой.

— Тогда давай слетаем на денек на море?

— Только скажи куда именно.

— Хочу в Сочи.

— Я не против. Вскипятим море?

— Дурак! У нас там есть поместье.

— Ну, кто-бы сомневался. У вас в каждом городе есть поместье?

— В ключевых городах и в тех, где мы отдыхаем, да. Фроловы, как-никак самый влиятельный род в Российской империи. Денег у нас много.

— Хорошо, тогда давай закажем билеты. Спасибо, Давид Абрамович. Жду от вас счет за услуги.

— Рад помочь, Виктор Андреевич, обращайтесь, — ответил юрист и, поклонившись, ушел.

Вскоре мы с Катей нежились на море, предварительно закинув свои вещи в сочинское поместье ее рода.

Лунной ночью море очень красивое. Вы когда-нибудь плавали по лунной дорожке? Это неописуемое чувство невесомости и неизвестности, когда ты не видишь ни своих рук, ни ног, ни своего тела. Ты не чувствуешь даже тверди под ногами. Ты как будто паришь в неизвестности и видишь лишь лунные блики, отражающиеся от играющей поверхности воды.

И это ощущение становится приятнее, когда рядом с тобой плывет обнаженная красавица. Но, как только она возбуждалась то вспыхивала огнем, заменяя волшебство лунных бликов, на волшебство обнаженного женского тела, подсвечивающегося под водой истинным огнем.

И море мы все-таки вскипятили…

Проснулись мы в обед и просто лежали на кровати, нежась и поглаживая друг друга.

— Моя бабушка хочет с тобой поговорить, — произнесла Катя, лежа у меня на груди.

— Э не-ет. На сестру я согласен, ну может еще на маму твою, она хоть и в возрасте, но очень даже красивая, но бабушка… это без меня, — пошутил я.

— Дурак! — шлепнула меня девушка ладошкой по животу, а я заржал. — Она поговорить с тобой хочет, познакомиться.

— Когда?

— Ты ведь послезавтра уже в армию отбываешь?

— Все верно.

— Ну, давай тогда завтра. Сегодня в Питер улетим, а завтра вечером часикам к шести приходи к нам.

— Договорились.

Российская империя. Город Санкт-Петербург. Основное поместье Фроловых.

В поместье меня пропустили без проблем, и у парадного входа меня встретила Катя. Не знаю почему, но я решил одеть свою броню, которую сделал по моему заказу императорский бронник.

— Бабушка ждет тебя в зале для приемов. Я тебя провожу.

Должен отметить, что основное поместье Фроловых больше напоминало замок, чем реальное поместье. Охраны тут было не меряно, Слуг еще больше. А по властным и похотливым взглядам на меня я понимал, кто тут Фроловы, а кто просто входит в их род. Магов и магесс тут было очень много. Причем большинство из них состояли в охране.

Катя шла со мной под руку и светилась от счастья. Надеюсь, меня не к женитьбе склонять собираются? Не могу я сейчас жениться, а тем более детей заводить. Как представлю, что та тварь, которая должна вскоре появиться в этом мире попадет в тело Катюши или, не дай бог, моего ребенка… Меня аж передернуло от этих мыслей.

— Что с тобой милый? — поинтересовалась девушка.

— Все нормально не привык просто видеть так много властных женщин. Я к матриархату, как-то не привык.

— Только пожелай и все они с удовольствием станут ласковыми, как кошки, — повторила она фразу, которую я сказал ее матери.

— Разболтала, все-таки?

— Не разболтала, а поделилась. Мы же девочки, а у нас свои секреты.

— Ага, и храните вы их коллективно, — пошутил я.

— Фу, какой ты. А если серьезно, то я не шучу. Выбирай любую Фролову, и она будет такой, какой ты захочешь. Они все очень голодные до мужской ласки, это только мне повезло, — ответила Катя и прижалась к моей руке.

Вскоре мы вошли в зал для приемов. В центре зала стояло странное кресло больше напоминающее трон. Перед ним стоял небольшой круглый стол и с противоположной стороны еще два кресла, только уже значительно проще.

