⚜ Глава 36 ⚜

Ей показалось, что она физически ощущает, как их тянет друг к другу — кожа буквально заискрилась от какого — то удивительного предчувствия, сердце опалило жаром, а губы. губы налились кровью, магнитом притягивая к себе…

— Да…Алан… что?… — Иннис будто бы потеряла голову, забыла обо всем, и эта интимная обстановка полупустой комнаты, в которой находились два взрослых, не совсем одетых человека, только помогла ей в этом.

— Я…

— Мисс Бьюкен! — громом раздалось за дверью, а после этого страшного громкого оклика последовал стук в дверь — тяжелый, резкий, чересчур громкий. Иннис заморгала часто — часто, будто просыпаясь, выныривая ото сна, и повернула голову в сторону закрытой двери. Двери, за ручку которой они держались вдвоем: она и этот наглый, невозможный мужчина — Алан Дамфри. Последний, кстати, сразу сориентировался и приложил палец к своим губам, призывая к молчанию. Иннис понятливо моргнула. — Мисс Бьюкен! — продолжала громыхать дверь. — Напоминаем, что вас ждут на ужине в честь окончания второго этапа отбора.

— Иду! — резко и громко крикнула Иннис, только бы солдат за дверью утихомирился. Тот, поняв, что сообщение достигло адресата, замолчал.

Иннис посмотрела на Дамфри. Если и был какой — то момент интимности, близости, расположения, то он явно пропал. Она зло сощурила глаза и выдернула ладонь из — под его руки.

— Ну, о чем вы хотели поговорить?

Он тоже сощурил свои глаза, глядя на нее. Сложил руки на груди, от чего его фигура стала еще массивнее, чем за минуту до этого. От такого этого движения мисс Бьюкен вдруг вспомнила о приличиях, и о том, что не совсем одета для разговора. Вся эта обстановка вдруг стала гнетущей и не совсем правильной.

— У меня не очень много времени — мне нужно собираться на этот чертов бал, — она бросила взгляд на кровать, на которой оказалось новое платье в подарок от замка — красная ткань переливалась и загадочно мерцала. — На котором я оказалась по вашей вине!

Дамфри дернулся, словно от удара после ее слов.

— И все же, вы мне не верите! Это не я вас отправил сюда. Я бы никогда…никогда не позволил себе этого.

— Однако я здесь! — нервно выкрикнула мисс Бьюкен и закусила губу. Она не хотела показывать, как взволнована и растревожена ее душа здесь, в этом замке, в котором приходилось бороться за выживание.

— У меня не было резона вас отправлять сюда, Иннис, — сказал он твердо и резко. Его черные глаза блеснули, влажно и проницательно. — Поверьте мне, я же не садист и не убийца. Тем более мне нет резона привлекать внимание парламента и тем более офицера Крэсби к Хайлендсу, поместью, в котором вырос.

— Кэрфакс… — протянула понимающим тоном мисс Бьюкен. Алан приподнял бровь, но ничего не ответил.

Эта чертова Салли Кэрфакс сдала ее, написала или как — то сообщила парламенту о желании Иннис принять участие в этом чертовом отборе, чтобы избавиться от соперницы! Откуда ей было знать, что мисс Бьюкен даже не засматривалась на Дамфри, а наоборот, всеми силами хотела его выселить из поместья! Перед ее глазами встало улыбающееся лицо Салли. Черт! Черт побери!

Иннис поняла и верно расценила его молчание: как джентльмен он не хотел выдавать женщину, тем более свою любовницу, но другой стороны, правда была важнее в эту минуту.

— Тем не менее, — приподняла подбородок она. — Зачем — то вы вернули меня сюда, в замок Крэсби, когда я почти сбежала отсюда!

— И долго бы вы протянули в гостинице, которая находится на одной дороге с замком Крэсби? — Алан снова стал похож на себя: ироничного, жесткого, саркастичного. — Без денег, в мужском платье, вы были слишком приметной фигурой!

— Я…я… — замешкалась Иннис, не находя подходящего ответа.

— Вас бы взяли на рассвете, когда проснулся Крэсби, — жестко проговорил он ей практически в лицо. — И я не уверен, что вы бы остались в живых.

— Но я! Я и без того не выйду из — за этих стен живой! — вдруг Иннис поняла, что практически плачет — волнения последних дней дали о себе знать. Несмотря на то, как она держалась все это время, несмотря на расслабляющую ванну с ароматическими маслами, несмотря на нереальную поддержку ее персонального дракона, душа разлохматилась, натянутые нервы ослабли.

И вдруг он схватил ее за плечи и притянул к себе.

— Помните, что я уже сделал однажды? — спросил он. — И не думаю, что тогда вам это понравилось.

Он почувствовал, как на миг она сжалась и подалась назад. Но затем в ней вдруг словно проснулся озорной дух. Она решила предоставить событиям возможность идти их естественным путем. И все — таки, что будет, если его еще немного позлить?..

— Да, помню, — ответила она, глядя ему прямо в глаза. — И помню, как наградила тогда вас пощечиной.

— Ни одна из моих подруг не награждала меня пощечиной дважды…

Когда его пальцы крепче сжали плечи Иннис и лицо приблизилось, оказалось совсем близко, она вдруг испытала небывалое волнение. Второй раз за короткий период их знакомства его губы коснулись ее губ.

У нее перехватило дыхание, она почувствовала, словно каждая косточка в ее теле тает, и единственным оказалось желание быть как можно ближе к нему, так близко, насколько это только возможно.

Очень странно, но она будто бы ждала этого мгновения много — много лет, этого безумного, волшебного мига. Ее губы раскрылись навстречу его губам, и когда он пошевелился, она ужасно испугалась, что он сейчас отпустит ее.

Иннис импульсивно потянулась к нему, его руки тут же крепко ее обняли, и она услышала, как из глубины его существа вырвался странный, приглушенный звук, прежде чем он поцеловал ее снова. И вот уже никто из них не мог больше произнести ничего, будь то слова протеста или восторга.

Наконец она глубоко вздохнула и открыла глаза, глядя на него с изумлением.

— Зачем вы это сделали? — пробормотала она, переводя дыхание.

Он смотрел на нее сверху вниз с лукавым огоньком в глазах.

— Теперь вам лучше? — он провел своей большой и немного шершавой ладонью по ее обнаженной руке, остановившись на браслете. Его он обвел пальцем аккуратно, осторожно, будто боясь, что от резкого движения, напора, украшение может расстегнуться и слететь.

Иннис, потерявшая было на мгновение голову, стрельнула в него глазами:

— Намного лучше! Но впредь, попрошу не распускать руки!

Алан расхохотался, откинув голову назад. Он смелся искренне и заразительно, так, что даже Иннис захотелось улыбнуться, и она с усилием прикусила внутреннюю сторону щеки.

— Узнаю маленькую колючку — мисс Бьюкен! — радостно сказал он, отдышавшись. — Я рад, что вы пришли в себя!

Иннис отдалилась на безопасное расстояние — к кровати, принявшись рассматривать приготовленное для бала платье, чтобы быть на спасительном расстоянии от этого невозможного мужчины.

— Итак, зачем вы здесь? — сказала, а сама замерла в ожидании ответа. Неужели он пришел ей помочь?

— Хотел проверить, все ли с вами в порядке. Но вижу, что вы не нуждаетесь в этом — Крэсби лично следит за вами.