У стола стояла довольно молодо выглядящая женщина с рыжими, как у Кати волосами, очень красивой и аппетитной фигурой, нежной кожей и довольно милым личиком. Ее, скорее, можно принять за сестру Елены Игоревны, чем за ее мать. Я с недоумением взглянул на Катю, а та лишь улыбнулась в ответ.

У стен и за креслом главы дома находилась охрана, а между ними, стояли чаны с водой, песком, камнями, и с какой-то жидкостью. И сдается мне жидкость эта горючая, поскольку находилась в запечатанных емкостях.

Вряд ли это все разместили к моему приезду. Скорее всего, это меры безопасности на случай нападения антимагов.

— Здравствуйте, Виктор Андреевич. Наконец-то мы с вами познакомимся вживую, а то только заочно знакомы, мне Катя про вас все уши прожужжала. А недавно еще и Светлана к ней присоединилась. Не подскажете почему?

— Бабуля! — возмутилась Катя.

— Рад вас приветствовать, Алевтина Владимировна. Понятия не имею. Женское сердце для меня загадка, а уж то о чем они без меня говорят и тем более.

— Так прямо и загадка? А мне казалось, вы нашли к ним подход.

— Это вам лучше у них спросить. Кто знает, может и зацепил чем.

— Я даже могу предположить, чем именно, — усмехнулась женщина.

— Бабуля! — снова возмутилась Катя.

— Ладно, ладно. Присаживайтесь, нам есть, что обсудить.

Я помог сесть за стол Екатерине, а потом присел и сам. Алевтине Владимировне помог официант, что тут же подошел к нам, как только она пригласила нас за стол.

Официант налил нам вина и открыл блюда стоящие на столе и закрытые крышками.

— За молодых, — подняла глава рода бокал с вином.

— За мудрость, — поднял я свой бокал, намекая на то, что пить собираюсь за хозяйку этого поместья. Она улыбнулась и пригубила вино, мы с Катей тоже отпили немного, поставили бокалы и принялись за еду, которую нам в тарелки разложили официанты.

— Виктор Андреевич, скажите, вы понимаете, что являетесь уникальным человеком?

— Нельзя ли конкретизировать ваш вопрос? Что именно вы имеете ввиду? Ведь каждый человек по-своему уникален.

— Вы правы. Я имею в виду вашу уникальную способность абсолютной невосприимчивости к магии и ее воздействиям.

— Да, это я осознаю.

— Нашему роду очень пригодится такой уникальный человек, как вы, — женщина замолчала, а я ничего не говорил. У меня ведь ничего не спросили. Немного подождав и не дождавшись от меня ответа, она продолжила:

— Я приглашаю вас к нам в род, и не торопитесь отказываться. Мы очень многое можем предложить вам. И далеко не только женщин. У нас огромная власть, мы невероятно богаты и наше влияние распространяется далеко за пределы Российской империи. Больше нас вам сможет предложить разве что сам император.

— Весьма польщен вашим предложением, но вынужден отказаться, Алевтина Владимировна. У меня другие планы на жизнь. Да и не устраивает меня матриархат. Хреновый из меня подкаблучник, если честно.

— А каковы ваши дальнейшие планы? Чего вы желаете добиться в этой жизни?

— Для начала отслужу в армии, как и полагается каждому антимагу, а потом создам свой род.

— Для создания рода, требуется не только служба в горячих точках, но и рекомендации трех боярских родов.

— Я в курсе. Если не учитывать вашу рекомендацию, то одна у меня уже имеется, а еще одну я получу после первой же охоты в аномалии.

— Вы очень предприимчивый молодой человек. Но должна сказать, что после основания собственного рода проблемы не закончатся, наоборот, они только начнутся.

— Полностью согласен с вами. И я готов к этому.

— А к войне родов? Вы ведь понимаете, что многие не согласятся видеть антимага равным себе. А учитывая ваш вспыльчивый характер…

— Это у меня характер вспыльчивый?! — улыбнулся я намекая на огненных характер Фроловых. — К войне родов я готов хоть сейчас. Я просто вырежу под корень всех, кто посмеет оскорбить меня или тех, кто поверил мне и вступил в мой род. Разумеется, перед этим я разберусь во всем досконально.

— Именно в этом и заключается проблема. Война родов на уничтожение не ведется. Точнее ведется, но только в случае если у одной из сторон есть неопровержимые доказательства причастности одного рода к убийству кого-либо из другого рода. В общем, там все сложно.

— Другими словами, если доказательств никаких, а у всего враждебного мне рода вдруг случилось умственное помешательство, и они перережут друг друга. То ко мне претензий и быть не может?

Алевтина Владимировна улыбнулась и ответила:

— А вы быстро схватываете, Виктор Андреевич. Ко всем вашим достоинствам вы еще и умны.

— Благодарю за комплимент, но не позволите узнать кое-что из того, что касается клана Фроловых. Это так для общего развития и дальше меня не уйдет, обещаю. И если меня это не касается, я заранее приношу свои извинения.

— Задавайте, а там посмотрим.

— Скажем если совершено покушение на кого-то из моего рода. При этом веских доказательств у меня нет. Более того, я точно знаю, что те, кого я хочу наказать, вовсе не покушались на жизнь представителя моего рода. Как можно оправдать мои действия, если я окружу его поместье и усиленным магией голосом на полгорода начну угрожать главе другого рода, разнести его особняк со всеми кто в нем находится, если он не выйдет?

Алевтина Владимировна очень внимательно на меня посмотрела и пару секунд обдумывала, что ответить, но видимо решилась сказать правду:

— Для этого твой род должен быть очень влиятельным. Я бы даже сказала иметь ключевое значение для империи. И при этом у тебя должны иметься неопровержимые доказательства. Например, куча свидетелей, которые видели, как этот род развернул боевые действия рядом с представителями твоего рода. В противном случае, все может получиться с точностью до наоборот.

— Благодарю вас за откровенный ответ. Это весьма ценный совет.

— Тогда я прошу вас ответить откровенностью на откровенность.

— Я вас слушаю.

— Что вы знаете о том, что произошло в поместье Кротовых в ночь гибели его бывшего главы и о том, что за странности произошли с системой видеонаблюдения в ту ночь в нашем поместье в Москве?

«Умна бабулька! Хотя бабулькой ее язык не поворачивается назвать. Красива бестия. Но, как же она ловко меня подловила?! И ведь соврать теперь не смогу. Ладно, придется говорить правду, просто не всю.»

— По поводу Кротовых, слышал, что Константин Егорович умер не естественной смертью, — и это правда, я действительно такое слышал. — А еще я слышал о том, что к его смерти приложил руку огневик обладающий единением со стихией. Но я уверен, что этот огневик не из рода Фроловых.

А по поводу вашей видеосистемы. Догадываюсь, что она была отключена или отключили электричество. А еще я слышал, и я действительно услышал это случайно, что в эту ночь были еще какие-то помехи, но какие точно я слушать не стал, поскольку проходил мимо и злоупотреблять гостеприимством не хотел.

Несколько секунд глава рода Фроловых изучающе смотрела мне в глаза, а я состроил максимально честное выражение лица. Затем она поинтересовалась:

— Вы сказали мне всю правду?

— А вы мне? — ответил я вопросом на вопрос, чтобы не нагнетать обстановку.

Какое-то время мы молча ели и выпивали. Катя переводила взгляд с меня на бабушку и силилась понять, что же такое происходит. Напряжения между нами не было, но мы оба очень напряженно о чем-то своем размышляли. И когда Алевтина Владимировна пришла к каким-то своим выводам, она вновь обратилась ко мне:

— Вы мне нравитесь, Виктор Андреевич. Поэтому я еще раз предлагаю вам присоединиться к роду Фроловых. У вас будет столько жен, сколько вы пожелаете. И все они возьмут вашу фамилию, включая Катерину.

— Я, правда, очень ценю ваше предложение, и при других обстоятельствах с удовольствием бы его принял, но я действительно не могу этого сделать. Мне необходимо основать именно свой род.

— Что ж. Я пыталась с вами договориться по-хорошему. Но вы этого не оценили. Значит, будет по-плохому. Не захотел быть единственным мужем Катерины, будешь первым. Взять его!

Я сначала не поверил своим ушам, но, когда в мою сторону полетели сети, а охрана отошла от стен и маги начали формировать заклинания, а антимаги кинулись ко мне, я понял, что это нифига не шутка. Бросил быстрый взгляд на Катерину и увидел удивление и непонимание в ее взгляде. Значит она тут не при чем. Бабуля сыграла ее втемную. Похоже, глава Фроловых догадалась, кто грохнул Кротова старшего, и поняла, что я обладаю не только способностями обычного антимага, и такого, как я она не собирается терять. Для ее рода, я ценнее любого золота, любых неприятностей и любых денег.

Я срываюсь со стула и перекатом ухожу от трех сеток, кинутых не в одно место, а на площадь, с учетом того, что я могу увернуться от одной. Скорость я свою стараюсь скрывать, но при текущих обстоятельствах, получается у меня это все равно плохо.

Нападать первым я не стал. Помню, ценный совет от Алевтины Владимировны.

— Всем стоять! — гаркнула Катя, но на ее крик ровным счетом никто не обратил никакого внимания.

И тут в меня прилетела рассыпь натуральных камней, следом натуральные ледяные стрелы, две сети и добежали первые антимаги. Вот теперь это можно истолковать как нападение. Я оскалился в предвкушении хорошей драки. Нет, убивать я их не собирался, но вырублю всех качественно.

Все это время Фролова старшая очень внимательно наблюдала за мной, и в ее глазах разгорелся огонь страсти, когда она увидела мой жаждущий боя оскал. Сейчас она видела во мне мужчину. Сильного, строптивого, гордого и неукротимого.

А я начал бить подбежавших ко мне антимагов. Вернее бил я магов теми антимагами, что ко мне подбегали. Один за другим антимаги отлетали от моих мощных ударов и собой сбивали магов, которые не привыкли к подобному ведению боя.

Я завелся и уже валил и магов, и антимагов, ломая им кости и вырубая их всех по очереди. Сначала они не поняли, что происходит, потом у них в глазах появился страх, а потом обречение и безысходность, однако они продолжали нападать и изо всех сил старались выполнить приказ главы рода. Вот только нихрена у них не получится.

В зал забежала подмога. Это была гвардия рода, в которой находились еще и маги. У меня, когда я их увидел, аж дыхание в зобу сперло от предвкушения продолжения веселья. А вот у Алевтины Владимировны, похоже, тоже что-то перехватило, только немного ниже. Она следила за мной со смесью дикого вожделения и радости маленькой девочки, которой на день рождения подарили самую желанную куклу.

Вот только я не кукла и когда я начал разбрасывать по залу гвардейцев рода, добираясь до магов, это поняли и они, и она. Через пять минут на ногах остались только я, Катя и глава рода.

Алевтина Владимировна рванула с места с невероятной скоростью. Медленнее, чем я могу двигаться, но быстрее чем я двигался, разбираясь с охраной и гвардией Фроловых. Уверен, это далеко не все войска, что находятся даже в этом поместье, не говоря уже про общую военную мощь рода, но по какой-то причине остальных звать не стали.

Фролова старшая рванула ко мне думая, что превосходит меня в скорости. Но для меня она была достаточно медленной, однако я не горел желанием выдавать свои истинные возможности, поэтому просто укрепил свою кожу, понимая, что ее рука тянется к моему горлу.

Я позволил схватить себя за горло, вот только ей это никак не помогло. Она не смогла его сжать в руке. Вернее сжала, но безрезультатно. Я зафиксировал кожу, и теперь проще было раздавить в руке камень, чем мое горло.

Я видел, что она собиралась, что-то сказать, но ее сил не хватило, чтобы лишить меня дыхания. Тогда я взял ее за предплечье, ближе к запястью и стал медленно сжимать.

Сначала в глазах Алевтины Владимировны появилось непонимание, потом ее лицо слегка сморщилось от боли. Затем ее рука разжалась, и я отодвинул ее от себя, перестав усиливать давление, но глава Фроловых не собиралась останавливаться на достигнутом и вспыхнула охренительно жарким пламенем. Куда более жарким, чем он был у Кати даже в самые пиковые моменты ее оргазма.